Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 21 «Расстояние»
✦ Мирай
⠀
Первую неделю она звонила каждый день.
Не потому что договаривались — просто так получалось. Он отвечал всегда, даже если было поздно или он только что вернулся с пар. Иногда разговор был длинным — час, полтора. Иногда просто сидели в тишине с включёнными камерами и каждый делал своё.
Она читала учебник, он что-то писал. Просто чтобы быть рядом хотя бы так.
Соня называла это здоровой зависимостью.
— Это не зависимость, — говорила Мирай.
— Это привязанность, — говорила Соня. — Что в принципе то же самое но звучит лучше.
Мирай не спорила.
Мюнхен ему давался — она это видела. Он не жаловался никогда, но она научилась читать его по другим признакам. Если отвечал коротко — значит устал. Если долго не писал днём — значит засел в библиотеке. Если вечером сам звонил без предупреждения — значит день был хорошим.
Хороших дней становилось больше.
Это было правильным. Это было именно то чего она хотела для него.
И всё равно иногда ночью она лежала в темноте и думала про два часа разницы во времени. Что когда она засыпает — он ещё не спит. Что когда она просыпается — он уже на парах. Что они существуют в одном мире но в немного разных его версиях.
Это было странным ощущением. Не плохим — просто странным.
⠀
⠀
В середине февраля она придумала конверты.
Не письма — просто маленькие записки. Она писала их от руки на обычных листах, складывала, отправляла фото.
Не каждый день — иногда раз в несколько дней. Писала что угодно — что видела в окно автобуса, что сказала Соня смешного, что Громов выглядит подозрительно здоровым и она подозревает что его тайно поливает Артём.
Он читал и отвечал коротко. Иногда одним словом. Иногда присылал фото в ответ — улица в Мюнхене, кофе в бумажном стакане, книга которую купил на развале.
Однажды прислал фото окна своей комнаты.
За стеклом был незнакомый двор — аккуратный, европейский, с голыми зимними деревьями.
она написала: красиво.
он ответил: не наша набережная.
Мирай смотрела на это сообщение долго.
написала: нет. но тоже ничего.
Пауза.
скучаю по набережной, — написал он.
только по ней?
нет.
Она улыбнулась в экран.
я знаю, — написала она.
⠀
⠀
✦ Ян
⠀
Мюнхен был методичным городом.
Всё работало по расписанию — транспорт, магазины, университет. Люди ходили быстро и знали куда. Первое время это его устраивало — он сам был методичным, системы уважал.
Потом стало немного душно.
Не от города — от отсутствия своего. Здесь не было мест которые были его. Не было набережной, не было библиотеки у окна, не было кафе на углу. Всё было чужим — функциональным, нормальным, но чужим.
Он ходил на пары. Делал задания. Разговаривал с Мирай по вечерам.
Это держало.
Однажды после лекции к нему подошёл парень из группы — немец, высокий, со странным именем которое Ян сразу не запомнил. Сказал что видит его каждый день одного и это выглядит скучно. Предложил пойти выпить кофе.
Ян хотел отказать.
Потом вспомнил что Мирай говорила — заводи знакомства, тебе надо. Ты не можешь сидеть в кампусе полгода один.
Пошёл.
Парня звали Лукас. Он изучал финансы, говорил по-английски быстро и немного криво, смеялся громко. Совсем не похожий на Артёма — и при этом почему-то напомнил.
Они просидели в кафе два часа.
Вечером Ян написал Мирай: познакомился с человеком из группы.
она ответила мгновенно: серьёзно?? как его зовут
Лукас.
и как он
нормальный. громкий.
это хорошо или плохо
просто факт.
она написала: ян.
что.
я рада. правда.
Он смотрел на это.
знаю, — написал он.
расскажи про него больше.
И он рассказал — коротко, по существу. Она слушала и задавала вопросы и смеялась в нужных местах. Он сидел в своей маленькой комнате в Мюнхене и разговаривал с ней и думал что полгода это много и одновременно — конечное число.
С каждым днём на одно меньше.
⠀
⠀
✦ Мирай
⠀
В конце февраля она надела его серый свитер.
Просто так — утром, когда было холодно и не хотелось думать что надеть. Взяла с полки, натянула. Свитер был большим — на него, значит на неё очень большим, рукава закрывали руки до кончиков пальцев.
Пахло уже только стиральным порошком. Его запах давно выветрился.
Она всё равно оставила на себе.
На паре Соня посмотрела на неё и ничего не сказала. Просто посмотрела — с тем тёплым выражением которое означало я всё вижу и мне не надо ничего объяснять.
После пары написала Яну фото — просто селфи, в свитере, без подписи.
Он ответил через минуту.
мой свитер.
твой свитер, — написала она.
как он на тебе.
большой.
Пауза.
оставь себе, — написал он.
я и так оставила.
знаю. просто говорю официально.
Мирай засмеялась — в пустой аудитории, одна, после всех ушедших.
официально принято, — написала она.
хорошо.
ян.
что.
скучаю.
Пауза. Чуть дольше обычного.
я тоже, — написал он. — сто сорок семь дней.
она посчитала.
сто сорок семь, — написала она. — считаемо.
да, — ответил он. — считаемо.
⠀
⠀
✦ Ян
⠀
Март пришёл неожиданно тёплым.
В Мюнхене снег почти растаял — по улицам текли маленькие ручьи, небо стало выше и светлее. Ян ходил на пары без шапки впервые за месяц и думал что весна здесь наступает раньше чем дома.
Лукас позвал его на тусовку.
Ян отказал — первый раз, второй. На третий Лукас сказал ты не можешь вечно сидеть в комнате это нездоровое.
Ян подумал про Мирай которая говорила то же самое другими словами.
— Один раз, — сказал он.
— Один раз, — согласился Лукас.
Он написал Мирай вечером: меня зовут на тусовку. Лукас.
она ответила: иди.
ты уверена.
ян. иди. заводи знакомства. веселись.
Пауза.
веселиться не умею.
научишься. или просто постой в углу и наблюдай. ты умеешь наблюдать.
Он улыбнулся.
хорошо, — написал он. — иду.
напиши потом как было.
напишу.
и ян.
что.
не пропадай надолго.
не пропаду.
Он оделся и пошёл.
Тусовка была в квартире кого-то из факультета — большой, шумной, с музыкой которую он не знал. Лукас тащил его знакомиться с людьми, что-то объяснял по-английски слишком быстро. Ян кивал и думал что это было именно так как Мирай и сказала — стоять и наблюдать.
Потом кто-то налил ему что-то.
Он выпил.
Потом ещё.
Потом стало немного легче — шум стал фоном, люди стали менее чужими. Он разговаривал с кем-то про экономику, потом про музыку, потом просто стоял у окна и смотрел на ночной Мюнхен.
Думал про Мирай.
Про то что она сейчас, наверное, спит — у них два часа разницы, у неё уже далеко за полночь. Про серый свитер на ней. Про сто сорок семь дней которые становились меньше.
Потом рядом оказалась девушка.
Русая, весёлая, с бокалом в руке. Что-то сказала по-английски — он не сразу понял что. Потом понял — спросила не скучно ли ему одному у окна.
— Нет, — сказал он.
— Неправда, — сказала она и улыбнулась.
Она была из Франции, училась на архитектурном, знала три языка. Разговаривать с ней было легко — она говорила много и не требовала много в ответ.
Он пил и слушал и думал про Мирай.
Утром он проснулся в своей комнате и не сразу вспомнил как именно закончился вечер.
Голова была тяжёлой. На телефоне было три сообщения от Лукаса и одно от Мирай — отправленное в час ночи её времени.
как тусовка?
Он смотрел на экран.
нормально, — написал он. — рассказу потом. сейчас голова болит.
она ответила быстро — значит уже не спала.
бедный. пей воду.
пью.
и больше не пей столько.
откуда знаешь что я пил много.
потому что голова болит и ты написал рассказу вместо расскажу.
Он посмотрел на своё сообщение.
— Чёрт, — сказал он вслух.
она написала: смайлик с сердечком.
он написал в ответ то же самое.
Лёг обратно.
Смотрел в потолок.
Думал про вечер — про девушку у окна, про разговор, про то как закончился вечер. Ничего страшного не было — он помнил достаточно чтобы знать это. Просто вечер. Просто тусовка.
Но что-то было неправильным.
Не в том что произошло.
В том что он не сказал Мирай.
Он взял телефон.
Написал: там была девушка. мы разговаривали. ничего не было но я хочу чтобы ты знала.
Отправил.
Лёг.
Ждал.
Ответ пришёл через несколько минут.
спасибо что сказал.
только и всего.
Он смотрел на это — на четыре слова которые были спокойными и за которыми он не мог разглядеть что именно она чувствует.
мирай.
что.
ты в порядке?
Долгая пауза.
да, — написала она наконец. — я в порядке. правда.
он написал: я люблю тебя.
знаю, — ответила она.
И не написала в ответ.
Он лежал в своей комнате в Мюнхене и смотрел в потолок и думал что что-то сдвинулось — едва заметно, на несколько миллиметров. И что это надо было исправить.
Сто тридцать девять дней.
⠀
⠀
— конец двадцать первой главы —
⠀
🎵 плейлист этой главы
─────────────────────
01 — remember to rest · Daniel Saint
02 — утекай · темный принц
03 — Breezeblocks · alt-J
04 — целоваться · lightprey
─────────────────────
включи — и читай
Комментарии