КОРОЛЬ ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ

Я сидела на нижнем этаже библиотеки и кормила оленёнка со свёрнутой тряпицы, которую пропитывала коровьим молоком из миски. Он чавкал, прижимался, ворочался у меня на руках и больно топтался по ногам копытцами. Звёздные олени не любили солнечный свет, поэтому Тэхен соорудил для него загон в библиотеке. Разместил его подальше от стеллажей, наколдовал внутри полянку с высокой травой и даже маленькое озерцо, не обращая внимания на ворчание Ферра о том, что вода может навредить книгам. Но тот, кажется, был и не против, раз позволял заклинаниям Тэхена воплощаться в жизнь. Мне же поручили приглядывать за малышом, пока Тэхен занимается государственными делами: слушает бесконечные доклады Олмуна о состоянии казны, обсуждает с Лираной дела просителей и подготовку к Ночи Аанъя, терпит ворчание Аркена по поводу опасных соседей за Лунным Хребтом. Тренировки мы пока отложили.
Я проводила в библиотеке времени больше, чем в собственной спальне, потому что оленёнка надо было кормить каждые несколько часов, и никому, кроме меня, это дело Тэхен доверять не собирался. Ферр тоже был тут и листал книги в поисках ответа на вопрос о том, что теперь делать с церемонией. Оленёнок оказался девочкой, да и будь он самцом, – не успел бы вырасти и обзавестись рогами к сроку. Поэтому нам предстояло выяснить, где ещё водятся Звёздные олени, чем заменить воду из озера Жизни и как успеть найти все ответы до праздника.
– Нашёл! – проревел Ферр, оленёнок испуганно задёргался и опрокинул миску с молоком, драконья лапа ткнула мне в лицо потрёпанный лист пергамента.
Я потянулась к листу, но Ферр предупреждающе зарычал, и я поспешно отдёрнула руку. На пергаменте значились незнакомые символы, они отдалённо напоминали руны, но угадать их значение я не могла.
– Что это? – спросила я.
– Написано же!
– Я не умею читать по-вашему.
– О, – выдохнул дым Ферр. – Я слышал, что люди неграмотные...
В Гильдии всех учили читать и считать, но я не стала переубеждать Ферра, терпеливо ожидая, когда он соизволит перейти к сути. Ферр развернул к себе листок и вложил в толстую книгу, а я в очередной раз удивилась, как ловко он управляется с мелкими страничками своими огромными лапищами.
– Это летопись всех Ночей Аанъя. И тут сказано, что на одном таком празднике двести сорок восемь лет назад Верховный Король подарил целый бутыль, наполненный водами озера жизни, учёному-фейцу по имени Рогфурт... – Ферр выразительно замолчал и взглянул на меня так, будто ждал по меньшей мере восхищённого восклицания. Не дождавшись, клацнул зубами и спросил: – Ты же знаешь, кто такой Рогфурт? Уж люди-то должны знать его имя!
Я пожала плечами. Ферр заворчал на фейском, явно окончательно разочаровавшись в моих умственных способностях, а заодно – и во всём человечестве.
– Рогфурт – величайший исследователь человеческой породы. Он написал сотню манускриптов, описывающих ваше поведение, строение и даже ту варварскую нелепицу, которую вы зовёте культурой...
– Ближе к делу, Ферр.
В меня прилетело облако дыма, из глубины которого раздался недовольный рокот дракона:
– Если нам всем очень повезёт, Рогфурт сохранил подаренную Королём бутыль.
Я закашлялась и замахала рукой, отгоняя дым.
– За триста-то лет?
– Двести сорок восемь. Время уплывает стремительно, и это лучшее, что у нас есть, девочка...
В зал влетел Тэхен, теряя листы из охапки, которую тащил.
– Мы нашли оленей! Мы с Лираной пригласили охотников... не важно. Ещё одно стадо обитает у Дикой Пустоши.
– Это и так всем известно, – проворчал Ферр, аккуратно поставил книгу обратно на полку и задвинул когтем так, чтобы корешок идеально совпадал с соседними. – Только вот до Дикой Пустоши добираться верхом месяц, если не больше. Ты не успеешь к празднику.
– Это верно. Но! – Тэхен зашелестел листами, выудил один и протянул мне. – Один охотник сказал, что это стадо каждую весну путешествует на север и три ночи отдыхает в долине за Лунным Хребтом. По его словам, прибыть туда они должны через неделю или две.
Ферр почесал когтем подбородок.
– Поймать дикого оленя не так-то просто, чуть почуют опасность – обратятся лунным светом. Это наши олени привыкли к людям... Но выбирать не приходится.
– Разве за Хребтом не земли Сынов Полумесяца? – спросила я. – Нам не будут рады.
Тэхен пожал плечами.
– Как и сказал Ферр, выбирать нам не приходится.

У нас не было права на ошибку, времени оставалось в обрез, поэтому было решено наведаться к Рогфурту и попытать счастья с водой из озера Жизни, а оттуда рвануть сразу к Лунному Хребту на поиски оленя. Оленя нужно было поймать и привезти ко двору, ну или хотя бы добыть цветы с его рогов.
Как я и ожидала,Тэхен не пожелал оставаться в стороне, поэтому мне снова пришлось собираться в путь.
– Значит, тебя не будет несколько недель? – протянул Сван, задумчиво водя подушечками пальцев по моей обнажённой груди.
– Приблизительно. – Я встала с кровати и натянула рубаху.
– Очень жаль. – Сван наблюдал за тем, как я одеваюсь. – Мы и так почти не видимся. А если и встречаемся, то только в моей спальне. Знаешь, – он перевернулся на бок и подпёр голову рукой, – в твоей шикарной комнате было бы гораздо веселее проводить время.
– Нет. – Я натягивала сапоги.
Несмотря на слова Тэхена, я не могла водить Свана к себе, зная, что Тэхен совсем рядом... Несмотря на то, что между мной и Сваном никогда не было ничего, кроме физической близости, на которую я имела полное право, мне казалось это неправильным... Я выдохнула и потёрла глаза. Связь с Тэхеном не вызывала во мне ничего, кроме смятения и злости. И я надеялась, что Сван сможет если не вытащить её из меня, то хотя бы заглушить ненавистную петлю на сердце. Но после наших встреч мне становилось только хуже.
Меня чуть ли не лихорадило, когда я оказывалась рядом с Тэхеном: лицо пылало, сердце колотилось, тело покрывалось потом, а живот сводило, стоило Тэхену хотя бы взглянуть в мою сторону. Проклятая связь не давала мне покоя.
– Ты странная в последнее время, что-то случилось?
Я не хотела втягивать Свана в свои проблемы. Никогда не втягивала.
– Ничего, просто устала. Ты как? – я поспешила сменить тему. – Освоился?
Сван кивнул, сел и потянулся к сумке на полу.
– Я всем нравлюсь. Особенно теперь, когда могу доставать из сада Лираны вот это. – Он хихикнул и продемонстрировал золотое яблоко. – Ты не представляешь, как все тут обожают...
Я вздрогнула, вновь ощутив сладость волшебного вина, тело заныло, вспоминая удовольствие, которого его лишили.
– Ты же их не ешь? – перебила я Свана, выхватывая яблоко у него из рук.
– Нет, я...
– Не вздумай их есть! – рявкнула я. – Ты разве не помнишь, что Дугал говорил о фейской еде?!
– Помню...
– Тогда какого хрена ты их таскаешь, Сван?!
– Меня попросили, слуги сушат их, перетирают в порошок и...
– Даже не думай, пробовать эту дрянь, понял?
– Да что с тобой такое, Дженни? – Сван вскочил на ноги и резким движением натянул на себя рубашку. – Не нужно со мной нянчиться, как с маленьким!
– Так прекрати вести себя как маленький! – Я всплеснула руками. – Почему тебе нужно всё сделать мне наперекор?
Сван хмуро посмотрел мне в глаза, скрестил руки на груди и кивнул на дверь.
– Тебе лучше уйти.
– Сван...
– Я не хочу ссориться. Так что, если ты получила от меня всё, что хотела, уходи, Дженни.
Он подошёл к двери и услужливо распахнул. Я хотела поймать его взгляд, но Сван демонстративно смотрел в другую сторону. Выругавшись себе под нос, я вышла из комнаты. Услышала, как хлопнула дверь. Он не понимает! Не понимает, каково это! Злость гнала меня, пока я не осознала, что стою посреди улицы и смотрю на золотое яблоко, которое так и осталось у меня в руке.
Оно выглядело таким красивым, румяным, переливалось в лучах солнца, и даже с расстояния вытянутой руки я чувствовала его нежный аромат. Поддаваясь искушению, я сглотнула и поднесла яблоко к лицу, вдохнула медовый запах. По телу прошла приятная судорога. И я до безумия захотела вновь оказаться в том ярком летнем дне на ярмарке или где-нибудь ещё, не важно где, но главное – я знала: там, в этом потрясающе счастливом «нигде» не будет ни ссор со Сваном, ни измучившей меня связи с Хоуком, ни боли, ни чудовищ... Там я буду счастлива, а здесь, плевать, что будет с моим телом здесь... Мои губы коснулись мягкой кожуры, от аромата кружилась голова.
Задрожав всем телом, я схватилась за ствол дерева, плохо соображая, откуда оно тут взялось и где вообще я нахожусь, стиснула зубы и силой заставила руку убрать от лица так и не надкушенное яблоко.
Это обман. Очередная фейская ложь. Красивая, умопомрачительно приятная ложь, но мне она не нужна. Размахнувшись, я отшвырнула яблоко подальше, второй рукой вцепившись в дерево, чтобы не броситься следом.
– Проклятые фейри, – пробормотала я и привалилась к дереву. На мгновение мне показалось, будто я снова оказалась в обители, распласталась на полу, беспомощная и жалкая, одурманенная вином. Со счастливой улыбкой на лице я тянула руки к тому ублюдку, что брал меня силой на глазах у остальных, на глазах у Тэхена. Они потешались. Для них это была игра, весёлая забава с человеческими игрушками.
Я не вспоминала о случившемся, приказала себе забыть ту ночь, но аромат фейского яблока вернул меня обратно в темноту. И к аромату мёда примешивался липкий запах пота, гнили и крови.
Меня затошнило, и я, ещё сильнее стиснув зубы, несколько раз ударила дерево, стесав кожу на ладони. Проклятое яблоко! Проклятые фейри! Проклятый Сван! Я выдохнула и села на корточки, чтобы успокоить дрожь в теле, уткнулась лбом в колени. Я горела от ненависти и злости.
За нить вокруг сердца осторожно потянули. И я раздражённо потёрла грудь костяшками пальцев.
– Как меня это всё достало.
За нить снова потянули, и я, выругавшись, побрела в сторону, где, как подсказывала связь, меня ждал Тэхен.
Он оказался в верхней библиотеке, сидел за столом, вместе с Чеен и Чимином обсуждая способы поиска оленя. Они, как выяснилось, знали толк в охоте.
– Ты звал? – Я встала на пороге, не желая подходить ближе.
Тэхен вскинул на меня взгляд, внимательный и цепкий, будто пытался что-то отыскать, потом повернулся к близнецам.
– Подготовьте всё, что нужно, если чего-то не найдёте среди наших запасов, зовите Аркена.
Чеен и Чимин поклонились и вышли, коротко кивнув мне на прощанье. Их взгляды уже не были снисходительными. Весть о моей победе над Белым вепрем добавила в отношение стражей – и даже Джису – крох если не уважения, то по крайней мере любопытства.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Тэхен, когда дверь за ними закрылась.
– Нормально.
Тэхен кивнул, встал из-за стола и подошёл к ближайшему книжному стеллажу, провёл кончиками пальцев по корешкам.
– Так и будешь там стоять? – спросил он и снял с полки новенькую книгу в яркой красной обложке.
– Мне подойти?
– Если хочешь.
– Не хочу.
Тэхен вздохнул, должно быть в очередной раз думая о том, какая строптивая Тень ему досталась.
– Тогда я подойду.
Он отложил книгу и направился ко мне. Я отступила и упёрлась лопатками в дверь. Тэхен, заметив это, остановился – близко, но сохранив между нами расстояние в два шага.
– Что случилось, leir nissah? Я позвал тебя, потому что почувствовал, что ты не в порядке.
Я хмуро посмотрела на него исподлобья.
– Я в порядке.
– Я чувствую, что это не так. – Он сделал полшага мне навстречу, будто проверяя, подпущу ли ближе.
Я отвернулась. Сердце забилось быстрее, и в груди стало страшно горячо, будто раскалённая нить связи превратилась в целый клубок, разворачивалась, путалась и раскручивалась, стремясь занять всю грудную клетку и заодно придушить меня.
– Дженни, посмотри на меня, – тихо сказал Тэхен.
Я не послушалась, а когда он коснулся моей ладони, воззрилась зверем, но не высвободила руки. Тэхен внимательно осмотрел царапины. Его большой палец погладил моё запястье, вызвав волну мурашек по всему телу.
– Болит?
– Нет.
– Дженни...
– Что? – Я выдернула руку, практически не способная дышать от близости Тэхена.
– Давай вылечу.
– Не нужно. – Я прижала руку к груди, сердце колотилось как полоумное. От мысли о том, что губы Тэхена снова коснутся моих, бросало в жар.
– Почему?
– Потому что эта проклятая связь сводит меня с ума! – выпалила я. – Я думала, что это пройдёт, что я привыкну, но всё становится только хуже. Моё сердце колотится как сумасшедшее рядом с тобой, я не могу нормально дышать, я...
Я замолчала, пойманная странным взглядом Тэхена.
– Чего? – буркнула я недоверчиво.
– Дженни, связь такого не умеет.
Нить между нами накалилась ещё сильнее. Тэхен, должно быть тоже ощутив это, выдохнул, прислонился к двери, нависнув надо мной. Его взгляд рассеянно бродил по моему лицу, то и дело возвращаясь к губам.
– Что значит не умеет? – пробурчала я. – Тогда что это?
Рука Тэхена легла мне на плечо и прижала к двери, он наклонился ко мне, и я почувствовала знакомый аромат весенних трав. Прохладные губы коснулись моего лба. На миг мне показалось, что сердце вот-вот остановится. Я дёрнула головой, да так, что со стуком приложилась затылком о дверь.
– Думаю, ты заболела, – кивнул Тэхен, выпуская меня, а я чуть не сползла на пол от того, что ноги стали ватными. – Лоб горячий и лицо красное. Я слышал, что если лоб горячий, то человек болен.
Я принялась остервенело тереть лоб. Уши полыхали, грозя поджечь волосы и спалить к фейской матери всю библиотеку. И Тэхена заодно!
– Откуда ты это взял?
– Из манускрипта Рогфурта. – Тэхен направился к стеллажу с книгами и пробежал пальцами по корешкам. – Я много читал его работ ещё ребёнком. – Он вытащил книгу и принялся листать. – Ага, вот! Чтобы излечить человека от лихорадки, нужно смолоть червей, смешать с мочой козы и кровью чёрного петуха... – Тэхен взглянул на моё вытянувшееся лицо и закрыл книгу. – Ну или я могу просто дать тебе немного моей силы. Она мигом поставит тебя на ноги.
Я скривилась.
– По-моему, мне именно от твоей силы и плохо.
– Я могу быть аккуратнее. – Тэхен снова вернулся ко мне. – Ты права, в прошлый раз я... слишком увлёкся, позволили себе... больше, чем нужно. Возможно, это как-то навредило тебе. Можем в этот раз попробовать делать это о-очень медленно.
Он потянулся к моим губам, но встретился с ладонью.
– М-м? – удивлённо промычал он.
– Я не буду с тобой целоваться, Тэхен, – хмуро сказала я.
– М-м... – разочарованно отозвался он, не торопясь отрываться от моей ладони, и страдальчески закатил глаза. Вид у него был настолько глупый, что я невольно улыбнулась. Оттолкнула его и вытерла руку о штанину.
– Боги, ты меня обслюнявил! Как пёс!
Тэхен засмеялся.
– В каком-то смысле я и есть пёс. Во всяком случае, что-то волчье в моей второй ипостаси определённо проглядывается.
– Да, мокрый нос и слюнявая пасть.
– Что ж, я надеялся на благородство и стать, но это тоже неплохо. Хотел бы я на себя посмотреть. Ты единственная, кто меня так близко разглядывал.
– А Лирана?
– Она не подпускает зверя к себе. Обычно наблюдает через решётку, в подвале, когда я обращаюсь. Я обычно не вижу её, только слышу голос, который направляет меня и не даёт полностью потерять контроль над Тьмой. Она заходит в клетку, когда я обращаюсь обратно в человека. – Тэхен вернулся к столу и присел на край.
– Тебя запирают в клетке?
– Я сам запираюсь. – Тэхен пожал плечами. – Чтобы никому не навредить. Мне нужно обращаться несколько раз в месяц, чтобы держать Тьму под контролем в остальное время. В первое время вернуть человеческий облик было слишком сложно, только Лирана помогала. Со временем стало легче, но с Лираной всё равно всё проходит быстрее и проще.
Я вспомнила те дни и ночи, когда Тэхен и Лирана пропадали. Я думала, что они любовники, а они... что-то гораздо более странное.
– Так что ты единственная, кого зверь подпустил к себе и... не съел после, – конец фразы Тэхен произнёс извиняющимся тоном.
– Просто я ему хорошенько врезала, – хмыкнула я и упала в кресло у стола, а Тэхен рассмеялся.
– Похоже, ему понравилось.
– Ты так говоришь... то есть он – это не ты? – Я посмотрела на него с любопытством.
Тэхен пожал плечами.
– Не знаю. Я почти ничего не помню, когда обращаюсь в человека. Я ли это в облике зверя, Тьма или что-то ещё.
Я задумалась.
– Мне кажется, что это ты и не ты одновременно, – я говорила медленно, вспоминая детали, – ты как будто есть, где-то очень глубоко внутри. Почему-то мне кажется, что именно ты услышал, когда я звала.
Тэхен сделался печальнее.
– Не хотел бы я, чтобы это было так.
– Почему?
– Потому что это бы значило, что вся пролитая кровь на моих руках.
Я поджала губы и кивнула. Вот же... Даже не подумала, что отнятые жизни для Тэхена могут что-то значить. Для меня это были просто числа, которым я давно потеряла счёт, но для Тэхена... Я посмотрела на него с сожалением. Тэхен печалился даже о смерти оленей, интересно, каково ему было, когда он понял, что убил собственного отца? Я в своей жизни не печалилась ни о ком.
– Но, если зверь слушает тебя, я рад, – продолжил Тэхен с беззаботной улыбкой. – Он может быть полезен в бою, если при этом не будет пытаться убить тех, кто сражается на его стороне.
– Думаешь, впереди много сражений?
– Не знаю, но их уже было больше, чем хотелось бы.
Некоторое время мы сидели молча, а потом Тэхен взял со стола книгу и бросил мне. Я ловко поймала томик и вопросительно уставилась на Тэхена.
– Справочник о людях и их повадках, – пояснил он. – Ты так смотрела на меня, когда я читал рецепт про червей. Хочу узнать, что из этого ещё неправда.
Я уставилась на непонятные символы на обложке.
– Я не умею читать по-вашему.
– Да? – Тэхен искренне удивился, но тут же в его глазах зажёгся интерес. – А хочешь научиться?
Я ещё не успела ответить, а Тэхен уже отодвинул для меня кресло за столом и похлопал по обитой бархатом спинке. Я посмотрела на него настороженно, но всё же пересела. Тэхен встал рядом, раскрыл книгу и опёрся ладонью о столешницу, второй придерживаясь за спинку за моей головой.
– Это не очень сложно, похоже на человеческие руны, потому что они произошли от наших рун. Видишь знакомые символы?
Я уставилась на лист, потом ткнула пальцем в несколько рун.
– Точно! Это «Солнце», «Небо» и «Луна», – обрадовался Тэхен. – Их, как и другие символы, люди позаимствовали у фейри очень давно. Эти три со временем почти не изменились, другие сильно упростились, а у нас остались неизменными, но всё ещё можно разглядеть похожие черты, смотри...
Мы просидели в библиотеке до поздней ночи, отвлекаясь только на то, чтобы покормить оленёнка. Тэхен оказался прав, руны и правда узнавались, стоило только отыскать среди витиеватых закорючек знакомые черты. И к концу занятия я пыхтела и потела от умственных усилий, но всё же более или менее понимала смысл написанного.
Когда я уже начала клевать носом, Тэхен закрыл книгу.
– На сегодня хватит. Надо выспаться перед дорогой.
– Ага. – Я зевнула и потянулась, готовая уснуть прямо в кресле. – Ферр не разозлится, что я трогала его книги?
Тэхен рассмеялся.
– Мы ему не скажем. Как ты себя чувствуешь?
– Устала, – вздохнула я и почувствовала, как Тэхен легонько прикоснулся к нити между нами. – Ты чего?
Касание исчезло и нить вместе с ним.
– Прости.
– Как ты это делаешь? – Меня мало заботили его извинения, больше интересовало другое.
– Что именно?
– Трогаешь нить. Я так не могу.
Тэхен отчего-то смутился и отвернулся, делая вид, что занят раскладыванием книг по полкам.
– Не знаю, оно само получается.
– Научи меня.
– Что?
– Научи.
Тэхен обернулся, подошёл к столу, чтобы собрать оставшиеся книги.
– Я правда не знаю. Я просто чувствую нить, представляю, как она выглядит и как я прикасаюсь к... ней.
Я сделала всё как он сказал, представила тонкую золотую нить между нами, представила, как прикасаюсь к ней, но ничего не произошло. Тэхен оставил книги, с любопытством наблюдая за мной. Я попробовала снова, с тем же результатом. И снова. И ещё. Нить существовала только в моём воображении и не имела ничего общего с той, что петлёй обернула моё сердце.
Я раздражённо заворчала, зажмурилась, пытаясь почувствовать знакомую петлю. Это у меня получилось: она всё ещё была на прежнем месте, не обжигающая, но тёплая, я вообразила, как от неё такая же тёплая нить, пульсируя в такт моему сердцу, тянется к Тэхену, мысленно схватила нить, зажала в кулак и дёрнула. Тэхен вскрикнул и схватился за грудь.
– Эй, ты чего!
Я, обрадовавшись, дёрнула снова. Тэхен охнул, покачнулся, одной рукой сминая рубашку на груди, а другой – хватаясь за стол, чтобы не упасть. Я не отпустила, но потянула медленнее, поглаживая нить пальцами и не отрывая взгляда от Тэхена.
– Дженни... – На щеках Тэхена появился яркий румянец, дыхание стало тяжёлым. Он вздрагивал каждый раз, как мои пальцы прикасались к связи. Нить становилась горячее и ярче, петля крепче обхватывала моё сердце и – я знала – сердце Тэхена.
Тэхен застонал и схватил меня за запястье.
– Достаточно, Дженни. Лучше остановиться сейчас.
– Что будет, если я не остановлюсь? – выдохнула я. Голова кружилась, в груди горело, я смотрела в янтарные глаза Тэхена и крепко сжимала нить между нами.
– Ты действительно хочешь узнать? – Тэхен дышал надсадно, кажется, из последних сил держа себя в руках.
Я хотела.
Но отпустила нить.
Мы отпрянули друг от друга, я поднялась с кресла, Тэхен отвернулся.
– Я... увидимся завтра, – хрипло сказала я.
– Спокойной ночи, leir nissah, – так же хрипло отозвался Тэхен и ушёл вглубь библиотеки.
Я не позволила себе задержаться и отправилась собирать вещи – на рассвете нас ждал долгий путь.