Вспоминай меня | Турбо

Утро после дискотеки в ДК началось с приятной боли в мышцах и свежего казанского снега за окном. Вахид ещё с утра ушёл в качалку, а мы с Сашей собрались к Пальто - выполнять наше вчерашнее обещание и сидеть с его шестилетней сестрёнкой Юлей.

Саша всю дорогу до дома Андрея причитала, кутаясь в кожанку:

- Я ростовская девка, Ринка! Я зажигалкой челюсти ломаю, Турбо бланш на весь глаз повесила! Какой из меня нянькус?! А если она плакать начнёт? Я ей чё, про то, как мы у Кита тетрадь спиздили, рассказывать буду?!

- Не бойся, ростовская, справимся! - хохотала я.

Постучав в дверь, мы услышали быстрый топот маленьких ног. Дверь открыл смущённый Пальто. Он быстро объяснил Юле, что мы посидим с ней, пока он сходит на сборы и занесёт маме передачу в больницу, оставил нам пачку сушек, чай «со слоном» и быстро убежал.

Мы вошли в комнату. Маленькая Юля с двумя огромными светлыми косичками сидела на ковре и крепко сжимала в руках плюшевого серого зайца.

Саша замерла посреди комнаты, глядя на мелкую, и смущённо присела на корточки:

- Ну... привет, Юля. Я Саша. Я, это... я не кусаюсь.

Юля медленно подняла голову, посмотрела на Сашу своими огромными синими глазами, а потом... выдала абсолютно ростовским, наглым тоном:

- Пшёл вон отсюда, утырок! Пока я тебе вторую дырку в носу зажигалкой не проделала!

Мы с Сашей застыли в гробовой тишине.

Саша медленно выпрямилась, не веря своим ушам:

- Ринка... Это чё за монстр?! Это кто её такому научил?!

Я буквально разрыдалась от смеха, вытирая слёзы:

- Саша! Это твои слова! Но откуда она это знает - без понятия!

Саша посмотрела на мелкую, потом не выдержала и сама тихо, искренне расхохоталась:

- Ладно, казанская мелочь... 1:0 в твою пользу.

Пока Пальто бегал по делам, на маленькой кухоньке кипела жизнь. Старый эмалированный чайник «со слоном» весело пыхтел на плите, наполняя комнату тёплым паром и ароматом индийского чая. В хрустальной вазочке горкой лежали подсохшие сушки.

Юля сидела за столом, обняв своего плюшевого зайца, и с самым важным видом выводила цветными карандашами очередную картинку в альбоме.

Саша прислонилась спиной к подоконнику, отхлебнула горячий чай из гранёного стакана и с хищной ухмылкой негромко заговорила:

- Слушай, Ринка... А мы что с Суворовым делать будем? Вовка его дома под замок посадил, челюсть свою перевязанную поправляет и из окна сечёт. А этот идиот-акулёнок мне сегодня утром через форточку пытался замёрзший бублик на ниточке спустить! Чуть со второго этажа в водосточную трубу не улетел, но на лету орал: «За Ростов и за любовь!»

Я едва не поперхнулась чаем и от души хохотнула:

- Серьёзно?! В водосточную трубу?!

- Ну да! - засмеялась Саша, качая головой. - Упёртый, как сто чертей. Я ему говорю: «Суворов, завали и слезай, а то Адидас срисует!», а он мне с дерева пилотку пионерскую машет и подсечки казанские демонстрирует! Нет, ну ты представляешь эту картину?!

- Он ради тебя хоть на крышу залезет, Саш, - улыбнулась я, поддвигая к себе сушку.

- А если серьёзно, до моего дня рождения меньше трёх дней осталось. Вахид сказал, хочет мне праздник устроить, Барон обещал с людьми из Москвы приехать. Нам надо как-то Адидаса с Маратом помирить, а то на днюхе вместо праздника опять разборку устроят.

- Да мы этого Вовку Адидаса быстро на место поставим, - махала рукой Саша. - Соберём наш казанско-ростовский союз! Накроем поляну, достанем из фарцовки дефицитный лимонад «Тархун», джинсы твои новые наденем...

И тут из-за стола раздался громкий, тяжёлый, абсолютно взрослый вздох.

Маленькая Юля аккуратно положила фиолетовый карандаш на стол, подняла свои огромные синие глаза, обняла плюшевого зайца и с безупречной серьёзностью вмешалась в наш разговор:

- Тётя Саша, «Тархун» в гастрономе у трамвайного кольца брать надо! Там грузчик дядя Коля всегда пьяный спит. Андрюша сказал, если ему доску из забора выломать - можно коробку лимонада тихо утащить! Я с зайцем на стрёме постою!

Мы с Сашей застыли с открытыми ртами. Саша от неожиданности едва стакан из рук не выронила.

- Чего-о-о?! - вылупилась на неё Саша. - Какой дядя Коля?! Какой забор?! Пальто чё, тебя на стрёме стоять учит?!

- Не-а, - невозмутимо продолжила Юля, болтая ногами в забавных полосатых носочках. - И вообще, про Марата не переживайте. Андрюша сказал, что Марат вчера у Вовки всю малиновую заварку из заначки сожрал, пока тот спал! Из мести! А Вовка утром проснулся, челюсть завязал, заварку ищет, а Марат ему говорит: «Это ростовские крысы через форточку утянули!».

Саша от этого рассказа начала медленно сползать по подоконнику, закрывая лицо руками, а её плечи затряслись от бесшумного хохота.

Я буквально покатилась со смеху, упёршись лбом в кухонный стол:

- А-ха-ха-ха! Заварку сожрал?! Из мести?! Юля, откуда ты всё это знаешь?!

- Так Андрюша с Маратом вчера через форточку шептались! - гордо заявила Юля, демонстрируя нам свой альбом. - А ещё я вам подарок на 27 марта нарисовала! Смотрите!

Она развернула альбом. На листе красовалась огромная, кривая фигура Вовы Адидаса, наглухо перемотанная бинтами, как египетская мумия. Рядом стояла Саша с пылающей зажигалкой в руках, Марат с банкой малинового варенья, я в пышной короне и Вахид с огромным куском торта.

- Вот! - ткнула пальчиком Юля. - Это твой день рождения, тётя Регина! Мы Адидаса в шкафу закроем, заварку съедим, а Марат с тётей Сашей опять на балконе целоваться будут!

Саша от этих слов вспыхнула до такого ярко-пунцового цвета, что её красный пионерский галстук на груди казался бледной тряпочкой!

- Ринка-а-а... - пропищала Саша, пряча горящее лицо в ладонях. - Этот ребёнок - опаснее всей банды Кита! Она нас с потрохами сдала!

- Юля! - со слезами на глазах от смеха проговорила я, обнимая мелкую. - Ты просто гений разведки! Тебя точно в КГБ отдавать надо!

- Не в КГБ, а в ростовско-казанскую спецкоманду! - строго поправила Юля, отправляя в рот целую сушку и запивая её чаем со слоном.

Саша посмотрела на неё, не выдержала и сама громко, искренне расхохоталась на всю кухню:

- Капец, Зималединова... У вас тут в Казани даже шестилетние девчонки готовые криминальные авторитеты! Юлька, ты легенда. На днюху Регины я тебе лично из Ростова самую большую матрёшку привезу!

- И лимонад «Тархун»! - радостно добавила Юля, подмигнув нам с Сашей.

Около полудня Юля заскучала и попросилась во двор - подышать воздухом и покачаться на качелях. Мы одели её в кроличью шубку, завязали платок и вышли во двор хрущёвки.

День был солнечный, морозный. Юля весело везла своего плюшевого зайца на саночках, а мы с Сашей шли рядом, согревая руки в карманах.

И тут на нашу беду из-за соседних гаражей вывалилась троица старших пацанов из соседнего двора - гопота с «Разъезда». Увидев одиноких девчонок с ребёнком, они решили проявить свой уличный «авторитет».

Один из них - рослый малый в ободранной шапке - на бегу выхватил у Юли из санок её плюшевого зайца и с хохотом бросил его друзьям:

- Опа! Сволочи казанские зайцев выгуливают! Отдавай трофей!

Юля от неожиданности замерла, а потом громко и обиженно зарыдала на весь двор.

- Ах ты сука казанская... - мгновенно преобразилась Саша. В её глазах вспыхнул тот самый бешеный ростовский огонь. - Ринка, держи Юльку! Я им сейчас этих зайцев в горло утрамбую!

Саша рванула к гаражам, но разъездовские, с гиканьем и улюлюканьем, бросились наутёк в сторону заснеженных пустырей.

И в этот самый момент из-за угла дома, наперерез хулиганам, выскочили две знакомые фигуры в олимпийках - Марат и Турбо!

Марат, который тайком сбежал из дома через окно от Адидаса, и Турбо, шедший к нам с огромным букетом гвоздик, пакетом мандаринов и сочным фиолетовым фингалом под левым глазом.

Увидев плачущую Юлю и убёгивающих с зайцем гопников, Турбо даже не стал задавать вопросов.

- СТОЯТЬ, СУКИ! - взревел Турбо так, что с деревьев сыпанулся снег.

Завязалась настоящая снежная погоня по гаражам!

Марат сходу, прямо на бегу через сугроб, всадил главарю разъездовских свою фирменную подсечку - утырок со свистом ласточкой влетел в сугроб, выронив зайца. Второй попытался огрызнуться ножом, но тут к нему подскочила Саша: она на ходу выбила нож ногой, закрутила ему руку и со всей дури пнула под коленку!

А третьего просто настиг Турбо. Со своим фингалом на пол-лица Валера выглядел насколько свирепо, что пацан с «Разъезда» сам упал на колени в снег и поднял руки:

- Турбо, не бей! Мы не знали, что это ваши!

- Ещё раз к этой девчонке или к зайцу прикоснётесь - на ремни порежу, - леденящим тоном прорычал Турбо, забирая плюшевого зайца из снега и стряхивая с него пыль.

Через три минуты мы всей компанией стояли у санок. Турбо, смущённо отводя взгляд, опустился на одно колено и протянул спасательного зайца Юле:

- Держи, мелкая. Войско «Универсама» трофей отбило.

Юля перестала плакать, вытерла кулачком нос, забрала зайца и с восхищением уставилась на огромный синяк Турбо:

- Дядя Валера, ты супергерой! А почему у тебя глаз синий?

- Это меня... «кожаная птица» на лету задела, - смущённо кашлянул Турбо, а Саша на заднем плане с трудом подавляла хохот, пряча лицо в воротник.

Замёрзшие, но довольные и полные адреналина, мы вернулись в квартиру Пальто. Турбо выложил на стол мандарины и гвоздики, а Марат вытащил из кармана целую пачку дефицитных конфет «Красная Шапочка».

Но не успели мы заварить чай «со слоном», как со стороны лестничной клетки послышались тяжёлые, знакомые шаги.

- Чёрт... - побледнел Марат, глядя в окно. - Это Вовка! Он меня по следам на снегу вычислил! Если он меня здесь найдёт - мне конец!

- Быстро в шкаф!- скомандовала Саша, хватаясь за ручку старого деревянного платяного шкафа в прихожей.

- В шкаф?! - перепугался Марат. - Да мы там вдвоём не поместимся!

- Поместимся, Суворов! Жми! - рявкнула Саша.

Саша затащила опешившего Марата в узкий, пропахший нафталином шкаф среди старых пальто и шуб, и дверцы со скрипом хлопнули. Мы с Турбо еле успели усесться за стол и сделать вид, что учим Юлю рисовать.

Дверь квартиры с грохотом распахнулась. На пороге стоял Вова Адидас с подвязанной челюстью, тяжело дыша и оглядывая коридор.

- Где Марат?! - процедил Адидас сквозь эластичный бинт. - Я видел, как этот мелкий утырок из окна ванной выпрыгнул!

- Нету его здесь, Вова, - ровно ответил Турбо, спокойно чистя мандарин с невинным видом. - Мы тут с Региной за сестрой Пальто присматриваем.

Адидас подошёл к кухне, подозрительно оглядывая комнаты.

- Дядя Вова! - пискнула Юля с дивана. - А Марата тут нет! И тёти Саши нет! Они в шкаф спрятались!

У меня внутри всё похолодело!

Адидас мгновенно повернул голову к старому шкафу в прихожей. Он сделал три шага, протянул руку и с силой рванул дверцу на себя!

А в это время внутри темноты шкафа разворачивалась своя, скрытая от всех драма.

Прижатые друг к другу нос к носу в узком пространстве, Марат и Саша едва могли дышать. Сердце Марата колотилось прямо в грудную клетку Саши. В темноте их губы оказались в капле от поцелуя. Марат с замиранием сердца обнял её за талию, а Саша, вместо того чтобы оттолкнуть, крепче прижалась к нему, пряча улыбку в его олимпийку.

И когда Адидас распахивал дверцу, Саша сработала на опережение!

Она высунула из темноты шкафа руку с зажатой латунной зажигалкой и резко щёлкнула колёсиком прямо перед носом у Адидаса! Вспыхнул яркий огонёк!

- Мать твою! - отшатнулся Адидас, хватаясь за челюсть и качаясь назад.

- Сваливаем, акулёнок! - заорала Саша.

Марат и Саша выскочили из шкафа как пробка из бутылки, перепрыгнули через опешившего Адидаса и рванули по коридору на лестничную клетку!

- СУВОРОВ! СТОЯТЬ! РОСТОВСКАЯ, УБЬЮ! - заорал Адидас, бросаясь за ними в погоню вниз по лестнице.

Мы с Турбо выскочили на балкон и увидели уморительную картину: Марат и Саша хохотали на весь двор, убёгивая по глубоким сугробам, а за ними, спотыкаясь и ругаясь, бежал Адидас с подвязанной челюстью!

Саша на бегу обернулась, вытащила из кармана снежок, впечатала его точно в спину Адидасу и крикнула Марату:

- Жми, Суворов! Встретимся у твоего окна!

Не успели мы с Турбо перевести дух от этой картины, как на пороге квартиры появился запыхавшийся Ералаш. Его шапка сбилась набок, а глаза были круглыми от ужаса:

- Турбо! Регина! Капец! Пальто загребли!

- Что?! - ахнула я. - Кто загреб?!

- Менты! - выдохнул Ералаш. - Андрей же маме передачу в больницу нёс, там баночка с бульончиком и лекарства. А патруль его возле больничного городка срисовал! Подумали, что он блатняк или с ворованного пакета несёт! Закрыли Пальто в районном отделении милиции, дежурный сидит, протокол шьёт! А он орал, что ему к Юльке надо, так его ещё и за неуважение в обезьянник заперли!

Саша с Маратом, только что сбежавшие от Адидаса и крюком вернувшиеся в подъезд через служебный лаз, ввалились на кухню:

- Чего?! Пальто вытаскивать?! - воскликнула Саша. - Мы чё, профессиональные спасатели из милиции?!

- Ничего, прорвёмся, - жёстко сказала я, глядя на плачущую Юлю. - Пальто маме передачу нёс, его маленькая сестра ждёт. Мы его там не оставим.

- Так, - Турбо мгновенно включил голову, натягивая куртку. - Я с пацанами силой туда не пойду, менты сходу дежурку на уши поднимут. Тут хитростью надо.

- У меня идея, - я посмотрела на Юлю. - Юля, ты спасать братика пойдёшь?

- Пойду! - вытерла слёзы шестилетняя девчонка.

----------

Через двадцать минут вся наша компания - я, Саша, Марат, Турбо и маленькая Юля с зайцем - стояли в фойе районного отдела милиции.

За стеклянным окошком дежурки сидел усатый, скучающий майор.

- Чего надо, малолетки? - буркнул майор, даже не поднимая головы. - Посторонним нельзя.

И тут я подала знак Юле. Маленькая Юля, которую Саша перед входом тщательно проинструктировала, сделала самые несчастные глаза на свете, обняла своего зайца и как зарыдает на весь отдел:

- Дядечка милиционер! Верните моего братика Андрея! Он мамочке в больницу бульончик нёс! Мамочка болит, а вы братика заперли! Я одна осталась-а-а-а!

Майор аж подпрыгнул на стуле. На её крик из кабинета выскочила молодая инспекторша по делам несовершеннолетних - Светлана Михайловна.

- Это что тут происходит?! - ахнула она, подбегая к Юле и опускаясь перед ней на корточки. - Девочка, ты чего плачешь? Какой братик?

- Васильев Андрей, - вступила я с самым вежливым, интеллигентным видом ученицы-отличницы. - Здравствуйте. Мы его одноклассники. Андрей просто нёс маме в больницу бульон и лекарства, а ваш патруль его задержал, потому что у него документ дома остался. А у него мама в тяжёлом состоянии, и сестрёнка одна осталась!

Саша стояла рядом с кротким, ангельским видом, спрятав свои латунные зажигалки глубоко в карманы и поджав губки:

- Да, дядечка... Он у нас такой хороший, отличник, стихи пишет. Вы же не изверги, правда?

Майор за стеклом покраснел, как варёный рак, под суровым взглядом инспекторши.

- Петров! - строго рявкнула Светлана Михайловна на дежурного. - Ты совсем сдурел?! Ребёнка без присмотра оставил, пока брата за бульон держишь?! Быстро приведи Васильева!

Через две минуты из коридора вывели опешившего Пальто. Он держал в руках свою слегка помятую банку с бульоном и не верил собственным глазам: его пришли спасать Регина, Саша, Марат, фингалистый Турбо и шестилетняя Юля!

- Юлька!.. - ахнул Пальто.

- Андрюша! - пискнула Юля и бросилась ему на шею.

Инспекторша строго посмотрела на майора, выписала Пальто пропуск и отпустила его на все четыре стороны, извинившись за «недоразумение патруля».

----------

Выйдя из тяжёлых дверей районного отдела милиции на морозную улицу, мы все синхронно перевели дух. Вечерний казанский мороз приятным холодом обжёг горевшие от душной дежурки щёки. На улице уже зажглись жёлтые фонари, а над крышами хрущёвок медленно падал крупный, пушистый снег.

Пальто бережно прижимал к груди свою спасённую баночку с куриным бульоном для мамы и не переставал сиять, оглядываясь на нас:

- Пацаны... Девчонки... Я до сих пор не верю! Светлана Михайловна меня же отпустить не хотела, а Юлька как зарыдала - у дежурного аж фуражка перекосилась!

- А ты думал! - хмыкнула Саша, застёгивая кожанку и поправляя свой алый пионерский галстук. - Ростовская школа артистов!Мы с Ринкой ещё в дежурке глазки построили, а Юлька трагедию отыграла - прямо хоть в МХАТ зачисляй!

Маленькая Юля, шагавшая рядом, весело везла своего плюшевого зайца на саночках. Но глубокий снег на тротуаре быстро вымотал шестилетнюю девчонку - сапожки начали вязнуть в сугробах, и Юля затормозила, с тоской глядя на свой дом в конце улицы.

- Всё... - вздохнула Юля, шмыгая носом. - Ножки устали. Заец тоже устал...

Турбо, шедший рядом со мной и дерзко сунувший руки в карманы куртки, остановился. Со своим фиолетовым фингалом под левым глазом - подарком от Сашиного футбола - он всё ещё выглядел суровым уличным авторитетом с «Универсама». Но, посмотрев на скрючившуюся в сугробе девчонку, Валера неожиданно тяжело вздохнул, качнул кудрявой головой и подошёл к Юле.

- Так, скорлупа, отставить сырость, - пробасил Турбо, опустившись на одно колено прямо в мокрый снег. - Залезай давай. А то до завтра тут барахтаться будем.

Юля от удивления распахнула свои огромные синие глаза, а потом с радостным писком бросила санки Пальто, подбежала к Турбо сзади и обхватила его за шею своими ручонками.

Турбо с лёгкостью, будто Юля ничего не весила, подхватил её, поднял и усадил себе прямо на широкие плечи! Юля крепко вцепилась сапожками в его олимпийку, а пальчиками - прямо в его густые кудрявые волосы.

- Ого-о-о! - зажала от восторга Юля на всю улицу. - Дядя Валера! Ты огромный! Я отсюда всю Казань вижу! И фонари, и даже крышу ДК!

Марат с Сашей, шагавшие чуть позади, от этой картины едва не повалились в сугроб от хохота.

- Еба-а-ать! - заржал Марат, тыча пальцем в Турбо. - Пацаны на «Универсаме» увидят - не поверят! Наш грозный Валера теперь подрабатывает каруселью для сестры скорлупы!

- Смотри, Суворов, а то я тебя сейчас сам вместо санок за собой на верёвочке побежать заставлю! - шутливо огрызнулся Турбо, морщась, когда Юля случайно дёрнула его за кудряшку.

- Дядя Валера, не рычи! - строгим голосом приказала Юля сверху, крепко держась за его голову, как за конские вожжи.

Саша на заднем плане сделала рука-лицо и буквально согнулась от бесшумного хохота:

- А-ха-ха! Капец, кудрявый, у тебя теперь новый командир образовался! Воинственная девка!

Турбо осторожно придерживал Юлю за тёплые валенки своими огромными, сбитыми в кровь ладонями, чтобы она не дай бог не соскользнула на скользком тротуаре. В его движениях было столько скрытой, нежной и бережной заботы, что у меня внутри всё сжалось от трепета.

Я подошла чуть ближе к Турбо, слегка прижавшись плечом к его рукаву на ходу.

- Тебе идёт, Валера... - с тёплой, счастливой улыбкой шепнула я ему, разглядывая его профиль в свете фонарей. - Настоящий папаша.

Турбо от моих слов моментально густо покраснел, смущённо кашлянул и отвёл свой здоровый глаз в сторону сугроба:

- Да ну тебя, Ринка... Сказала тоже. Просто мелкая утонет сейчас в этих сугробах, вот и тащу. Пальто-то с банкой своей возится.

- Зато у тебя глаз синий, а сердце золотое, - ласково прошептала я, аккуратно взяв его за свободную руку и сжав его горячие пальцы.

Турбо переплёл свои пальцы с моими и впервые за весь вечер тихо, открыто и бесконечно тепло улыбнулся.

Юля сверху разглядывала синяк на его лице, аккуратно трогала пальчиком распухшую щёку Валеры и деловито рассуждала:

- Дядя Валера, а синяк у тебя красивый. Фиолетовый, как слива!Я тебе на днюху тёти Регины такой же красивый синий карандаш подарю!

- Спасибо, мелкая, - улыбнулся Турбо. - Ограничимся одним. У меня и так с футбола второй день в глазах двоится.

Мы шли по вечерней, занесённой снегом Казани. Пальто весело тащил санки, Марат с Сашей перебрасывались снежками и тихо шептались, прижимаясь друг к другу, а Турбо нёс на плечах Юлю, крепко держа меня за руку.

В этот морозный вечер мы выглядели не просто уличными пацанами и девчонками из разных городов. Мы были одной настоящей, большой и нерушимой семьёй.

Ближе к вечеру, когда все разошлись по домам, мы с Турбо сидели у меня на кухне. Юля на прощание подарила Турбо свой рисунок - там был нарисован Валера с огненными кудрями и синяком, а рядом - Регина в короне.

- А теперь про главное, красавица, - сказал Турбо, пододвигаясь ко мне и бережно беря меня за руку. - Твой день рождения. 27 марта.

- До него ещё почти три дня, Валера, - улыбнулась я.

- Время быстро пролетит, - серьёзно ответил Турбо, и в его глазах горела настоящая, взрослая нежность. - Мы с Вахидом и пацанами хотим устроить тебе настоящий праздник. Не просто посиделки в качалке с чаем. Барон тоже обещал приехать. Ты только скажи, чего ты реально хочешь?

Я посмотрела на него - на его сбитые костяшки, на фингал от мяча, на то, как бережно он сжимал мою ладонь.

- Я хочу, Валера... - тихо ответила я, уткнувшись носом в его плечо, - чтобы в этот день мы все были вместе. Ты, я, Вахид, Саша и Марат. Чтобы никто ни с кем не дрался и никто никого не заставлял. Свободно и по-настоящему.

- Будет сделано, принцесса, - шепнул Турбо, целуя меня в кудри. - Обещаю.

А поздно вечером, когда я сидела у себя в комнате, с улицы раздался тихий глухой звук - три снежка ударились в моё стекло.

Я выглянула в окно и улыбнулась: внизу, на морозном сугробе, стоял Марат и тихо, задорно свистел мотив песни «Седая ночь», а рядом с ним, обнимая его за плечи, стояла Саша в его пионерском галстуке. Они махали мне руками, счастливые, свободные и совершенно не боявшиеся никаких запретов Адидаса.

Подготовка к 27 марта началась...