Мой личный враг

«Иногда тело знает больше, чем разум. И когда оно начинает говорить, правда становится невыносимой»

— Из медицинского заключения

Элис стояла перед зеркалом в ванной комнате участка, пытаясь отмыть кровь с лица. Тёплая вода стекала по щекам, унося с собой следы ужасного утра. Она смотрела на своё отражение и почти не узнавала себя.

Бледная, растрёпанная, с тёмными кругами под глазами. Она выглядела как призрак. Кожа была сероватой, губы потрескались, а глаза — когда-то яркие, зелёные — теперь казались тусклыми, лишёнными жизни. Она провела пальцами по щеке, и в зеркале отразилась женщина, которую она не знала. Кто она теперь? Жертва? Подозреваемая? Или кто-то, кто медленно сходит с ума?

Она включила воду сильнее и прикрыла глаза, чувствуя, как горячие струи стекают по её лицу, смывая грязь и усталость. Но когда она открыла глаза, она увидела нечто, что заставило её замереть.

На её запястьях были следы. Тонкие, красные полосы, похожие на отпечатки пальцев. Кто-то сжимал её руки с такой силой, что оставил следы. Она повернула руки, рассматривая их при свете. Следы были свежими — они появились сегодня утром. Или, возможно, прошлой ночью, когда она была без сознания.

Она разделась до пояса, чтобы смыть кровь с плеч. И тогда она увидела это. На спине, чуть выше лопаток, был синяк. Большой, тёмно-фиолетовый, с чёткими краями. Она попыталась повернуться, чтобы рассмотреть его получше, и поняла, что это не просто синяк. Это отпечаток. Отпечаток ладони. Кто-то с силой схватил её за спину и держал.

— Что за... — прошептала она, касаясь пальцами синяка. Он был болезненным, но не настолько, чтобы быть смертельным. Однако он был чётким, как отпечаток в бетоне. Пять пальцев. Сильная, уверенная хватка.

Она попыталась представить, как это могло случиться. Кто-то схватил её сзади. Прижал к себе. Или, возможно, тащил. Она содрогнулась, представляя, как её безвольное тело волокут по полу.

Она натянула рубашку и вышла из ванной. Итан стоял у стола, просматривая документы. Он поднял голову, когда она вошла, и сразу заметил её состояние. Взгляд остановился на её лице, на её руках, которые дрожали.

— Что случилось? — спросил он, откладывая бумаги. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась тревога.

Она подошла к нему и повернулась спиной.

— Посмотри, — сказала она, задирая рубашку до середины спины.

Он замер. Она почувствовала, как его взгляд остановился на синяке, как воздух застыл между ними.

— Это отпечаток перчатки, — сказал он, и его голос был напряжённым. Он приблизился, и она почувствовала его дыхание на своей коже. — Кто-то держал тебя. С такой силой, что оставил след. И, судя по расположению... тебя волочили. Или тащили.

Элис опустила рубашку и повернулась к нему. В её глазах был страх, который она не пыталась скрыть.

— Это доказывает, что меня носили, — сказала она. — Я не могла сделать это сама. Я не могла оставить такой след на себе.

Итан смотрел на неё, и в его глазах было что-то, чего она не могла прочитать. Он подошёл ближе и коснулся её руки. Его пальцы были тёплыми, но она вздрогнула.

— Это доказывает, что кто-то был рядом с тобой, — сказал он, и его голос был серьёзным. — Но это не доказывает твою невиновность. Ты могла быть с кем-то. Ты могла участвовать в этом.

— Я не была с кем-то! — воскликнула она, и голос её сорвался. — Я была одна! Кто-то делал это со мной! Кто-то тащил меня, как куклу! Я ничего не помню, но я знаю, что не могла сделать это сама!

Она замолчала, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Она ненавидела себя за то, что плачет, но не могла остановить.

Итан смотрел на неё, и в его глазах что-то изменилось. Сталь исчезла, уступая место сочувствию.

— Я знаю, — сказал он тихо. — Я знаю.

Он взял её за руку и подвёл к стулу.

— Сядь, — сказал он. — Я осмотрю твою спину.

Она села, чувствуя, как он поднимает её рубашку. Его пальцы были осторожными, почти нежными, когда он касался её кожи. Она чувствовала, как он изучает синяк, как его дыхание становится ровным.

— Это не просто синяк, — сказал он наконец. — Это отпечаток. Чёткий, как будто кто-то сжал тебя и держал. И судя по глубине, этот человек был сильным. Очень сильным.

Он опустил её рубашку и подошёл к столу, взяв блокнот.

— Ты говорила, что Марк был с тобой в ресторане, — сказал он. — У него есть алиби на то время, когда тебя тащили?

Элис почувствовала, как холод пробегает по спине.

— Он сказал, что был дома, — сказала она. — Но я не знаю. Я не была у него.

Итан кивнул и что-то записал.

— Я проверю его алиби, — сказал он. — Но если он был тем, кто тащил тебя, он должен был оставить следы. Следы на коже. Следы на одежде. Мы можем проверить его руки.

— Ты думаешь, что это мог быть Марк? — спросила она, и голос её дрожал.

— Я думаю, что мы должны проверить всех, — сказал он, не глядя на неё. — Включая меня.

Она посмотрела на него, и в груди разрасталась тревога.

— Что ты хочешь сказать?

Он повернулся к ней, и в его глазах была ровная, спокойная уверенность.

— Я хочу сказать, что ты должна быть готова к тому, что правда может быть не такой, как ты хочешь, — сказал он. — Твой друг может быть убийцей. Или он может быть невиновен. Но мы не узнаем, пока не проверим всё.

Она сидела на стуле, чувствуя, как внутри неё разрастается холод. Она думала о Марке. О его улыбке. О его руках, которые всегда были тёплыми и мягкими. Мог ли он быть тем, кто тащил её? Мог ли он быть убийцей?

— Я хочу проверить его, — сказала она наконец. — Я хочу узнать правду.

Итан кивнул.

— Тогда мы сделаем это, — сказал он. — Но ты должна быть готова к последствиям.

Она смотрела на него, и в его глазах была решимость. Она не знала, могла ли она доверять ему. Но она знала, что он единственный, кто может помочь ей.

Она встала и подошла к нему, чувствуя, как внутри неё закипает решимость.

— Я готова, — сказала она. — Я хочу знать правду, какую бы она ни была.

Итан смотрел на неё, и в его разноцветных глазах была тёплая искра.

— Тогда идём, — сказал он. — Мы начнём с Фостера. Его дела, его враги, его тайны. И если Марк связан с ним, мы найдём это.

Она кивнула и пошла за ним к двери. Но у выхода она остановилась.

— Итан, — сказала она. — Спасибо, что веришь мне.

Он обернулся, и в его глазах была лёгкая улыбка.

— Я не знаю, верю ли я тебе, — сказал он. — Но я знаю, что не хочу, чтобы ты пострадала.

Она улыбнулась в ответ, и это была настоящая улыбка.

Они вышли из кабинета и направились к выходу. По пути Элис чувствовала на себе взгляды сотрудников участка. Она знала, что они смотрят на неё как на подозреваемую. Как на ту, кто мог убить. Она чувствовала их холодные взгляды на своей коже, и это заставляло её напрягаться.

— Ты чувствуешь это? — спросила она, когда они вышли на крыльцо.

— Что? — спросил Итан, останавливаясь.

— Они смотрят на меня, — сказала она. — Они думают, что я убийца.

Он посмотрел на неё, и в его глазах была лёгкая улыбка.

— Они всегда будут так думать, — сказал он. — Пока мы не докажем обратное.

Она кивнула и пошла вперёд, чувствуя, как внутри неё разрастается решимость.

Она найдёт правду. Даже если эта правда разрушит её.