Ключ к сердцу

POV: Лиса

Хосок думал, что этот день будет самым обычным в его жизни первого помощника Лалисы Манобан.

Он только что получил привычное сообщение от водителя компании о том, что Лису уже высадили у входа в здание издательства. Хосок сразу встал, достал из мини-холодильника под своим столом её любимый лёгкий фраппучино и приготовился открыть дверь кабинета.

Через несколько секунд появилась Лиса. Как обычно, она ни с кем не здоровалась и не говорила ни слова, вызывая самые разные реакции у сотрудников.

Конечно, многие считали её высокомерной, вспыльчивой и бессердечной. И, вероятно, именно таких людей было большинство.

Но были и мужчины, которые восхищались её красотой и сдержанной чувственностью, а также женщины, которые одновременно завидовали и любовались её безупречным внешним видом. Сегодня на ней было чёрное облегающее платье Herve Leger, туфли Miu Miu с открытым носком и красивая розовая сумка Reed Krakoff.

С Хосоком она тоже обошлась как всегда - молча забрала у него стакан с фраппучино, даже не попросив и не поблагодарив, а сумку почти бросила ему в руки.

Однако было слишком рано думать, что этот день окажется обычным.

Ведь нет ничего настолько плохого, что не могло бы стать ещё хуже.

- Что у тебя есть по поводу People's Choice Awards? - спросила Лиса, садясь за стол.

- По освещению церемонии - совещание с командой назначено на десять. Ваше платье я сегодня сам заберу из ателье Мин и отвезу к вам домой. Парикмахер и визажист Босс Вашингтон приедет к вам в то время, которое вы указали.

- Ты звонил той... как же её... той, что оказалась в центре скандала?

- Мирайе Клони. Да. Точнее, её агенту. Я передал, что если Мирайя захочет рассказать свою версию событий, мы готовы взять у неё интервью. Ответ обещали дать до конца дня.

- Если согласится - отправь к ней Найла. И передай Юнги, что я передумала насчёт платья. Чёрный больше не хочу - слишком часто его ношу. Пусть найдёт что-нибудь более яркое. Если успеет сегодня - хорошо. Если нет, завтра сам заберёшь.

Хосок лишь закатил глаза. На следующий день после работы у него были занятия в магистратуре, на которые, кстати, его отправила сама редакция. Лиса наверняка уже забыла... Или ей было всё равно.

- Перенеси совещание на десять пятнадцать. И скажи Мэри Хелен, чтобы в три часа дня она была дома у Патрика Дюваля. Она уже знает, что делать, осталось только подтвердить.

- Патрик Дюваль согласился дать интервью у себя дома? - удивился Хосок.

- Идём со мной к Джейкобу.

Она поднялась и направилась к кабинету одного из журналистов, даже не ответив на его вопрос.

Хосок молча последовал за ней.

Джейкоб Бен Исраэль работал за своим столом и явно не ожидал увидеть главного редактора лично.

- О! Наш великий лидер и её верный вассал! Проходите!

В его голосе не было и капли сарказма. Он действительно уважал Лису и был одним из немногих, кто ею искренне восхищался.

- Джейкоб, я тебя увольняю.

Она сказала это спокойно, без каких-либо вступлений.

Джейкоб и Хосок ошеломлённо переглянулись.

- П-простите?..

- Я тысячу раз просила тебя взять интервью у Патрика Дюваля для своей колонки. Ты этого не сделал. Ты уволен.

Она произнесла это так буднично, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном.

- Но я же объяснял! Это невозможно! Дюваль никогда никого не пускает к себе домой, а моя колонка как раз о домах знаменитостей!

- Забавно. Потому что я только что разговаривала с ним, и он согласился дать интервью. К нему поедет Мэри Хелен. И впредь именно она будет делать материалы о домах знаменитостей. Эта колонка больше не твоя.

Продолжая говорить, Лиса уже направлялась к двери.

- Я дам тебе несколько дней, чтобы найти новую работу. Если хочешь - можешь всем говорить, что сам уволился.

Не добавив больше ни слова и не дав Джейкобу возможности оправдаться, она вышла из кабинета и направилась обратно к себе.

Новость разлетелась по редакции почти мгновенно.

Те, кто и раньше называл её ведьмой, теперь только укрепились в своём мнении и придумали ей ещё больше подобных прозвищ. Остальные же начали всерьёз бояться, что следующими могут оказаться именно они.

Хосок был потрясён тем, с какой холодностью она разобралась с этой ситуацией. Даже от начальницы, которая не знала его имени и никогда не считала нужным быть с кем-либо вежливой или дружелюбной, он не ожидал подобной жестокости.

Оставшаяся часть дня для Хосока и Лисы прошла относительно спокойно. Со своего рабочего места он замечал, что сотрудники время от времени снова начинали обсуждать увольнение спокойного и добросовестного Джейкоба, которого до этого считали одним из лучших журналистов журнала.

За исключением совещания с командой, отвечавшей за освещение People's Choice Awards, Манобан весь день просидела в своём кабинете. Даже в обед она не выходила, лишь попросила Хосока заказать ей салат с жареной куриной грудкой и холодный чай из ближайшего ресторана.

Однако ближе к вечеру Хосок с удивлением увидел, как взволнованная Соми ворвалась в кабинет начальницы, даже не попросив разрешения войти.

Он сразу испугался, что после этого ему достанется выговор, ведь именно он должен был не допускать подобных вторжений. Поэтому поспешил вслед за журналисткой, надеясь хотя бы объясниться.

- Код «ярко-розовый с блёстками, флуоресцентный и огромными буквами»... СЕЙЧАС ЖЕ! - услышал он, как Соми заявила с порога.

Лиса подняла глаза и спокойно посмотрела на неё.

- Госпожа Манобан... то есть... Лиса... - нервно начал Хосок. - Она просто вошла... Я пытался её остановить...

- Всё в порядке, Хосок, - спокойно ответила она, впервые за всё время правильно назвав его по имени. - Можешь идти.

Хосок удивлённо кивнул и вышел, оставив двух лучших подруг наедине.

- Пошли, Лиса, - приказным тоном сказала Соми.

- Подруга... - устало вздохнула Лиса. Она слишком хорошо знала Соми и понимала, что этот «код», произнесённый таким голосом, означал только одно - впереди её ждёт серьёзный разговор. - Если только с тобой не случилось что-то действительно ужасное, давай поговорим позже, хорошо? У меня куча работы, и голова сейчас просто раскалывается.

- Со мной всё нормально, Лиса. Но будь я на твоём месте, я бы прямо сейчас подняла свою худую задницу с этого кресла и пошла выпить со мной кофе. Если, конечно, не хочешь выслушать всё, что я собираюсь сказать, прямо здесь.

Спустя некоторое время они уже сидели друг напротив друга в небольшом кафе неподалёку от редакции.

Лиса попросила Хосока проследить за всеми делами и писать ей только в том случае, если он не сможет справиться сам. Она уступила настойчивости подруги, потому что совершенно не хотела обсуждать личные темы в редакции.

Когда официант принёс кофе и печенье, Соми наконец заговорила:

- Лиса... Что с тобой происходит?

- В каком смысле?

Лиса сделала вид, будто не понимает вопроса.

- Лалиса Манобан, не испытывай моё терпение! - фыркнула Соми. - Я знаю, что ты сама создала себе этот образ. Недоступная начальница, которой невозможно угодить. Холодная, высокомерная, чрезмерно требовательная женщина. Та самая, которую называют ведьмой и змеёй, а ей будто всё равно, потому что она думает, что так добьётся уважения. Но это не настоящая ты.

Соми посмотрела ей прямо в глаза.

- Я знаю тебя слишком хорошо. У тебя есть другая сторона, которую ты никому не показываешь. И знаешь что? Я уважаю это. Правда уважаю. Этот бизнес тяжёлый, здесь до сих пор всем заправляют мужчины, конкуренция огромная... Но уволить Джейкоба?..

- И что не так с тем, что я его уволила?

- Лиса! - почти вскрикнула Соми. - Джейкоб отличный журналист, и ты прекрасно знаешь, что он не раз пытался уговорить Дюваля дать интервью. Ты ведь понимаешь, что тот согласился только потому, что ты пообещала отправить к нему Мэри Хелен. Он просто не захотел упускать шанс попытаться затащить бывшую модель Victoria's Secret к себе в постель.

Соми тяжело вздохнула.

- Ты уволила Джейкоба только потому, что тебе нужно было сорвать на ком-то своё раздражение. Он оказался обычным козлом отпущения.

- Я... - неловко начала Лиса.

Соми была практически единственным человеком, которому удавалось разрушить стены, которые Лиса годами возводила вокруг себя.

- Лиса... Что происходит? Почему ты стала такой? Почему постоянно срываешься и теряешь контроль? - Соми сделала глоток кофе и после короткой паузы осторожно спросила: - Это как-то связано с... Чонгуком?

- Даже не заканчивай эту мысль, - сразу перебила её Лиса. - Это никак не связано с Чонгуком. Да, наша встреча была неприятной, но он не имеет надо мной такого влияния.

Она пыталась убедить не только подругу, но и саму себя.

На самом же деле после того разговора в особняке её уже несколько дней мучили странные сны.

В одних Бам радостно бежал к ней, а она спешила навстречу собаке, счастливо ожидая, что следом появится Чонгук. Но вместо него появлялась красивая незнакомая женщина, которая радостно забирала «своего мальчика».

В других снах уже сам Чонгук искал Бама. Пёс находил его, но, когда Лиса пыталась подойти, Чонгук звал собаку к себе и, не позволив ей даже приблизиться, уходил прочь.

Был даже сон, в котором Бам рычал на неё, будто совсем её не узнавал.

Однако Лиса продолжала убеждать себя, что это всего лишь кошмары и ничего больше. Она точно не собиралась рассказывать об этом Соми.

- Ну хорошо, если это никак не связано с Чонгуком... - Соми сделала вид, что поверила. - Тогда, наверное, дело в том, что ты слишком много работаешь.

Она покачала головой.

- Ты живёшь одной работой, Лиса. У тебя больше нет ни личной жизни, ни нормального общения с людьми. Когда Джин приезжает в Лос-Анджелес?

- Через несколько недель, - ответила Лиса.

Соми говорила о её парне, который остался в Англии.

- Сейчас он не может уехать из Лондона. Некому вести все его судебные дела. Он пока ищет человека, который сможет взять часть работы на себя.

- Ну хоть что-то. Через несколько недель у тебя наконец-то будет секс. Поверь, тебе это очень нужно. Нет ничего лучше, чтобы снять стресс. С тех пор как я начала встречаться с Шейном, я стала намного спокойнее.

Лиса невольно рассмеялась.

- А когда Джин приедет, он останется здесь?

- Пока нет. Побудет со мной всего несколько дней. И привезёт Лео и Лего.

У Лисы было два кота и собака, но при переезде из Европы она смогла взять с собой только Лав.

- Всё равно лучше, чем ничего, - с озорной улыбкой сказала Соми.

Лиса лишь закатила глаза.

Но, как бы ей ни хотелось это отрицать, подруга была права.

Она никогда раньше не оставалась без секса так долго, и, возможно, именно это только усиливало её плохое настроение.

Тяжело вздохнув, Лиса подумала, что хотя бы на этой неделе у неё будет возможность отвлечься.

В пятницу должна была состояться церемония вручения одной из самых престижных премий индустрии развлечений США, и она собиралась присутствовать там вместе с владельцами журнала.

По крайней мере, это был шанс увидеть красивых, талантливых и элегантных людей. Кроме того, её пригласили сразу на несколько вечеринок после церемонии, где можно будет выпить пару коктейлей, потанцевать, пообщаться и наконец немного расслабиться.

Если, конечно, не появится ещё какая-нибудь причина испортить ей настроение ещё сильнее.

Всю дорогу обратно Лиса не переставала думать над словами Соми.

Она ненавидела признавать это, но подруга слишком хорошо её знала. Возможно, она действительно слишком глубоко ушла в работу и позволила ей занять всю свою жизнь.

Но признать это - значило признать и то, что её привычная маска безразличия начала давать трещины.

Она не могла этого допустить.

Вернувшись в редакцию, Лиса снова стала той самой холодной и неприступной начальницей, которую все знали.

Никто не должен был догадаться, что всего несколько минут назад она сидела в кафе и позволила себе хоть ненадолго стать обычным человеком.

---

POV: ЧОНГУК

- Приятно снова видеть тебя таким воодушевлённым, Чонгук. На прошлой неделе ты был похож на настоящего зомби - я своего друга вообще не узнавал! - рассмеялся Намджун.

Они вместе находились в студии стилиста Линдси Зир, готовясь к церемонии People's Choice Awards.

- И, честно говоря, я думал, что сегодня ты будешь в ужасном настроении. Красные дорожки ведь совсем не в твоём вкусе.

- Это правда. Но сейчас мне уже намного лучше.

Общение с девушками пошло мне на пользу...

Хотя некоторые из них немного... слишком эмоциональные, - со смехом ответил Чонгук.

- Когда Тейлор устроила тот номер, я сразу понял, что ты отреагируешь именно так, - сказал Намджун, имея в виду момент, когда блондинка сняла верх купальника во время их прогулки на яхте, после чего стала второй участницей, покинувшей шоу.

- Это очень предвзято с моей стороны - не хотеть видеть своей будущей женой девушку, которая показала грудь в программе, которую смотрит вся страна? - обеспокоенно спросил Чонгук, поправляя галстук Kenneth Cole, идеально сочетавшийся с его костюмом Hugo Boss.

Намджун надел пиджак своего костюма Ermenegildo Zegna и покачал головой.

- Нет, дружище. Конечно, нет. Самое главное, что ты снова стал самим собой ...снова с интересом относишься к этому шоу. Хотя я всё ещё считаю, что ты мог бы найти себе девушку обычным способом. Честно говоря, я не видел, чтобы ты так уж сильно пытался, поэтому не могу сказать, что у тебя ничего не получилось, - всё же заметил Намджун. - Но раз уж ты выбрал именно этот путь, значит, нужно идти до конца.

В этот момент вошла Линдси и помогла им закончить подготовку к церемонии, внося последние штрихи в их образы. На этом разговор закончился, однако Чонгук понимал, что Намджун не так уж и неправ.

На самом деле у него действительно было слишком мало отношений, чтобы утверждать, будто ему постоянно не везло в любви.

За всю жизнь он лишь дважды состоял в серьёзных отношениях, причём последние закончились более двух лет назад. А если не считать бывших девушек, то ни с одной женщиной он не встречался больше четырёх раз.

Чонгуку нравилось думать, что он совсем не похож на Намджуна - настоящего ловеласа, который открыто предпочитал случайные связи.

Их взгляды были совершенно разными. Пока Намджун едва ли не через день отправлялся искать новое приключение, Чонгук предпочитал спокойную домашнюю жизнь.

Обычно он соглашался встретиться с женщиной лишь в том случае, если её представлял кто-то из друзей или если они знакомились на каком-нибудь мероприятии, связанном с работой.

Он относился к женщинам как к потенциальным будущим девушкам: водил их ужинать в хорошие рестораны, галантно открывал перед ними дверь автомобиля, отодвигал для них стул и никогда не пытался затащить в постель уже на первом свидании - разве что инициативу проявляла сама девушка.

Но, несмотря на всё это, результат в итоге оказывался таким же, как у Намджуна: всё заканчивалось лишь сексом и ничем больше. Очень скоро Чонгук начинал замечать в очередной претендентке всё больше и больше недостатков и просто переставал с ней встречаться.

Возможно, в каком-то смысле он был даже хуже Намджуна, ведь своим поведением, вероятно, давал девушкам ложную надежду.

Но теперь он решил оставить всё это в прошлом и наконец стать более решительным.

Если он действительно хотел семью и детей, значит, ему придётся выбрать одну девушку - пусть даже ту, у которой недостатков меньше остальных, даже если он всё равно будет их видеть. Он сделает выбор и не даст себе времени передумать или отказаться от него: он как можно скорее женится на ней.

Пока Чонгук фотографировался на красной дорожке у входа в Nokia Theatre, он заметил нескольких девушек, с которыми когда-то встречался. Те, кому удалось подойти к нему, непременно воспользовались возможностью поздороваться, что в какой-то степени...

Это было для него своего рода облегчением.

Он не хотел, чтобы окружающие считали его дешёвым сердцеедом. Ведь он не был тем, кто разбивает сердца. Наоборот - когда-то именно его собственное сердце было разбито на миллионы осколков, которые, возможно, уже никогда не удастся собрать воедино.

Внутри театра женщина, по чьей вине сердце Чонгука когда-то превратилось в эти самые осколки, сидела вместе со своими начальниками за одним из столиков, предназначенных для представителей прессы.

Лиса заметила, как Чонгук вошёл вместе с Намджуном. Он приветствовал нескольких актёров и актрис, а также режиссёра одного из сериалов GHShow, номинированного на награды в тот вечер, после чего занял место за столиком, отведённым для этой телевизионной команды.

Она также наблюдала, с каким искренним восторгом он радовался каждой победе артистов и проектов своего телеканала. А когда один из актёров во время своей благодарственной речи отдельно поблагодарил Чонгука, Лиса заметила, насколько тот был растроган.

Было странно видеть такую чувствительную сторону Чонгука, но почему-то ей казалось, что сейчас он совсем не притворяется.

После окончания церемонии представители TVZoom подошли поздравить Намджуна и Чонгука.

На этот раз атмосфера между Чонгуком и Лисой уже не была такой напряжённой.

Они не стали заводить полноценный разговор, но спокойно поприветствовали друг друга.

Он вежливо кивнул ей в ответ и искренне поблагодарил за поздравления с наградами, которые получил телеканал, президентом которого он был.

Чонгук не мог отвести от неё взгляд.

Даже среди множества невероятно красивых женщин, присутствовавших на церемонии, именно Лиса затмевала их всех.

Однако он не чувствовал себя вправе сказать ей, насколько прекрасно она выглядела.

- Не осуждаю тебя за то, что тебе сейчас нужен слюнявчик, дружище, - усмехнулся Намджун, когда они снова остались вдвоём. - Она действительно невероятно красивая женщина.

- О ком это ты? - попытался сделать вид, будто не понимает, Чонгук, хотя заранее знал, что его попытка ни к чему не приведёт.

Намджун был слишком проницателен.

- Чонгук, ну перестань. - Намджун слегка раздражённо покачал головой. - Не хочешь говорить о ней - пожалуйста, я не настаиваю. Но думать, что я не замечаю, насколько сильно она на тебя влияет... это уже слишком. Ты никогда раньше не считал меня глупцом, не начинай сейчас.

- Ладно, Намджун... Я и сам не понимаю почему, но просто не могу перестать смотреть на неё, ясно? Здесь полно красивых женщин... И в том особняке меня ждут двенадцать замечательных девушек, каждая из которых мечтает стать моей избранницей... моей женой... Но я всё равно не могу отвести глаз от этой...

Он резко замолчал и тяжело сглотнул.

- Всё нормально, дружище, - Намджун успокаивающе похлопал его по плечу. - Тебе просто нужно выпить пару коктейлей и хорошенько выспаться. А завтра тебя снова будут ждать те красавицы в особняке - в крошечных бикини, загорающие и без ума от тебя.

Чонгук рассмеялся.

- Я поеду на вечеринку после церемонии в особняк Марти. Увидимся завтра.

- Я поеду с тобой.

- Что?! У тебя температура или что? Ты же никогда не ходишь на вечеринки после премий!

- А сегодня хочу.

Он лишь пожал плечами.

- И это, конечно же, совершенно никак не связано с тем, что ты не можешь оторвать взгляд от одной очень симпатичной девушки, - с иронией заметил Намджун.

Чонгук даже не стал отрицать.

Он действительно собирался поехать только потому, что знал: Лиса тоже будет там.

Они видели, как она вместе со своими начальниками подтвердила Марти своё присутствие.

---

Двое друзей приехали в особняк пожилого актёра раньше сотрудников TVZoom.

Чонгук наблюдал, как Лиса вошла в просторный бальный зал под руку с Брэдом.

Он подумал, что длинное зелёное платье с глубоким декольте ей невероятно идёт.

А потом мысленно усмехнулся самому себе.

Он прекрасно понимал, что счёл бы её красивой в любом цвете.

Ему даже стало смешно от собственной жалкой ревности - он поймал себя на мысли, что хотел бы оказаться сейчас на месте Брэда.

И в то же время привычная злость по отношению к ней никуда не исчезла.

Эта странная смесь чувств была настолько противоречивой, что её, пожалуй, не смогли бы объяснить даже Фрейд и Юнг, несмотря на все свои исследования человеческой психики.

Спустя некоторое время Чонгук разговаривал с Иэном и как бы между прочим спросил:

- Значит... Лиса и Брэд...

- Ты имеешь в виду, встречаются ли они? Или у них роман? - уточнил Иэн.

- Угу, - кивнул Чонгук, стараясь выглядеть просто любопытным.

Иэн рассмеялся.

- Нет. Лиса пришла с Брэдом только потому, что я приехал со своей женой, - он указал на женщину, сидевшую за столиком и разговаривавшую с одной из актрис. - А Райан тоже собирался прийти не один, но его жена сейчас дома - она уже почти на девятом месяце беременности.

- Хм... - Чонгук довольно сделал глоток виски.

- И, кажется, Лиса тоже замужем... Но её муж всё ещё живёт в Лондоне и пока не может переехать сюда.

Эти слова словно окатили Чонгука ведром ледяной воды. Однако он мастерски скрыл свои чувства, так же как всегда скрывал то, что постоянно наблюдал за Лисой, когда она смотрела в его сторону.

Появление Чона на подобных вечеринках было большой редкостью, а то, что он остался там до поздней ночи, - ещё большей.

Гостей становилось всё меньше. Даже Намджун уже ушёл, уехав домой с актрисой одного из конкурирующих телеканалов.

Чонгук разговаривал с Брэдом и двумя телепродюсерами, когда у владельца издательства RIB зазвонил телефон. Ему сообщили, что у его жены начались роды.

Увидев, как Брэд разволновался, Чонгук, почти не раздумывая, предложил отвезти Лису домой.

Хотя эта идея ей совсем не понравилась, она всё же согласилась. Ей не хотелось вести себя холодно и высокомерно перед своим начальником, да и садиться в обычное такси в дорогом платье от Catherine Malandrino, которое для неё выбрал Юнги, ей тоже не хотелось.

Так они вдвоём оказались в одном из лимузинов телекомпании - совершенно одни, будто весь остальной мир исчез.

В машине снова воцарилась та же неловкая тишина, что и несколько дней назад, когда они сидели за одним столиком у бассейна в особняке.

Чонгук не мог собраться с мыслями. Его ладони вспотели, сердце бешено колотилось, в горле пересохло. Налив себе немного выпить, он лишь надеялся, что они как можно скорее доедут до дома Лисы.

Лиса же невольно вспомнила единственный другой вечер в своей жизни, когда ей довелось ехать в лимузине.

Она отчётливо вспомнила выпускной бал в последний год школы.

Тогда рядом с ней тоже был Чонгук.

Как только они остались в машине вдвоём, она сразу же страстно поцеловала его, а он ответил ей с той же нежностью и желанием.

Они ласкали друг друга, касаясь каждого доступного места. Она нетерпеливо сняла с него пиджак от смокинга, сорвала галстук-бабочку и начала расстегивать рубашку.

«Дорогая, успокойся. Нам не нужно спешить... у нас вся ночь впереди. Ты забыла, что я забронировал для нас номер в том отеле, который ты так любишь?» - спросил Чонгук.

«Нет, я не забыла», - ответила она, целуя его в шею. «Но если ты что-то и забыл, Чонгу», - прошептала она ему на ухо многозначительно, снова целуя. «Я люблю приключения. А лимузин кажется отличным местом для приключений, поэтому я попросила водителя прокатить нас несколько кругов, прежде чем отвезти в отель».

Она игриво прикусила нижнюю губу и, поправив платье, забралась ему на колени.

Они снова страстно поцеловались, и вскоре она почувствовала его прикосновение к её уже влажной интимной зоне, что ещё больше возбудило её. Желая по-настоящему ощутить его, она помогла ему вытащить член из штанов и трусов, отодвинула свои трусики и расположилась над ним так, чтобы он наконец смог проникнуть в неё.

Затем она начала двигаться над ним, иногда вверх и вниз, иногда делая круговые движения бедрами, чувствуя, как ее клитор касается его тела, а его пенис достигает той точки внутри нее, о которой, должно быть, все говорят, - точки G.

Он также активно двигался, желая проникнуть в нее все глубже и глубже, сильнее и быстрее, наблюдая, как ее лицо озаряется удовольствием, зрачки расширяются от нарастающего возбуждения, а губы приоткрываются, издавая стоны и его имя.

Он расстегнул молнию на ее платье и положил руки ей на грудь, чувствуя, как ее соски твердеют под провокационным прикосновением его пальцев.

Они быстро достигли оргазма, но не хотели расставаться, по-настоящему отпустив друг друга только тогда, когда водитель остановил машину и по домофону сообщил, что они подъехали к дверям отеля.

Однако, снова оказавшись в лимузине с Чонгуком, и на этот раз желая, чтобы водитель как можно скорее добрался до ее дома, Лиса не смогла сдержаться и начала смеяться над ситуацией.

«Что это было?» - с любопытством спросил он.

- Я вспомнила, как однажды мы вместе ехали в лимузине.

Не задумываясь, я посмотрел на неё. Она что-то пробормотала без особого энтузиазма.

Через несколько мгновений я понял, что не стоило этого делать, потому что он больше не мог отвести от неё взгляда, и когда пришел в себя, они целовались и обнимались точно так же, как и в тот вечер на балу много лет назад.

"Прекрати, Чонгук. Мне это не нужно!" - СТОП. сказала она, внезапно отстранившись от него.

"Я больше не та глупая восемнадцатилетняя девчонка, Чон... и мы знакомы уже... СТОЛЕТИЕ... или мне так казалось... Но сегодня мы совершенно другие люди, которые совсем не знакомы друг с другом! Я не собираюсь целоваться..."

Её прервали, когда его губы снова соприкоснулись с её, и их языки, не спрашивая разрешения, вступили в ожесточенную борьбу, пока она тянула его за волосы на затылке, одновременно просовывая одну руку под его куртку и ощупывая его мышцы сквозь рубашку.

Он приподнял ее платье, сжал бедро, а другой рукой погладил ее по спине.

- Лиса, ты мне тоже совсем не нравишься... То, кем ты стала. - сказал он, отстранившись от нее, чтобы перевести дыхание. - Но твои губы... - добавил он, касаясь ее губ. - Твоя кожа... - сказал он, касаясь ее руки. - Твой запах, твое тело... Я не знаю, как не желать тебя!» - вздохнул он с раздражением. - «И ты тоже меня желаешь, это очевидно», - заявил он, раздраженный ее попыткой сопротивляться.

- Не возвышайся над собой, Чонгук... это того не стоит. Чем выше ты поднимаешься, тем больнее падаешь.

Она говорила самым безразличным и властным тоном. - Ты красивый, обаятельный, пользуешься одеколоном Boss и Armani... Это довольно соблазнительно, особенно когда женщина уже выпила много шампанского и, возможно, немного нуждается в внимании, потому что её парень на другом континенте. Это не значит, что я испытываю к тебе какое-то особое влечение.

Она упрямо отрицала свои инстинкты.

- Лиса. Он отрицательно покачал головой и скривился, словно считал все, что говорил собеседник, полнейшей чушью.

«У меня есть парень, Чонгук. А ты выбираешь девушку, чтобы она вышла за тебя замуж!» - сказала она, отбросив высокомерный тон и выразив раздражение.

«Абсолютно никакой возможности, чтобы мы переспали», - заверила она его.

«Скажи своему водителю, чтобы он остановил машину, хорошо? Спроси его».

- Что?

- Останови машину... Ты меня слышал. Попроси его остановиться и дать мне выйти.

- Нет. Категорически нет. Ты можешь не поверить, но я джентльмен, и я подвезу тебя прямо к двери. Я... Нам даже не нужно разговаривать, я просто отвезу тебя домой.

Именно это он и сделал: он оставил её в безопасности у входной двери, не обменявшись с ней ни словом.

Он злился на себя за то, что хотел Лису, был расстроен тем, что не мог быть с ней, и грустил из-за того, какой девушкой она была для него, когда она прокатилась на лимузине, которую он помнил.

Было только одно хорошее обстоятельство, но он даже не понимал, почему оно хорошее среди стольких плохих вещей: она имела в виду не мужа по другую сторону океана, а бойфренда.

У нее был только один парень!