Там где я ненадолго

Была глубокая ночь, темная, и лишь редкие фонари тусклыми пятнами выхватывали из мрака притихшие улицы незнакомого города. Шел дождь — нет, это был ливень: капли летели с неба густым потоком, и казалось, небо решило вылить на нас всю свою печаль.

Я сидела в машине, которую арендовал папа. Стекла давно запотели от сырости, но я протерла ладонью маленькое стеклышко, чтобы хоть немного видеть, куда мы едем. Внутри было ужасно тесно. На заднем сиденье мы с Викой были зажаты в узкое пространство между дверью и горой чемоданов, которые не поместились в багажник. Было холодно, сыро, и от этой тесноты в груди нарастало чувство тревоги.

Канада казалась совсем негостеприимной. Тут что-то пронеслось прямо перед машиной в свете фар, и...

— Енот! — в один голос выкрикнули я, Вика и мама.

Зверь лишь сверкнул глазами и исчез в темноте. Папа тихо выругался под нос и поехал дальше, вглядываясь в стену дождя, который, казалось, лишь усилился.

Наконец машина остановилась возле небольшого дома. Мы, стараясь не помокнуть под ливнем, быстро перетащили чемоданы в арендованный подвал. Я так надеялась, что мы наконец сможем согреться и поспать в тепле, но мои надежды не оправдались. Это был двухэтажный дом и нам достался его подвал: несколько крошечных окон под потолком, две спальни, небольшая кухня — все выглядело серым и неуютным.

Ночь выдалась мучительной — я никогда не забуду эту ночь. Отопления не было, и холод пробирал до костей. Все, что оставалось, — плотнее закутаться в одеяло, пытаясь сохранить последние крупицы тепла. Было не только холодно — еще надо мной кто-то ходил, так громко, будто там слоны. Заснуть долго не получалось, но в конце концов усталость взяла своё. Я забылась беспокойным сном, думая о том, что моя жизнь навсегда изменилась.

Утро встретило нас прохладой, как и вчерашний вечер, но не было таким мрачным. Чтобы согреться, мы решили позавтракать в кафе.

Как только мы вошли внутрь, я замерла — как же здесь тепло и уютно. Лампы горели мягким теплым светом, а в воздухе стоял аромат кофе. Я с наслаждением втянула этот воздух, стараясь забыть запах сырого подвала. Мама и папа неспешно пили кофе, Вика ела яичницу, а я с аппетитом ела тёплый бутерброд с сыром и колбасой и запивала его апельсиновым соком, наблюдая, как мама и Вика о чём-то беседовали.

Я почувствовала, что на душе стало мирно — пусть совсем на чуть-чуть, но все же.

После мы просто гуляли. Ничего особенного — обычный парк, магазины и бесконечные улицы с домами, которые в этом городе казались вечными. В торговом центре я увидела куклу и подумала, что она мне очень нужна: игрушек у меня мало, а в этой пустоте мне нужно что-то свое. После того как я играла с ней и смотрела в узкое окно, прошло три часа — время обеда. Мы снова пошли в кафе, чему я была рада.

А вот ужинали мы уже в подвале. Поели и готовились ко сну. В этот раз мы не разошлись — я, Вика и мама легли вместе в одну кровать. Только так было теплее. Почему здесь так холодно?

Следующие дни тянулись один за другим, похожие как две капли воды. Я с ужасом узнала, что нам придется прожить в этом подвале еще целых две недели. Ужас.

Почти все эти дни папа настойчиво пытался связаться с хозяевами: просил пароль от интернета и включить отопление — но его просто игнорировали. Телефон молчал, а батареи оставались ледяными.

Так прошла первая неделя. И вот, когда я уже привыкла этому холоду, папа пришел и хмуро  сказал, что мы переезжаем опять...