Чужая коса.

Страх сковал тело мертвой хваткой, но Рита понимала: секунда промедления и всё закончится катастрофой.
Входная дверь в прихожую уже открывалась.
- Прячься. Быстро, - одними губами, едва дыша от паники, приказала Рита.
Она схватила Марата за здоровую руку и единым рывком затолкнула его за плотную шторку ванны. Парень вжался в холодный кафель, стараясь не издавать ни звука, хотя от резкого движения его ребра обожгло дикой болью. Рита лихорадочно схватила жестяную аптечку, бросила её под раковину, а окровавленные ватные тампоны швырнула на самое дно бельевой корзины, закидав сверху полотенцем.
- Ритка! Ты оглохла там? - голос Турбо раздался совсем близко. Тяжелые шаги парня уже приближались к дверям ванной.
Рита резко выдохнула, натянула на лицо максимально спокойное выражение и дернула ручку двери на себя, выходя в коридор и закрывая за собой обзор.
Она нарочно перекинула растрепанную русую косу на грудь, пытаясь загородить собой проход.- Да тут я, Валер, - постаралась как можно тверже сказать она, хотя сердце готово было выпрыгнуть из груди.
- Руки мыла. А ты чего так рано со сборов? -
Турбо стоял посреди прихожей, стягивая массивные обледеневшие ботинки.
Он поднял на сестру усталый, хмурый взгляд, и его брови тут же поползли к переносице.
Валера был старшим на районе не просто так уличная жизнь научила его подмечать малейшие детали.
- Адидас отменил всё, до завтра перенесли, - буркнул он, пристально вглядываясь в лицо девочки.
- А ты чё бледная такая? Трясешься вся. И пальто твоё в грязи на вешалке висит. Случилось чё? -
У Риты внутри всё перевернулось. За тонкой дверью ванной, буквально в паре шагов от Валеры, стоял избитый Марат.
Если брат сейчас решит зайти помыть руки парню не поздоровится, а Марат только что спас её от позора.
Выдать его она просто не могла.
- Да я... на пустыре шла из школы, поскользнулась и прямо в сугроб повалилась, - быстро соврала Рита, на ходу придумывая оправдание.
- Еле портфель собрала, испугалась просто, темно ведь. Вот, отмываюсь сижу. -
Турбо подозрительно прищурился, переводя взгляд с сестры на дверь ванной комнаты, но, ничего не заметив, тяжело вздохнул и потрепал её по плечу своей огромной ладонью.
- Горе луковое, - уже мягче произнес он.
- Говорил же, не ходи там. Ладно, переодевайся и дуй на кухню, я чайник поставлю. Поужинаем нормально. -
Когда тяжелые шаги брата наконец стихли в конце коридора и на кухне звякнула посуда, Рита без сил прислонилась спиной к стене.
Руки крупно дрожали.
Она впервые в жизни так нагло соврала Валере.
Ради пацана, которого еще утром искренне ненавидела.
Она аккуратно приоткрыла дверь ванной.
Марат стоял на том же месте, его лицо было мертвенно-бледным, а на лбу выступил холодный пот от напряжения.
- Ушел? - едва слышно прошептал он.- На кухню ушел, - так же тихо ответила Рита, заходя внутрь.
- Сиди тихо. Ждем, пока он поест и уйдет к себе в комнату. Как только заснешь я тебя выпущу. -
Марат покорно кивнул и медленно опустился обратно на табуретку, прижав здоровую ладонь к ноющим ребрам. Наступило томительное ожидание.
Рита то и дело бегала на кухню, подыгрывая брату, разливала чай и изо всех сил тянула время, чтобы Валера подольше не выходил в коридор.
Ближе к одиннадцати вечера из комнаты Турбо наконец донеслось мерное, тяжелое сопение.
Валера уснул.
Рита тут же скользнула в ванную. Марат уже дремал, прислонившись головой к стене.
- Марат, вставай, пора, - Рита аккуратно потрясла его за плечо.
Он вздрогнул, открыл заплывший глаз и с трудом поднялся.
Рита помогла ему накинуть грязную куртку.
Замок застегивать не стали бегунок слишком громко звенел в ночной тишине квартиры.
На цыпочках они вышли на темную лестничную клетку.
В подъезде пахло холодом и старой краской.
Марат остановился на ступеньку ниже Риты, из-за чего они оказались лицом к лицу, на одном уровне.
Он неловко помялся, пряча перебинтованное запястье в карман куртки, и поднял на неё взгляд.
- Рит... - тихо позвал он, и в его сиплом голосе больше не было той утренней пацанской наглости.
- Про то, что в школе было... ну, с косой этой твоей... Короче, дурак я. Извини. -
Рита посмотрела на белый пластырь на его щеке, на синяки, которые уже начинали синеть под глазами, и почувствовала, как сердце снова странно сжалось.
Она мягко, едва заметно улыбнулась.
- Проехали, Марат. Иди домой аккуратно. И... спасибо тебе. Правда. -
Марат ничего не ответил, лишь коротко, по-пацански кивнул, развернулся и бесшумно скрылся в темноте лестничных пролетов. Рита вернулась в квартиру, заперла дверь на все замки и только тогда смогла по-настоящему выдохнуть.
Внутри неё крепла уверенность: прежней жизни больше не будет. Теперь между ними была общая, очень опасная тайна.