Чужая коса.

Утро вторника встретило Риту пронзительным холодом.
Из-за вчерашнего стресса она почти не спала, ворочаясь до рассвета и прислушиваясь к каждому шороху за стеной.
Перед уходом в школу она особенно долго крутилась у зеркала, стараясь плотнее уложить волосы.
Перекидывая русую косу через плечо, девочка замерла:кончики волос всё ещё сохранили едва заметный, потемневший след от чужой крови.
Сердце испуганно пропустило удар.
Рита быстро спрятала косу под воротник пальто и поспешила выйти из дома, пока Валера ничего не заметил.
Возле школы, как обычно, было шумно.
Универсамовские пацаны кучковались у растрескавшегося бетонного крыльца, переминаясь с ноги на ногу от мороза.
Но сегодня привычный гул голосов был тише вся «скорлупа» обступила кого-то одного, оживленно размахивая руками.
Рита замедлила шаг, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия. Проскользнув мимо толпы, она бросила быстрый взгляд в центр круга и едва не ахнула.
На деревянной лавке сидел Марат. Его лицо выглядело жутко: левый глаз окончательно заплыл, превратившись в узкую щелку, на скуле красовался огромный лилово-синий синяк, а на разбитой щеке белел тот самый кусочек пластыря, который она сама наклеила ему вчера в ванной.
Правое запястье парня было плотно замотано бинтом, который он безуспешно пытался спрятать под рукав куртки.
- Да говорю вам, трое их было! - хрипло, но с нарочитой гордостью в голосе вещал Марат, сплевывая на грязный снег.
- Разъездовские, отбитые. Возле магазина меня караулили. Ну я одному сразу прописал, второй сзади прыгнул... Короче, Универсаму они проиграли, пацаны, они на колени встали!- Младшие пацаны уважительно гудели, хлопая Марата по здоровому плечу.
Он задирал подбородок, изо всех сил стараясь казаться героем и удерживать авторитет.
- Чего тут за сборы без меня? - вдруг раздался тяжелый, басовитый голос со стороны калитки.
Толпа школьников моментально расступилась, вытягиваясь по струнке.
К крыльцу быстрыми шагами подходил Турбо.
Его лицо было мрачнее тучи, а взгляд сразу же намертво впился в искалеченное лицо Марата.
Рита застыла у самых дверей школы, боясь даже вздохнуть.
Валера подошел вплотную к Марату, схватил его за грудки куртки и резко дернул вверх, заставляя подняться с лавки.
- Это чё за расписной вид, Марат? - ледяным, угрожающим тоном спросил Турбо, осматривая его синяки.
- Какая драка на районе без приказа старших? Ты чё, правила забыл? С кем сцепился?-
Марат от неожиданности побледнел, его единственный открытый глаз испуганно метнулся в сторону.
Он на секунду замялся, чувствуя, как тяжелая ладонь 19-летнего авторитета сжимает его одежду.- Да я... Валер... с разъездовскими, честное слово, - соврал Марат, с трудом сглатывая слюну.
- Случайно вышло. Оскорбили Универсам, я смолчать не мог. -
Турбо подозрительно прищурился, переводя суровый взгляд с Марата на пацанов, а затем его глаза случайно скользнули дальше и остановились на Рите, которая бледная как полотно стояла на крыльце.
Валера на секунду нахмурился, будто пытаясь связать в голове вчерашний испуг сестры и сегодняшние побои младшего пацана.
Атмосфера накалилась до предела. Рита сжала лямки портфеля так, что побелели пальцы.
Если Марат сейчас расколется или Турбо догадается о вранье их общему секрету конец.
Но Марат, заметив, куда смотрит старший, резко перевел внимание на себя.
Он выпрямился, несмотря на дикую боль в ребрах, и твердо посмотрел Турбо в глаза:
- Валер, один я был. Пацаны не знали. Накажи меня, если надо, по понятиям, но Универсам я не опозорил. -
Турбо еще несколько секунд молча буравил его тяжелым взглядом, а затем с силой оттолкнул от себя. Марат покачнулся, но удержался на ногах.
- В качалке вечером держать ответ будешь перед Кащеем, - отрезал Валера, разворачиваясь к сестре.
- Ритка, марш в класс. А вы чё встали? Звонок сейчас! -
Толпа подростков тут же бросилась в здание.
Рита шла одной из первых, чувствуя, как затылок обжигает чужой взгляд.
Оглянувшись у самой двери, она увидела Марата.
Он стоял чуть поодаль от всех, прижимая руку к боку.
На секунду их глаза встретились.
В его взгляде больше не было злости или желания пакостить.
Он смотрел на неё с глухой, затаенной благодарностью за то, что она не выдала его брату.
А Рита поняла, что Марат только что выдержал тяжелейший прессинг Турбо, чтобы защитить её имя.
Ненависть окончательно сгорела, оставив после себя странное, пугающее чувство, от которого сердце билось в два раза быстрее.