ЗАПРЕТНЫЙ УЗЕЛ

Netsignala - Образ лезгинка

Весь оставшийся вечер я чувствовала себя так, будто меня заперли в клетке с диким зверем. Тамерлан меня бесил. Нет, не так - он меня просто вымораживал! Этот его собственнический, надменный взгляд, которым он буравил мне спину всю дорогу до веранды, заставлял мои нервы звенеть от напряжения. Больше всего на свете я злилась на саму себя за то, что так глупо, по-щенячьи струсила, стоило ему пригрозить Тимуром. Ну почему я не смогла проявить характер? Почему растерялась? Теперь этот индюк наверняка возомнил себя моим личным надзирателем и упивался своей властью.

Когда мы наконец направились к выходу из парка, я шла чуть поодаль, стараясь держаться поближе к Элине. Она, к слову, всю дорогу бросала на меня многозначительные взгляды и заговорщически подмигивала, от чего мне хотелось провалиться сквозь землю.

Тимур и Эли, заметно уставшие после насыщенного дня, шли впереди, лениво обсуждая что-то. Тамерлан шел чуть позади них, засунув руки в карманы своих белых брюк, и выглядел максимально довольным жизнью. Его расслабленная, уверенная походка раздражала меня еще сильнее.

Вдруг на углу аллеи, прямо у самого выхода, мой взгляд зацепился за ярко освещенную витрину небольшого, но очень уютного ювелирного магазинчика. Сквозь панорамное стекло виднелись мягкие бархатные подставки и приглушенный, благородный блеск благородных металлов. Мне резко, просто до зуда в ладонях захотелось зайти туда - просто чтобы отвлечься, переключить мысли и смыть с себя этот липкий кринж после разборок у киоска с мороженым.

- Тим! Эли! - окрикнула я их, притормаживая у стеклянных дверей. - Идите к машине, я буквально на две минуты забегу сюда, посмотрю кое-что! Я быстро, догоню вас!

Тимур обернулся, зевнул и махнул рукой:
- Давай только шустрее, мелкая, а то я уже засыпаю на ходу.

Я развернулась и уже готова была толкнуть тяжелую стеклянную дверь, как вдруг краем глаза заметила, что одна бежевая льняная рубашка почему-то не продолжила путь к парковке. Тамерлан остановился. Он явно не собирался оставлять меня одну в такое время.

Я недовольно, смерила его самым высокомерным взглядом, на который только была способна, всем своим видом показывая: «Тебя сюда никто не звал, проваливай». Но Тамерлан лишь приподнял одну бровь, проигнорировав мой немой протест, спокойно открыл передо мной дверь и жестом предложил войти первой. Чертов джентльмен.

Внутри магазина приятно пахло дорогой кожей и кондиционированным воздухом. Тихо играла какая-то классическая мелодия. Я принялась медленно ходить между стеклянными витринами, делая вид, что полностью поглощена созерцанием ювелирных изделий, хотя краем уха постоянно ловила тихие шаги Тамерлана за спиной. Он не мешал, не давал советов, просто молча следовал за мной, как тень.

Среди сотен сверкающих колец и цепочек я вдруг увидела ее. Тонкая, изящная серебрянная цыпочка с россыпью крошечных, едва заметных камней, которые потрясающе переливались под светом ламп. Она выглядел так нежно и утонченно. А на соседней полке стояла невероятной красоты резная шкатулка для украшений, обтянутая внутри темно-изумрудным бархатом.

- Девушка, покажите, пожалуйста, вот этот браслет и шкатулку, - попросила я подошедшего консультанта.

Когда вещи оказались у меня в руках, я поняла, что без них отсюда не уйду.

Я подошла к кассе, достала из сумочки свою банковскую карту и уже протянула ее улыбающейся женщине за прилавком, как вдруг перед моим носом промелькнула крупная мужская рука с тяжелыми часами на запястье. Тамерлан быстрым, отточенным движением приложил к терминалу свою черную премиальную карту. Электронный замок пискнул, одобряя транзакцию.

Я буквально зависла на пару секунд, уставившись на чек, который начал выползать из аппарата.

- Тамерлан?.. - удивленно выдохнула я, чувствуя, как внутри вопреки всей моей злости разливается странное, теплое и чертовски приятное чувство. Мне было безумно приятно, что он так легко и не задумываясь сделал это для меня.

Я только открыла рот, чтобы ляпнуть что-то колкое для защиты своего эго, но он резко повернул голову и посмотрел на меня таким тяжелым, выразительным взглядом, который буквально кричал: «Молчи. Даже не вздумай спорить». Я послушно прикусила язык.

Продавщица, аккуратно упаковывая мою цыпочку в красивую коробочку, а шкатулку в фирменный пакет, мягко и искренне улыбнулась, переводя взгляд с меня на Тамерлана.

- Какая же вы очень красивая пара, - примирительно и ласково произнесла женщина, протягивая мне покупки. - Тьфу-тьфу на вас, чтоб не сглазить. Берегите друг друга, молодой человек, у вас чудесная жена.

Бум. Моя кровеносная система в ту же секунду устроила саботаж. Я моментально превратилась в спелый, ярко-красный помидор, чувствуя, как адское пламя заливает щеки, уши и шею.

Я искоса глянула на Тамерлана. Он тоже заметно дернулся от слов женщины, на долю секунды потеряв свою маску абсолютного спокойствия. Но уже через мгновение его замешательство сменилось чем-то другим. На его лице всплыла едва заметная, торжествующая ухмылка. Он, кажется, вообще не собирался ее разуверять!

Паника захлестнула меня с головой, и я принялась судорожно и громко лепетать, пытаясь исправить ситуацию:

- Ой, нет-нет-нет, вы все не так поняли! Мы вообще никакая не пара, что вы! - я замахала руками, едва не выронив пакет. - Он... он мой брат! Ну, то есть, почти брат, друг семьи! Мы просто... вместе гуляем. Он мне как старший брат, вот!

Женщина на кассе лишь понимающе и немного лукаво улыбнулась, явно не поверив ни одному моему слову, отчего мне захотелось просто провалиться сквозь пол магазина. Тамерлан же ничего не сказал, лишь забрал пакет из моих трясущихся рук и молча направился к выходу.

Когда стеклянные двери закрылись за нашей спиной, нас окутала плотная, невероятно неловкая тишина. Мы шли по ночной аллее в сторону парковки, и этот молчаливый вакуум между нами буквально давил на плечи. Я шла, глядя под ноги, и проклинала свою излишнюю болтливость. Зачем я начала оправдываться? Зачем наплела про брата?

Тамерлан резко затормозил у края тротуара, заставив меня тоже остановиться. Он повернулся ко мне, засунув руки в карманы брюк, и в его глазах, подсвеченных светом фар, заиграли опасные, насмешливые огоньки.

- Брат, значит? - его голос прозвучал с явной, густой иронией. Он чуть наклонил голову набок. - Интересно. Я как-то не знал, что так сильно похож на твоего брата. Или у тебя ко всем братьям такое... специфическое отношение, Мари?

Намек на фразу про «ловкие руки» Ильяса и его собственные грязные слова на кухне угадывался так явно, что мои бедные щеки, которые только начали остывать, вспыхнули с новой силой. Я поняла, что если продолжу этот спор, то окончательно проиграю. Нужно было срочно менять курс.

- Слушай... спасибо, что оплатил, - я быстро отвела взгляд в сторону, нервно поправляя ремешок сумочки. - Но правда, не надо было этого делать. Я и сама вполне могла купить, у меня были деньги. Я тебе потом переведу всю сумму, скинь мне свой номер карты.

- Забудь, - отрезал Тамерлан, и его тон стал привычно сухим и бескомпромиссным, не терпящим возражений. - Считай это подарком в честь твоих госов.

Мы наконец дошли до парковки, где у машины нас уже ждали Тимур и Элина. Эли, увидев в моих руках фирменный пакет ювелирного, тут же округлила глаза и беззвучно одними губами спросила: «Что это?!». Я лишь незаметно качнула головой, умоляя ее взглядом молчать.

- О, вернулись наконец, - Тимур потянулся, открывая заднюю дверь. - Тама, от души, что приехал, брат. Рад был повидаться.

- Взаимно, Тим. На связи, - Тамерлан крепко пожал руку моему брату. Затем он вежливо попрощался с Эли, которая ответила ему своей самой лучезарной улыбкой.

Напоследок его тяжелый, пронзительный взгляд задержался на мне. Он ничего не сказал, лишь едва заметно кивнул, словно ставя мысленную точку в сегодняшней серии нашей затянувшейся игры.

Я быстро прошмыгнула на заднее сиденье машины, чувствуя невероятное облегчение от того, что между нами наконец появилось безопасное расстояние. Тамерлан развернулся и уверенным шагом направился к своей черной бэхе чуть дальше.

Брат завел мотор, и наша машина плавно тронулась с места. Я прильнула лбом к прохладному боковому стеклу, наблюдая, как в зеркале заднего вида вспыхнули мощные фары бэхи Тамерлана. Он вырулил со стоянки и поехал в противоположную сторону. Мы разъехались в разные концы города, но я внутри себя отчетливо понимала: эта ночь, это дурацкое совпадение в одежде и бархатная коробочка, лежащая сейчас в моем пакете, связали нас еще крепче. И спрятаться за маской «он мне просто как брат» у меня больше не получится.

Стоило машине Тимура припарковаться у нашего дома, как мы с Эли пулей вылетели из салона, на ходу крикнув брату короткое «спокойной ночи», и во весь дух мы помчались в мою комнату. Едва за нами захлопнулась дверь, Эли со всего разбегу прыгнула на кровать, схватила декоративную подушку и беззвучно закричала в нее, катаясь от переполнявших ее эмоций.

- Бля, это был просто угар! - наконец выдохнула она, отбросив подушку и уставившись на меня бешеными глазами. - Дай сюда пакет! Быстро показывай, что этот твой сахарный папочка тебе купил!

- Он не мой папочка, заткнись! - шикнула я, но пакет протянула. Сама присела на край кровати, чувствуя, как дикое напряжение этого вечера наконец-то начинает отступать.

Она с благоговением извлекла бархатную коробочку с цыпочкой и резную шкатулку.
- Охренеть... Капец они красивые. Сука, он реально просто подошел и приложил свою черную карту? Без базара? Я в шоке. А эта тетка на кассе? «Какая прекрасная пара, чтоб не сглазить»! Я думала, ты там прямо у витрины родишь от стыда, ты наверное была цвета спелого борща! А Тамерлан-то, Тамерлан! Стоит, ухмыляется, типа «да, это моя сучка, завидуйте».

- Да ничего он не ухмылялся! - возмутилась я, утыкаясь лицом в ладони, хотя у самой на губах уже вовсю ползла глупая улыбка. - Он просто затупил! И вообще, я сказала ей, что он мой брат!

- Ага, брат, конечно! - Эли покатилась со смеху, задрав ноги вверх. - Твой инцест-брат из параллельной вселенной! Слушай, а то, что вы оделись как близнецы-переростки? Вы же реально выглядели как жених и невеста на предсвадебной фотосессии! Короче, у меня есть теория.

- Какая еще теория? - я легла рядом, поворачивая к ней голову.

- Тама стопудово нанял шпиона, который следит за твоим гардеробом, - авторитетно заявила Эли, состроив серьезную мину. - Он сидит в кустах с биноклем, видит, что ты надеваешь бежевый топ, и тут же шифровкой передает Тамерлану: «Объект в бежевом, повторяю, объект в бежевом!». И Тама такой: «Альфа-один принял, выезжаю в льняной блузке!».

Я прыснула со смеху, представив эту картину: солидный Тамерлан в наушнике спецназовца судорожно перебирает вешалки в шкафу.
- Ага, а еще у него в телефоне есть секретная таблица, где расписаны графики моих луков на год вперед! - подхватила я игру.

- Да-да! - подмигнула Эли. - И отдельная вкладка «Ревность». Слушай, а как он тех пацанов у киоска отшил? Это же чистый спартанский крик был! «Я Тамерлан, гроза района, пошли нахер от моей личной собственности!». У парня в джинсах, по-моему, инфаркт жопы случился!

- Перестань, мне вообще-то страшно было, он выглядел так, будто сейчас их закопает прямо под фонтаном, - хихикала я, чувствуя, как от смеха уже начинают болеть мышцы живота.

- Да ладно тебе, это же максимально романтично! Дарк роман какой-то. Стопудово он уже мысленно выбрал имена для ваших будущих детей. Будут Тамерлан-наркоман-младший и Мари-сафари-вторая. И жить вы будете в доме, построенном исключительно из белого и бежевого кирпича, чтобы подходить под ваши наряды.

- Бля, дура, - сквозь слезы от смеха выдохнула я, пиная ее ногой.

Мы продолжали дурачиться, придумывая одну нелепицу за другой. Обсуждали, как Тамерлан, наверное, сейчас сидит в свое крутой бэхе и гуглит всякое. Адреналин после экзамена и пережитый стресс окончательно выветрились, уступая место мягкой, всепоглощающей усталости.

Постепенно наши голоса становились все тише. Музыка из телефона продолжала тихо мурлыкать на тумбочке. Элина, уже едва ворочая языком, пробормотала что-то вроде: «...и на свадьбу я надену бежевый купальник, и буду вместе с твоим соседом Антоном петь: свадьба танцует, свадьба поет, моло...», но так и не закончила мысль. Она уснула, закинув на меня руку. Я улыбнулась, закрывая глаза, и под ее мерное дыхание окончательно провалилась в сон.