Трудная Майя

11 января. 2020. Братья Росси

- Чёрт, парни, вот чёрт! Что нам теперь с ней делать? - негодовал Джейден - старший

- Джей, ты больной? Всмысле что делать, разве у нас есть варианты, кроме того, как забрать её? - высказался Джош, самый младший.

- Язык держи за зубами, думаешь она сама горит желанием жить с нами? Мы с ней 6 лет не виделись, не год, не два, а шесть, сука, лет! - Джейден рвал и метал, как самый старший, он чувствовал опеку за всех своих братьев, а теперь ещё и за сестру. Как ему вообще вести себя с сестрой? Что она вообще за человек?

- А меня никто спросить не хочет, может я тоже не хочу жить с незнакомой девкой в доме? - возмущался Чейз, он не любил новых людей в своем окружении, а Майя станет неотъемлимой частью его жизни.

- Чейз, не тупи, она не рандомная девка с улицы, она твоя сестра, у вас с ней одна кровь, мы не можем взять и оставить её одну, - Пэйтон был самым спокойным, он часто думал, какая бы была его жизнь, если бы Майя была рядом, может это все и к лучшему?

- Ну, лично я рад, всегда хотел себе сестру своего возраста! - Джошу было всего 19, и ему все ещё хотелось веселиться и быть беззаботным, когда братья повзрослели очень рано, и не могли себе позволять лишних эмоций.

- Господи, дай мне сил, - выдохнул Джей, - Собирайтесь, братья, нам пора возвращаться домой.

12 января. 2020. Дом семьи Росси.

Дом пах смертью. Не тленом, не разложением, а именно смертью - густым, удушливым запахом застоявшихся духов матери, остывшего табака отца и чего-то цветочного, что уже начало подгнивать в вазе на кухне. Этот запах ударил братьям в нос, как только Джейден, старший, толкнул незапертую дверь.

В гостиной горела лишь одна лампа, отбрасывая на стены длинные, уродливые тени. Повсюду был разгром. Не следы ограбления, а что-то куда более страшное - следы агонии. Неужели это все сотворил Майя? Фотографии в разбитых рамках лежали на полу, перемешанные с осколками стекла и кровью.

Пэйтон вошел вторым. Его ноздри раздувались, сканируя пространство. Он служил в горячих точках и знал: когда наступает такая тишина, самое страшное уже случилось. Чейз и Джош, замерли в дверном проеме, еще надеясь, что это глупая шутка, что Майя просто ушла в школу. Джошу было всего 19, он был самым младшим из братьев, всего на три года старше сестры, и еще не умел распознавать запах беды так же быстро, как старшие.

- Майя! - голос Джейдена разрезал тишину, словно скальпель.

Ответа не было. Только холодильник щелкнул, включая компрессор, заставив Пэйтона вздрогнуть.

Они нашли ее в ванной. Майя сидела на полу, привалившись спиной к стене. На ней была лишь тонкая пижама с плюшевыми медведями. Ткань помялась, один рукав был порван. А правая штанина окрававлена в районе колена. Вокруг нее, словно солдаты павшей армии, стояли пустые бутылки. Виски. Дорогой, из отцовского бара. Янтарные капли застыли на дубовом паркете.

Но не это заставило кровь в жилах Джейдена превратиться в лед.

Рядом с ее безвольно лежащей ладонью, поблескивая в тусклом свете, валялось лезвие. Широкое, с зазубренным краем. На лезвии, чуть поодаль от кончика, темнела влажная полоса. А на бледной коже ее левого запястья багровел неровный, рваный порез. Поверхностный. Словно рука дрогнула в последний момент. Словно смелости хватило только на то, чтобы оцарапать кожу, но не перерезать вену.

- Черт! - выдохнул Джейден, мгновенно пересекая комнату. Он упал на колени, хватая ее запястье, грубо и профессионально ощупывая края раны. Майя дернулась, но не проснулась. Голова ее мотнулась в сторону, открывая взгляду бледное, залитое слезами лицо с размазанной черной тушью. Пряди темных волос прилипли к губам.

- Жива? - хрипло спросил Пэйтон, голос его сорвался на писк.

- Пьяна в стельку, - прорычал Чейз, отбрасывая нож ногой в угол, подальше. Джош метнулся, подхватил оружие и выбежал с ним из комнаты, чтобы спрятать, уничтожить, смыть в унитаз - сделать что угодно, лишь бы никогда больше не видеть эту сталь.

Джейден же стоял столбом, глядя на младшую сестру. Ей шестнадцать. Всего шестнадцать. Их маленькая Майя, которая еще вчера, кажется, играла в куклы и требовала, чтобы ее брали на руки. Сейчас она выглядела как сломанная фарфоровая кукла, выброшенная на помойку. Запах перегара смешивался с запахом ее духов, создавая тошнотворный коктейль.

- Майя, очнись! - Пэйтон легонько хлопал ее по щекам. - Давай, детка, открывай глаза. Слышишь меня? Открывай глаза, это приказ!

Ресницы ее задрожали. Мутный, совершенно невменяемый взгляд скользнул по лицу Пэйтона не узнавая.

- Уйди... - прошептала она заплетающимся языком. Губы потрескались, голос был сиплым и чужим. - Оставьте меня. Я хочу к маме... к папе.

От этих слов у Джейдена что-то оборвалось внутри. Он смотрел на эту картину: на сестру на полу, на суетящегося Пэйтона, на трясущегося Джоша в дверях. И внезапно острая, обжигающая ярость сменила собой ледяное оцепенение. Ярость на самого себя. На всех них.

- Вызывай скорую, - скомандовал он, не поворачивая головы к Джошу.

- Нет! - взвизгнула Майя, неожиданно резко дернувшись. Сознание на секунду прояснилось от выброса адреналина. Она вцепилась здоровой рукой в рубашку Пэйтона, глаза ее, огромные, почти черные от расширенных зрачков, наполнились животным ужасом. - Не надо скорую! Не надо! Меня запрут! Меня в больницу запрут, как сумасшедшую! Я не хочу! Я вас не знаю, идите вон из моего дома!

Она разрыдалась. Это был не плач, а вой. Утробный, надрывный, скрежещущий. Она выгибалась в руках Пэйтона, пытаясь то ли вырваться, то ли забиться обратно в угол. Из пореза снова выступила кровь, закапав на ее платье и на рубашку брата.

Джейден в два шага пересек комнату, грубо оттолкнул Руслана плечом и сам схватил сестру за плечи. Он встряхнул ее, сильно, возможно, слишком сильно для шестнадцатилетней девушки с порезанными руками. Но иначе она бы его не услышала. Ее голова мотнулась назад.

- Ты! - прорычал он ей в лицо, и его собственные глаза были влажными. - Ты что удумала?! Майя! А ну посмотри на меня! Смотри!

Она затихла, глядя на него с собачьей тоской. Из носа у нее потекло, смешиваясь со слезами. Ее трясло.

- Ты кто такая, чтобы решать?! - кричал он, срывая связки. - У тебя есть мы! Четверо! Мы потеряли тебя на шесть чертовых лет, не смей отнимать у нас единственную сестру! Ты хоть на секунду подумала о нас? Ты хоть на секунду представила, как мы открываем дверь и находим здесь твой труп маленькой девочки?

Слово «труп» резануло воздух, как пощечина. Джош, стоявший в дверях, тихо сполз по косяку на корточки и закрыл лицо руками, он был не готов к столь печальному зрелищу. Чейз стоял белый, как стена, сжимая в кармане мобильный телефон, не решаясь набрать номер.

Майя смотрела на Джейдена, и в ее взгляде медленно проступало осознание. Сестра? Они ее братья? Те сны из детства, далеко не сны? Может это пьяный бред? Осознание того, что она не одна в этой черной яме. Что эти четверо огромных, сильных мужчин, которые кажутся непробиваемыми, сейчас разбиты вдребезги вместе с ней.

- Я не могу, - прошептала она, икая и дрожа. В голосе звенела такая безысходность, что у Пэйтона, ветерана, прошедшего ад, дернулся кадык. - Я не могу дышать. Там, в земле, они... Мне холодно. Мне все время холодно. Я хочу к ним. Зачем мне здесь быть, если их нет, кому я ещё нужна?

Джейден рывком прижал ее к себе. Крепко, до хруста, не обращая внимания на кровь и сопли, на вонь перегара, на ее слабое сопротивление. Он обхватил ее затылок огромной ладонью, зарываясь лицом в ее грязные волосы.

- Мы здесь, - сказал он, и голос его предательски дрогнул, сорвался в глухой, сдавленный бас. - Мы, черт тебя дери, живы. И пока жив я, ты тоже будешь жить. Ты поняла? Даже не думай. Даже не думай больше тянуться к этому чертову лезвию.

Пэйтон, опустившись на колени, гладил ее по голове. Чейз с красными глазами подошел ближе и сел на пол у ее ног, положив тяжелую руку на ее колено. Джош, шмыгая носом, прижался к ее боку.

Они сидели на ванной, в окружении пустых бутылок и осколков прошлой, разбитой жизни. Четыре брата и одна маленькая, сломленная девочка в центре их нерушимого круга.

- Мы вытащим тебя, - тихо сказал Пэйтон в тишине. - Даже если ради этого нам придется связать тебя веревками и дежурить посменно. Ты не одна, девочка. Слышишь? Больше никогда.

Майя не отвечала. Она только закрыла глаза, и из-под ресниц потекли две крупные, горячие слезы. Но она больше не пыталась вырываться. Теперь братья вновь были рядом.