Он моя судьба

От лица Лекси

Прилетев домой, все занялись делами. Я решила работу киллера сделать не основной, а так, дополнительной. Изредка буду брать заказы. Я давно хотела открыть своё какое‑то дело, но никак не могла понять какое. Однако идея появилась внезапно. Меня на неё вдохновила Лика. И мы с ней решили открыть центр помощи женщинам, страдающим от избиения мужчин.

Лика согласилась быть моим партнёром, и мы вместе его откроем. Этот центр нельзя будет просто так найти. У нас будет сайт, куда можно будет написать за помощью. Женщины будут туда писать, Лика будет переправлять мне письма, а я и другие айтишники будем проверять правдивость их заявок. Если это будет правдой, мы будем посылать людей к этим женщинам, которые будут их забирать и привозить к нам в центр.

Так как мой отец — архитектор, я с ним договорюсь, чтобы он выделил нам здание, где могли жить женщины и ни в чём не нуждаться до тех пор, пока не встанут на ноги и сами не захотят уйти. А мы тем временем будем решать вопрос с их мужчинами, чтобы они их не трогали, и максимально ограждать их от этих женщин.
Центр будет существовать на пожертвования людей и спонсорской помощи. Также в этом центре будут работать адвокаты, полиция, психологи и так далее. Об этой идее пока никто не знает, но как только я договорюсь с отцом по поводу здания и мы с Ликой потихоньку будем оформлять все бумаги по поводу него, мы расскажем всем.

Томас работает в своей фирме, весь в делах, бумагах и контрактах. У нас с ним всё вроде хорошо, только мы начали реже видеться из‑за работы. Это раздражает. Также его мама окончательно решила переехать в наш город с Риком и уже ищет дом. Она собирается сама его себе купить. Но Томас, как обычно, настоял на том, чтобы он купил ей дом.
Лика и Джеки съехались. Ник и Лиам курируют всю ситуацию на их земле.

А сейчас я решила, что стоит немного напомнить о себе Томасу. Одевшись немного вызывающе, но в то же время официально, я поехала в офис к Томасу, прихватив липовый пропуск.

Зайдя в огромное и красивое здание, меня встретила какая‑то блондинка.

— Здравствуйте, добро пожаловать. Вы к кому? У вас назначено?

— Мне нужен ваш босс. Томас Шелби! — уверенно, без запинки.

Холёная блондинка улыбнулась и открыла блокнот.

— У вас назначено?

— Налоговая инспекция, — теперь уже нагло улыбнулась я, видя, как с её лица сползает краска. Её взгляд тут же забегал по тому самому «пропуску», который я ей показывала чуть ли не в самое лицо. Ноготки прикрыли часть липового удостоверения. Она бы всё равно не смогла понять, что это подделка.

— Извините, да, конечно, сороковой этаж, мисс... — её улыбка стала нервной, и я вижу, что она вот‑вот готовится к марафону «передай секретарю босса хорошую новость».

Её попытку узнать мою фамилию я проигнорировала, а лишь сбросила на неё своё пальто.
Стук каблуков по мрамору рассекал звенящую тишину. Каждый считал своим долгом обернуться и взглянуть на меня. «О да, сучки, я здесь власть. До того, как ваш директор не нагнёт меня над столом», — пронеслось в голове.

В лифт также вошли ещё двое мужчин. Они любезно нажали цифру «40» вместо меня, но сами вышли на несколько этажей ниже.
Юбка‑карандаш плотно обтягивала мои бёдра, блузка была не застёгнута на несколько верхних пуговиц. Вид из окон на этаже был умопомрачительный. Как и сам интерьер этажа. В этих дорогих шмотках я определённо вписываюсь.
Поправила очки на переносице и папку в руках.

— У мистера Шелби сейчас посетитель, но... — тут же залебезила уже осведомлённая секретарша.

Посмотрела на неё как на умалишённую. Она стушевалась, что непозволительно для секретаря руководства. «Какого хрена Томас набирает такие кадры?» — мелькнуло в мыслях.

Сама лично открыла кабинет и уже почти зашла, но, зацепившись непонятно за что, рухнула прямо на колени. Томас поднял голову, и бумаги так и застыли в его руках. Взгляд сфокусировался на моей открытой груди, затем — на губах и глазах. Его глаза тут же выдали этот коктейль похоти и собственничества. Всё как в лучших традициях.

— О, я такая неуклюжая, — трагично вздохнула я, поднимаясь и поправляя юбку.

Томас помог мне подняться. И совсем не обязательно было поддерживать за талию! Я же так из образа выйду очень быстро!

— Вы всем так помогаете подняться?

— Только тем, кто врывается ко мне под видом налоговой инспекции, — усмехнулся Томас, не отпуская моей талии.

— Но это не значит, что я не смогу найти то, что выведет вас на чистую воду! — я выпрямилась, стараясь сохранить серьёзный вид. — Я знаю, как вы отмываете деньги и уклоняетесь от налогов. И просто так это не оставлю!

Захлопнула дверь, оставив секретаршу с глазами размером в блюдца — казалось, в её приоткрытый рот вот‑вот залетит муха.

— С огнём играешь, — он опалил своим дыханием моё ухо, а его рука скользнула по изгибу моих бёдер. — Чёрт, детка, ты заставляешь мои яйца синеть.

— Уберите руки! Или ещё и за домогательства хотите получить срок? — отпихнула его от себя и прошла вперёд, прекрасно зная, каким взглядом Томас провожает мой зад. — Тогда весёлую жизнь я вам гарантирую.

«Секретарша соврала. Нет тут никого в кабинете, кроме Томаса! Хотела выиграть время? А если бы на моём месте была реальная проверка? И что за бумаги он уничтожал в шредере до моего появления?» — пронеслось в голове.

— Если через две минуты на столе не появятся отчёты, то вы рискуете своей свободой, мистер Шелби, — я облокотилась о стол, скрестив руки под грудью. — А ещё я бы обратила внимание на то, что вы так усердно пытались уничтожить до моего появления.

Взгляд Томаса не предвещал мне ничего хорошего. Он медленно шёл своей плавной походкой хищника — так, будто не я тут главная, а он. «Мы ещё поборемся за место главного, Томас!» — мысленно бросила я вызов.

— Ну что вы, мисс... — начал он с лёгкой насмешкой.

— Миссис Найт, — отчеканила я, словно самая первосортная стерва. А что? Как было в удостоверении написано — так и говорю!

Томас метнул взгляд, который ясно говорил: «Покажи мне этого мистера Найта, и он сам сожрёт свою же печень». От этого взгляда по коже побежали мурашки, но я не дрогнула.

— Я жду! — твёрдо повторила я.

Томас улыбнулся краешком губ — явно уже придумал какую‑то пакость. Он достал две большущие папки из шкафа и с шумом положил их на стол за моей спиной.

— Проверяйте, — выдохнул он мне в шею, прижавшись к моей спине так близко, что я могла почувствовать его возбуждение бедром.

Открыла папку — и буквально тут же страницы полетели в разные стороны.

— Тут... — я только ткнула пальцем в первую попавшуюся бумагу, как он ловко развернул меня к себе лицом и подсадил на стол прямо на эти самые бумаги.

— Тут всё верно, так что предлагаю провести другую инспекцию, — он опустил мою руку на ремень своих штанов.

— Вы забываетесь, — прошептала я, взяв его за ворот рубашки. Притянула к себе. — Сегодня сверху я!

Одним движением я оказалась верхом на Томасе — он даже опешил от того, как резко сел на стул. Мои пальцы перебирали пуговицы на его рубашке.

— Вы со всеми так решаете свои вопросы? — не спешила снимать с него одежду.

— Ну что вы, миссис Найт, только с очень красивыми, иногда немного замужними женщинами, — усмехнулся он. И хоть этот засранец был снизу, он нашёл точку воздействия: его холодный нос прошёлся по моей шее, а руки сильно сжали мои ягодицы.

Я пыталась не обращать внимания на то, как его тело соприкасается с моим. Но секунда в тумане грёз обернулась тем, что я распрощалась с юбкой. Он нежно гладил мою оголённую кожу.

— Знаешь, Лисёнок, какой бы ты стервой ни старалась казаться для остальных, но со мной ты всегда будешь послушной, хорошей девочкой, — его томный голос с хрипотцой, будто он недавно курил, вызвал по моему телу кучу мурашек.

Он жёстко потянул мои волосы назад, заставив выгнуться, а руками я вцепилась в его плечи. Он знал, что делал. Мне не удалось обыграть его. Не сейчас.

Томас легко целует, чуть покусывает мою кожу. Дыхание участилось, когда по телу прошелся холодный воздух — теперь на мне нет блузки. Только бельё, туфли и пропуск, болтающийся на шее. «Какого чёрта это выглядит так сексуально и развратно?» — мелькнуло в голове.

Почему я уже смотрю на потолок? Чёрт. Я опять упустила момент и теперь лежу на его столе. Его умелые пальцы легко поддели кружево трусиков. Я заёрзала, но Томас не дал мне пошевелиться больше. Он так уверенно схватил пропуск на моей шее, что от неожиданности и какой‑то ярости, с которой он дёрнул его, я резко открыла глаза.

— Смотри на меня, — уже в приказном тоне.

Его глаза горели похотью, а мне только это и было нужно. Пальцы настойчиво проникали в меня, и сдерживать стоны было очень сложно...