"Макси без лица"

Прошло несколько лет. Университетские войны остались позади, уступив место взрослой, роскошной и по-прежнему холодной реальности.

Родители подарили Миён собственный дом — стильный, уединённый особняк, полностью отражающий её безупречный вкус. Юнги тоже крепко встал на ноги, купив личное жильё, хотя большую часть времени всё равно проводил в общем доме своей группы BTS. Несмотря на занятость и статус звёзд, брат и сестра сохранили свою ментальную связь. Они часто созванивались, а по выходным иногда ночевали друг у друга, чтобы в тишине побеседовать по душам.

Пророчество Миён из старого студенческого дневника сбылось с пугающей точностью. Под влиянием шоу-бизнеса и дружбы с Чимином Юнги действительно изменился. Он стал более эгоистичным, циничным, а в его шутках и поведении появилось то самое свободное, извращённое флиртующее легкомыслие. Слава богу, на их отношениях с сестрой это никак не сказалось — для неё он оставался всё тем же понимающим хёном. Но Миён видела его насквозь.

После очередной ночёвки в доме брата Миён проснулась раньше обычного. Накинув шёлковый халат, она хозяйничала на его просторной кухне, заваривая кофе и собирая лёгкий завтрак. Асимметричное каре за эти годы превратилось в её визитную карточку, а матовый чёрный маникюр с серебристыми волнами всё так же изящно смотрелся на фарфоровых пальцах.

Тишину утра нарушил резкий щелчок входной двери. На кухню, даже не разувшись, по-хозяйски вошёл Пак Чимин. За эти годы он стал ещё холёнее, увереннее в себе, а в глазах горел всё тот же ехидный, порочный азарт. Заметив Миён у плиты, он замер, а затем его губы расплылись в привычной вальяжной ухмылке.

— А, это ты… — протянул Чимин, облокачиваясь о кухонный остров и бесцеремонно разглядывая её фигуру. — Думал, у тебя свой дом есть. Или что, решила совратить собственного брата?

Миён даже не повернула головы, продолжая аккуратно нарезать тосты. Её низкий, бархатистый голос разрезал утреннюю тишину с привычным леденящим изяществом:

— Надо же, какие люди в Голливуде. Меня брат пригласил. И к тому же, какой смысл мне спать с родственником? Это выше моих норм и приличий, Чимин-а.

Чимин тихо хмыкнул, скользнув взглядом по её идеальному профилю, и с вызовом прищурился:

— Значит, девственница?

Миён плавно повернулась к нему лицом, удерживая в руке нож для хлеба. На её губах, сохранивших природный насыщенный красный оттенок, заиграла опасная, едва заметная усмешка.

— Нет, — спокойно и хладнокровно ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Но зато, слава богу, без парня. Вернее, был один… но полный козёл.

Чимин забавно повёл бровью, явно наслаждаясь тем, как легко она поддерживает этот балансирующий на грани разговор.

— То есть, по-твоему, все парни — козлы? — с иронией спросил он.

Миён отложила нож, вытерла руки салфеткой и скрестила их на груди, принимая позу обвинителя. В её карих, почти чёрных глазах зажёгся тот самый аналитический блеск, способный разложить любую сложную тему на атомы.

— Нет, Чимин. Не все. Мужской пол очень легко классифицировать. Есть тупоголовые — это первый тип. Есть извращенцы — это второй тип, и, кстати, вы с Юнги там на пару возглавляете списки.

Чимин вместо обиды лишь самодовольно улыбнулся, принимая это как комплимент. Миён продолжила, загибая пальцы с безупречным матовым лаком:

— Есть третий тип — маменькин сынок, который мёртвым грузом повиснет у тебя на шее и будет требовать опеки. Есть четвёртый тип — собственник, готовый запереть тебя в золотой клетке ради своего эго. А есть пятый тип — настоящий мужчина. К великому сожалению, этот вид медленно, но верно вымирает. Так что то, что у меня сейчас нет парня, вполне объяснимо. Я не согласна на меньшее, а «настоящий мужчина» почти вымер.

Чимин на секунду замолчал, переваривая её безжалостную тираду. Её острый ум и ледяная сдержанность всё так же злили его, но теперь к этому примешивалось дикое, почти осязаемое восхищение. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние, и тихо спросил:

— И в какой же тип мне нужно протиснуться, Мин Миён, чтобы ты изменила своё мнение?