на два часа раньше заката

— Ри..- я мертвой хваткой вцепилась в её топ и дернула назад.— Это они.

Райли прищурилась на солнце, хищно улыбнулась и шагнула вперед:

Ри— О, вон тот Джош мне вчера писал и ещё вон тот шатен.Пошли!
— Ты рехнулась? Я никуда не пойду! Иди одна.

Она закатила глаза, но остановилась.

Ри— Ладно, трусиха, стой здесь. Я сейчас вернусь.

Я видела, как она подошла к парням, включила всё свое обаяние, и те расступились, принимая её в компанию. Мне стало не по себе. Нужно было уходить, пока туристы вокруг создают хоть какое-то прикрытие.

Я начала медленно пятиться к кустам рододендрона, ведущим к парковке. Сделала шаг, другой... и со всей силы врезалась спиной во что-то твердое.

Резко обернувшись, готовая извиниться перед очередным прохожим, я замерла. Прямо передо мной стоял он. Та же футболка и влажные темные волосы падают на лоб, а в руке зажата бумажная упаковка с хот-догами. От него пахло жареным луком и тем самым сладковатым парфюмом из перехода. Он мазнул по мне равнодушным взглядом:

— Извини, малая. Не заметил.

Шатен попытался обойти меня и пойти дальше к своим друзьям.
Но страх смешался со злостью.

— Стой,но ты же был там спереди..- мой голос прозвучал слишком тихо.

Он остановился. Медленно повернул голову. Его карие глаза прошлись по моему лицу, задержавшись на губах, перемазанных клубничным джемом от сэндвича, который я до сих пор сжимала в руке. Уголок его рта едва заметно дрогнул.

— Мы знакомы? Ровно настолько бархатно, чтобы это казалось издевательством.

Я сглотнула, пытаясь унять дрожь в коленях.

— Вчера. В «Севен-элевен». Ты забрал мою газировку и просил мой ник.

Пэйтон моргнул, словно стряхивая с себя наваждение, и наконец-то узнал меня. Его плечи расслабились, а на губах появилась та самая спокойная полуулыбка, от которой вчера внизу живота всё сжалось в тугой узел.

— А..- протянул он.

Он полез свободной рукой в карман светлых джинсов, достал оттуда блестящую жестяную банку колы и протянул мне. Та была ледяной, вся покрыта мелкими каплями конденсата.

— Держи. Это за вчерашнее. И... извини ещё раз за руку в магазине.

Я машинально взяла банку. Пальцы тут же свело холодом. Он действительно купил её тогда, просто я сбежала раньше, чем он успел расплатиться. Логика этого парня снова ломала мне мозг: сначала пугает до полусмерти, потом извиняется и возвращает долг.

Ри— Эй!

Райли замахала нам руками из-за его спины. Парни уже обступили её плотным кольцом, что-то громко обсуждая.

Ри— Пэйтон, мы идем или нет? Они заказали три огромные пиццы!

Он обернулся к ней, кивнул, но с места не сдвинулся. Вместо этого сделал еще один шаг ко мне, нависая сверху. Теперь между нами пахло не только луком, но и нагретым на солнце асфальтом.

Пэйтон— Так что решаешь?- спросил он тише, чтобы слышала только я. Его голос лишился всякого веселья.— Идешь со мной знакомиться с моими друзьями по-настоящему? Или так и будешь шарахаться от каждой тени?

Это был вызов. Прямой, наглый, не оставляющий пространства для вежливого отказа. Мое горло пересохло. Если я сейчас откажусь, буду выглядеть жалкой трусихой перед ним и дурой перед Райли, которая уже бежит обратно к нам с горящими глазами.

Я выпрямила спину, стараясь казаться выше своих неполных двенадцати лет, и сильнее сжала ледяную банку.

— Только попробуй еще раз схватить меня без спроса..- тихо процедила я, глядя ему прямо в глаза.— И твоя пицца станет последним, что ты съешь!

Уголок его рта дернулся вверх. Он медленно поднял руки ладонями вперед — классический жест «сдаюсь».

Пэйтон— Договорились. Руки при себе.

Не дожидаясь ответа, Пэйтон развернулся и пошел к компании. Мне ничего не оставалось, кроме как поплестись следом, чувствуя, как предательски горят уши, и прижимая к груди спасительную ледяную банку, словно щит.