"30 Км в час "

Тридцать минут Рувейды за рулём старой синей БМВ подошли к концу, и это были самые длинные тридцать минут в её жизни. Ей всё-таки удалось тронуться (после ещё двух позорно заглохших попыток), и она гордо проехала три круга по ровной площадке Балата на первой передаче. Спидометр стабильно показывал тридцать километров в час. Рувейда чувствовала себя триумфатором, Аран на заднем сиденье - узником совести.

- Время вышло, Черепашка. Ровно полчаса, - раздался сзади бодрый голос Арана. Он мгновенно выскочил из машины, обошёл её кругом и распахнул водительскую дверь, сияя своей фирменной ухмылкой. - Освобождай капитанский мостик. Сейчас ты увидишь, как должна двигаться машина, у которой под капотом лошадиные силы, а не сонные улитки.

Рувейда устало вздохнула, аккуратно выбралась из салона, поправляя подол пудровой абайи, и с явным нежеланием обошла капот.- Напоминаю, Аран-бей, мы на учебной площадке. Здесь действуют правила автошколы, а не законы безумных гонок, - строго заметила она, садясь на переднее пассажирское сиденье.

- Правила созданы для тех, кто не умеет чувствовать дорогу, - легкомысленно отозвался Аран, захлопывая дверь.

Он устроился в кресле с такой уверенностью, будто это была его личная спортивная иномарка, а не полуживая учебная колымага. Его длинные ноги идеально легли на педали, а пальцы привычным, чётким движением обхватили руль. Одним быстрым рывком он настроил под себя зеркало заднего вида, бросив в него короткий взгляд на свои идеальные волосы, и тут же перевёл взор на Рувейду.

- Пристегнись, Черепашка. Клянусь, тебе это понадобится, - подмигнул он.

- Я всегда пристёгиваюсь! - буркнула Рувейда, защёлкивая ремень безопасности. - И перестань называть меня Черепашкой!

Аран её уже не слышал. Он завёл мотор, и в его руках старый двигатель БМВ взревел как-то совершенно иначе - агрессивно и громко. Аран резко выжал сцепление, с глухим стуком врубил передачу и с такой силой вдавил педаль газа в пол, что задние шины машины издали жалобный, пронзительный визг на раскалённом стамбульском асфальте.

Рувейду с силой вдавило в кресло. Её глаза округлились от ужаса, когда синяя БМВ с места рванула вперёд, мгновенно набирая скорость. Канатная дорога Балата, старые кирпичные стены и редкие деревья на площадке превратились в сплошную размытую полосу.

Аран! Тормози! О Аллах, тормози! Мы сейчас врежемся в забор! - закричала Рувейда, инстинктивно вцепляясь обеими руками в приборную панель и зажмуривая глаза.

- Расслабься, Черепашка, всё под контролем! - весело крикнул Аран перекрывая рёв мотора.

Вместо того чтобы затормозить перед крутым поворотом площадки, он резко крутанул руль влево и дёрнул ручной тормоз. Заднюю часть старой БМВ занесло, машина пошла боком в идеальном, но абсолютно безумном дрифте, поднимая клубы пыли. Рувейда почувствовала, как её тело наклонилось, а сердце буквально улетело куда-то в пятки. Она начала вслух, быстро-быстро читать все известные ей дуа, умоляя о спасении.

- Субханаллах, Аллаху акбар, Альхамдулиллях, Аран, прекрати это немедленно! - панически восклицала она, пока парень крутил руль в обратную сторону, выравнивая машину с абсолютной точностью профессионального гонщика.

Машина резко остановилась у самого края площадки, прямо перед лицом ошарашенного директора автошколы господина Ахмеда, который наблюдал за этим с крыльца, выронив из рук пластиковый стаканчик с чаем.

Двигатель шумно заглох. В салоне повисла тишина, нарушаемая только тяжёлым, прерывистым дыханием Рувейды. Она медленно открыла глаза, проверяя, целы ли её руки и ноги. Пудровый платок слегка съехал набок от такой тряски, а щёки горели от адреналина и возмущения.

Аран сидел рядом, положив руки на руль, и задорно хохотал. Его глаза блестели от дикого восторга.- Ну что, Черепашка, как тебе экскурсия на нормальной скорости? Жива?

Рувейда медленно повернула к нему голову. Если бы взглядом можно было совершить преступление, Аран уже искал бы себе хорошего адвоката. Она аккуратно поправила хиджаб, вернув ему прежний идеальный вид, глубоко вдохнула и выпрямилась.

- Ты... ты СУМАСШЕДШИЙ ! - её голос дрожал, но в нём звенела сталь. - Ты чуть не разбил машину! Ты нарушил все возможные правила! Из-за твоего глупого эгоизма нас могли просто выгнать из автошколы! Если ты завалишь этот зачёт из-за своих дешёвых понтов, твой отец сделает тебя курьером, и поделом! Но я! Я копила на эти курсы два года, работая без выходных, и я не позволю какому-то заносчивому мажору испортить моё будущее!

Слова Рувейды ударили хлёстко и точно. Смех Арана мгновенно затих. Наглая ухмылка сползла с его лица, уступая место удивлению и лёгкому уколу совести, который он так тщательно пытался скрыть. Он посмотрел на эту хрупкую девушку в абайе, которая только что тряслась от страха, а теперь отчитывала его так, будто была его строгим профессором в университете.

В этот момент к водительскому окну подбежал разъярённый господин Ахмед, размахивая руками.- Аран-бей! Вы с ума сошли?! Это автошкола, а не гоночный трек в Формуле-1! Вон с площадки! Оба! На сегодня занятия окончены!

Аран молча вздохнул, открыл дверь и вышел из машины. Рувейда вылетела следом, даже не взглянув на своего напарника. Она быстрыми шагами направилась к выходу с парковки, мечтая поскорее оказаться дома.

- Эй, Черепашка, постой! - раздался сзади голос Арана. Он быстро догнал её, подстраиваясь под её быстрый шаг. - Ладно, признаю, я немного переборщил. Прости. Я не знал, что для тебя это так... важно. Ну, про деньги и два года.

Рувейда резко остановилась и повернулась к нему. Они стояли на узкой улочке Балата, а позади них мягко шумел вечерний Стамбул.- Для меня важно всё, что связано с моим трудом, Аран-бей. В отличие от некоторых, мне ключи от машины на день рождения не дарили. На следующее занятие я попрошу директора дать мне другую машину. Я не хочу делить с тобой один руль.

Она развернулась и пошла прочь. Аран остался стоять на месте, провожая её взглядом. Он сделал последний глоток своего уже растаявшего айс-латте и тихо пробормотал себе под нос:- Ну уж нет, Черепашка. Другую машину я тебе взять не позволю. Без тебя здесь станет слишком скучно.