Переход

​23 июля 200... года Андрей Николаевич Антонович и Оля стали мужем и женой... Сложно описать этот день по достоинству! Оля была ослепительно красива в белоснежном платье и прозрачной фате, которые так подчёркивали её чистоту. Антонович не сводил с неё восхищённого взгляда.
​Гостей было очень немного - только близкие родственники (в том числе и те самые бабушка с дедушкой, к которым должна была ехать Оля). А ещё прибыли родные Андрея Николаевича - брат Павел с женой и двумя дочерьми и, разумеется, Надежда Сергеевна с семьёй.
​Оля страшно боялась, что родные мужа не примут её (ведь его племянницы были одного с ней возраста), но страх оказался совершенно напрасным! Надежда Сергеевна, как оказалось, догадалась обо всём ещё тогда, осенью, когда Антонович на руках принёс Олю в полуобморочном состоянии. Она сразу заподозрила, что не всё так просто. Ведь её братец так смотрел на девушку, так переживал за неё, ходил сам не свой, да ещё к тому же знал, как её зовут! Что тут подумать? А потом вдруг стал неузнаваемым! Подолгу где-то пропадал и весь светился от счастья!
​Надежда сгорала от любопытства, но допрашивать брата о причине разительных перемен не стала - она была женщиной умной. Только когда она однажды как бы невзначай вспомнила о той девушке Оле, которую они отпаивали чаем - как она, интересно? - то, увидев, как загорелись глаза у Андрея при упоминании этого имени, женщина всё поняла.
​И когда Андрей Николаевич уже после официального сватовства пригласил Олю с родителями к себе и позвал живущих неподалёку родственников, чтобы представить им свою невесту, Надежда Сергеевна совсем не удивилась. Она расцеловала Олю и сразу призналась, что давно обо всём догадалась и мечтает, чтобы Оля вошла в их семью окончательно. От таких слов Оля сразу почувствовала себя родной и близкой этим людям.
​Гораздо сложнее оказалось заручиться поддержкой старшего поколения - особенно бабушки Гали и дедушки Степана. Были они люди сельские, простые, и Олиного жениха представляли, конечно же, молодым «парубком». Когда же Оля сказала им, сколько лет Антоновичу, то услышала:
​- Оце такий старий?! Та нашо він тобі нужен!
​И пришлось бедной девушке приложить немало сил, чтобы изменить их отношение к ситуации. Но решающим оказался, естественно, рассказ о встрече в храме. Именно после него было сказано философское:
​- Ох, бідна-бідна, то судьба, мабуть, твоя така...
​Ну а после личного знакомства с новоиспечённым великовозрастным «внучком» остались лишь редкие фразы типа:
​- Та він то гарний, та якби був хоч трохи молодший!.. Та шо ж зробиш... судьба.
​Говорилось это безо всякого осуждения - просто они очень любили Олю и желали ей только счастья - но им требовалось время, чтобы понять, что счастье бывает разным...
​После росписи и венчания в храме Святого Николая Чудотворца молодые побывали на мемориале и отправились в маленькое кафе, где и провели вечер...
​Поселились молодожёны у Андрея Николаевича. И буквально дней через пять после свадьбы отправились на море. Какая это была чудесная поездка! Настоящий медовый месяц! Здесь они были совсем одни, вдали от любопытных глаз... а их было предостаточно!
​Ведь соседи, прекрасно знавшие Антоновича-холостяка и жалевшие его, «одинокого и несчастного» (а особо сердобольные даже помышляли найти этому хорошему человеку достойную пару - да где ж её найдёшь, порядочную, в наше время!) - вдруг все эти сочувственники узнают, что их «вечно занятый наукой» «несчастный» женился, да ещё и на молодой девушке! Плюс к тому же очень красивой и необычайно скромной... Во даёт!
​Стоило Антоновичам выйти из дому в первые дни их семейной жизни, как, кажется, все жильцы сбегались посмотреть на эту пару... Оля не знала, куда деваться от смущения. Да и немудрено! Мало того, что её жизнь за эти несколько дней поменялась на 180 градусов, так ещё и здесь, вдали от института - снова толпа любопытствующих!
​- Не обращай внимания, солнышко, - утешал свою ненаглядную Андрей Николаевич. - Пусть себе смотрят, пусть думают, что хотят! Естественно, мы с тобой не смотримся как муж и жена, но ты же мне сама говорила, что тебе всё равно...
​- Конечно, всё равно! - выпалила Оля, испугавшись, что любимый супруг подумает, что она раскаивается в своём выборе.
​- Тогда не бери ничего в голову, масик! Мы с тобой знаем, что ничего плохого не сделали, а остальное - ерунда!
​Оля улыбнулась. От этих слов на душе у неё сразу полегчало:
​- Я знаю... знаю, мой хороший!
​Оля была как во сне. Ей всё ещё с трудом верилось, что самый дорогой для неё человек - тот, по которому она так страдала, которого мечтала увидеть хоть издалека и от которого зачем-то бегала целый год - теперь её муж, её половинка. Его дом - тот самый, возле которого она ходила осенним вечером год назад, - отныне принадлежит и ей! Она вошла в него как хозяйка! Всё это было как в сказке! Но иногда сказки сбываются, не так ли? Нужно только очень просить Бога об этом...
​Надо сказать, что с самого начала семейной жизни Оля и Андрей Николаевич приняли одно важное решение - никогда ничего не скрывать друг от друга. Ведь муж и жена - одно целое, какие же у них могут быть тайны! За время свиданий они успели рассказать о себе друг другу всё: Оля знала практически каждый эпизод из жизни Антоновича так, будто все годы была рядом с ним и видела всё собственными глазами. Ревности к прошлому у неё не возникало: ведь тогда в его жизни ещё не было её - его единственной половиночки, ненаглядной Олечки!
​В свою очередь, Андрей Николаевич был посвящён во все её тайны и был счастлив этим. Говорила Оля и о том, как стояла за его спиной возле лифта накануне прошлого Нового года и боялась шелохнуться. А потом неожиданно для себя влюбилась в него и страшно жалела, что не поняла этого раньше, что убегала от своего счастья... Такие откровения давались застенчивой Оле очень нелегко, хотя, как можно догадаться, они вызывали у её мужа море восторга и нежности. Но всё равно ей приходилось пересиливать себя.
​Одного Оля пока не могла заставить себя выговорить - это истории с её полугодовой слежкой, от первой «засады» за колонной до знаменитой встречи у подъезда... Последняя история особенно не давала Оле покоя. Она понимала, что муж не расспрашивает её из деликатности, но разговор об этом неизбежен. А как ему рассказать о своём безумстве?
​Бедную девушку мучили угрызения совести. Каждое воскресенье, будучи в церкви на службе (даже на море, в свой законный медовый месяц, Антоновичи разузнали местонахождение местного православного храма и исправно туда ходили), Оля умоляла Бога помочь ей избавиться от этой последней тайны, так как она сама не знала, что ей делать.
​И её просьба вскоре была услышана. Как? Скоро узнаете.