«зов „совы"»

— Я сказала — нет, — мама смотрела на меня поверх очков, и её голос не терпел возражений.

— Мам, это школьный поход! — я упёрла руки в бока. — Все едут. Я не могу остаться.

— Можешь. И останешься.

— Почему?

Она замолчала. Я знала почему. Миллинг. Она боялась, что он воспользуется случаем. Что в лесу, далеко от школы, он сможет до меня добраться.

— Я поеду, — сказала я твёрдо. — И ты меня не остановишь.

— Венера...

— Я не маленькая. И я не одна, — я посмотрела ей прямо в глаза. — Со мной будут Джеффри. Караг. Тикани. Вся стая и вся компания. Ничего со мной не случится.

Мама долго молчала. Потом вздохнула.

— Если что-то пойдёт не так...

— Я сразу позвоню, — перебила я. — Обещаю.

Она не хотела отпускать. Но я видела, что она сдаётся. Потому что я была права. Я не могла вечно сидеть в школе, как в клетке.

— Ладно, — наконец сказала она. — Но будь осторожна.

Я кивнула и вышла из кабинета, чувствуя на себе её тревожный взгляд.

---

Автобус трясся по лесной дороге, и я сидела у окна, смотря на мелькающие деревья. Рядом — Тикани. Через проход — Караг и Джеффри.

Джеффри смотрел на меня. Как обычно.

— Чего уставился? — спросила я, не выдержав.

— Любуюсь, — ответил он с ленивой ухмылкой.

— Остроумно.

— Я стараюсь.

Тикани хихикнула. Караг закатил глаза. А я отвернулась к окну, чтобы никто не увидел, как горят мои щёки.

---

Место для лагеря выбрали на берегу озера.

Вода была тёмной и спокойной, окружённая соснами. Красиво. Очень красиво.

— Так, — учитель физкультуры раздавал палатки. — Разбиваетесь по двое. Вот список.

Я взяла листок и прочитала.

Палатка №4: Венера Кристалл, Тикани, Караг, Джеффри.

— Что? — я подняла глаза. — Нас четверо в одну палатку?

— Мест мало, — пожал плечами учитель. — Не нравится — спи на улице.

Я посмотрела на Джеффри. Он смотрел на меня. Уголок его губ дёрнулся вверх.

— Тесно будет, сова, — сказал он.

— Заткнись, — ответила я.

---

К вечеру палатки были поставлены, костёр разожжён, а спальные мешки разложены. Внутри нашей палатки было... тесно. Очень тесно.

Я лежала слева, рядом Тикани. Справа от неё — Караг. А у дальней стенки, в двух сантиметрах от меня — Джеффри.

Я чувствовала его дыхание. Его запах. Тепло.

— Не спится? — спросил он тихо, когда все уже, кажется, уснули.

— Нет, — ответила я шёпотом.

— Пойдём гулять.

— Сейчас? Ночь на дворе.

— Самое лучшее время, — я услышала усмешку в его голосе. — Или ты боишься?

Я села.

— Я ничего не боюсь.

— Тогда идём.

---

Мы вылезли из палатки. Тикани и Караг, услышав шорох, тоже проснулись.

— Вы куда? — сонно спросила Тикани.

— Гулять, — ответил Джеффри.

— Мы с вами, — Караг уже натягивал кроссовки.

Я хотела возразить, но не успела. Через минуту мы уже шли к озеру — вчетвером.

Луна светила ярко, дорожка из серебра лежала на воде. Было прохладно, но не холодно. Тишина — только ветер в соснах и наши шаги.

— Смотрите, там тропинка, — сказала Тикани, указывая в сторону. — Давайте туда?

Караг посмотрел на неё. Посмотрел на нас с Джеффри. Усмехнулся.

— Давайте, — сказал он. — А вы, — он кивнул нам, — идите к озеру. Вам, кажется, нужно поговорить.

— Караг... — начала я.

Но он уже увёл Тикани в темноту, и через секунду их голоса затихли.

Мы остались одни.

---

Джеффри шёл рядом со мной по берегу. Молча. Я тоже молчала.

Луна отражалась в воде, и казалось, что озеро светится изнутри.

— Красиво, — сказала я, чтобы хоть что-то сказать.

— Ага, — ответил он.

— Ты вообще умеешь разговаривать или только односложно?

— Умею, — он остановился. — Просто не с кем было.

Я тоже остановилась. Повернулась к нему.

— А со мной можно?

Он смотрел на меня — серьёзно, без обычной насмешки. Его голубые глаза в лунном свете казались почти белыми.

— С тобой — можно, — сказал он тихо.

И в следующую секунду толкнул меня в плечо.

Я не ожидала. Потеряла равновесие.

— Джеффри, ты...!

Вода оказалась холодной. Ледяной шок ударил по телу, я ушла под воду с головой, вынырнула, отплёвываясь, и заорала:

— Ты идиот!

Он стоял на берегу и смеялся. Реально смеялся — громко, заливисто, запрокинув голову.

— Ты пожалеешь! — крикнула я, выбралась из воды, схватила его за руку и дёрнула на себя.

Он не ожидал такой прыти. Потерял равновесие и полетел в воду следом за мной, утянув меня за собой.

Мы оба скрылись под водой, и когда вынырнули, я уже смеялась — сквозь слёзы, сквозь холод, сквозь всё.

— Сова... — он отплёвывался. — Ты... ты сумасшедшая!

— Это ты первый начал! — я плеснула в него водой.

— Ах так?

Он плеснул в ответ. Я — ещё раз. И через минуту мы уже просто плескались, как маленькие дети, как будто не было войны, не было Миллинга, не было ничего, кроме воды, луны и нас.

Я стояла по пояс в воде, мокрая до нитки, с прилипшими к лицу волосами, и смеялась. Он стоял напротив, такой же мокрый, и смотрел на меня.

Смех затих.

Тишина повисла между нами.

— Венера, — сказал он тихо. Не «сова». По имени.

— Что? — спросила я так же тихо.

Он шагнул ближе. Вода колыхнулась.

Ещё шаг.

Я не отступила.

Он протянул руку и убрал мокрую прядь с моего лица. Его пальцы были холодными, но почему-то обжигали кожу.

— Я... — начал он и не закончил.

Вместо этого он притянул меня к себе.

И поцеловал.

Прямо в воде, под луной, в ледяном озере, которое вдруг стало горячим.

Его губы были холодными и тёплыми одновременно. Его руки обхватили мою талию, прижимая ближе. Мои пальцы запутались в его мокрых русых кудрях.

Мир перестал существовать.

Не было школы. Не было вражды. Не было Миллинга.

Был только он. И я. И этот поцелуй, который длился вечность.

---

Когда мы оторвались друг от друга, чтобы вдохнуть, он посмотрел мне в глаза.

— Никому не говори, — прошептал он. — А то решат, что я стал слабаком.

— Ты и есть слабак, — ответила я, чувствуя, как губы сами растягиваются в улыбку. — Слабак, который влюбился в сову.

Он не ответил. Просто прижал меня к себе крепче и уткнулся носом в мои мокрые волосы.

А где-то на берегу послышался тихий свист.

— Ну наконец-то, — голос Карага. — А то мы уже думали, вы никогда.

— Караг, заткнись! — крикнули мы с Джеффри одновременно.

И рассмеялись.