Его невеста по контракту

День пролетел как в тумане.

Чонгук действительно подробно объяснил Аманде, чего хочет, и, казалось, список был бесконечным.

Платья, брюки, юбки, блузки, костюмы - перед моими глазами мелькало бесчисленное количество тканей, фасонов и цветов.

Затем настала очередь купальников, нижнего белья и ночных сорочек.

Я примеряла всё подряд, а мы с Амандой обсуждали каждую вещь: что-то откладывали, что-то отправлялось в постоянно растущую стопку покупок.

К счастью, немного понаблюдав за мной, она стала выбирать обувь только на невысоком каблуке.

- Они всё ещё выглядят модно, - заверила она. - Но в них у вас хотя бы есть шанс не упасть.

Последней категорией оказалась спортивная одежда.

К тому моменту я была совершенно измотана.

Я и представить не могла, что однажды мне придётся покупать дорогую одежду для тренировок.

Господи, у него ведь собственный спортзал прямо в квартире.

Когда Аманда сказала, что это тоже было в списке Чонгука, я лишь всплеснула руками.

- Выберите сами. Я сдаюсь.

Я вышла из бутика уже в одежде на следующий день: джинсах и ярко-красной шёлковой футболке.

Видимо, Чонгук не хотел видеть меня дома в «старых тряпках».

Всю дорогу обратно я молчала. Устала. И морально, и физически.
Поднявшись в квартиру с пакетами, я открыла дверь своим ключом.

Из глубины квартиры доносилась музыка.
Я знала, что Чонгук занимается в спортзале, поэтому сначала повесила платье в гардеробную, разложила остальные вещи, а затем позвонила в дом престарелых узнать, как чувствует себя Пенни.

Медсестра сказала, что Пенни спит, но день выдался тяжёлым, поэтому сегодня лучше не приезжать.

Грусть накрыла меня, когда я села у окна.
Я ненавидела такие дни.
Но медсестра была права.
Если бы я поехала туда сейчас, стало бы только хуже.

Вместо этого я спустилась на кухню и начала осматривать шкафчики.

Кухня была оборудована превосходно, но еды почти не было. Немного фруктов, приправ и практически ничего больше.

- Что-то ищешь?

Я вздрогнула.

Чонгук стоял в дверях, облокотившись о косяк. На широких плечах лежало полотенце. Кожа блестела от пота, влажные тёмные волосы были растрёпаны, но даже после тренировки он выглядел раздражающе идеально.

- У тебя почти нет еды.
- Я совершенно не умею готовить. Обычно заказываю доставку или домработница оставляет что-нибудь приготовленное.
- Домработница?
Он кивнул, отпивая воду из бутылки.
- Надо нанять новую. Предыдущая уволилась две недели назад.
Он неопределённо махнул рукой.
- Они постоянно приходят и уходят.
Я едва заметно улыбнулась.
Это совсем не удивляло.
- Я умею готовить.
Он вопросительно приподнял бровь.
- Если ты так говоришь.
Я проигнорировала его сарказм.
- Я могу убирать квартиру, покупать продукты и готовить.

- Зачем? - спросил он.
- А почему нет?
- Почему ты вообще хочешь этим заниматься?
- Чонгук, - начала я, уже теряя терпение, - сейчас я не работаю. У меня полно свободного времени. Зачем нанимать кого-то, если я уже живу здесь?
Он нахмурился, задумавшись.
- Для окружающих это будет выглядеть естественно.
Увидев его непонимающий взгляд, я пояснила:
- Что я забочусь о нашем доме. Что забочусь... о тебе.
Он неловко почесал затылок.
- Да...
- Тогда договорились. Пока что. Используй карту, чтобы оплачивать всё необходимое.
Я кивнула.
- Купи всё, что понадобится для уборки.
- Если понадобится помощь - скажи.
- Хорошо.
По какой-то причине мне стало легче.
Покупать продукты, готовить ужин и поддерживать порядок в доме казалось чем-то нормальным.
- Как прошёл разговор с адвокатом? - спросила я.
- Хорошо.
Он допил воду и бросил бутылку в контейнер для переработки.
- А как покупки?
Я закатила глаза.
- Всё купила. По тому огромному списку, который ты оставил Аманде.
- Я же сказал - всё должно быть новым.
- Так и получилось.
Он подошёл ближе и кончиками пальцев провёл по рукаву моей красной футболки.
- Эта мне нравится.
- Ещё бы. Ведь её выбрал ты.
- Много денег потратила?
- Слишком много. Кажется, теперь ты банкрот.
К моему удивлению, Чонгук улыбнулся.
Настоящей улыбкой.
Она осветила его тёмные глаза, и он вдруг стал выглядеть намного моложе.
- Наконец-то ты сделала то, что я сказал.
Я фыркнула.
Он перегнулся через стойку и протянул мне конверт.
- Держи.
Я осторожно взяла его.
Он был плотным и тяжёлым.
- Что это?
- Ключи от твоей машины.
- Моей... машины?
- Я же сказал, что куплю тебе её.
Я едва не вскрикнула.
- Она стоит на парковке, место семьсот девять, рядом с двумя моими. Пропуск уже лежит внутри.
Я моргнула.
- Что?
- Lexus. Безопасный. Надёжный. Красный... как твоя футболка.
- Это совершенно не нужно.
- Нет. Нужно.
Он пожал плечами.
- Всё это часть образа, Лалиса. Мы продаём окружающим историю о том, что мы - пара. Детали имеют значение.
Потом как бы между прочим добавил:
- И, кстати, у него хорошая остаточная стоимость. Когда всё закончится, если не захочешь оставлять машину себе, просто продашь её. В любом случае теперь она твоя. Это часть нашего соглашения.
Я покачала головой, всё ещё не веря.
- Как ты вообще можешь позволить себе всё это? Я знаю, что ты хорошо зарабатываешь, но не настолько же.
Его лицо мгновенно потемнело.
- Когда умерли мои родители, я получил большое наследство.
- Ох...
У меня сжалось сердце.
- Мне очень жаль, Чонгук. Я не знала.
Его плечи напряглись.
- Это было четырнадцать лет назад.
Голос стал холодным.
- Не стоит меня жалеть. Если честно, это был первый раз, когда их существование хоть как-то пошло мне на пользу.
Я не нашлась что ответить.
- Так что не беспокойся о деньгах.
Он развернулся и вышел из кухни.
- Я приму душ, потом закажу ужин.
У двери остановился.
- На столе я оставил для тебя список. Прочитай.
Он посмотрел через плечо.
- Когда вернусь, начнём разговаривать. Нам нужно хорошо изучить друг друга и продумать нашу легенду.
- Хорошо.
- И ещё... выбери в винном шкафу хорошую бутылку красного вина.
На его губах появилась лёгкая улыбка.
- Думаю, сегодня она нам понадобится.
Потом с насмешкой добавил:
- Если, конечно, ты умеешь выбирать.
С этими словами Чон Чонгук исчез в коридоре, оставив меня одну на кухне.
И впервые с тех пор, как всё это безумие началось...
Я поймала себя на том, что смотрю ему вслед.

Когда я вернулся, Лалиса сидела на одном из высоких барных стульев. Перед ней лежали бумаги, а рядом стояла уже открытая бутылка вина. Она медленно потягивала его из бокала, внимательно изучая записи.
Я глубоко вдохнул и подошёл.
У меня была её анкета, поэтому теперь мы могли обсудить все детали. Нам нужно было как можно лучше согласовать наши истории до завтрашнего дня. Мы должны были убедить Сокджина Гэвина, что между нами всё по-настоящему.
Я понимал, что вечер предстоит долгий.
После разговора о родителях я всё ещё был напряжён. Так происходило каждый раз, когда приходилось вспоминать о них, даже если это длилось всего несколько секунд. Я ненавидел думать о своём прошлом.
Лалиса подняла на меня глаза.
Её волосы спадали на плечо, а красный цвет футболки удивительно красиво подчёркивал светлую кожу и тёмные волосы.
Ничего не сказав, я налил себе вина и сел рядом, стараясь отогнать тяжёлые мысли.
- Скоро привезут ужин. Я заказал каннеллони. Надеюсь, тебе нравится.
Она кивнула.
- Это одно из моих любимых блюд.
Я поднял листок, который держал в руке, и слегка улыбнулся.
- Я знаю.
Сделав глоток вина, я удовлетворённо отметил, что она выбрала одну из моих любимых марок.
Постучав пальцами по бумагам, лежавшим перед нами, я сказал:
- Начнём?
Несколько часов спустя я допил остатки вина.
Я был совершенно вымотан.
Мне никогда прежде не приходилось рассказывать столько о себе или делиться настолько личными вещами, поэтому этот вечер оказался настоящей пыткой.
К счастью, нам нужно было узнать друг о друге очень многое, поэтому в некоторые темы не приходилось углубляться.
Оказалось, Лалиса знала обо мне гораздо больше, чем я думал.
В офисе она наблюдала за мной куда внимательнее, чем я когда-либо предполагал.
Она знала, что я единственный ребёнок в семье, что мои родители умерли, знала, где я учился, чем увлекался, какие цвета люблю, какую еду предпочитаю, что мне нравится и что раздражает.
Зато я узнал множество вещей о ней.
Если она всегда внимательно наблюдала за мной, то для меня сама Лалиса долгие годы была лишь незаметной тенью где-то на краю моего мира.
Как и я, она не любила говорить о прошлом.
Но всё же рассказала достаточно.
Она тоже была единственным ребёнком.
Её родители умерли, когда она была подростком, после чего её воспитывала тётя, которая теперь жила в доме престарелых.
Она так и не окончила университет.
Когда-то устроилась в Anderson Inc. на временную должность, но так там и осталась.
Когда я спросил почему, она лишь ответила:
- Тогда я не знала, чего хочу от жизни. Решила поработать, пока не разберусь.
Я не стал настаивать, хотя её ответ показался мне странным.
Честно говоря, я совершенно не понимал, как устроена её голова.
Я вздохнул и откинулся на спинку стула.
Лалиса рядом заметно напряглась.
Я запрокинул голову и, не скрывая раздражения, сказал:
- Думаю, основные факты мы уже выяснили, Лалиса. Я теперь даже знаю название твоего любимого крема для рук.
Её список оказался куда подробнее моего.
- Но всё это не имеет значения, если ты каждый раз деревенеешь, когда я к тебе приближаюсь.
Она тихо ответила:
- Я просто не привыкла. Обычно ты заставляешь меня нервничать.
- Нам придётся быть очень близкими, - сказал я. - Влюблённые пары именно так себя и ведут. Они касаются друг друга, гладят, переглядываются, шепчутся. Между ними есть естественная близость. И почему-то мне кажется, что семья Сокджина Гэвина очень ласковая. Если я не смогу просто взять тебя за руку, чтобы ты не вздрогнула, никакие факты нас не спасут, когда он начнёт за нами наблюдать.

Она медленно крутила бокал в пальцах.
- Что ты имеешь в виду?
- Я буду прикасаться к тебе. Шептать тебе на ухо. Гладить по руке. Целовать тебя.

Называть «солнышко» и другими ласковыми словами.

Как любой влюблённый мужчина.

Она вопросительно подняла бровь.

- А разве ты не говорил, что никогда никого не любил?

Я насмешливо рассмеялся.

- Всю жизнь я продавал людям красивые истории. Я умею притворяться. К тому же опыта в похоти у меня более чем достаточно, а это почти то же самое.

Она покачала головой.

- Это совсем не одно и то же.

- Секс без любви - всего лишь тела и трение.

- И в таком «трении» нет ничего плохого, - пожал я плечами. - Любовь только всё усложняет. Она меняет людей. Делает их слабыми. Мне это неинтересно.

- Грустно слышать такое.

- Не в моём мире. А теперь вернёмся к делу. Ты готова перестать шарахаться каждый раз, когда я к тебе прикасаюсь или целую?

Я постучал пальцем по нашим спискам.

- Одних фактов недостаточно.

Она подняла подбородок.

- Смогу.

- Отлично. Тогда нужно потренироваться.

- Что ты предлагаешь?

Я задумчиво провёл рукой по подбородку.

- Ну... раз совместный сон отпадает, придётся придумать что-то другое. Если, конечно, ты не передумала.

Она закатила глаза, хотя её щёки сразу же порозовели.

- Нет. Придумай что-нибудь ещё.

Я с трудом сдержал смех.

Иногда она действительно была забавной.

Я протянул ей руку.

- Иди сюда.

Медленно она вложила свою ладонь в мою.

Я осторожно сомкнул пальцы вокруг её руки.

Её кожа оказалась прохладной и удивительно мягкой.

Слегка улыбнувшись, я мягко сжал её ладонь, а затем отпустил.

- Видишь? Ничего страшного не произошло. Ты не сгорела.

Я поднялся и начал ходить по гостиной.

- Мы должны выглядеть как люди, которым комфортно рядом друг с другом. Если я поцелую тебя в щёку или обниму за талию, ты должна вести себя так, словно это для тебя совершенно естественно.

Я потянул за край своей футболки.

- И ты должна делать то же самое. Подходить ко мне. Смеяться, когда я что-то шепчу тебе. Подниматься на носочки, чтобы поцеловать меня в щёку.

Что угодно. Поняла?

- Да.

Вдруг на её лице появилась озорная улыбка.

- Что?

- Если ты собираешься называть меня «солнышком», можно я тоже придумаю тебе прозвище?

- Я не люблю прозвища. Что ты придумала?

- Что-нибудь простое. Думаю, тебе подойдёт.

- Например?

- Придурок.

Я нахмурился.

- Нет.

- Почему? По-моему, очень подходит. И даже в нескольких смыслах.

Я смерил её тяжёлым взглядом.

- Нет. Придумай что-нибудь другое.

- Подумаю.

- Вот и подумай. Но это исключено.

Она состроила притворно разочарованную гримасу.

Я только закатил глаза.

- Даже не надейся, Лалиса.

- Ладно. Хотя оно тебе идеально подходит.

Я предпочёл проигнорировать явную насмешку.

Остановившись прямо перед ней, я сказал:

- А теперь... давай потренируемся.

Я взял пульт и включил тихую, спокойную музыку.

- Потанцуй со мной. Привыкни к тому, что мы находимся близко друг к другу.

Я снова протянул ей руку и произнёс слово, которого раньше никогда ей не говорил:

- Пожалуйста.

Она позволила мне поднять её со стула и неловко подошла ближе.

Тяжело вздохнув, я обнял её за талию и осторожно притянул к себе.

Лёгкий аромат её волос сразу наполнил мои лёгкие.

Мы медленно начали двигаться под музыку.

Она была намного ниже женщин, с которыми я обычно встречался. Её голова идеально помещалась под моим подбородком.

В моих объятиях она казалась такой лёгкой.

И, к моему удивлению, удивительно хорошо подходила мне.

Через несколько минут напряжение постепенно исчезло из её плеч, и она позволила мне вести себя в танце.

Танцевала она тоже гораздо лучше, чем я ожидал.

В голове неожиданно промелькнула мысль.

Может быть, всё это время Лалисе просто нужен был человек, который будет держать её в объятиях, а не унижать её.

Эта мысль заставила меня резко остановиться.

Я немного отстранился и посмотрел ей в глаза.

Она нервно моргнула, явно ожидая очередной колкости или язвительного замечания.

Вместо этого я осторожно коснулся ладонями её лица.

Её глаза широко распахнулись.

- Что ты делаешь?

- Целую тебя.

- Зачем?

- Для практики.

Её тихое удивлённое:

- Ох...

- растворилось в тот момент, когда мои губы коснулись её.

Её губы были мягкими.

И это оказалось... совсем не неприятно.

Наоборот.

По моей спине неожиданно пробежала странная тёплая дрожь.

Я слегка отстранился всего на секунду, а затем снова быстро поцеловал её.

После этого сделал шаг назад.

Воздух между нами словно изменился.

Я улыбнулся.

- Видишь? Всё не так уж страшно. Один поцелуй тебя не убьёт.

Она посмотрела на меня чуть дрожащим взглядом и тихо ответила:

- И тебя тоже.

Я громко рассмеялся.

- Пожалуй, нет.

Я взял пульт и выключил музыку.

- Отлично, Лалиса. На сегодня достаточно. Мы и так многое обсудили. Завтра будет важный день, так что нам обоим стоит выспаться.

- Хорошо, - почти шёпотом ответила она.

- Сегодня ты отлично справилась.

Её глаза слегка расширились от удивления.

- Спасибо.

Я развернулся и ушёл, оставив её стоять посреди комнаты, всё ещё ошеломлённую.