КОРОЛЬ ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ

Рогфурт жил в маленьком замке на берегу озера – четыре этажа из серого камня и низенькая башенка с остроконечной крышей. По южной стене взбирались розы, восточная выходила на пристань, у которой лежали перевёрнутые лодки. Густой сосновый бор придавал пейзажу мрачноватый, но умиротворённый вид.
Сюда мы отправились впятером: я, Тэхен, Джису, Чеен и Чимин. Гролу же Тэхен скрепя сердце доверил присматривать за оленёнком, о котором до сих пор, кроме меня и Ферра, никто не знал. Тэхен не доверял советникам и решил ничего не говорить о счастливой находке.
На пороге нас встретила человеческая девушка с повязкой на глазу. Глубоко поклонилась, расправила белый передник и пригласила в дом. К лошадям тут же подбежал мальчишка-конюх, тоже человек, – и, раскланявшись, потянул коня Тэхена и кобылу Чеен прочь со двора.
Служанка провела нас в просторную, но заваленную хламом гостиную. Книги, свитки, сундуки, картины, разные инструменты от металлических щипцов и увеличительных стёкол до непонятных мне маятников и молоточков, которые всё время находились в движении – комната будто сошла с книжной иллюстрации о логове одержимого наукой алхимика. В гостиной нас уже ожидал Рогфурт – высокий, худощавый фейри с золотыми волосами до плеч. Острые кончики огромных ушей смешно загибались к земле. Одет Рогфурт был удивительно просто – в хлопковые штаны и льняную тунику, подпоясанную обыкновенной верёвкой.
– А, Ваше Величество! – Тонкие губы изобразили вежливую улыбку, раскосые глаза превратились в тёмные щёлки, Рогфурт поклонился. – Чем обязан столь приятному визиту? Ваше письмо звучало так туманно и загадочно, что я всю неделю изнывал от любопытства. Впрочем, мы можем обсудить это за обедом! Вы, должно быть, устали с дороги! Я приказал накрыть стол в малой столовой, прошу прощения – большая отдана под мои опыты, и я попросту не успел бы привести её в надлежащий вид! Ох, прошу-прошу, следуйте за мной, Ваше Величество!
Спотыкаясь о бумаги на полу и разбросанные вещи, Рогфурт выскочил из гостиной. Мы переглянулись.
– Я слышала, конечно, что у этого чудака орешки в черепушке звенят, но не думала, что настолько, – тихо прыснула Джису.
Тэхен покосился на неё с лёгкой укоризной и последовал за Рогфуртом. Я поторопила Чеен и Чимина, которые увлечённо разглядывали странные тикающие механизмы на полках.
Столовая оказалась гораздо более опрятной. Окон не было, свет излучали кристаллы на столе и в изящных напольных подсвечниках. На стенах висели картины, так много, что каменную кладку за ними было не разглядеть. На всех картинах были изображены люди. На столе лежал запечённый поросёнок, обложенный овощами, стояли десятки тарелочек с закусками.
Рогфурт выдвинул стул во главе стола и пригласил Тэхена занять место, сам сел рядом, смешным движением разгладил скатерть, подвинул вилку и ложку так, чтобы они лежали на одинаковом расстоянии от тарелки и неловко улыбнулся. Мы расселись на оставшиеся места.
Из-за двери тут же появилась служанка и наполнила чаши вином. Я удивлённо проследила за ней – она выглядела как человек, но вот глаза были золотые, с чёрными белками. А ещё она заметно хромала.
– Прошу, угощайт... – взгляд Рогфурта упал на меня, лицо вытянулось, а после восторженно просияло. – Что я вижу! Человек в Королевской страже? Какое необычное и, бесспорно, прогрессивное решение! Моё уважение, Ваше Величество!
Он склонил голову, а Тэхен вежливо улыбнулся.
– Дженни моя Тень.
Рогфурт разинул рот.
– Потрясающе! Позвольте поухаживать за вами, госпожа Тень! – Не дожидаясь ответа, Рогфурт вскочил и бросился ко мне. Я даже возразить не успела, а моя тарелка уже была доверху полна. Рогфурт воспользовался «ухаживаниями», чтобы как следует меня разглядеть. – Потрясающе... просто потрясающе... Сперва я подумал, что вы просто безобразная фейри, но потом заметил эти восхитительные ушки!
Тонкие пальцы потянулись к моему уху, я отпрянула, недовольно глядя на Рогфурта и сжимая в ладони столовый нож.
– Прошу, Рогфурт, вернитесь на место, мне бы хотелось продолжить разговор, который мы никак не начнём, – мягко, но настойчиво сказал Тэхен.
– А? Да-да, прошу прощения, Ваше Величество – Рогфурт закивал и, продолжая меня разглядывать и бормотать что-то себе под нос, вернулся на место.
Джису сидела с непроницаемым лицом, Чеен с трудом сдерживала смех, Чимин уже был занят едой. Я покосилась в свою тарелку и на общий стол – каждое блюдо было посыпано золотой пылью. Даже в пасти поросёнка лежало не обычное, а золотое яблоко. Вот же... Стараясь не вдыхать полной грудью, я потянулась к вину, но и оно отливало золотом. Я прикрыла глаза и стиснула зубы, борясь с подступающей тошнотой. Похоже, поесть сегодня у меня не получится.
– Почти триста лет назад мой отец подарил вам бутыль с водой из озера Жизни, – Тэхен сразу перешёл к делу, чтобы не позволить Рогфурту отвлечься на что-нибудь ещё.
Рогфурт встрепенулся и закивал.
– О, да-да! Двести сорок восемь лет назад, если быть точнее. – А я едва не закатила глаза, подумав о том, что Рогфурт с Ферром бы поладили. – Очень щедрый подарок! Он сильно меня выручал эти годы.
Все за столом напряглись, даже Чимин перестал стучать ножом по тарелке.
– У вас ещё осталось... – начал было Тэхен, но Рогфурт, воскликнув взволнованное «ах!», выскочил из-за стола и выбежал из столовой, оставив нас в полном недоумении.
– А можно я просто отрежу ему голову и мы обыщем замок? – пробурчала Джису. Я, по правде сказать, думала о том же.
– Нельзя, Джису, – ответил Тэхен. – Рогфурт такой же мой подданный, как и все вы. Если мы будем отнимать жизнь каждого, кто доставляет нам неудобства, – королевство опустеет.
Джису разочарованно вздохнула и вонзила вилку в кусок свинины.
Время шло, Рогфурт всё не возвращался. Все, проголодавшись с дороги, ели. Я задумчиво мяла в руках салфетку и разглядывала картины на стенах. Королевские балы, крестьяне в поле, сражения, портреты каких-то богатеев – ничего интересного. Впрочем, в изобразительном искусстве я понимала мало.
Я отвлеклась, когда служанка поставила передо мной тарелку с хлебом, сыром и запечённым – совершенно обычным – яблоком.
– А ничего получше нет? Я просил накормить Тень как следует, – Тэхен недовольно глянул в мою тарелку.
– Приношу свои извинения, Ваше Величество, – поклонилась служанка. – Я велела приготовить жаркое, но на это потребуется время...
– Всё в порядке, спасибо. – Я взяла хлеб и ломтик сыра. – Я не настолько голодна.
Есть хотелось, но от запахов фейской еды тошнило. Я с благодарностью посмотрела на Тэхена, он улыбнулся уголком губ.
В столовую вбежал Рогфурт с бутылью в руках.
– Еле отыскал! – Он так осторожно поставил бутыль на стол, будто та могла разбиться от дуновения ветра. – Согласно моим расчётам, тут хватит на два глотка. Два глотка – две спасённые жизни! Бесценный дар Верховного Короля!
Я почти почувствовала возбуждение Тэхена и почти идеально скрытый за вежливой улыбкой восторг.
– Я бы хотел попросить у вас эту бутыль, – сказал он. – Ввиду... некоторых обстоятельств, она бы очень пригодилась для грядущей Ночи Аанъя.
Рогфурт удивлённо вскинул брови, но тут же заулыбался и закивал.
– Конечно-конечно, я с радостью отдам вам этот бесценный дар. Понимаю, что вопрос очень важный, раз вы лично навестили мой скромный дом. Так что, уверяю вас, цена не будет слишком высокой.
Вежливая улыбка на лице Тэхена не дрогнула.
– Что же вы хотите взамен, Рогфурт?
– О! – Рогфурт потирал руки и ёрзал на стуле. – Сущую безделицу! – Он посмотрел на меня, но Тэхен его опередил.
– Дженни в разряд безделиц не входит и входить не может, – сказал он с нажимом.
Рогфурт вздохнул, но расстроился не сильно. Вскочил с места и выбежал из столовой. Тут же вернулся, схватил со стола бутыль и снова выскочил за дверь.
– Всё ещё нельзя оторвать ему голову? –Джису скучающе постукивала ножом по пустой тарелке.
– Он не выглядит опасным противником, – поддержала я, начав уже порядком уставать от ужимок Рогфурта.
– Мы не будем никого убивать, – отрезал Тэхен. – Вы мои защитники, а не наёмные убийцы. Если мы можем получить воду честно, то получим её честно.
Рогфурт вернулся с бутылкой в руках и книгой под мышкой. Вернул воду на стол и принялся листать манускрипт.
– Я коллекционирую разные человеческие изобретения, – торопливо рассказывал он. – Хочу вот это орудие пыток!
Он грохнул передо мной раскрытую книгу, и я увидела чернильную зарисовку двух прямоугольников, связанных между собой перекрестиями шнуровки.
– Э-э... корсет?
– О, я знал, что такая опытная воительница, как вы, знакома с подобными орудиями пыток!
– Орудие пыток? – Чеен с любопытством заглянула в книгу.
Рогфурт закивал и перелистнул страницу. На ней была ещё одна зарисовка – мужчина тянул за ленты, зашнуровывая на женщине корсет.
– В ткань зашиты железные прутья, – возбуждённо принялся объяснять Рогфурт. – Человека одевают в корсет и туго затягивают, чтобы он не мог дышать. Когда несчастный на грани смерти, шнуровку ослабляют, позволяют вдохнуть и повторяют заново. Я слышал, что, если палач не очень опытен, корсетом даже можно переломать рёбра!
– О-о, – протянула Чеен.
– Корсет – это не орудие пыток, – раздражённо сказала я, поражаясь фейской глупости.
– Нет? – Рогфурт вскинул брови.
– Ну в каком-то смысле, – буркнула я. – Но не в этом. Это элемент одежды. Женщины и мужчины носят его, чтобы подчеркнуть... изгибы фигуры, не более.
– Не может быть, – раздосадованно протянул Рогфурт. – Эта штука определённо выглядит как орудие пыток...
– У вас же полный дом людей, – я кивнула в сторону кухни. – Неужели никто вам не сказал?
– О, признаться, это мне как раз и сказала моя почившая служанка. Как печально. Я считал её одной из самых сообразительных моих подопечных... – Рогфурт явно расстроился, насупился и, захлопнув книгу, уселся на стул.
– Но можем достать корсет для вас, – Тэхен попытался вернуть его в прежнее русло, но Рогфурт покачал головой.
– Если это не орудие пыток, то какой в том интерес?
Тэхен покосился на меня с укоризной, я, округлив глаза, развела руками. Ну кто же мог подумать, что Рогфурта так расстроит невинная правда. Тэхен вздохнул.
– Тогда, Рогфурт, возможно, вас интересует что-то ещё? Другая безделица? – вкрадчиво спросил Тэхен, сделав акцент на последнем слове.
Рогфурт задумался, ковыряя ногтем корешок книги, а потом вдруг встрепенулся.
– Я давно пытаюсь провести один опыт... Мне не хватает всего пары ингредиентов из человеческого мира. – Он похлопал по обложке, снова возвращаясь в прежний восторг. – Раздобудьте мне молоко матери, отринувшей своё дитя, и мёртвого младенца!
Несколько мгновений я тупо смотрела на Рогфурта, надеясь, что ослышалась, но он молчал, переводя взгляд с меня на Тэхена и обратно в ожидании ответа.
– Может, остановимся на корсете? – протянула я и умоляюще покосилась на Тэхена.
– Я решил, это моя цена. И нужны ингредиенты именно из мира людей. Младенцы, что рождены на этой земле, и молоко их матерей полны фейского золота. Поверьте мне, я пытался по-разному их использовать, но ничего не вышло, должно быть, нужен всё же чистый, не тронутый золотом материал. Радует только одно – овощи на огороде растут теперь замечательно! Вы знали, что люди обходятся без магии, выращивая свою еду? Трупы и человеческое дерьмо – прекрасные удобрения!
– Так, может быть, притащить вам побольше дерьма? – проворчала я, глядя на Рогфурта с отвращением.
– О, нет-нет, этого добра у нас навалом! – беззаботно отмахнулся он. – Вы знали, что, в отличие от нас, людям приходится опорожнять кишечник каждый день?
Я посмотрела на Тэхена, он – на меня.
– Я не могу покинуть королевство фейри до Ночи Аанъя, – сказал он после короткой паузы. – Это будет значить, что я отказываюсь от своей земли. Ты готова пойти?
Несмотря на мерзкое задание, мысль о том, что я снова окажусь в Алтаруне, обрадовала меня, поэтому я кивнула.
– Возьми кого-то из стражей.
– Я поеду одна, – отрезала я. – Не хватало мне ещё распугать всех людей вашим видом.
Помедлив, Тэхен согласился.
– Сколько времени тебе нужно?
Я постаралась прикинуть, как далеко горы, через которые я прошла в королевство фейри.
– Неделя, может, больше.
– У нас нет столько времени, – цыкнула Джису.
– Поэтому мы с Чеен и Чимином пойдём вперёд, – кивнул Тэхен. – Джису, ты останешься здесь, дождёшься Дженни, и будете нас догонять.
Судя по выражению лица, Джису такой расклад совсем не нравился, но она кивнула.
– Поняла, Ваше Величество.
– Не хочу сомневаться в вашей честности, но всё же прошу не пытаться меня обмануть, – встрял Рогфурт, встал и протянул мне руку для рукопожатия. – Я очень щепетильно отношусь к заключённым сделкам.
– Не хочу сомневаться в вашей честности, но как мы можем быть уверены, что в бутыли вода именно из озера Жизни? – ухмыльнулся Чимин, отклоняясь от стола, чтобы позволить той самой хромой служанке со странными глазами убрать пустую тарелку.
– О, очень просто! – хихикнул Рогфурт, схватил столовый нож и с размаху всадил его служанке горло.
Она закричала, кровь брызнула на белую скатерть, на Чимина и Рогфурта, тарелка со звоном разбилась об пол. Все повскакивали со своих мест. Я выхватила нож, готовая защищаться. Служанка держалась за горло, пытаясь вдохнуть, отступала, спотыкаясь о собственные ноги. Рогфурт выдернул нож, и кровь обдала его тунику.
– Так будет быстрее, – пояснил он.
Служанка упала, задёргалась, открывая и закрывая рот, как выброшенная на сушу рыба. Юбка задралась при падении, и я с ужасом увидела, что вместо левой ноги у неё – поросшее бурой шерстью копыто. Когда-то оно было пришито к её бедру грубыми стежками и теперь на коже виднелся розовый неровный шрам. Я перевела взгляд на Рогфурта – это он с ней сделал? И её чёрные нечеловеческие глаза – тоже его работа? Сумасшедший ублюдок!
Когда служанка наконец замерла, Рогфурт схватил бутылку и, быстрым движением сорвав пробку, плеснул служанке в распахнутый рот.
– После смерти должно пройти не больше трёхсот ударов вашего сердца, иначе ничего не получится, – назидательно сказал он и добавил с довольной улыбкой: – Я проверял.
Служанка вдруг выгнулась, со свистом вдыхая. Перевернулась на бок и попыталась встать, но тут же осела обратно на пол.
– Ты жива, дорогая? – спросил Рогфурт.
Служанка сжалась в комок и кивнула. Рогфурт свистнул, и в столовую прибежали другие слуги, подняли несчастную с пола и потащили прочь.
– Нельзя так обращаться со слугами, – прорычал Тэхен, а Рогфурт пожал плечами.
– Уверяю, Ваше Величество, они на всё идут добровольно! Люди готовы на всё за наше золото.
– Это, по-вашему, тоже было добровольно? – оскалился Тэхен.
– Именно так. Наша сделка с этими малютками позволяет мне подобное, но, как бы то ни было, Ваше Величество, при всём уважении, мои слуги – не ваша забота. – В его голосе на миг промелькнуло раздражение, но тут же скрылось за беспечной улыбкой. – Надеюсь, что теперь вы убедились, что это вода из озера Жизни? Жаль, что остался всего один глоток, но для церемонии этого достаточно. Сделка? – Он снова протянул мне руку, а потом покосился на Тэхена и поспешил уточнить: – Не магическая, самая обычная.
Я тоже посмотрела на Тэхена.
– Ты отдашь Дженни эту бутыль, наполненную водой из озера Жизни, в обмен на молоко матери, отринувшей своё дитя, и тело мёртвого младенца. А если попробуешь обмануть или уйти от сделки любым способом, то будешь немедленно казнён, как нарушивший волю своего Короля, – отчеканил Тэхен.
– Разумеется, Ваше Величество, я честный учёный и ваш верный подданный, – Рогфурт поклонился.
Тэхен кивнул, и мы с Рогфуртом обменялись рукопожатиями.
В столовую прибежал слуга и подал какой-то знак.
– Прекрасно-прекрасно! – Рогфурт кивнул ему и заторопился. – Я счастлив принимать вас в своём замке, можете оставаться, сколько потребуется. Я велел подготовить для вас лучшие спальни! Мои слуги полностью в вашем распоряжении. А меня ждут опыты. Вы сможете найти меня в большой столовой или в моём кабинете, когда только вам это потребуется! Прошу, чувствуйте себя как дома.
Он снова раскланялся и вслед за слугой выбежал прочь.

Я стояла в дверях выделенной мне спальни и наблюдала за тем, как служанка разглаживает свежую простыню на кровати. У служанки были острые фейские уши, но мертвенно-синие, пришитые вместо человеческих.
– Что он делает с вами? – тихо спросила я, служанка вздрогнула и обернулась. Она была красивая, но измождённая: сухие губы искусаны, щёки впали, под глазами залегли глубокие тени.
– Прошу прощения, вы говорите со мной?
– Рогфурт сказал, что вы соглашаетесь на это, – я указала взглядом на её уши, – добровольно. Это правда?
Служанка смутилась, коснулась посиневшей мочки и отвела взгляд.
– Господин очень добр и щедр, – на её щеках появился румянец. – Он заботится о нас, позволяет есть и пить столько, сколько пожелаем, и не нагружает работой.
– Он режет вас.
– Вас растили феи? – спросила она, пропустив мой упрёк мимо ушей.
– Нет, я недавно пришла сюда из Алтаруна.
Служанка улыбнулась и посмотрела на меня снисходительно, будто на глупого ребёнка.
– А нас с сёстрами растили феи. Били и заставляли работать до тех пор, пока не упадёшь без сил. Кормили гнилью, если кормили вообще, и заставляли мучиться без золотых яблок. Знаете, как это больно? Днями, неделями выть от лихорадки и продолжать работать, не имея возможности получить облегчение?
Я покачала головой.
– Когда меня и двух моих сестёр выкупил господин Рогфурт, я узнала, что такое счастье, – служанка покраснела ещё гуще, взгляд её стал туманным, влюблённым. Она заговорила горячо, быстро, откровенно: – Работа у меня несложная, я ем и пью вдоволь. Сестрёнки мои при мне и тоже счастливы. Мне не о чем больше мечтать. И если господину угодно совершенствовать меня и познавать, то я рада предоставить ему своё тело. Это меньшее, что я могу сделать для него в благодарность за жизнь, которую он мне подарил.
Я смотрела на её блаженную улыбку и не знала, что сказать. Что это ужасно? Мерзко? Но разве могла я что-то предложить ей взамен? У меня самой не было ни жизни, ни дома, ни семьи. Я сама нет-нет да возвращалась мыслями к злополучному золотому вину, которое позволило мне ненадолго почувствовать себя счастливой. Я смотрела на эту служанку свысока, но, возможно, на деле была ничем не лучше.
Так и не найдя, что ответить, я вышла из спальни и прикрыла за собой дверь. Тэхен ждал в коридоре.
– Пройдёмся?
Мы вышли к озеру. Вместе с вечерними сумерками к нему подбирался туман, пахло водорослями и гнилым деревом – за причалом давно никто не следил.
– Тебе точно не нужны помощники? – спросил Тэхен, когда мы остановились на берегу.
– Нет. Одна я справлюсь быстрее. Джису пусть следит за Рогфуртом, не нравится он мне. И Джису тоже – это хорошо, она не смотрит ему в рот, как Чеен и Чимин. А тебе понадобится помощь, если олени придут в долину раньше срока.
Подумав, Тэхен кивнул.
– Если помощь понадобится тебе, дай знать. – Он коснулся груди, намекая на связь. – Я отправлю Чеен или Чимина за тобой.
Я ограничилась таким же коротким кивком, стараясь отогнать ненужные мысли о том, как грубо обошлась с нашей связью в библиотеке. Стыдно признаться, меня подмывало повторить это ещё разок, хотя бы ради того, чтобы снова увидеть выражение лица Тэхена, но я сдерживалась. Он никогда не поступал подобным образом со мной, наоборот, обходился очень осторожно и лишний раз не касался связи, и мне отчего-то не хотелось нарушать сложившийся покой.
– И ещё кое-что. Я хотел бы взять прядь твоих волос, позволишь?
– Это ещё зачем? – я нахмурилась.
– Я переживаю, что наша связь ещё недостаточно крепка, чтобы, в случае чего, я мог отыскать тебя на большом расстоянии. А если я отправлю Чеен или Чимина, то они и вовсе не будут знать, где тебя искать. Но если у меня будут твои волосы, я смогу использовать их для заклинания, которое приведёт к тебе, где бы ты ни находилась, – терпеливо объяснил Тэхен.
Подумав, я согласилась, вспоминая, что читала о подобном в сказках, и делая себе мысленную пометку – впредь на всякий случай не разбрасываться в присутствии фейри своими волосами. Достала, нож, срезала прядь за ухом и отдала Тэхену.
Он поблагодарил меня, спрятал прядь в карман, снял с большого пальца золотой перстень с рубином и протянул мне.
– Оно открывает двери в наш мир. Всё, что нужно, – приложить кольцо камнем к скале. Чтобы выйти и чтобы войти.
Я взяла перстень и примерила на левую руку, чтобы не мешал держать нож. Кольцо, сперва не по размеру большое, тут же уменьшилось, плотно обхватив указательный палец. Камень оказался тёплым на ощупь.
– Олмун подарил мне его на восемнадцатилетие, – улыбнулся Тэхен. – Оно работает, я проверял.
– Ты был в мире людей? – Я удивлённо подняла брови.
Тэхен ухмыльнулся и пожал плечами.
– Заглянул одним глазком.
Я нахмурилась и посмотрела на кольцо. Представить Тэхена в мире людей не получалось совершенно.
– Что ты там делал?
Тэхен помедлил с ответом и посмотрел вдаль, на середину озера, туда, где сгущался плотный, полный сумеречной синевы, туман.
– Искал кое-кого.
– Кого?
Тэхен взглянул на меня, отчего-то очень печально, и коснулся рубиновой серьги в ухе.
– Свою сестру.
Я хотела задать следующий вопрос, но не успела.
– Возьми завтра моего коня, – улыбнулся Тэхен, давая понять, что предыдущий разговор окончен. – Он донесёт тебя до границы быстрее и отгонит хищников, если придётся заночевать в лесу.
– Конь? Отгонит хищников? – недоверчиво хмыкнула я, позволяя Тэхену уйти от неприятной темы. – Он, конечно, огромный, но разве станет помехой волку?
Он рассмеялся.
– Только не говори, что до сих пор не замечала, что у него клыки.
Я сделала круглые глаза.
– Ты шутишь?
– Он может и руку отгрызть.
– Я не возьму твоего коня!
– Ты ему нравишься.
– Это, по-твоему, должно меня успокоить?! – Я возмущённо толкнула Тэхена в бок.
– Обещаю, с тобой он будет нежен! – усмехнулся он, и я не сдержала улыбки.
– Вот ещё!
Мы рассмеялись, а потом замолчали, глядя друг на друга и слушая, как вода тихо шелестит, лениво накатываясь на камни. Тэхен вернул взгляд далёкому туману.
– Возвращайся скорее, – тихо сказал он вечернему небу.
– Я мигом, – эхом отозвалась я. – Ты даже соскучиться не успеешь.
Над лесом медленно поднималась бледная тень луны.