Спустя годы

Я проснулась посреди ночи от ужасной жажды. Несколько секунд я просто смотрела в потолок, пытаясь понять, где нахожусь. В палате было тихо, а рядом со мной сидел Джуд.

Он уснул прямо на стуле, откинув голову на спинку, но даже во сне не отпустил мою руку. Его пальцы всё ещё были переплетены с моими, будто даже во сне он боялся меня потерять.

Я невольно улыбнулась.

— Джуд... — тихо позвала я.

Он не пошевелился.

— Джуд, просыпайся.

Он резко открыл глаза и тут же выпрямился.

— Что случилось? Всё нормально? Ничего не болит? Тебе плохо?

Я тихо рассмеялась.

— Хах, успокойся, Ромео. Со мной всё хорошо. Ты просто уснул на стуле.

Он несколько секунд смотрел на меня, будто пытался окончательно проснуться, а потом провёл ладонью по лицу.

— Кажется, да... Я уснул здесь.

— Я заметила.

Он посмотрел на наши руки и только тогда понял, что всё это время продолжал держать меня.

— Я даже не заметил.

— Зато руку мою не отпустил.

Он слегка улыбнулся.

— Наверное, я уже привык держать тебя за руку.

От этих слов у меня стало тепло внутри.

Я немного приподнялась на подушке.

— Подай мне, пожалуйста, воды.

— Конечно.

Джуд сразу потянулся за стаканом и осторожно помог мне попить.

— Ещё хочешь?

— Нет, спасибо.

Он поставил стакан обратно и снова сел рядом.

Я посмотрела на него. Он выглядел совершенно измученным.

— Джуд.

— М?

Я чуть отодвинулась и показала рукой на свободное место рядом с собой.

Он посмотрел на кровать, потом на меня и сразу улыбнулся.

— Ты точно не против?

— Если бы была против, я бы не предлагала,принимай мое предложение пока я не передумала

— Тогда я с удовольствием воспользуюсь приглашением.

Он осторожно лёг рядом, стараясь не задеть меня.

Я повернулась к нему и положила голову ему на грудь.

Несколько секунд мы просто молчали.

Я слышала, как бьётся его сердце — ровно и спокойно.

Одной рукой я обняла его, а он осторожно положил ладонь мне на спину.

— Знаешь, — тихо сказала я, — мне впервые за несколько дней не страшно закрывать глаза.

Он посмотрел на меня.

— Потому что я рядом?

Я улыбнулась.

— Потому что ты рядом.

Он нежно поцеловал меня в макушку.

— Тогда спи. Я никуда не уйду.

Я закрыла глаза.

Через несколько минут дыхание Джуда стало спокойным, а его сердце продолжало размеренно биться рядом с моим.

И впервые за долгое время мы оба заснули спокойно.

Я снова проснулась от кошмара.

— НЕТ!

Я резко вскочила, и тело тут же отозвалось ноющей болью. Я тяжело дышала, пытаясь прийти в себя, и несколько секунд просто смотрела перед собой.

Потом повернула голову.

Рядом никого не было.

Джуда не было.

Сердце тут же забилось сильнее. За эти дни я настолько привыкла к его присутствию рядом, что даже несколько секунд без него заставили меня почувствовать тревогу.

— Джуд?.. — тихо позвала я.

Ответа не было.

— Джуд, ты где?

Я уже начала беспокоиться, когда дверь палаты открылась.

На пороге стоял Джуд с подносом в руках.

— Милая, что случилось?

Я сразу выдохнула с облегчением и крепко обняла его, как только он подошёл.

Он поставил поднос на столик и осторожно обнял меня в ответ.

— Я здесь. Всё хорошо. Я просто отошёл за завтраком.

— Больше не оставляй меня одну утром...

Он немного отстранился и посмотрел мне в глаза.

— Тебе опять снились кошмары?

Я кивнула.

— Мхм...

Он провёл рукой по моим волосам.

— Прости, что меня не было рядом, когда ты проснулась. Я не думал, что ты проснёшься так рано.

Я быстро вытерла слезу и решила перевести тему.

— Ты завтрак принёс?

Джуд сразу понял, что я пытаюсь отвлечься, но спорить не стал.

— Да, конфетка. Давай позавтракаем.

Я усмехнулась.

— Конфетка? С каких пор ты так меня называешь?

Он улыбнулся и сел рядом.

— С сегодняшнего утра. Тебе не нравится?

Я почувствовала, как щёки становятся горячими.

— Нууу не знаюю

— Тогда всё, решено. Теперь ты моя конфетка.

— Ты сам себе всё придумал.

— Зато тебе понравилось.

Я рассмеялась.

— Возможно.

Мы устроились поудобнее и начали завтракать.

Джуд рассказывал мне какую-то смешную историю с тренировки, я перебивала его и специально придиралась к каждой мелочи, а он возмущался, что я даже в больнице умудряюсь спорить с ним.

Постепенно я перестала думать о кошмаре.

О страхе.

О том, что произошло.

Потому что рядом с ним мне наконец становилось спокойно.

И пока Джуд сидел напротив меня и улыбался, я впервые за долгое время почувствовала, что вперреди у меня снова может быть что-то хорошее.

После завтрака в палату снова пришёл врач. Он пролистал записи, посмотрел на показатели и подошёл к моей кровати.

— Так, Назеля, ваши показатели уже намного лучше. Скажите, у вас есть какие-нибудь жалобы?

Я немного подумала, прежде чем ответить.

— Да. У меня уже несколько дней всё тело ноет, особенно когда я пытаюсь встать. Иногда кажется, будто сил вообще нет.

Врач кивнул и спокойно объяснил:

— Это ожидаемо после того, что с вами произошло. Но вам нельзя всё время просто лежать и ждать, пока боль пройдёт. Организм постепенно должен возвращаться к обычной нагрузке. Поэтому вам нужно начинать понемногу ходить. Медленно, осторожно, без резких движений. Даже если сначала будет неприятно.

— Хорошо, я поняла.

Врач уже собирался выйти, но Джуд вдруг поднялся со стула.

— Доктор, подождите.

Врач остановился.

— Да, слушаю вас, мистер Беллингем.

Джуд на секунду посмотрел на меня, а потом снова обратился к врачу.

— Наз уже несколько раз просыпалась от кошмаров. Она боится засыпать и каждый раз пугается, когда просыпается одна. Я не знаю, насколько это нормально после всего произошедшего, но мне кажется, что ей становится всё тяжелее.

Врач внимательно выслушал его.

— При её ситуации такие реакции вполне возможны. Она пережила сильный стресс, поэтому кошмары, тревожность и страх вполне закономерны. Но с этим не стоит оставаться один на один. Я попрошу психолога поговорить с ней и, если она будет готова, начать постепенно работать с последствиями пережитого.

Джуд кивнул.

— Хорошо. Спасибо. Я просто хочу убедиться, что мы ничего не упускаем.

— Это правильно. Сейчас главное — не торопить её и дать ей почувствовать себя в безопасности.

Врач вышел.

Я посмотрела на Джуда.

— «Мы»?

Он повернулся ко мне.

— Конечно, мы.

— Ты так говоришь, будто это твоя больница.

Он улыбнулся.

— Если бы мог, я бы здесь ещё и стены перекрасил, лишь бы тебе было комфортно.

Я тихо рассмеялась.

Через некоторое время Джуд лёг рядом со мной. Я осторожно положила голову ему на плечо, а он обнял меня одной рукой.

Мы включили телевизор и некоторое время просто смотрели какую-то передачу. Мне даже казалось, что последние несколько дней наконец начинают отдаляться.

Я чувствовала его тепло рядом и слышала спокойное дыхание.

Вдруг на экране появилась срочная новость.

Я сразу узнала фотографию.

Лукас.

Джуд заметил это и тут же потянулся к пульту.

— Давай переключим.

Я остановила его.

— Подожди.

На экране появилась надпись:

«Модель Лукаса Ксавьера арестовали по подозрению в покушении на убийство».

Я несколько секунд молча смотрела на экран.

— Так ему и надо. Давно пора уже.

Джуд ничего не ответил. Он просто крепче приобнял меня и тихо прошептал:

— Всё прошло, конфетка. Больше не бойся.

Я почувствовала, как напряжение постепенно уходит из плеч.

— Я пытаюсь.

Он немного повернул голову ко мне.

— Я знаю. И тебе не нужно заставлять себя забыть всё за один день. Если тебе страшно — говори мне. Если тебе приснился кошмар — буди меня. Если тебе просто хочется, чтобы я сидел рядом и держал тебя за руку, я буду сидеть.

Я подняла голову с его плеча и посмотрела ему в глаза.

— Ты понимаешь, что из-за таких слов я ещё сильнее к тебе привяжусь?

Он улыбнулся.

— Кажется, я уже немного опоздал с этим предупреждением.

Я рассмеялась, а потом снова положила голову ему на плечо.

— Я всё равно не привыкну к этому прозвищу.

— К какому?

— К «конфетке».

— А мне нравится.

— Почему?

Он на секунду задумался.

— Потому что оно не такое серьёзное, как «любимая», и не такое обычное, как «Наз». Когда я называю тебя конфеткой, ты сразу улыбаешься. А после всего, что случилось, я хочу видеть именно эту твою улыбку.

Я замолчала.

— Ты иногда говоришь такие вещи, что я вообще не знаю, что тебе ответить.

— Тогда ничего не отвечай.

Он осторожно коснулся моей руки.

— Просто оставайся рядом.

Я переплела свои пальцы с его.

— А ты?

— А я никуда не собираюсь.

Я снова посмотрела на телевизор, но уже почти не слушала новости.

Впервые за долгое время мне было не страшно.

Потому что рядом сидел человек, который не пытался заставить меня забыть прошлое.

Он просто помогал мне снова почувствовать себя в безопасности.

***

Следующие несколько дней в больнице проходили совсем не так, как я представляла.

Каждое утро начиналось одинаково.

Джуд просыпался раньше меня, хотя иногда я замечала, что он вообще почти не спал. Он приносил мне завтрак, открывал шторы и обязательно спрашивал, как я себя чувствую.

А потом начиналось самое сложное — ходьба.

Врач сказал, что мне нужно постепенно возвращаться к движению, и Джуд каждый раз был рядом.

— Готова?

Я посмотрела на него с сомнением.

— Нет.

— Отлично.

— Что значит «отлично»? Я только что сказала, что не готова.

— А я услышал, что ты всё равно попробуешь.

Я закатила глаза.

— Ты невозможный.

— Зато твой.

Он протянул мне руку.

Я осторожно встала.

Первые шаги давались тяжело. Иногда мне хотелось сразу сесть обратно, но Джуд ни разу не торопил меня.

— Медленно. Не спеши.

— Я и так медленно иду.

— Я знаю. Я просто напоминаю.

— Ты будешь так говорить каждый раз?

— Каждый.

— Тогда я уже начинаю жалеть, что согласилась.

Он усмехнулся.

— Поздно. Я уже твой персональный тренер.

И я всё-таки улыбалась.

Даже в самые тяжёлые дни.

По ночам было сложнее.

Иногда я просыпалась от кошмаров и долго не могла понять, где нахожусь. Но теперь Джуд всегда был рядом.

Иногда мне было достаточно просто услышать его голос.

— Наз, ты в больнице. Посмотри на меня. Всё хорошо. Ты со мной.

И постепенно я снова засыпала.

Днём у меня начались встречи с психологом.

Первые несколько разговоров были особенно тяжёлыми. Мне не хотелось говорить о произошедшем, но психолог не заставлял меня торопиться.

Я рассказывала ровно столько, сколько могла.

А Джуд в это время обычно ждал меня за дверью.

Иногда с кофе.

Иногда с какой-нибудь глупой историей с тренировки.

А иногда просто молча сидел рядом.

И именно эта наша маленькая рутина помогала мне больше всего.

Но однажды всё изменилось.

Я вернулась после очередного занятия с психологом и долго молчала.

Джуд сразу это заметил.

— Что случилось?

Я села на кровать.

— Ничего.

Он посмотрел на меня.

— Ты говоришь «ничего» именно тогда, когда что-то случилось.

Я попыталась улыбнуться, но у меня не получилось.

— Я боюсь.

Он сел рядом.

— Чего?

Я опустила взгляд на свои ноги.

— Что больше не смогу вернуться.

Он нахмурился.

— Куда?

— На подиум.

Голос дрогнул.

— Джуд, я раньше могла часами работать, бегать с одного кастинга на другой, менять образ за образом и вообще не чувствовать усталости. А сейчас мне сложно просто пройти несколько метров.

Он молчал.

Я продолжила:

— А вдруг это не пройдёт? Вдруг я больше не смогу работать так, как раньше? Вдруг я потеряю эту энергию? Ту самую Наз, которую все знали?

Слёзы начали катиться по щекам.

— А если обо мне просто забудут? В этой индустрии каждый день появляются новые лица. Никто не будет ждать меня вечно.

Джуд осторожно взял меня за руки.

— Посмотри на меня.

Я подняла глаза.

— Ты правда думаешь, что несколько недель восстановления могут стереть всё, чего ты добивалась годами?

— Я не знаю...

— А я знаю.

Он говорил спокойно, но в голосе чувствовалась такая уверенность, что я невольно перестала плакать.

— Тебя будут помнить не потому, что ты никогда не уставала и всегда была идеальной. Тебя будут помнить потому, что ты талантливая. Потому что ты умеешь работать. Потому что ты любишь то, чем занимаешься.

Я всхлипнула.

— А если я изменюсь?

— Тогда изменишься.

Я удивлённо посмотрела на него.

— И что?

Он пожал плечами.

— Люди меняются. Ты не обязана вернуться ровно такой, какой была до всего этого. Может быть, ты вернёшься другой. Более сильной. Более спокойной. Но это всё равно будешь ты.

Я вытерла слёзы.

— Ты так уверенно это говоришь.

— Потому что я знаю тебя.

Он чуть улыбнулся.

— Я видел, как ты злишься, когда у тебя не получается. Видел, как ты радуешься даже маленьким победам. Видел, как ты можешь провести целый день на ногах ради одной съёмки и потом ещё спорить со мной, что совсем не устала.

Я засмеялась сквозь слёзы.

— Я действительно так делаю.

— Именно.

Он мягко сжал мою руку.

— Поэтому я не боюсь, что ты потеряешь себя. Я боюсь только того, что ты сама перестанешь в себя верить.

Я замолчала.

А потом тихо сказала:

— А знаешь, чего я ещё боюсь?

— Чего?

— Что наша ссора всё это разрушила.

Он сразу понял, о чём я.

Несколько секунд мы молчали.

— Я тоже об этом думал.

— О чём?

— О том, что сказал тебе тогда.

Я опустила глаза.

— Когда ты сказал, что моя работа занимает слишком много места...

— Я знаю.

Он тяжело вздохнул.

— И я до сих пор жалею об этом.

Я посмотрела на него.

— Мне тогда показалось, что ты вообще не понимаешь, насколько это важно для меня.

— Теперь понимаю.

— А я не понимала, насколько важен для тебя футбол.

Он чуть улыбнулся.

— Значит, мы оба были слишком упрямыми.

— Очень.

— И оба хотели, чтобы второй первый сделал шаг.

Я тихо рассмеялась.

— Это правда.

Он посмотрел мне в глаза.

— Но я больше не хочу, чтобы мы выбирали между любовью и нашими мечтами.
— Если тебе нужно будет уехать в Лондон — мы найдём способ. Если мне нужно будет остаться в Мадриде — ты не должна воспринимать это как то, что я выбираю футбол вместо тебя.

Я кивнула.

— А если тебе понадобится время для восстановления, ты не должна думать, что я буду ждать от тебя прежнюю Наз.

— А какую Наз ты будешь ждать?

Он улыбнулся.

— Ту, которая однажды снова будет спорить со мной из-за какой-нибудь ерунды.

Я рассмеялась.

— Я могу начать прямо сейчас.

— Вот. Значит, ты уже возвращаешься.

Я посмотрела на него и впервые за несколько дней улыбнулась по-настоящему.

Мне всё ещё было страшно.

Я всё ещё не знала, каким будет моё будущее.

Но теперь я хотя бы не чувствовала, что должна пройти этот путь одна.