ЗАПРЕТНЫЙ УЗЕЛ

Xcho & Пабло - Only you

Время после того неловкого инцидента на кухне полетело с бешеной скоростью. Дни безжалостно сменяли друг друга, и незаметно подкрадывался уже июль. В воздухе отчетливо пахло настоящим, удушающим летним зноем и... скорым выпуском. До официального вручения дипломов оставались считаные дни. Вся наша студенческая жизнь плавно подходила к логическому концу, уступая место взрослой, неизвестной реальности.

Элина все еще гостила у нас, наполняя дом своим вечным смехом, шутками и нескончаемой энергией. Но мы обе понимали, что этот праздник непослушания не вечен - совсем скоро ей тоже нужно было уезжать обратно к себе. От этой мысли на душе скребли кошки, но я старалась не унывать, глуша грусть предпраздничной суетой.

Правда, была еще одна вещь, которая не давала мне покоя. Тамерлан. После той жесткой пикировки из-за моего выдуманного «парня» он снова испарился. Прошло уже пару дней, как я его не видела и ничего о нем не слышала. Мой глупый план отвадить его сработал слишком хорошо: он, кажется, поверил в мою ложь и просто вычеркнул меня из своего графика. И вместо ожидаемого облегчения внутри меня росла странная, грызущая пустота, которую я ничем не могла заполнить.

Была глухая, звенящая ночь. Около двух часов. Я спала чутко, ворочаясь на влажных от душного воздуха простынях, как вдруг меня буквально выбросило из сна.

Я резко села на кровати, тяжело и прерывисто дыша, а сердце колотилось в грудной клетке как сумасшедшее. Лоб покрылся холодной испариной. Мне приснился кошмар. Ужасный, пугающе реалистичный сон, и главным героем в нем был... он. Я не помнила всех деталей, но в памяти отчетливо застыла картинка: темнота, глухой переулок, крики, Тамерлан, отбивающийся от кого-то, и кровь на нем.

Я судорожно прижала ладони к лицу, пытаясь прогнать это наваждение. Тревога липкой жижей разлилась по венам, сковывая дыхание. Мне стало по-настоящему страшно. Разум кричал, что это просто дурацкий сон, подсознание выдало картинку из-за стресса и мыслей о нем, но интуиция бешено колотила в набат. Я не видела его несколько дней, вдруг с ним правда что-то случилось?

Не отдавая себе отчета в том, что творю, и наплевав на всю свою гордость, я дрожащими пальцами нащупала на тумбочке телефон. Экран резанул по глазам ярким светом. 02:14 ночи.

​Я открыла наш чат. Последнее сообщение там было сто лет назад. Закусив губу до боли, я быстро набила короткий текст, пока смелость окончательно не покинула меня:

Я: Тамерлан, все нормально? У тебя ничего плохого не случилось?

Я отложила телефон, уверенная, что он спит и ответит в лучшем случае утром. Но не успела мобилка коснуться матраса, как экран снова вспыхнул. Он ответил почти мгновенно. Мне стало любопытно, почему он так поздно в сети. С кем он мог сейчас общаться? Очередная его баба? Но, сейчас надо было сосредоточиться на другом.

Тамерлан: Не совсем. А ты откуда знаешь? Брат проболтался?

Мое сердце пропустило удар и ухнуло куда-то в пятки. Чего?! Паника внутри меня вспыхнула с новой силой. Значит, мой сон... он был вещим?! Значит, с ним реально что-то произошло?!

Я: Что? Значит все-таки случилось? А что именно?

Тамерлан: Да там в драку попал на днях. Плечо нехило вывихнул, сейчас в повязке хожу. А Тимур, я вижу, вообще язык за зубами держать не умеет. Сразу побежал сестренке докладывать.

Я смотрела на экран, чувствуя, как внутри все сжимается от жалости и глухого страха за него. Вывихнул плечо? Драка? Этот сумасшедший вообще когда-нибудь бывает в безопасности?

Я: Блин, мне так жаль. Больно было?
Я: И кстати, нет. Мне никто ничего не говорил, Тимур тут вообще ни при чем. Я просто во сне тебя видела. Плохой сон очень был... Я вот недавно проснулась ото сна и решила сразу спросить, живой ты там вообще или нет.

Я отправила это и замерла, смутившись своей собственной откровенности. Зачем я написала про сон? Зачем показала, что так сильно переживаю?

Ответ пришел через минуту, и стоило мне прочесть первые строчки, как моя жалость мгновенно испарилась, уступив место яростному возмущению. Этот невыносимый человек полностью проигнорировал мои вопросы о его самочувствии и боли. Включился его фирменный, издевательский режим.

Тамерлан: Так переживаешь обо мне, значит? Во сне меня видела. Интересно.
Тамерлан: И часто ты меня во снах видишь? Расскажи подробнее, что еще я делаю в твоих снах?)

Меня аж передернуло на кровати. Щеки вспыхнули яростным румянцем, а зубы сжались от злости. Ну какая же он скотина! Я к нему со всей душой, испугалась за него, спать не могу, а он... он сидит там у себя, хромой и с вывихнутым плечом, и все равно умудряется пошло стебаться надо мной и крутить свои грязные намеки!

Вся моя тревога в один миг трансформировалась в дикое, неконтролируемое бешенство. Я судорожно застучала пальцами по стеклу, вкладывая в каждое слово всю свою злость:

Я: Да иди ты, Тамерлан. Так тебе и надо, мало тебе еще прилетело.
Я: Больше в жизни тебе ничего не напишу, даже если подыхать будешь, пальцем не шевельну! Спокойной ночи!

Я со всей силы швырнула телефон на другой конец кровати, перевернулась на живот и со злостью зарылась лицом в подушку. Придурок! Высокомерный, самовлюбленный придурок!

Через секунду телефон на матрасе тихонько звякнул, оповещая о новом сообщении. Я поклялась себе, что не притронусь к нему, но любопытство, как обычно, победило. Я лениво потянулась, взяла мобильный и заглянула в уведомление.

Тамерлан: 😂 Спокойной ночи, язва. Спи крепко. И пусть я тебе больше не снюсь в плохом свете, а только в хорошем.)))

Я выключила экран, но на этот раз швырять телефон не стала. Прижала его к груди, чувствуя, как бешено стучит сердце. Он смеется там. Ему весело. Но где-то глубоко внутри, несмотря на всю мою злость, я почувствовала странное, глупое облегчение. Он живой. Он ранен, но он в своем репертуаре. И эта безумная ночная переписка почему-то оставила на губах легкую, едва заметную улыбку, с которой я в итоге и уснула, больше не видя никаких кошмаров.

Утро встретило меня яркими солнечными лучами, пробивавшимися сквозь шторы, и стойким ощущением того, что моя жизнь окончательно превращается в какой-то запутанный любовный роман. Я проснулась с легкой головой, кошмары больше не снились, но стоило мне взять в руки телефон и перечитать нашу ночную переписку, как лицо снова обдало жаром.

«Язва... Спи крепко».

Я засунула телефон под подушку, давая себе мысленную пощечину. Хватит о нем думать! У него просто вывихнуто плечо, ничего смертельного. Мужчины дерутся, это нормально. Но руки сами потянули меня вниз, на кухню.

Эли еще сладко спала, развалившись на пол-кровати, а вот на первом этаже вовсю кипела жизнь. Мама как раз пекла пышущие жаром, умопомрачительно пахнущие домашние лепешки с творогом и зеленью. Этот аромат мгновенно заполнил все пространство. За столом сидел Тимур, торопливо допивая свой кофе и просматривая какие-то рабочие бумаги.

- О, мелкая проснулась, - брат поднял на меня глаза. - Чего так рано? Выпускница, отсыпалась бы. Я вот сейчас к Тамерлану поеду, надо ему помочь с документами, а то этот терминатор умудрился плечо вывихнуть.

Мое сердце сделало привычный кульбит. Значит, не соврал ночью. Действительно ранен.

- К Тамерлану? - я постаралась, чтобы мой голос прозвучал как можно более равнодушно. Я подошла к столу, крутясь вокруг маминой выпечки. - Хм... Мам, а давай Тимур отвезет ему лепешек? А то он там, небось, голодный сидит, с одной-то рабочей рукой. Еще и заверни побольше.

Мама тут же засуетилась, одобряя мою инициативу:
- Конечно! Какой кошмар, бедный, как же он так... Тимур, обязательно отвези!

Пока мама упаковывала горячие лепешки в фольгу, я подошла к холодильнику. Там, на средней полке, стоял приготовленный мною вчера меренговый рулет - воздушный, с нежным кремом и свежими ягодами малины. Я знала, что Тамерлан на людях всегда строил из себя сурового мужчину, равнодушного к сладкому, но на семейных застольях он всегда как бы невзначай съедал самый большой кусок именно этого десерта. Боже, он иногда такой милый. Я аккуратно переложила рулет в пластиковый контейнер и поставила перед братом.

Тимур подозрительно прищурился, переводя взгляд с лепешек на рулет, а потом на мое абсолютно «невинное» лицо.

- Так, я не понял, - протянул брат с усмешкой. - С каких это пор ты у нас стала такой заботливой по отношению к Тамерлану? Вы же обычно общаетесь как кошка с собакой. То «пусть он уйдет с глаз моих долой», то личные десерты ему передаешь. Тут случайно никакой контрабанды нет?

- Ой, Тимур, не выдумывай! - я надула губы, чувствуя, как щеки предательски розовеют. - Мне просто... просто по-человечески его жалко. Он твой друг, помогает тебе. Чистая гуманность и ничего более! Забирай пакет и езжай уже, а то опоздаешь.

Брат лишь покачал головой, пряча улыбку, подхватил пакеты и вышел из дома. А я осталась стоять посреди кухни, соображая, какая же я все-таки дура. Зачем я это сделала? Теперь он точно подумает, что я полностью капитулировала.

Весь день прошел как в тумане. Мы с Эли ходили по магазинам, выбирали туфли к выпускному, но мыслями я постоянно возвращалась к тому пакету с едой. Приехал ли Тимур? Отдал ли? Что сказал Тамерлан? Телефон лежал в сумке, и я проверяла его каждые пять минут, чувствуя себя полной идиоткой. Эли, замечая мою невнимательность, только хитро хихикала, но вопросов, слава Богу, не задавала.

Ближе к вечеру, когда мы уже вернулись домой и я без сил развалилась на диване в гостиной, телефон в моей руке наконец-то ощутимо завибрировал. Сердце мгновенно ушло в пятки. На экране высветилось его имя.

Я судорожно разблокировала телефон.

Тамерлан: Все было очень вкусно, спасибо, мелкая, за заботу. Ты сегодня добрая, я вижу. Случайно яд туда не добавила? А то у меня после первого кусочка рулета как-то подозрительно сладко на душе стало.😉

Я прочитала сообщение, и на моем лице сама собой расплылась широкая, счастливая улыбка. Напряжение, державшее меня весь день, мгновенно отпустило. Но показать ему свою слабость? Ну уж нет. Включив свой привычный режим защиты, я быстро набрала ответ:

Я: Да пожалуйста. Только смотри не подавись там своим эго. И вообще, это мама лепешки передала, а рулет просто в холодильнике место занимал, так что не обольщайся слишком сильно!🤗

Ответ прилетел почти мгновенно. Тамерлан явно сидел со своим телефоном в руке.

Тамерлан: Да ладно? А Тимур сказал, что рулет ты лично в контейнер упаковывала и чуть ли не силой ему в руки всучила со словами «отвези Тамерлану, он же инвалид». Так что версии расходятся, язва. Но за заботу правда спасибо. Плечо почти не болит, когда ем твои сладости.

Мое сердце растаяло окончательно, превратившись в какую-то ванильную лужицу. Этот невыносимый, наглый, огромный мужчина умел быть таким... чертовски милым, когда хотел. Я прижала телефон к лицу, беззвучно визжа от переизбытка эмоций, понимая, что моя ледяная броня окончательно и бесповоротно дала трещину.