Сожженые письма/Дин Венчестер

Мы ехали по следу Бэлы уже третью неделю. Она оставляла за собой мёртвых демонов, проданные артефакты и пустые обещания. Дин был зол, Сэм - мрачен, а я... я просто пыталась не думать о том, что росло внутри меня. Хотя Дин заставлял меня думать об этом каждую минуту.

— Пристегнись, — сказал Дин, поворачивая на шоссе.

— Я пристёгнута, — ответила я, показывая на ремень, который уже перетягивал мою грудь и упирался в живот.

— Слабо. Ника, ты пристёгиваешься как попало.

— Я пристёгиваюсь правильно, Дин. Я умею пользоваться ремнём безопасности.

— Ты пристёгиваешься как обычный человек, — он потянул ремень, проверяя натяжение. — А нужно как будущая мать.

— Дин, ребёнок размером с зернышко пшеницы. Ему не больно от ремня.

— И что. Или теперь безопасность не важна?

Я вздохнула. Спорить с Дином Винчестером, когда он в режиме гиперопеки, было бесполезно. Он уже который день проверял мой ремень каждые пять минут, гладил живот круговыми движениями, заставлял есть через силу и спать на левом боку «для лучшего кровотока».

— Дин, я не могу есть четвёртый бутерброд, — сказала я утром, когда он сунул мне в руки очередную порцию еды.

— Ты ешь за двоих.

— Ребёнок размером с зернышко. Ему не нужен четвёртый бутерброд.

— Зернышку нужна энергия, — ответил он, и Сэм на заднем сиденье закашлялся, чтобы не засмеяться.

Сейчас, в машине, Дин снова положил свою огромную ладонь на мой живот. Его пальцы были тёплыми, немного шершавыми от мозолей, и они двигались медленно, будто он боялся, что я или ребёнок исчезнем, если он уберёт руку.

— Ты чувствуешь что-нибудь? — спросил он.

— Живот?

— Движения?

— Дин, ребёнок размером с зернышка. Я не могу чувствовать движения.

— А если он пинается?

— У него нет ножек, чтобы пинаться.

— Ты уверена?

Я посмотрела на него. Его глаза были серьёзными, почти испуганными. Он не шутил. Он действительно боялся пропустить момент, когда его ребёнок впервые шевельнётся.

— Когда я почувствую что-нибудь, я скажу тебе первому, — пообещала я. — Обещаю.

— Прямо первому? — переспросил он.

— Даже раньше, чем Сэму.

— Эй! — возмутился Сэм. — Я дядя.

— Ты дядя, — согласился Дин. — Но я - отец. У меня приоритет.

— Какой ещё приоритет? Ребёнок даже не родился, а вы уже делите очерёдность.

— Мы готовимся, — ответил Дин.

— Вы с ума сошли, — сказал Сэм, но без злости. В его голосе была теплота, которую я редко слышала.

Я положила руку поверх ладони Дина. Он переплёл наши пальцы и сжал - не больно, а так, будто я была самым ценным, что у него есть.

— Дин, — позвала я.

— М?

— Ты сегодня проверял ремень уже шесть раз. Мы выехали двадцать минут назад.

— И проверю ещё шесть. И шестьдесят шесть. И шестьсот шестьдесят шесть.

— Тебе не кажется, что ты немного... перегибаешь?

— Она права, — сказал Сэм. — Ты стал невыносимым.

— Я не невыносимый, — ответил Дин. — Я предусмотрительный. А вы оба - безответственные.

— Я безответственная? — я подняла бровь. — Дин, я каждый день читаю книги о Клинке Раскаяния, ищу способ спасти тебя, не сплю ночами, потому что меня тошнит, и терплю твои проверки ремня безопасности. Это, по-твоему, безответственно?

Он замолчал. Потом медленно выдохнул.

— Прости, — сказал он. — Я просто... волнуюсь.

— Я знаю, — я коснулась его щеки. — Я тоже волнуюсь. Но мы вместе. И это главное.

Он повернул голову и поцеловал мою ладонь.

— Ты права, — сказал он. — Как всегда.

— Я всегда права, — улыбнулась я.

Сэм сзади застонал.

— Вы двое... у меня сейчас диабет будет от вашей сладости.

— Завидуй молча, — ответил Дин, не оборачиваясь.

— Я не завидую. Я просто хочу, чтобы мы наконец нашли Бэлу и вернули Кольт.

— Найдём, — сказал Дин. — Хенриксен сказал, что у него есть зацепка.

— Хенриксен? — удивилась я. — Тот самый агент, который хотел посадить нас в тюрьму?

— Тот самый, — ответил Дин. — Он позвонил Бобби. Сказал, что хочет помочь.

— Помочь? — Сэм был настроен скептически. — С чего вдруг?

— Говорит, что видел демона. Поверил нам.

— Или у него свой интерес, — сказала я.

— Возможно. — Дин пожал плечами. — Но если он может помочь найти Бэлу и вернуть Кольт, я готов рискнуть.

— Ты всегда готов рискнуть, — сказала я.

— Ради семьи - да.

Он снова положил руку на мой живот, и на этот раз я не стала возражать. Его ладонь была тёплой, и я чувствовала себя в безопасности. Защищённой. Любимой.

Я закрыла глаза и представила наше будущее. Дом. Сад. Дин, который учит ребёнка чинить Impala. Сэм, который читает ему сказки на ночь. Бобби, который ворчит, но приносит игрушки. Я знала, что это всего лишь мечта. У нас не будет дома, потому что мы всегда в дороге. У нас не будет сада, потому что мы охотимся на монстров. Но у нас будет любовь. И этого достаточно.

— Ника, — позвал Дин.

— М?

— Ты плачешь.

— Я не плачу, — я вытерла щёки. — Это аллергия.

— На что?

— На твою заботу.

Он усмехнулся, но ничего не сказал. Только сжал мою руку крепче.

—

Мы доехали до Колорадо к вечеру. Хенриксен ждал нас в полицейском участке в Моньюменте - маленьком городке, где даже собаки не лаяли по ночам.

— Винчестеры, — сказал он, когда мы вошли. — Вы приехали.

— Ты сказал, у тебя есть информация о Бэле, — Дин не стал тратить время на приветствия.

— Есть. — Хенриксен кивнул. — Но сначала я должен кое-что сказать. Мой начальник, Стивен Гроувз, сегодня прилетел сюда. Он... странный.

— Странный в каком смысле? — спросил Сэм.

— Он знал о вас всё. О вашем отце. О сделке Дина. О Нике.

— Обо мне? — я напряглась.

— Он сказал, что вы - ключ. Что демоны хотят вашего ребёнка.

Хенриксен посмотрел на мой живот, и я инстинктивно прикрыла его руками.

— Он знает, что я беременна?

— Он знает всё, — ответил Хенриксен. — И я боюсь, что он... не человек.

— Демон, — сказал Дин. — Гроувз одержим.

— Я не хотел в это верить, — сказал Хенриксен. — Но потом он выстрелил в вашу фотографию. Сказал: «Жаль, что его здесь нет».

Дин побледнел.

— Где он сейчас?

— В участке. Ждёт вертолёт, чтобы переправить вас в тюрьму.

— Он не переправит нас никуда, — сказал Сэм. — Мы уйдём сами.

— Нет, — ответил Дин. — Мы останемся.

— Что? — я схватила его за руку. — Ты с ума сошёл?

— Если Гроувз - демон, и он знает о нашем ребёнке, мы не можем его отпустить. Он будет охотиться на нас вечно.

— Но мы можем уехать, спрятаться...

— От демона? Ника, ты сама знаешь - от них не спрятаться.

Я знала. Но я не хотела признавать это.

— Что ты предлагаешь? — спросил Сэм.

— Заманить его в ловушку. — Дин посмотрел на Хенриксена. — Ты поможешь?

Агент колебался секунду. Потом кивнул.

— Если это спасёт невинных людей - да.

— Тогда слушай план.

—

План был простым: мы сдаёмся. Хенриксен сажает нас в камеру, Гроувз приходит, чтобы лично убедиться, что мы под контролем, и тогда мы его забираем.

— А если он не придёт один? — спросил Сэм.

— Тогда будем импровизировать, — ответил Дин.

Он повернулся ко мне.

— Ты останешься здесь.

— Нет, — сказала я.

— Ника...

— Я сказала - нет, Дин. Я иду с тобой.

— Ты беременна.

— Тем более. Я не хочу, чтобы мой ребёнок рос без отца.

— Он и не будет. Я выживу.

— Ты не знаешь этого.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом достал из кармана маленький амулет - браслет с кучей рун и знаков.

— Что это? — спросила я.

— Защита, — ответил он. — Бобби сделал. От одержимости.

— У тебя есть такой же?

— Есть нечто лучшее.

— Что? И почему ты раньше не дал браслет мне?

— Потому что я надеялся, что ты не попадёшь в такую переделку.

Он застегнул цепочку у меня на руке. Браслет был тёплым - может, от его рук, может, от магии.

— Не снимай, — сказал он.

— Не сниму, — пообещала я.

— И пристегнись, когда будешь в машине.

— Дин, я всегда пристёгиваюсь.

— Проверь ремень.

— Я проверю.

— Не говори, что проверяла, а на самом деле нет.

— Дин!

— Я волнуюсь, — он обнял меня, прижал к себе. — Я не хочу вас потерять. Ни тебя. Ни ребёнка.

— Ты не потеряешь, — я поцеловала его в щёку. — Я обещаю.

Он вздохнул и отпустил меня.

— Идём. Хенриксен ждёт.

—

Хенриксен посадил их в камеру. Дин сжал плечо - старая рана ныла, но он терпел. Ника сидела рядом, прижимаясь к нему, чувствуя, как его пульс бьётся у виска.

— Всё будет хорошо, — прошептал он.

— Ты не знаешь этого, — ответила она.

— Знаю. Потому что я рядом.

Гроувз пришёл через час. Он стоял у камеры, улыбаясь, и его глаза были чёрными - как два омута, в которых тонул свет.

— Винчестеры, — сказал он голосом, который не принадлежал человеку. — Как приятно вас видеть.

— Отпусти его, — сказал Дин. — И мы отпустим тебя.

— Нет, — демон усмехнулся. — Не отпустите. Вы убьёте меня, если сможете. Но я не дамся.

Он поднял руку, и Дина отбросило к стене.

— Нет! — закричала Ника, бросаясь к нему.

— Стой! — крикнул Сэм. — Не подходи к нему!

— Она не подойдёт, — сказал демон. — Она будет смотреть, как я убиваю её мужчину. А потом я заберу её ребёнка.

— Не тронь её! — Дин поднялся, шатаясь. — Не тронь их!

— Или что? Ты убьёшь меня? У тебя нет Кольта. Твоя девушка слаба. Твой брат - ничто.

Сэм бросился на демона, но тот отшвырнул его одним движением.

— Сэм! — крикнула Ника.

— Я в порядке, — он поднялся. — Дин, лови!

Он швырнул брату бутылку со святой водой. Дин поймал, плеснул в демона. Тот заорал, отступил на шаг.

— Это не остановит меня, — прорычал демон.

— А это? — Сэм вытащил из кармана чётки, которые незаметно стащил у Нэнси.

— Ты не посмеешь...

— Посмею, — Сэм начал читать экзорцизм на латыни.

Демон забился в конвульсиях, его глаза метались в поисках выхода.

— Хенриксен! — крикнул Дин. — Веди его сюда!

Агент распахнул дверь камеры. Дин и Сэм вытащили Гроувза в коридор, где была нарисована дьявольская ловушка.

— Читай! — крикнул Дин.

Сэм читал, и демон корчился, истекая чёрным дымом. Но он не сдавался - он был слишком силён.

— Он не выйдет, — сказал демон. — Я запечатал себя в этом теле. Ты не изгонишь меня.

— Тогда мы убьём тело, — сказал Дин, доставая нож.

— Нет! — крикнул Хенриксен. — Он мой начальник!

— Он уже не человек. Ты видел его глаза.

— Но...

— Хенриксен, если мы не убьём его, он убьёт нас всех.

Агент колебался. Потом кивнул.

— Делай.

Дин вонзил нож в сердце Гроувза. Демон закричал - и тело упало замертво.

— Всё кончено? — спросила Ника.

— Нет, — ответил Сэм, глядя в вентиляционную шахту. — Он ушёл.

— Что значит «ушёл»?

— Демон покинул тело. Он где-то здесь.

— Нам нужно убираться, — сказал Дин.

— Не получится, — ответил Хенриксен. — Вертолёт на подходе. И люди шерифа снаружи.

— Тогда мы будем сражаться, — сказал Дин. — Раздай всем амулеты. Ника, ты идёшь со мной.

— Я всегда иду с тобой.

Он взял её за руку и повёл к выходу.

— Держись рядом, — сказал он.

— Всегда.

—

Битва была жестокой. Демоны проникали в участок один за другим, вселяясь в людей, которые были снаружи. Дин стрелял солью, поливал святой водой, читал экзорцизм. Сэм прикрывал его. Хенриксен и его люди отбивались, как могли.

Ника стояла в углу, сжимая нож и чувствуя, как её особенность пульсирует в унисон с сердцем.

— Он здесь, — сказала она. — Главный демон. Он пришёл.

— Где? — спросил Дин.

— Везде. И нигде.

В этот момент в участок ворвалась Руби. Её лицо было бледным, глаза - чёрными.

— Вы - идиоты, — сказала она. — Вы не сможете их остановить.

— Мы уже остановили, — ответил Дин.

— Ты остановил одного. А их - сотни.

— Тогда помоги нам, — сказал Сэм.

— У меня есть план, — ответила Руби. — Но вам он не понравится.

— Какой?

— Нужна девственница, — она посмотрела на Нэнси, которая сидела за столом, дрожа от страха. — Нужно вырезать её сердце.

— Нет, — сказал Дин.

— Я согласна, — сказала Нэнси.

— Я сказал - нет! — Дин повысил голос. — Мы не убиваем невинных. Никогда.

— Даже если это спасёт жизни? — спросила Руби.

— Даже тогда.

— Тогда вы умрёте. Все.

— Посмотрим, — ответил Дин.

Он открыл дверь, впуская демонов внутрь. Они сражались часами. Соль, святая вода, экзорцизм. Ника прикрывала Дина, когда он перезаряжал оружие. Сэм выкрикивал молитвы на латыни. Хенриксен стрелял дробовиком, не переставая.

— Они отступают! — крикнул кто-то.

— Не отступают, — сказала Ника, чувствуя это. — Они перегруппировываются.

— У нас нет патронов, — сказал Дин.

— У меня есть кое-что, — ответил Сэм.

Он достал магнитофон и включил запись экзорцизма. Демоны забились в конвульсиях, покидая тела своих носителей. Один за другим они исчезали в вентиляции.

— Работает! — крикнул Хенриксен.

— Не все, — сказала Ника.

Один демон остался. Он стоял в углу, сжимая тело помощника шерифа, и улыбался.

— Вы сильные, — сказал он. — Но не настолько.

Он бросился на Дина, но Ника встала между ними.

— Ника! — закричал Дин.

— Не подходи! — ответила она.

Демон замер. Он смотрел на неё, на её живот, на амулет, который висел на её руке.

— Ты... — прошептал он. — Ты не должна была выжить.

— Я выжила, — ответила Ника. — И мой ребёнок выживет. А ты - нет.

Она подняла нож - серебряный, освящённый - и вонзила его в сердце одержимого.

Демон закричал - и исчез.

Тишина.

— Всё кончено? — спросил кто-то.

— Да, — ответила Ника, опускаясь на колени.

Дин подхватил её, обнял.

— Ты в порядке?

— Жива, — ответила она. — И ребёнок - тоже.

— Не делай так больше, — сказал он. — Пожалуйста.

— Не могу обещать.

— Тогда я буду тебя беречь.

— Ты всегда меня бережёшь.

Он помог ей встать.

— Поехали, — сказал он. — Нам нужно убираться.

— А Хенриксен?

— Он прикроет. Что нибудь придумает, уж точно.

Они вышли на улицу. Impala ждала их - чёрная, надёжная.

— Садись, — сказал Дин, открывая дверь.

— Я сяду, — ответила она.

— И пристегнись.

— Я всегда пристёгиваюсь.

— Проверь ремень.

— Дин...

— Проверь, пожалуйста.

Она проверила. Он наклонился, поправил, поцеловал её в живот.

— Я люблю вас, — сказал он. — Обоих.

— Мы знаем, — ответила она.

Он сел за руль, завёл мотор. Impala заурчала, и они уехали в ночь.

В участке, который они только что покинули, появилась маленькая девочка. Она подошла к Хенриксену, улыбнулась.

— Ты не видел здесь двух братьев? — спросила она.

— Как тебя зовут? — спросил Хенриксен.

— Лилит.

Он обернулся - и вспышка белого света разорвала ночь.

Они не знали этого. Они ехали по шоссе, слушая радио, и верили, что спасли хотя бы кого-то.

— Дин, — позвала Ника.

— М?

— Я люблю тебя.

— Я знаю, — он взял её за руку. — И я люблю тебя.

Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза.

Война только начиналась.

А у них был ребёнок, который рос в её животе, и надежда, которая не умирала.

—————
С любовью))
2211 слов