Ночная смена.

В приёмном отделении Нейтан сидел за стойкой, но вместо кроссворда перед ним лежала стопка бланков, аккуратно скреплённая розовой резинкой. Он поднял глаза, поправил очки и едва заметно кивнул:

– Ты сегодня вовремя. И без дрожи в руках. Прогресс.

– Стараюсь, — Хмыкнул Кирби, ставя термос на край стола. — А где все?

– Тони заполняет оставшиеся бланки с доктором Холлом, Лилиан считает ампулы, а Эвелин… — Нейтан сделал паузу, прислушиваясь к звукам из коридора, — …кажется, пытается договориться с чайником. Говорит, он не хочет греть воду.

Кирби только покачал головой. Из процедурной выглянула Эвелин. В руках она держала маленький керамический чайник с трещинкой на носике.

– А, ты пришёл! — Воскликнула она. — Помоги мне, пожалуйста. Чайник отказывается работать.

– Может, он просто устал? — Предположил Кирби, подходя ближе.

Эвелин фыркнула:

– Тогда я его пожалею. Но сначала заварю чай. Помоги мне найти мяту.

Пока они перебирали полки, в дверях появился Морган. Он был в том же тёмном плаще, но без оружия на виду. Уши его чуть дёрнулись, улавливая привычный шум больницы: скрип пола, тихое гудение ламп, ворчание Тони где-то в глубине коридора.

– Вы тут не устроили чаепитие без меня? — Сухо спросил он.

– Почти, — Улыбнулась Эвелин, протягивая ему кружку. — Но мы оставили тебе место. И даже не стали класть мяту.

Морган покосился на кружку, потом всё-таки взял её.

Лилиан вошла в комнату, держа в руках планшет. Вид у неё был не уставший, а скорее озадаченный.

– У нас пациент в приёмном, — Сообщила она. — Один с подозрением на аллергию на свет, говорит, что от ламп у него чешутся уши.

Кирби вздохнул, но в этом вздохе не было страха — только привычное смирение.

Они двинулись по коридору, привычно распределяя роли: Кирби вперёд, чтобы успокоить, Эвелин  рядом, чтобы поддержать, Лилиан с планшетом, чтобы зафиксировать всё, что можно зафиксировать, а Морган чуть позади, сканируя пространство на предмет того, что фиксировать не стоит.

Пациент с аллергией на свет оказался маленьким кроликом в полосатом свитере. Он сидел на кушетке, прикрывая глаза лапками, и вздрагивал каждый раз, когда мигала лампа.

– Я не против света, — Тихо бормотал он. — Я против его настойчивости. Он лезет прямо в глаза.

Кирби присел рядом, стараясь не делать резких движений.

– Давайте я приглушу свет, — предложил он. — И дам вам что-нибудь от зуда. Это не навсегда, просто чтобы стало легче.

Кролик кивнул, не убирая лапок с глаз:

– Спасибо. Иногда просто хочется, чтобы мир стал чуть тише.

Пока Кирби возился с каплями, Морган стоял у двери, прислушиваясь к тишине.

Часы на стене приёмного отделения показывали 02:03, когда тишину разорвал вой сирен. Он накатывал волнами сначала издалека, потом всё ближе, пока не врезался в стёкла, заставляя их мелко вибрировать.

Нейтан, не успевший даже вписать слово в кроссворд, поднял взгляд, поправил очки и пробормотал:

– Это не к добру.

Тони, который как раз пытался разобраться с новой стопкой бланков, замер с ручкой в руке.

– Либо авария на трассе, либо… — он запнулся, будто не хотел произносить вслух вторую часть.

Словно в подтверждение его слов, двери приёмного отделения распахнулись с таким грохотом, будто их снесли тараном. Внутрь ворвался холодный ветер, смешанный с запахом дождя и гари, а следом вкатились каталки сразу три, одна за другой. За ними вбежали фельдшеры в промокших куртках, крича на ходу:

– У нас ДТП на развязке! Столкнулись фургон и легковушка! Плюс ещё двое с подозрением на аномальное воздействие их привезли отдельно, в спецтранспорте!

Доктор Холл появился из коридора так стремительно, будто его подбросило невидимой пружиной. Его взгляд мгновенно оценил обстановку.

– Лилиан, бери первую каталку у того пациента явная травма грудной клетки. Тони, помоги с транспортировкой. Эвелин, вторая каталка разбирайся с кровотечением. Кирби, ты со мной. Третья каталка это наш «особый» случай.

Кирби почувствовал, как внутри всё сжалось. Третья каталка… «Особый случай» в этой больнице никогда не означал ничего хорошего.

На каталке лежал молодой волк юноша с острыми чертами лица и спутанными волосами. Его глаза были закрыты, но веки подрагивали, а по коже пробегали странные волны, будто под ней что-то двигалось. Рядом с ним, прикованный ремнями, находился ещё один пациент лис с неестественно расширенными зрачками. Он дёргался, словно пытался вырваться, но не издавал ни звука.

Морган подошёл ближе, его рука легла на рукоять пистолета, но он не стал его доставать.

– Что с ними? — Спросил он у фельдшера, голос звучал низко и ровно, но в нём чувствовалась сталь.

Фельдшер, бледный и взъерошенный, бросил короткий взгляд на лиса.

– Лис… он начал меняться прямо в машине. Шерсть полезла, когти удлинились, а потом… потом он перестал дышать на тридцать секунд. Мы думали, что потеряли его. А потом он снова задышал, но уже… не так.

Холл, не теряя времени, склонился над волком.

– Кирби, держи датчики. Нам нужно понять, что происходит с его сердцебиением. Если оно будет скакать, мы не сможем использовать обычные препараты.

Кирби кивнул, пальцы слегка дрожали, но он старался не показывать этого. Он взял датчики, аккуратно закрепил их на груди пациента. Монитор запищал, выдавая хаотичные волны.

– Чёрт, — Пробормотал Холл. — Его пульс… он не просто скачет. Он… меняется. Сердце бьётся не в одном ритме, а в нескольких одновременно.

В этот момент лис резко распахнул глаза. Они были полностью чёрными, без белков, и в них отражался какой-то странный свет. Он дёрнулся, ремни натянулись, но не выдержали  один из них лопнул с резким треском. Лис приподнялся, его когти царапнули воздух, и он издал тихий, протяжный звук, похожий на шёпот ветра в пустом доме.

Морган мгновенно оказался рядом, его движение было настолько быстрым, что Кирби едва успел заметить. Агент схватил лиса за плечи, прижимая его к каталке, и прошипел:

– Не двигайся.

Лис замер, его чёрные глаза метнулись к Моргану, и на секунду в них мелькнуло что-то похожее на понимание. Он медленно кивнул, словно признавая силу агента, и снова откинулся на каталку, но теперь его тело было напряжено, как струна.

– Холл, нам нужно изолировать его, — Сказал Морган, не отводя взгляда от лиса. — Если это то, о чём я думаю...

Доктор кивнул, его лицо было мрачным.

– Палата 12. Там стены усилены. Кирби, помоги Моргану с транспортировкой. Лилиан, ты остаёшься с волком попробуй стабилизировать его состояние, но не используй ничего, пока я не дам добро.

Кирби и Морган переглянулись. Агент коротко кивнул, давая понять, что всё под контролем, и они вместе начали аккуратно перемещать лиса. Тот больше не сопротивлялся, но его тело продолжало подрагивать, а когти периодически удлинялись и снова втягивались.

Когда они вошли в палату 12, Кирби почувствовал, как воздух стал тяжелее, будто сам коридор сопротивлялся их движению. Стены палаты были покрыты странными символами, выжженными прямо в бетоне, а на полу виднелись следы от цепей старые, но всё ещё заметные.

– Здесь держали… — начал Кирби, но Морган перебил его, жестом указывая молчать.

– Не спрашивай. Просто делай свою работу.

Они закрепили лиса на специальной кровати, усиленной металлическими скобами. Морган проверил крепления, затем отошёл на шаг, не сводя глаз с пациента.

– Теперь жди, — Сказал он Кирби. — Если он начнёт меняться, у тебя будет ровно три секунды, чтобы нажать кнопку тревоги. Она на стене, слева.

Кирби сглотнул, кивнул и остался стоять у кровати, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Лис смотрел на него своими чёрными глазами, и в этом взгляде было что-то, от чего хотелось бежать без оглядки.

Тем временем в приёмном отделении царил хаос. Эвелин пыталась остановить кровотечение у пациента с рваной раной на бедре, Лилиан боролась с нестабильным давлением у волка, а Тони метался между каталками, пытаясь найти нужные препараты. Нейтан, несмотря на суматоху, продолжал заполнять бланки, его движения были механическими, будто он пытался удержать хоть что-то под контролем.

– Где Харлоу? — Крикнул Холл, оглядываясь по сторонам.

– В своём кабинете, — Ответил Нейтан, не поднимая глаз. — Сказал, что если будет что-то серьёзное, он выйдет.

– Серьёзное? — Холл фыркнул. — Да у нас тут пациент с меняющимся пульсом, другой пытается превратиться в нечто, что не описано ни в одном учебнике, а третий… — он замолчал, глядя на монитор, который снова выдал хаотичные волны. — Чёрт.

В этот момент из палаты 12 раздался резкий звук тревожный сигнал, который Кирби всё-таки нажал. Морган рванулся туда, не дожидаясь объяснений. Кирби стоял у кровати, прижавшись спиной к стене, а лис… лис уже не был похож на себя. Его тело вытянулось, кожа потемнела, а из спины начали прорастать тонкие, полупрозрачные нити, похожие на паутину.

– Не подходи! — Крикнул Морган, выхватывая пистолет. — Кирби, выходи! Сейчас же!

Стажёр метнулся к двери, едва успев выскочить, прежде чем нити рванулись вперёд, словно живые. Морган выстрелил не в лиса, а в стену рядом с ним. Пуля ударилась о бетон, высекая искры, и нити замерли, будто испугавшись звука.

– Это не поможет надолго, — Пробормотал агент, перезаряжая пистолет. — Нам нужно что-то сильнее.

В палату ворвался доктор Харлоу. Его вид был таким, будто он только что проснулся, но в глазах читалась холодная решимость.

– Так, — Сказал он, оглядывая ситуацию. — Это уже не медицина. Это наша зона ответственности. Морган, ты знаешь, что делать. Кирби, уходи отсюда. Сейчас же.

Стажёр хотел возразить, но Харлоу бросил на него такой взгляд, что слова застряли в горле. Он кивнул и выскользнул из палаты, чувствуя, как ноги подкашиваются от напряжения.

В приёмном отделении ситуация тоже не становилась лучше. Волк внезапно дёрнулся, его тело выгнулось дугой, а на мониторе пульс превратился в сплошную линию.

– Нет, нет, нет! — закричала Лилиан, хватаясь за дефибриллятор. — Держи его, Тони!

Тони навалился на плечи пациента, пытаясь удержать его, пока Лилиан готовила разряд.

– Разряд! — крикнула она, и тело волка дёрнулось от удара. На секунду линия на мониторе замерла, а потом снова пошла волнами, но теперь они были более ровными.

– Есть! — Выдохнула Лилиан, вытирая пот со лба. — Давление стабилизируется.

Но не успели они перевести дух, как из палаты 12 донёсся новый звук, на этот раз это был не сигнал тревоги, а что-то вроде рёва, от которого задрожали стёкла.

Холл рванулся туда, оставив остальных справляться с обычными пациентами. Кирби хотел последовать за ним, но Эвелин схватила его за руку.

– Стой, — Сказала она, её глаза были серьёзными. — Ты сейчас нужен здесь. У нас ещё двое пациентов, и если ты сейчас побежишь туда, где творится нечто, что даже Харлоу не может контролировать, ты только всё усложнишь.

Кирби замер, его грудь тяжело вздымалась, но он кивнул. Эвелин была права. Он не мог помочь там, где нужны были специальные знания и подготовка. Но здесь… здесь он мог быть полезен.

Следующие часы превратились в бесконечную череду действий: перевязки, инъекции, мониторинг состояния, заполнение бланков, которые, казалось, размножались сами по себе. Нейтан методично вписывал данные, а Лилиан и Эвелин метались между палатами, стараясь удержать ситуацию под контролем.

Рассвет подкрался незаметно. Небо за окнами стало светло-серым, а потом и вовсе окрасилось в розовые тона. Часы на стене показали 06:58.

Из палаты 12 вышел Харлоу. Его одежда была испачкана чем-то тёмным, а лицо выглядело измождённым, но спокойным.

– Всё под контролем, — Сказал он, хотя в его голосе слышалась усталость. — Морган… он справился. Лис… он снова в норме. Пока.

Кирби хотел спросить, что именно произошло, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто кивнул.

– Смена окончена, — тихо произнёс Нейтан, закрывая папку с бланками. — И, кажется, на этот раз мы действительно выжили.

Эвелин подошла к Кирби и положила руку ему на плечо.

– Ты держался молодцом, — Сказала она. — Даже когда хотелось сбежать.

Стажёр слабо улыбнулся.

– Честно? Хотелось. Но… я остался.

Морган появился в дверях приёмного отделения. Его плащ был порван, а на щеке виднелась царапина, но он выглядел так, будто ничего особенного не произошло.

– Поехали, — Коротко бросил он Кирби. — Я тебя подвезу.

Стажёр кивнул, чувствуя, как усталость наконец-то накрывает его целиком. Они вышли на улицу, где утренний воздух был свежим и чистым, словно смывая с них тяжесть прошедшей ночи.

– Как приедем, я обработаю тебе рану. — Сказал стажёр.

Морган на секунду замер, его рука, уже потянувшаяся к дверце старого внедорожника, застыла в воздухе. Он обернулся, и в утреннем свете его глаза — обычно холодные и непроницаемые — на мгновение смягчились.

– Не стоит, Кирби, — Негромко ответил он, хотя в голосе не было привычной резкости. — Это просто царапина. Я получал ранения и похуже, работая с… тем, что мы видели сегодня.

– Мне плевать, что ты получал раньше, — Упрямо отозвался Кирби, подходя ближе. Его руки всё ещё слегка дрожали от пережитого адреналина, но голос звучал твёрдо.

Морган внимательно посмотрел на него.

– Ладно, — Выдохнул он. — Но только если ты пообещаешь, что после этого выспишься. Ты выглядишь так, будто сам готов превратиться в одну из тех тварей от недосыпа.

Кирби слабо усмехнулся, садясь на пассажирское сиденье.Когда Морган завел мотор, тишина в салоне перестала быть давящей.

Дорога до квартиры Моргана заняла около двадцати минут. Город медленно просыпался, и этот обычный, скучный ритм жизни казался сейчас самым прекрасным, что они могли видеть.

В квартире было темно и прохладно.

Морган сидел, откинув голову на спинку стула. Его глаза были закрыты. Кирби осторожно опустился на колени перед ним, чтобы быть на одном уровне с его лицом. Он смочил ватный диск антисептиком.

– Будет щипать, — Предупредил он.

Морган вздрогнул от прикосновения, но не отстранился. Напротив, он подался вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. Кирби замер, чувствуя, как дыхание агента касается его кожи.

Он накрыл своей ладонью руку Кирби, которая держала ватный диск, останавливая его движение.

– Знаешь, — Сказал он, понизив голос до бархатного шепота, — Я не очень умею в слова, Кирби. Но я рад, что ты был рядом.

Он подался еще ближе.

Их губы встретились осторожно, почти робко, словно они оба боялись разрушить хрупкую магию этого момента.
Рука скользнула с ладони Кирби на затылок стажера, мягко притягивая его ближе.
Морган отстранился лишь на пару миллиметров, его лоб уперся в лоб Кирби. Он тяжело дышал.

– Забудь про аптечку, — Сказал он, глядя на стажера так, будто тот был единственным якорем в его хаотичной жизни.

Он перехватил Кирби за талию, усаживая его к себе на колени, и стажёр послушно подчинился, обнимая его за шею.

– А теперь, — Морган подхватил Кирби под колени и легко поднялся, — мы идем спать. И если ты попытаешься встать раньше полудня, я прикую тебя наручниками к батарее.

(Это шутка, если кто не понял ( *︾▽︾) )