Переход

У них получилась удивительная семья! Они готовы пожертвовать друг для друга всем не задумываясь, готовы пройти любые испытания вместе. Их любовь не угаснет со временем, потому что она - от Бога. Конечно, им пришлось нелегко - нетрудно догадаться, что началось, когда в институте узнали, что безумства Антоновича увенчались успехом и его дражайшая Олечка стала его женой. Но их это ничуть не смутило... Ну разве только самую малость... И знаете, они всё-таки проучили Зарубину! Какое это было кино! Вы и представить такого не можете, фантазии не хватит! Так что и не пытайтесь, а лучше читайте обо всём по порядку.
​Оля шла на работу рука об руку со своим мужем. Боже мой! Даже не верится, что такое может быть! Ведь когда-то она шла с Таней по этому же парку и дрожала от одной только мысли, что может столкнуться с Антоновичем. Она была готова уволиться, лишь бы быть от него подальше! Одно его имя повергало её в панику. С того времени прошло целых два года... Как же быстро летит время! Разве могла она тогда подумать, что всё так разрешится! Могла ли представить, что человек, которого она так боится, - её будущий любимый муж! Что они будут идти вместе, держась за руки, и для неё уже не будет иметь никакого значения двадцать с лишним лет разницы в возрасте! Да! Неисповедимы пути Господни!
​На проходной они расстались: Андрей Николаевич отправился к себе на кафедру, а Оля - в свой отдел. Вместо поцелуя Антонович нежно сжал Олину руку, пожелал ей ничего не бояться и звонить, если что, мысленно перекрестил любимую жену, и они разошлись по своим местам...
​В редакции все стояли на ушах. Оля вошла в кабинет и даже растерялась.
​- Олька, привет! - набросилась на неё Лена. - Скорее, Людмила Ивановна через десять минут назначила летучку!
​Тут дверь открылась, и на пороге показалась Алла. Лена переключилась на неё, а наша героиня, сама не своя от страха, пробралась к себе на рабочее место, поставила вещи и села на стул. Все эти десять минут до загадочного совещания Оля молилась Богу и собиралась с духом. Она почему-то была уверена, что речь пойдёт именно о её дамокловом мече - о злополучной статье о кафедре-победительнице институтского рейтинга (а как же иначе!)... И она не ошиблась...
​Людмила была в прекрасном настроении. Она провела шикарный отпуск на море, отлично отдохнула и была настроена по-боевому...
​Поздравив всех с началом сезона, она обвела присутствовавших пристальным взглядом, на секунду задержала его на Оле и поспешила сообщить приятную новость: институт провёл внутренний рейтинг, и первые три места заняли следующие кафедры...
​Оля сидела как на иголках. А Людмила торжественно говорила, что надо, мол, наградить победителей - посвятить им весь следующий выпуск журнала. И тут же принялась распределять объекты по сотрудницам... Как вы думаете, кому достался «главный приз»?.. Услышав до боли знакомое название и своё имя (правда, в сочетании с девичьей фамилией), Оля приготовилась ко всему...
​Стараясь не выдавать своего волнения, она бросила краткий взгляд по сторонам - разумеется, все девчонки во главе с Татьяной Николаевной смотрели на неё во все глаза: слишком очевидна была подстава Зарубиной. Людмила была довольна как слон. Ещё бы! Теперь её триумф неминуем. Ещё немного времени - и птичка окажется в клетке! Ух и позабавятся же все тогда! Вспомнят былые времена!
​Оля чувствовала на себе Людмилин преехиднейший взгляд и понимала, что от каждого её движения зависит теперь всё, и прежде всего - успех «операции З» - так они с мужем в шутку назвали задуманный план укрощения знаменитой интриганки. И что же? Как жаль, что Станиславский не видел Олю в этот момент! Её игра была гениальной. Все присутствующие на злосчастном заседании ожидали от Оли адекватной реакции на подстроенную ей западню, но она даже почти не изменилась в лице - только на секунду опустила глаза и тут же их подняла. И всё!
​Собрание подошло к концу. Оля видела, как Лена с Аллой о чём-то усердно перешёптывались и чуть было не съели её взглядом. Лицо Татьяны Николаевны выражало искреннее волнение и сочувствие. Было видно, что она переживает за девушку и пытается придумать, как ей помочь.
​- Оль, зайдите сейчас ко мне... Только тихо... - шепнула она Оле, когда та проходила мимо неё к выходу из кабинета.
​Та кивнула в ответ, выскользнула в редакторскую и бросилась к своей сумке. Через минуту в её руках была заветная папка, в которой лежала та самая, заранее написанная статья о такой уже родной кафедре её любимого мужа. Боковым зрением Оля увидела, как Татьяна Николаевна уже из своего кабинета делает ей знаки руками, и услышала голос Лены:
​- Оля, посмотри налево...
​Оля повернула голову, прижала драгоценную папку к груди и отправилась к Татьяне в кабинет. Весь отдел проводил её пристальным взглядом...
​- Вы только не волнуйтесь, Олечка, - взволнованно заговорила Татьяна Николаевна, закрывая за ней дверь на ключ. - Садитесь и успокойтесь... - она развернула к столу один из стульев. - Чаю выпьешь? (От волнения она перешла на «ты»).
​- Спасибо, не беспокойтесь, - растроганно ответила Оля. Ей было приятно, что начальница за неё так переживает.
​- Оль, - Татьяна Николаевна села возле Оли, - я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Но не волнуйся, мы выкрутимся... Я, конечно, знала, что Людмила Ивановна товарищ своеобразный, но, честно, я не думала, что она так хитро всё устроит! Мы же вчера обсуждали с ней планы на этот квартал, и она ни слова не сказала про этот рейтинг!.. Я прямо не знаю... Или она его специально организовала?.. И как можно быть такой бессердечной!
​Татьяна порывисто встала.
​- Уже столько времени прошло, всё вроде улеглось, забылось... Нет! Надо добить человека!.. У неё же у самой дочка чуть постарше тебя. А если бы она оказалась в такой ситуации? От этого же никто не застрахован!
​Оля молчала. Она не хотела перебивать заботливую начальницу и собиралась с мыслями, как сообщить ей новость, от которой та, возможно, упадёт в обморок.
​- Олечка, - продолжала Татьяна Николаевна, - я буду защищать вас до конца! Конечно же, на ту кафедру вы не пойдёте - можете об этом даже не думать. Но вот писать статью вам придётся - уже по готовым материалам, разумеется. Понимаете, полностью освободить вас от этого задания я не могу - иначе Людмила Ивановна всех нас съест с потрохами... Вот что, Оль: я поговорю с Леной, она тихонько сходит туда за материалом, а ты в это время сбегаешь к химикам вместо неё. Потом вы с Леной поменяетесь и начнёте писать - ясно? А Людмила Ивановна останется с носом... Ничего, всё будет в порядке, - Татьяна поставила перед Олей чашку с чаем и осторожно добавила: - Ты, главное, пиши и не думай о персонах, ага? Просто пиши себе, будто ты никого и ничего не знаешь...
​Олины глаза наполнились слезами благодарности. «Какое счастье, что на свете есть такие люди, как эта добрая женщина!» - думалось ей. Она потупилась, собралась с духом, встала и сказала:
​- Спасибо вам! Татьяна Николаевна, вы не представляете, как я рада, что вы встретились на моём пути! Я счастлива, что работаю у вас. И мне даже неважно, что Людмила Ивановна со мной так поступает, Бог ей судья. Вы затмили её своей добротой, спасибо вам!
​Татьяна Николаевна смутилась.
​- Ну что вы, Оль, что вы...
​- Я не люблю и не умею льстить, - продолжала девушка, - я говорю искренне... - она на мгновение запнулась, но тут же продолжила: - Татьяна Николаевна... я должна вам сказать... - Оля дрожащими руками положила папку на стол. - Дело в том, что я уже написала статью...
​Начальница не поняла её слов.
​- Какую? - удивилась она.
​- Ту самую... о кафедре... Я недавно узнала о рейтинге... и поняла, что Людмила Ивановна пошлёт меня... Вот она... статья, - с этими словами Оля достала из папки статью и положила перед ошарашенной женщиной.
​Краем ока она видела, как с каждой секундой глаза у Татьяны всё больше и больше лезут на лоб... Сказать, по-видимому, та ничего не могла, только растерянно пробормотала:
​- К-как...
​Оля приготовилась к самому главному. Она вдохнула поглубже, зажмурилась и на одном дыхании произнесла:
​- Татьяна Николаевна, я вышла замуж...
​Следом за этими словами раздался какой-то глухой звук. Оля мигом раскрыла глаза: Татьяна Николаевна как стояла, так и рухнула на стул. Глаза у неё были как два огромных блюда. Говорить она теперь уж точно была не в состоянии, только открыла рот и тут же его закрыла. Оля испугалась. Ей показалось, что начальнице плохо. Она уже кинулась было к баклажке с водой, как вдруг к Татьяне вернулся дар речи.
​- Т-то есть как это... Оля! П-погоди... За него, что ли?! - наконец выпалила она.
​Оля застыла на месте от этого возгласа, затем густо покраснела, опустила глаза и тихо ответила:
​- Да...
​- Боже мой! - Татьяна вскочила на ноги и от волнения схватилась за лицо руками. - Олечка! Солнышко! Ну ты даёшь! Поздравляю!
​С этими словами она кинулась к Оле и заключила её в свои объятия. У неё не было слов. Оля не только не сопротивлялась, но и сама обвила руками свою покровительницу. Потом Татьяна схватила Олю за руку, подвела к ближайшему стулу, усадила на него, а себе подвинула другой. Наконец Татьяна села, опять взяла за руку смущённую девушку и заговорила:
​- Ой, Оль! Ты даже представить себе не можешь, как я рада! Я и подумать не могла, что такое возможно! У меня прямо сердце разрывалось - и тебя было жалко, и его! Всё думала: ну почему в жизни всё так сложно! Андрей Николаевич - такой замечательный человек, и умный, и добрый, а ему так не повезло в жизни: одна работа, ни семьи, ни детей. И тут вдруг пришла любовь, да такая, что никому и не снилась! А вместо радости - сплошной кошмар. И ясно же, что это его единственный шанс и другого такого чувства в его жизни уже не будет, а что тут попишешь? Всё-таки он далеко не мальчик, а ты... Но это не важно... Ой! Знаешь, а я ведь сейчас боялась даже назвать его кафедру, как говорится, по имени, чтобы тебя не донимать... Боже мой! Олечка... И когда же была свадьба?
​- Двадцать третьего июля... - еле слышно произнесла Оля, не поднимая глаз.
​- Так это во время отпуска?
​Оля утвердительно кивнула.
​- Здорово! - Татьяна Николаевна наклонилась и положила Олину правую руку себе на ладонь, чтобы посмотреть на обручальное кольцо. - Ну... я понимаю, тема личная, вы человек стеснительный... но всё-таки... и давно вы с ним... встречаетесь?
​Оля полыхала всеми цветами радуги. С трудом ей удалось выговорить:
​- Уже год...
​Татьяна аж подпрыгнула на месте.
​- Обалдеть! - восторженно воскликнула начальница и крепко сжала Олину кисть. - Ну ты партизан! Столько времени так умело всё скрывать! Никому ведь и в голову не могло прийти... А я всё думаю: неужели он о тебе забыл?! Столько бегал за тобой, и вдруг - как отрезало... Да-а! Так вот оно что!.. Улеглось!
​Татьяна Николаевна улыбнулась, ласково посмотрела на до смерти смущённую девушку и тут же спохватилась:
​- Ой, Олечка, всё-всё-всё, больше никаких вопросов, вы меня извините... В общем, дай вам Бог счастья! Вы оба его заслужили. А остальное, кто там что скажет, - это всё до лампочки!.. И ещё, - тут она перешла на шёпот, - чтобы лялька у вас появилась поскорее... Не затягивайте с этим! - а затем вдруг не выдержала и хихикнула: - Главное, не думать о персонах!... Я тут перед ней распинаюсь, сочувствую, понимаешь, каждое слово взвешиваю, чтобы не задеть за живое, а она чайником прикинулась и слушает, как так и надо! Ну, это вообще!
​Бедная Оля, только-только начинавшая приходить в себя и уже готовая поблагодарить за всё добрую начальницу, после этих слов вновь залилась краской. Её собеседница заметила это и тут же сменила тему.
​- Ладно, это я так... Всё! Теперь точно всё! Ни слова... Вот... так... Оль! Это же теперь нам надо менять тактику!.. Значит, Лену мы ни о чём просить не будем... Стоп! А как быть с девчонками? Ты сама им скажешь или лучше я?
​Оля в нерешительности пожала плечами. Она в очередной раз пыталась взять себя в зубы, и небезуспешно: краска с её лица уже сошла, остался лёгкий румянец.
​- Давай так, - Татьяна Николаевна всё ещё держала Олю за руку, - я сама поговорю с нашими тет-а-тет, а потом мы придумаем, как тебя защитить - и от Людмилы Ивановны, и вообще от всех. Пусть гуляют вальсом! Нечего лезть в чужую жизнь!
​Оля с благодарностью смотрела на добрую начальницу.
​- Спасибо вам... - наконец сказала она. - За всё-всё спасибо! - и погладила её по руке. Та засмущалась.
​- Олечка, вы опять за своё! Да не за что, не за что!.. Слушай, а с фамилией твоей как? Теперь ты у нас мадам Антонович?
​Оля почувствовала, что опять теряет самообладание. Она сделала глубокий вдох и ответила:
​- Да.
​- И правильно! - Татьяна тут же бросила взгляд на титул статьи. - Ага, ты уже так здесь и подписалась... Молодец! Между прочим, женщине менять фамилию в браке нужно обязательно. Это очень объединяет, имей в виду.
​Оля улыбнулась. И тут у неё зазвонил мобильный. Она растерялась и вопросительно глянула на начальницу. Та тоже улыбнулась.
​- Бери трубку. Если что, я выйду, а ты спокойно поговоришь.
​Оля достала телефон. Звонила её Танюшка.
​- Это моя сестричка, - сказала она и ответила на звонок.
​- Приветик, красотуля, - услышала она в трубке до боли знакомые интонации.
​- Привет, Танечка! - радостно ответила Оля. Она была счастлива, что ей не придётся отвечать на звонок мужа при Татьяне после такого разговора.
​- Ну и что это мы молчим? - Таня явно была настроена по-боевому.
​- В смысле? - не поняла Оля.
​- Непонятливая ты моя! Как там ваша Людмила?
​- А-а, ты вот о чём...
​- О! А есть что-то поинтересней?
​- Да нет... - Оля замялась, - просто я сейчас у Татьяны Николаевны в кабинете...
​При этих словах та замахала руками и тихо сказала: «Ничего, Оль, говорите сколько надо», развернулась к своему компьютеру и занялась делами. В трубке воцарилась тишина. Затем Таня воскликнула:
​- Ты ей сказала?
​- Да, - ответила Оля.
​- И что?
​Оля не ответила, и та мигом смекнула, что к чему.
​- Так, Олька, ты смотри у меня, не раскисай, слышишь?
​- Слышу, - улыбнулась наша героиня.
​- Это хорошо! - продолжала неугомонная Танюха. - А чтобы ты не сильно расслаблялась, я тебе скажу новость: мы с Димкой женимся!
​Оля чуть не выронила телефон из рук.
​- Да ты что?! - воскликнула она, забыв и о том, где находится, и обо всём, что только что было в этом кабинете. - Наконец-то!
​- Вот-вот, сеструха, не прошло и десяти лет! Это вы с профессором повлияли - так и знай! Я уже думала, что Димка вообще не соберётся! Так что к субботе вы, мадам, с драгоценным супругом обязаны быть готовы как штык!
​Тут Оля села на стул. Вид у неё был точно такой же, как пятнадцать минут назад у начальницы после известия о её замужестве.
​Татьяна Николаевна оторвалась от компьютера и внимательно глянула на девушку. Она догадалась, что произошло что-то из ряда вон выходящее, но, по-видимому, хорошее. В это время в дверь постучали, причём весьма настойчиво. Хозяйка пошла открывать. На пороге стоял преподаватель с инъяза, и Татьяна вышла к нему. Оля же наконец смогла продолжить разговор.
​- То есть как это - к субботе?!
​- А вот так, - невинным голосом пропела та.
​- Через четыре дня? А раньше ты не могла сказать?!
​- Не могла. Мы только подали заявление...
​- И назначили на эту субботу?! Так не бывает! Не морочь мне голову!
​В трубке раздался звонкий смех.
​- Шутка! - наконец послышалось оттуда. - В субботу, но не в эту, конечно. Свадьба у нас первого октября.
​Оля перевела дух.
​- Слушай, ну и шутки у тебя... Я чуть инфаркт не получила...
​Она мельком глянула на дверь: Татьяна Николаевна всё ещё разговаривала с посетителем - тот давал ей какую-то папку. А Таня в трубке продолжала хихикать.
​- Ой, какие мы впечатлительные!.. А может, тебе вообще нельзя волноваться? А? Признавайся! Вы там с профессором ещё никого не сообразили?
​Оля вскочила со стула как ужаленная.
​- Таня! - грозно воскликнула она. - Ты что говоришь?!
​Та сразу поняла, что переборщила со своими шутками, и пошла на попятную.
​- Ой, пардон, я всё! Я больше не буду... Молчу!
​- Вот и хорошо, - Оля была раздосадована. Ох уж эта Таня! Не может без своих штучек. Слава Богу, хоть начальница не видит всё это!
​А Таня уже извинялась за свои слова.
​- Олечка, прости! Я что-то совсем уже... - виновато говорила она. - Это у меня крыша едет... от радости.
​- Ладно-ладно, ничего... - успокоила её Оля.
​Тут вернулась Татьяна Николаевна, и Оля поспешила закончить разговор. Как только девушка положила телефон, начальница тут же поинтересовалась:
​- Ну что там, Оль, всё в порядке?
​- Ой... - Оля перевела дух. - У меня Таня - что ни день, то новости... Замуж собралась... Слава Богу...
​- Ага, и она тоже?! У неё, кажется, был мальчик?
​- Дима.
​- Вот... Так это за него?
​- Да.
​- Здорово! Дай Боже! Поздравишь её от меня, - Татьяна Николаевна была явно обрадована этой новостью. Таню она видела не раз - ведь она столько времени водила сестру по институту, спасая от будущего мужа.
​На вопрос, когда свадьба, Оля вкратце пересказала весь разговор, и они с начальницей вдоволь посмеялись.
​Возвратившись на своё рабочее место, Оля не знала, о чём думать в первую очередь: новость о Танюшкиной свадьбе затмила даже её переживания по поводу предстоящего испытания. Она была так занята своими мыслями, что не замечала ни хитрых улыбок, ни многозначительных взглядов своих коллег... И тут у Оли зазвонил мобильный. Она глянула на экран и как угорелая понеслась в коридор.
​- Привет, солнышко, - услышала она в трубке чарующий голос... Кого? Правильно, своей любимой половинки. - Ну как ты, рассказывай, я так за тебя волнуюсь!
​Оля рассказала мужу всё, что с ней было за эти полдня, и не забыла даже о Таниной свадьбе.
​- Ну, слава Богу! - воскликнул на это Антонович. - Наконец-то они определились.
​Они немного поговорили, и Антонович поинтересовался, как Оля себя чувствует (с некоторых пор её стало подташнивать и постоянно кружилась голова). Оля заверила его, что всё хорошо, иначе она обязательно бы позвонила, как они и договаривались. Видимо, Антоновича это немного успокоило, а когда Оля спросила, как там он, Андрей Николаевич сделал паузу и осторожно сказал:
​- Всё замечательно, Олечка, слава Богу... Ты знаешь, а мы с тобой сейчас увидимся. Не пугайся только, но я иду к вам.
​Оля остолбенела.
​- Как?.. - еле выговорила она.
​- Оля, ты же не волнуешься? Правда, любимая моя? Всё хорошо, всё идёт по плану, только мы немножко поменяем стратегию.
​Оля чувствовала, как бешено колотится её сердце. Она совершенно не могла ничего понять и только спросила:
​- А... а что случилось?
​Андрей Николаевич вновь принялся её успокаивать и вкратце объяснил ситуацию.
​Оказывается, Людмиле показалось мало того, что она устроила Оле во время летучки. Нет! Ей надо было своими собственными глазами увидеть «историческую» встречу. Прямо здесь, при всех, чтобы Оля уже никуда не могла деваться, чтобы все это увидели! Сбылись Олины давнишние опасения! Пока они разговаривали с Татьяной Николаевной, Зарубина позвонила на кафедру её мужа и через заведующего настоятельно попросила Андрея Николаевича Антоновича срочно подойти в редакцию журнала «Vivat Academia!».
​Заведующий, профессор Пётр Васильевич Столяров, человек тактичный, прекрасно зная печальную историю своего лучшего сотрудника, естественно, попытался «отмазать» его от этого визита. Однако Зарубина была непреклонна. И тогда - делать нечего! - он пригласил его в кабинет и долго думал, как поделикатнее передать слова «железной леди». Когда же разговор наконец состоялся, Антонович сообщил ему, что ничего из ряда вон выходящего в этой ситуации нет: в редакции работает его супруга, Ольга Витальевна Волошина... Вернее, теперь уже не Волошина...
​Конечно, реакция престарелого профессора была почти такой же, как и у Олиной начальницы, разве что без бурных сцен и расспросов. Он совершенно искренне поздравил его с благополучным окончанием этой истории, пожелал счастливой семейной жизни и выразил надежду, что всё это благоприятно отразится на его научной и педагогической деятельности...
​Вот... Но я забегаю вперёд. Эти подробности Оля узнала позже, а сейчас, коротко изложив вышесказанное, Антонович в очередной раз попросил любимую не волноваться и спокойно ждать его прихода.
​Оля вернулась в кабинет бледная как мел. Она старалась не смотреть по сторонам - знала, что коллеги, скорее всего, озабочены новостью дня: Олиной командировкой к «давнему поклоннику». Естественно, как всегда в таких случаях, в глаза ей ничего не говорили, только Лена, проходя мимо, шепнула:
​- Ну что, Оля, готова к бою? - потом хихикнула и отошла к Вике.
​Оля молча села за свой стол. Сердце у неё выскакивало из груди... Ей оставалось только молиться Богу... И вдруг в её душе наступила тишина! Весь оркестр её эмоций затих, а в голове прояснилось: Боже мой! Из-за чего этот сыр-бор! Сейчас сюда придёт самый любимый и дорогой для неё человек. И - что там скрывать! - судя по всему, она носит под сердцем его ребёнка: слишком много признаков этого она в себе находит! Так какое же право она имеет давать волю глупым эмоциям и подвергать опасности беззащитного, только-только зародившегося человечка?! Что может быть важнее их семьи? Ничего!...
​От этого Олино сердце наполнилось необычайным теплом. Она тут же представила себе лицо обожаемого ею мужа, и ей стало хорошо-хорошо...
​Словно сквозь сон девушка услышала скрип входной двери. Она очнулась от мыслей, повернула голову и... увидела то самое любимое лицо: на пороге редакции стоял Антонович. Сердце нашей героини отчаянно забилось... Нет, не от стыда или ужаса, а от несказанной радости... Как же она по нему соскучилась! Не видела его каких-то четыре часа, а ей показалось - уже целый год! Ей вдруг так захотелось кинуться и расцеловать любимого, но... разумеется, она удержалась от соблазна - всё-таки она была в своём уме.
​Андрей Николаевич поздоровался и тут же стал предметом всеобщего внимания: весь отдел ахнул от удивления и, побросав все свои дела, народ приготовился лицезреть убойное шоу «Дурдом 2»...
​Оля и Антонович смотрели друг на друга, а остальные - на них двоих. Так продолжалось несколько секунд, а затем из своего кабинета показалась Зарубина. Увидев «сладкую парочку», она едва не запрыгала от радости и торжественно воскликнула:
​- Андрей Николаевич! Здравствуйте! Как хорошо, что вы здесь!
​На последних словах неясно откуда вынырнула Татьяна Николаевна и тоже ахнула: она только собиралась пригласить девчонок на секретный разговор, но не успела! Эта злодейка Зарубина её опередила!.. А Людмила, казалось, уже праздновала победу. Она была уверена, что сейчас начнётся самое интересное - то, по чему она так истосковалась за всё это время, но... неожиданно для всех Андрей Николаевич с невозмутимым видом перевёл взгляд на Зарубину:
​- Добрый день, Людмила Ивановна. Пётр Васильевич сказал, что вы хотели меня видеть?
​Людмила слегка опешила (уже не говоря об остальных!) - разумеется, она никак не ожидала столь спокойной реакции «безумного поклонника» на предмет своих вожделений. Но сдаваться она не собиралась.
​- Да-да, я хотела вас видеть... Вернее, не только я, - она бросила очень выразительный взгляд на Олю. - Видите ли, Андрей Николаевич...
​В это время в кабинет заглянула какая-то дама, но, увидев, что тут делается, сразу же закрыла дверь.
​- Да... так вот, - продолжала Зарубина. - Прежде всего, мы рады поздравить ваш коллектив с блестящей победой в рейтинге!
​- Спасибо за поздравление, - учтиво ответил Антонович.
​- Отлично! - Зарубина прошла на середину кабинета и стала между Олей и её мужем. - Андрей Николаевич, было принято решение посвятить этому знаменательному событию весь следующий выпуск нашего журнала. Так вот, о вашей кафедре будет писать наша Олечка Волошина. Вы её прекрасно знаете, не так ли? Я уверена, что вы сработаетесь!
​Казалось, ещё немного - и Людмила просто возьмёт их за руки и толкнёт друг на друга! Наступил решающий момент. Все присутствовавшие зрители этой сцены замерли, затаив дыхание... А дальше произошло совсем невероятное (разумеется, для тех, кто не был посвящён в тайну Олиного замужества). Вместо ожидаемого прорыва безумной страсти Антонович удивлённо посмотрел на Зарубину:
​- Я что-то не совсем понимаю, Людмила Ивановна, мне казалось, что к нашей кафедре у вас вопросов быть не должно... Дело в том, что нам стало известно о вашем намерении несколько раньше. Мы предоставили Ольге Витальевне материалы заранее, и насколько я знаю, Ольга Витальевна успешно написала эту статью...
​Ах, как жаль, что я не обладаю настоящим писательским талантом и не могу красочно описать то, что случилось с Людмилой Ивановной Зарубиной после этого! Лицо знаменитой интриганки покрылось пунцовыми пятнами. Наверное, впервые в жизни с ней случился такой облом!
​Что это значит?! Уж не сон ли это?! Оля взяла материалы и написала статью? Но каким же это образом? Неужели она... Да нет, быть этого не может! После всего, что было...
​- Оля... ты написала статью?! Но... как...
​За время, пока Зарубина пыталась свести в мозгу дебет с кредитом, Оля успела прийти в себя и теперь невозмутимо ответила:
​- Да, написала и отдала Татьяне Николаевне...
​- Татьяна Николаевна! - Зарубиной оставалось только обратить взор на главного редактора. Та тут же включилась в игру:
​- Всё верно, статья у меня.
​Людмила окончательно потерялась.
​- Но... вы мне ничего не сказали! Как это!
​- А мы решили сделать вам сюрприз, - пожала плечами Татьяна. - Если хотите, могу вам её показать.
​- Будьте так любезны! - убитым голосом произнесла Людмила.
​Через несколько секунд статья была в её руках. Она пробежала глазами пару абзацев, глянула на титул и... тут глаза у неё полезли на лоб.
​- Что?! - воскликнула она не своим голосом. - Ольга Антонович?!
​Зарубина попятилась назад и облокотилась о стол. Она переводила обалдевший взгляд с Оли на Антоновича. Оля поняла - сейчас всё разрешится... и посмотрела на мужа. Андрей Николаевич глядел на неё с невыразимой нежностью.
​- Всё правильно, - сказал он, - Ольга Витальевна - моя жена, так что теперь всю информацию о нашей кафедре для журнала вы сможете получать через неё.
​Наступила немая сцена (прямо как у Гоголя!). Бедная Зарубина сползла на стул и выронила из рук статью. Передать состояние остальных вообще нет никакой возможности... И среди всего этого стояли Оля и Андрей Николаевич Антонович - стояли и не сводили друг с друга глаз... Как много любви, нежности и счастья читалось в их взгляде! Мир словно растворился для них двоих, всё исчезло, остались только он и она...
​Сколько времени длилась эта сцена - сложно сказать. Но в конце концов прервало её то, что дверь в редакцию вдруг открылась, и в кабинет впорхнула Олина Танюха.
​- Здрасьте, а Олю... - бодро начала она и застыла на месте с раскрытым ртом... «Мама дорогая!» - мелькнуло в её голове...
​Неожиданное появление Олиной сестры было как нельзя кстати, и Антонович мигом воспользовался ситуацией. Он ещё раз с нежностью взглянул на жену, слегка ей улыбнулся и обратил свой взор на Зарубину. Выражение лица его тут же изменилось.
​- Прошу прощения, вопросы ко мне ещё какие-то есть? - строго спросил он Людмилу. Та только развела руками:
​- Н-нет, Андрей Николаевич...
​- Тогда, если не возражаете, я пойду.
​- Да-да... с-спасибо, Андрей Николаевич... - Зарубина была похожа на перепуганную школьницу в кабинете директора.
​Антонович вежливо попрощался, мельком глянул на Олю и ушёл. Таня тут же сориентировалась в ситуации.
​- Извините, - не давая никому опомниться, сказала она, - можно Олю на пару минут?
​Людмила что-то проблеяла в ответ, и Оля, чуть не прыгая от радости, выскочила в коридор. Немного переведя дух, сёстры обнялись, повернулись, чтобы отойти к лифту, и... увидели Антоновича. Они даже не удивились: было бы странно, если бы Андрей Николаевич спокойно ушёл на кафедру и оставил бы свою обожаемую супругу в такой момент! Судя по всему, он догадался о цели Таниного визита и решил с её помощью выудить Олю из злосчастного кабинета.
​- Таня, вы прямо как Шерлок Холмс! - воскликнул Антонович, когда девушки подошли к нему. Те расхохотались.
​- Так вы же сами его из меня и сделали! - шутливо ответила Таня. - Чтобы прятать от вас эту красавицу, нужна была такая дедукция, что... поверьте!
​Эти слова заставили рассмеяться и Андрея Николаевича...
​Чтобы не попасться на глаза кому-нибудь из ошарашенных или любопытных, они втроём отошли за угол, и Таня тут же раскланялась.
​- Ладно, я свою миссию выполнила, - сказала она. - Как я понимаю, самое интересное я пропустила, но Оля потом мне всё расскажет, правда? - Таня лукаво взглянула на сестричку.
​- Ох... - Оля была ещё далеко не в себе. - Куда ж я денусь...
​- Вот и здорово! Ну всё, я побежала. До встречи! - с этими словами Таня упорхнула, да так стремительно, что Антоновичи едва успели попрощаться. О её предстоящей свадьбе речь так и не зашла...
​Андрей Николаевич взял Олю за руки.
​- Солнышко моё, ну как ты?
​Оля на секунду заколебалась, затем глянула, что вокруг никого, прильнула к мужу и положила голову ему на плечо. Тот замер. Ему так хотелось обнять любимую, поцеловать, прижать к себе... Он не сдержался и обнял её, затем - короткий поцелуй, и они отпрянули друг от друга. Оля испуганно озиралась. Слава Богу, в коридоре по-прежнему было пусто. Но откуда-то доносился гул голосов. Антонович тихо предложил:
​- Давай сходим куда-нибудь, ты хоть что-то поешь, мы поговорим.
​Оля была рада слинять, но перерыв давно кончился.
​- Пошли... А если меня хватятся? - неуверенно сказала она.
​- Ничего, - уверял её Андрей Николаевич, - там, я думаю, и без тебя весело...
​Оля невольно улыбнулась. Желание побыть с любимым мужем превысило дисциплинарный страх, и она согласилась:
​- Идём!
​Они провели прекрасные полчаса в том самом кафе, куда Антонович впервые привёл свою будущую жену полтора года назад, после того как она, доведённая до отчаяния безжалостной Зарубиной, выплакалась в его жилетку. С тех пор их жизнь изменилась до неузнаваемости, и теперь, вспоминая тогдашние события, они были безмерно счастливы, что Бог устроил всё так замечательно, что не оставил их друг без друга! Не оставил их без любви!
​А по возвращении в редакцию Оля, как и следовало ожидать, попала в самый что ни на есть крутой оборот. Девчонки с порога накинулись на мадам Антонович, и... в общем, работы в отделе не было никакой. Да и немудрено - такое событие! Такая свадьба! Как бы ни хотела Оля избежать к себе пристального внимания, это было невозможно!
​Коллеги быстренько соорудили столик, Оля сбегала в буфет за угощением, и все сели поздравить нашу героиню с грандиозным замужеством. Пригласили и Зарубину (иначе было нельзя). Та, конечно, вышла, но была не в своей тарелке гораздо больше, чем виновница торжества... При Зарубиной все вели себя сдержанно, а когда она пробекала своё «искреннее» поздравление и, воспользовавшись моментом, срочно слиняла, дышать стало гораздо легче.
​Видимо, Татьяна Николаевна дала девчонкам строгое ЦУ - не распускать чересчур язык (чтобы не смущать стеснительную Олю). Поэтому те хоть и стреляли глазами изо всех сил, но лишнего старались не болтать. Но сама Татьяна не удержалась и во время своего тоста сказала, что она безумно рада, что, несмотря на отчаянное сопротивление, счастье Олю всё-таки настигло, и за это стоит поднять бокалы...
​С какой же радостью наша героиня выпорхнула из института по окончании всего этого «позорища»! Словно птичка, чудом вылетевшая из клетки, мчалась Оля в секретное место - они с мужем решили, что в связи с сегодняшними событиями им лучше встретиться подальше от любопытных глаз. Разумеется, Андрей Николаевич уже был на месте, и Оля кинулась в его объятия...