Заставь меня вспомнить.

Парадеев не поворачивая головы и не отрывая взгляда от доски, выдохнул воздух через нос в виде усмешки и еле заметно поднял уголки своих губ. Ожидаемый ответ.       

Так же благополучно проспав следующий урок, Деревяшкин с остальными отправился на первый этаж — следом шла физ-ра. Саша, как самый правильный из этой четверки, переодел свои классические брюки на шорты, а рубашку на футболку.

Илья и Саня уже пришли в спортивках, а Лёша, как обычно, забил хуй на форму и остался в джинсах и толстовке. Перешли из раздевалки в зал, и Кореш громко плюхнулся на скамейку, облокотившись на стену, пока те трое общались между собой. Сон наваливался, как бетон.

— Эй, — шёпот. Лёгкий пинок в колено. Он открыл один глаз. Саня.

— Вставай. Физрук пришел.

Лёша нехотя поднялся. Учитель отмечал фамилии, и всё вроде бы шло обычно, пока Саша не спросил, тихо, будто между делом: — Как мама?

— Не твое собачье дело, — процедил Лёша сквозь зубы, глядя в сторону.

— Успокойся, я просто...

— Просто отъебись.

И побежал, когда все рванули круги по залу. Парадеев догнал его на третьем круге — дышал ровно, будто не бежал, а шёл прогулочным шагом. Лёха, наоборот, рывками хватал воздух, частое курение всё-таки сказывалось на здоровье.

— Мне кажется, что ты щас в обморок рухнешь. Может домой пойдешь?

Кореш закатил глаза и фыркнул.

— Блять, че тебе от меня надо, Парадеев? Думаешь, если вчера один разок прискакал и помог мне, то это значит, что мы с тобой друзья что ли? — сбавил скорость и темп, что следом сделал и светловолосый.

— Спустись с небес на землю и пойми: ты бесишь меня. Даже больше скажу — я тебя терпеть не могу. Вдолби это себе в голову и отвали уже от меня нахуй.       

Блондин встал на месте, смотря в след убегающему силуэту. Через несколько секунд заметил грозный взгляд физрука и двинулся с места, продолжая держать дистанцию от Лёши. Вскоре после одного волейбольного матча между командами класса, прозвенел звонок.

Конечно, команда с Парадеевым одержала победу, что лишь подтверждало его репутацию среди новых одноклассников идеального и вылизанного с картинки парня, а у Деревяшкина с этого всего только сильнее подгорает.

Шатен слишком перетрудился на этой игре, направляется в раздевалку, тяжело дышит и потирает мокрый лоб кистью, в след за ним плелась его троица.

В раздевалке стоял запах пота и дешёвого дезика, гул голосов перекрывал собственные мысли. Лёша, опершись рукой о шкафчик, глубоко втянул воздух, будто пытался выдохом вытолкнуть из себя усталость. В ушах всё сильнее звенело, мир плыл, будто кто-то подкрутил контраст и размывал края предметов. Он выпрямился, моргнул пару раз и прислонил руку к лицу, выдыхая воздух через рот. Пустота в желудке и недосып явно давали о себе знать.

— Эй, — голос Парадеева прорезал гул, тихий, но отчётливый.

Деревяшкин не отреагировал сразу, только сжал пальцы в кулак, чтобы хоть как-то вернуть себе контроль над телом.

— Лёш, ты норм?.. — ближе теперь, совсем рядом, и рука ложится ему на плечо.

— С чего ты взял, что мне не норм? — хрипло выдохнул, не поднимая головы.

— Ну, например, с того, что у тебя кровь из носа хлыщет, гений, — спокойно ответил Саша, чуть прищурившись.

Лёха моргнул, не сразу понимая, о чём речь, а потом ощутил — тёплая влага под носом, металлический привкус во рту. Провёл тыльной стороной ладони по лицу — на руке багровые следы.

— Заебись, — тихо буркнул он, отворачиваясь к шкафчику и вытирая рукавом капли, будто ничего не произошло.

— Стой, не трогай, — блондин уже достал из кармана бумажные салфетки.

— Дай, я...

— Не трогай меня, блять, — резко отдёрнул плечо, но Саша не сдвинулся.

— Расслабься уже, я же не собираюсь тебе нос вправлять, — спокойно сказал он, протягивая салфетку.

— Просто вытри нормально, пока всю футболку не залил.

На секунду их взгляды соприкоснулись, и Лёша всё же взял салфетку, вытер кровь, после выкинул в урну, тяжело выдохнул.

— Я не понимаю, как ты можешь монтировать столько часов подряд, что даже твой организм в ахуе, — говорил Саня, наблюдая за тем, как Лёха накидывает верхнюю одежду.

— Просто делаю. Деньги нужны. Всё, не иди за мной, покеда, — протараторил младший и, схватив рюкзак, направился к выходу, а после покинул двери школы. Решил всё-таки свинтить с двух последних уроков, нужно отоспаться и привести себя в норму, иначе реально до обморока не далеко.       

Алексей вышел из школы, накинув капюшон и сунув руки в карманы. Голова гудела, но не от боли, а от какой-то вязкой, тягучей усталости. Воздух был тяжёлый, влажный, промозглый, и шаги отдавались эхом в висках.      

Дома дверь открылась с привычным скрипом. В квартире стояла тишина, нарушаемая лишь тиканьем старых часов. Лёша скинул рюкзак в прихожей, прошёл в комнату и, не раздеваясь, рухнул на кровать. Пару секунд лежал, глядя в потолок, потом просто закрыл глаза. Сон настиг его мгновенно.

                               ***
Проснулся шатен от странного ощущения тепла и запаха. Пахло... едой. Настоящей, домашней. Запах обжаренного лука, приправ, звук шинкования свежей капусты.

Он вышел из комнаты. Из кухни доносился стук посуды и тихие звуки сериала из маленького телевизора, стоящего на холодильнике. Окна запотели, свет лампы делал всё тёплым, уютным — как когда-то раньше. Мама стояла у плиты в фартуке, волосы собраны в небрежный пучок, что-то помешивала в кастрюле.

— О, проснулась спящая принцесса, — сказала она, обернувшись, и на лице мелькнула улыбка.

— Садись, борщ почти готов.       

Лёша стоял в дверях, не веря глазам. Он даже не сразу понял, как оказался за столом. Смотрел, как она ловко режет зелень, ставит тарелки, наливает чай. Всё это казалось таким... неправильным в своей нормальности. Слишком спокойно. Слишком по-домашнему.

— Что, аж в шоке? — усмехнулась мать, заметив его взгляд.

— Да не... просто... — он пожал плечами.

— Забыл, как это бывает.

Она не ответила. Только тихо вздохнула и села напротив.                  

Разговаривали обо всём, о школе, о скором ремонте, о сериале, который играл на фоне, о чем угодно, лишь бы не о том, что было последние 3 недели ее запоя, о том, как ее сыну было тяжело, об отце, который сейчас, наверняка, у своей любовницы. Лёша ловил себя на мысли, что боится пошевелиться, чтобы не разрушить этот хрупкий момент.

В голове пролетала мысль, что всё это сон, что всё еще спит и вот-вот проснется. Он совсем не хотел портить этот вечер, не помнит какого это — просто ужинать в приятной обстановке со своей семьей, пускай даже и не полной. Но заговорить об этом нужно было.

— Мам, я нашёл одну клинику. Нормальную, с отзывами. Кодировка, они обещают — навсегда.

Она замерла. С ложкой в руке, с приподнятой бровью, с той самой гримасой, которую Деревяшкин ненавидел — смесь раздражения и обиды.

— Опять ты начинаешь.

— Мам, пожалуйста. Я не издеваюсь. Я просто хочу, чтобы... — голос дрогнул.

— Чтобы было как сейчас. Каждый день. Чтобы ты была такой.

— Лёш...

— Я денег заработал. Если не хватит — еще найду. Там врачи нормальные, — он уже не слышал себя, слова срывались, как с оборванного провода.

— Только, пожалуйста, не пей эту неделю, там перед этим нельзя... Мам... Неужели тебе самой нравится так жить?

Она молчала. Потом медленно поставила ложку, потерла лицо ладонью и выдохнула:

— Хорошо, Лёш. Пойдем в эту твою клинику.

— Серьёзно? — глаза округлились.

— Серьёзно.

Он встал, сделал шаг вперед и крепко обнял её.

— Спасибо, мам. Правда.       

Позже, уже в комнате, он включил ноутбук, открыл сайт клиники и оформил заявку на приём. Когда оператор перезвонил, Лёша говорил быстро, сбивчиво, но уверенно. Записал дату — следующая неделя. Всё. Осталось только продержаться.

Он закрыл крышку, и достал телефон, набирая своему лучшему другу Илье. Решил поделиться тем, какой сегодня был хороший вечер и похвастаться тем, что наконец-то получилось убедить маму записаться на кодировку. Рассказывает так радостно, а Илюша, как самый светлый человек на планете, был искренне рад за друга, ведь наблюдать за тем, как его близкий человек мучается было ужасно тяжело и больно.

Продолжая разговор схватил пачку сигарет со стола и вышел на балкон. Ночь была тихая, небо заволокло облаками, и внизу горели редкие фонари. Шатен достал сигарету, зажёг, затянулся и, как всегда, глянул в соседние окна.

Привычка.

Окно Парадеевых светилось мягким тёплым светом светильника. Кухня. Саша стоял у плиты, в спортивных штанах и белой футболке. Взял кружку, налил воды из чайника, закинул в рот какие-то таблетки и залпом высушил стакан. Отставил в сторону, оперся на стол руками и тело будто размякло моментально. Блондин рухнул на пол.

Лёша замер. Секунда. Другая. От неожиданности он роняет недокуренную сигарету вниз с шестого этажа. Он ждет несколько секунд — ждет, что увидит, как к парню в окне подойдет кто-то из его родных, но никого не видит. Блондин не встает.

— Алло?.. Лёх, ты че там завис? — послышался голос из телефона и Алексей моргает, вспоминая, что все еще держит телефон у уха.

— А... Щас, Илюх, я перезвоню, — не дожидаясь ответа сбрасывает звонок и судорожно тыкает по экрану, ищет в общем чате класса Сашин номер телефона, нажимает вызов. Лёха видит, как телефон Парадеева на столе загорается от входящего звонка, но остается не тронутым.
Второй звонок. Третий. Сердце колотится. Он стискивает зубы, ногти впиваются в ладонь. Чёрт.

Уже на 31 месте по #кореш, я очень рада, надеюсь вам нравится этот рассказ, сейчас выпущу ещё одну главу.