Ночная смена.

Кирби прикрыл глаза, отдаваясь этому ощущению. Его руки, еще недавно дрожавшие от адреналина, теперь уверенно сжимали воротник толстовки Моргана, притягивая его ближе, вглубь этого спасительного тепла.

Морган снова потянулся к нему, но на этот раз поцелуй был глубже, требовательнее, пропитанный накопившимся за ночь напряжением. В нем не было спешки — только жадное желание убедиться, что они оба здесь, что они живы, что этот момент принадлежит только им двоим.

Морган осторожно поднялся, не разрывая объятий, и, подхватив Кирби под бедра, понес его в сторону спальни. Стажер лишь крепче обвил его шею руками, уткнувшись лицом в изгиб его плеча.

В спальне было еще темнее, лишь слабый утренний свет пробивался сквозь плотные шторы. Морган опустил Кирби на кровать, но не отстранился, нависая сверху, укрывая его собой, словно щитом от всего остального мира.

Когда они наконец легли, переплетясь телами, Морган притянул его к себе так близко, что казалось, между ними не осталось ни миллиметра пустого пространства. Он зарылся носом в волосы Кирби, вдыхая запах антисептика, который все еще исходил от его одежды.

Морган прижал его голову к своей груди, накрыв ладонью затылок.

Солнце заливало промзону у старой ТЭЦ, превращая ржавые балки и бетонные стены в золотистые декорации какого-то постапокалиптического фильма. В квартире Моргана было непривычно тихо.

Кирби осторожно сидел на кровати, подтянув колени к груди. Он всё ещё был в своей толстовке.

Из кухни доносился тихий стук, кто-то аккуратно, почти бесшумно, ставил чашки. Кирби помедлил, потом всё-таки сполз с дивана и тихо прокрался по коридору.

– Ты не спишь, — Констатировал Морган, не оборачиваясь.
– Я… — Кирби запнулся, теребя край толстовки. — Я не хотел мешать.
– Ты не мешаешь, — Сухо ответил Морган, но тут же добавил чуть тише: — Тут вообще редко кто бывает. Так что… привыкай.

На столе уже стояли две кружки. Но не с мятным чаем, как в больнице, а с чем-то тёмным, густым, от чего шёл пар и запах корицы.

– Это какао, — Пояснил Морган, заметив взгляд Кирби.

Кирби взял кружку, обхватив её обеими руками. Он сделал осторожный глоток и неожиданно улыбнулся.

– Вкусно, — признался он, чуть смущённо. — Не как больничный чай. Знаешь, — Кирби поёрзал на стуле, будто пытался устроиться поудобнее. — Раз уж сегодня выходной… может, просто погуляем?

Морган хмыкнул, что-то похожее на согласие.

В парке было шумно и солнечно. Дети носились между деревьями, голуби важно вышагивали по дорожкам, а белки действительно оказались нагловатыми.

Они шли по аллее, где тени от деревьев ложились на дорожку узорчатыми пятнами. Кирби то и дело останавливался, чтобы рассмотреть что-то интересное: старый фонарь с причудливой резьбой, забытую кем-то книгу на скамейке, крошечного жука, который деловито полз по травинке.

А Морган шёл рядом, и в его движениях постепенно исчезала привычная настороженность.

Ближе к полудню они нашли маленькую уютную кафешку у пруда. Внутри пахло свежей выпечкой и кофе, а за окнами медленно покачивались отражения деревьев.

– Что будешь? — спросил Морган, глядя на меню.

– Хочу слойку с вишней, — мечтательно протянул Кирби. — И лимонад.

Морган кивнул и, к удивлению Кирби, заказал себе то же самое.

После кафе они долго сидели на скамейке у пруда, наблюдая, как по воде скользят утки, а солнечные блики танцуют на поверхности. Кирби вытянул ноги и прикрыл глаза, подставляя лицо тёплому ветру.

День медленно катился к закату. Тени становились длиннее, воздух — прохладнее, а город постепенно зажигал первые вечерние огни.