Нокс: Сделка

Гул турбин частного лайнера заполняет всё пространство вокруг, превращаясь в ровный, вибрирующий фон, который, кажется, проникает в самые кости.

Мы поднимаемся в ночное небо, оставляя светящуюся паутину Нью-Йорка далеко внизу, под плотным слоем облаков. Город с его грязными тайнами, приютами и сломанными дверями исчезает, сменяясь бесконечной чернотой за окном.

Я сижу в глубоком кожаном кресле бизнес-класса, бездумно глядя в круглое окно иллюминатора. В салоне царит полумрак, разбавляемый лишь мягкой синеватой подсветкой вдоль потолка и пола.

Интерьер самолета выглядит неприлично роскошно: отделка из темного лакированного дерева, мягкая кремовая кожа, дорогие шерстяные ковры. Всё это должно усыплять, дарить чувство покоя, но внутри меня всё натянуто, как струна. Я чувствую себя чужой в этой роскоши. Белое кашемировое пальто, которое Эвелин заставила меня надеть, кажется мне слишком тяжелым, почти как доспехи.

Напротив меня, через проход, сидит Эвелин. Она закрыла глаза и, кажется, спит, слегка откинув голову на мягкий подголовник. Её безупречное лицо в полумраке кажется высеченным из мрамора. Я смотрю на неё и гадаю: каково это - расти в тени такого человека, как Дэмиен?

Каково это - знать, что твой брат убил всех остальных родственников, чтобы ты могла спать спокойно?

А вот на соседнем ряду, чуть дальше вглубь салона, сидит Ашер, и всё то время, что мы находимся в воздухе, я физически ощущаю его взгляд на себе. Он не пытается скрыть своего отношения.

Он сидит, развалившись в кресле, вертит в руках незажженную сигарету и смотрит на меня сквозь полумрак с холодным, немигающим отвращением.

Каждый раз, когда я случайно перевожу взгляд в его сторону, его губы кривятся в презрительной усмешке. Для него я - мусор.

Гнилая деталь в его идеально отлаженном механизме. Я вижу, как он сжимает челюсти, глядя на меня, и понимаю: он ждет момента, когда я ошибусь.

И он сделает всё, чтобы я ошиблась.
Мне становится не по себе под этим тяжелым, ненавидящим взглядом. В горле пересыхает, а мысли начинают путаться.

Мне нужно поговорить с Дэмиеном. Прямо сейчас. Мне нужно понять, что нас ждет в Швейцарии, какие правила игры я должна соблюдать и как мне вести себя рядом с Ашером, который, кажется, готов придушить меня при первой же возможности.

И вообще, почему он выбрал меня? Три миллиона на моем счету - это прекрасно, но я хочу дожить до момента, когда смогу их потратить.

Я аккуратно отстегиваю ремень безопасности. Щелчок кажется мне слишком громким в этой тишине салона. Эвелин даже не шевелится, продолжая ровно дышать.

Ашер лишь слегка прищуривается, провожая меня взглядом, когда я поднимаюсь со своего места. Я игнорирую его, расправляю подол своего платья и направляюсь в хвостовую часть самолета.

Там, за тяжелой деревянной перегородкой, находится личная зона Дэмиена - его мобильный офис и спальня. Я иду по мягкому ковру коридора, чувствуя легкую вибрацию под ногами.

Мои пальцы слегка дрожат. Я хочу получить ответы на свои вопросы. Хочу заставить его говорить честно. Без этих его загадок и властных взглядов.

Подхожу к массивной деревянной двери в конце коридора. На ней нет никаких табличек, но я знаю, что он там. Я глубоко вдыхаю, собираясь с духом. Моя привычка не стучаться и действовать напролом, выработанная годами упрямого выживания в детском доме, снова берет верх над здравым смыслом.

В приюте стук означал страх. Я не хочу показывать ему свой страх. Я просто толкаю дверь.
Дверь бесшумно открывается, являя мне интерьер его личного кабинета. Здесь горит мягкий, приглушенный желтый свет. В воздухе стоит густой аромат его парфюма - кедр, горький табак - смешанный с запахом дорогой кожи.

Но то, что я вижу в следующую секунду, заставляет меня мгновенно застыть на пороге, а мое сердце - пропустить тяжелый, болезненный удар.
Дэмиен сидит на широком кожаном диване у противоположной стены.

Его пиджак и жилетка небрежно брошены на кресло рядом, верхние пуговицы белоснежной рубашки расстегнуты, а галстук ослаблен. Его лицо абсолютно спокойно, даже немного скучающе, голова откинута на спинку дивана.

Но на полу, прямо между его раздвинутых ног, стоит на коленях молодая, невероятно красивая стюардесса. Её светлые волосы слегка растрепаны, а голова совершает мерные, недвусмысленные движения вперед и назад. Брюки Дэмиена расстегнуты и спущены, и вся сцена выглядит настолько извращенной, шокирующей и порочной, что у меня мгновенно перехватывает дыхание. Она заглатывает его, полностью погруженная в процесс, а он смотрит куда-то в потолок, словно это не более чем обычная проверка документов.

Мои глаза расширяются от ужаса и стыда. Кровь мгновенно приливает к лицу, обжигая щеки и уши пунцовым румянцем. Я чувствую, как земля уходит из-под ног.

Я резко, со всей силы отворачиваюсь спиной к комнате, зажмуривая глаза и прижимая ладонь к лицу.
- Фу! - практически вскрикиваю я на весь коридор, чувствуя, как внутри всё переворачивается от шока. - Вас что, совсем не учили закрывать дверь?! Это просто отвратительно! Какого черта?!
Мой голос звенит от возмущения, стыда и злости.

Я стою, уставившись в стену коридора, и мне хочется провалиться сквозь пол этого самолета прямо в океан под нами. Перед глазами до сих пор стоит эта картинка. Боже, я же знала, кто он такой, но увидеть это вживую...
В комнате позади меня раздается шуршание одежды, тихий, испуганный вздох девушки и... низкий, абсолютно спокойный смешок Дэмиена. Этот смех звучит так расслабленно, будто я прервала его за чтением газеты, а не за этим.

- А тебя не учили стучаться, Виэль? - раздается его ледяной, ироничный голос из-за моей спины. - Вдруг мне сосут?

От его наглых, прямых слов мои щеки вспыхивают еще сильнее. Я чувствую себя полной дурой. Как он может говорить об этом так спокойно?

- Пошел ты! - цежу я сквозь зубы, не оборачиваясь. Руки трясутся от возмущения. - Закройся сначала, прежде чем такие вещи говорить! Имейте хоть каплю приличия!

Позади снова шуршит одежда. Через секунду мимо меня, буквально вжимаясь в стену коридора, быстро пробегает та самая стюардесса. Её лицо горит пунцовым цветом, она судорожно поправляет растрепанную юбку и воротничок блузки, стараясь не смотреть в мою сторону. Она мгновенно исчезает в коридоре, стремясь скрыться с моих глаз.

- Можешь поворачиваться, - спокойно произносит Дэмиен.
Я медленно, очень осторожно оборачиваюсь, готовая в любой момент снова отвернуться.

Дэмиен уже стоит посреди своей кабины. Он успел застегнуть брюки, но его белоснежная рубашка по-прежнему полностью расстегнута, открывая вид на его рельефный, сильный торс, широкую грудь и плоский живот. На его бледной коже виднеется несколько старых, тонких шрамов - следы того самого прошлого, о котором говорила Эвелин.

Его темные волосы слегка растрепаны, а в серых глазах горит тот самый азартный, насмешливый огонек. Он не выглядит смущенным. Ни на секунду. Он смотрит на меня с легкой, дьявольской ухмылкой на губах, даже не пытаясь запахнуть рубашку.

Он начинает медленно двигаться в мою сторону. Каждое его движение сквозит хищной уверенностью. Я чувствую, как его огромная фигура снова начинает давить на меня, заполняя собой всё пространство дверного проема. Я отступаю, пока не упираюсь спиной в холодную стену коридора.

- Отойдите, пожалуйста, - тихо, но твердо произношу я, упираясь взглядом в его расстегнутый воротник, стараясь не смотреть ниже. Мое сердце колотится в груди сошедшим с ума ритмом.
Дэмиен останавливается в паре сантиметров от меня. Он выше меня на целую голову, и от него исходит такой жар, что мне кажется, я сейчас задохнусь. Он кладет одну руку на стену рядом с моей головой, ограничивая мне пространство.

- Почему? - спрашивает он, и его низкий, бархатный голос вибрирует прямо у моей кожи, вызывая лавину мурашек по спине.

- Мне некомфортно, - я стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно, но в нем всё равно слышится легкая дрожь. - Мы договорились о деловом сотрудничестве, а не о... просмотре ваших интимных сцен.

- Почему тебе некомфортно, Виэль? - его серые глаза с пугающей интенсивностью впиваются в мои. Он наклоняется чуть ниже, его губы почти касаются моего уха. - Ты ведь сама вошла без стука. Ты хотела увидеть мой мир? Вот он. Без масок и фальшивых улыбок.

- Мне просто некомфортно, мистер Нокс, - я упрямо поднимаю подбородок, глядя ему прямо в глаза, несмотря на то, что мои щеки всё еще горят. - И я требую, чтобы вы соблюдали дистанцию.

- А мне кажется, - тихо, вкрадчиво произносит он, его взгляд опускается на мои губы, - тебе некомфортно потому, что я голый. Ты боишься смотреть на меня. Боишься признать, что это тебя заводит.

Его слова бьют точно в цель. Я чувствую, как по телу проходит разряд электричества. Я упираюсь ладонями в его твердую, обнаженную грудь - кожа под моими пальцами горячая, и я чувствую мерный стук его сердца. Я уверенно отталкиваю его назад.

- Мечтайте больше, - цежу я, стараясь звучать максимально дерзко. - Ваше тело меня совершенно не интересует. Как и ваши дешевые провокации. Оденьтесь нормально, если хотите, чтобы я воспринимала вас всерьез. Я пришла поговорить по делу, а не участвовать в ваших играх.

Дэмиен отступает на шаг, тихо усмехаясь. В его взгляде читается искреннее удовольствие от моей реакции. Ему явно нравится, что я не тушуюсь и продолжаю огрызаться даже в такой ситуации.

- Хорошо, Виэль, - спокойно отвечает он, поправляя рубашку. - Дай мне час. Я приведу себя в порядок, закончу работу с документами, и мы поговорим о том, что тебя так сильно интересует. Возвращайся в салон. И в следующий раз... всё же стучись. Мало ли, чем я буду занят.

- Отлично, - бросаю я, разворачиваюсь и быстрым шагом иду обратно по коридору, стараясь не бежать. Мои ноги кажутся ватными. Боже, Виэль, во что ты ввязалась?

Я возвращаюсь в свое кресло. Эвелин всё еще спит, а вот Ашер смотрит на меня так, будто знает, что именно я увидела. На его лице играет мерзкая, всезнающая ухмылка. Я отворачиваюсь к окну, пытаясь унять дрожь в руках.

* * *
Проходит ровно час. Время тянется невыносимо медленно. Я успеваю выпить стакан воды, бездумно перелистать какой-то глянцевый журнал и раз сто посмотреть на часы. Наконец, тяжелая дверь в конце коридора снова открывается.

Дэмиен выходит в салон. Теперь он выглядит безупречно. На нем черный костюм, рубашка застегнута на все пуговицы, галстук завязан ровным, строгим узлом. Он снова холодный, недосягаемый и властный. Никакого следа той расслабленности, что была час назад.

Он подходит к моему креслу и делает легкий кивок головы.
- Идем, Виэль. Время пришло.

Я молча поднимаюсь и иду вслед за ним. Когда мы заходим в его кабинет, дверь за нашей спиной бесшумно закрывается. В комнате горит ровный, деловой свет. На широком столе из темного дерева аккуратно разложены папки с документами, стоит открытый ноутбук и два бокала с водой.

- Итак, - произносит он, садясь в свое кресло и указывая мне на кожаный диван напротив. - О чем ты хотела поговорить, Виэль? Только давай без лишних эмоций. У нас мало времени до посадки.
Я сажусь, расправляя подол платья, и складываю руки на коленях.

- Я хочу знать правду, Дэмиен. Почему именно я? Вы перевели мне три миллиона долларов, пообещали еще три. Это огромные деньги за два дня притворства. Вы рискуете своей репутацией, беря на такой саммит девчонку из детского дома. Вы сказали, что у меня нет криминального прошлого, и это делает меня идеальным прикрытием. Но ведь это не вся правда, верно? Вы могли найти тысячи женщин без прошлого.

Дэмиен несколько секунд молчит, внимательно изучая мое лицо. Его взгляд скользит по моей чёлке, опускается к губам и снова возвращается к глазам.

- Ты права, - спокойно отвечает он. - Это не вся правда. Ситуация в Женеве гораздо сложнее. Этот саммит - не просто встреча. Это поле боя. Мои враги, особенно французский синдикат во главе с семьей Леблан, ищут любой повод, чтобы устранить меня. Они знают моих людей, моих союзников. Они просчитали каждый мой возможный шаг.

Он подается чуть вперед, его голос становится ниже.
- Но они не знают тебя. Твое появление рядом со мной разрушит их идеальную партию. Они будут пытаться понять, кто ты такая, чья ты дочь. Это заставит их совершать ошибки. И пока они будут заняты тобой... я сделаю свой ход. Ты - аномалия в их системе. И мне нужна именно твоя дерзость. Любая другая женщина на твоем месте начала бы вести себя как кукла. А ты... ты будешь кусаться. Им это понравится. И это их отвлечет.

- Значит, я для вас - просто приманка? Живой щит? - мой голос звучит горько.

- Приманка - да, - кивает Дэмиен. - Но не живой щит. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Твоя безопасность - это моя репутация. Если они смогут навредить тебе, это будет означать, что я слаб. А я не привык проигрывать. Ты будешь под моей защитой двадцать четыре часа в сутки. Буквально.

- А как же Ашер? - спрашиваю я, вспоминая его ненавидящий взгляд. - Он ненавидит меня. Он открыто угрожал мне смертью. Я не чувствую себя в безопасности, когда он рядом. Он ведь ваша правая рука. А если он решит, что я опасна для вас?

Выражение лица Дэмиена мгновенно становится жестким. Его серые глаза холодеют.

- Ашер - превосходный солдат, Виэль. Но он делает только то, что я ему приказываю. Я дал ему понять, что ты неприкосновенна. Если он сделает хотя бы один шаг против тебя... его жизнь закончится в ту же секунду. И он это прекрасно знает. Он предан мне, но он знает, где проходит черта. Тебе не нужно его бояться. Бояться нужно тех, кто будет улыбаться тебе в Женеве.

- Какие правила я должна соблюдать? Как мне вести себя на приемах? Я ведь не знаю этикета этого мира. Я боюсь выдать себя какой-нибудь мелочью.
Дэмиен слегка улыбается краешком губ.

- Тебе не нужно знать их этикет. Твое незнание и легкая дерзость - это часть твоего образа. Ты должна играть роль женщины, которая настолько уверена в своей власти надо мной, что ей плевать на чужие правила. Будь собой. Будь упрямой, дерзкой. Если тебе будут задавать вопросы - загадочно улыбайся. Дай им понять, что твое прошлое - это тайна, которую знаю только я. И главное... на людях мы должны выглядеть как любовники. Страстные, безумные.
Он поднимается и подходит к окну, глядя на темные облака.
- Ты должна будешь позволять мне обнимать тебя, держать за руку. Любая фальшь выдаст нас. Любой холодный взгляд в мою сторону будет воспринят как трещина в моей защите. Ты справишься с этим? Ты сможешь смотреть на меня так, будто я - центр твоей вселенной?

Я смотрю на его сильную фигуру и чувствую, как внутри меня разгорается азарт. Шесть миллионов. Свобода.

- Я справлюсь, Дэмиен. Я сыграю эту роль так, что твои враги поверят в каждую секунду нашего спектакля. Но помни: когда мы наедине... правила игры меняются. И твои трюки со стюардессами больше не должны повторяться в моем присутствии. Мне противно находиться в одном помещении с человеком, который так ведет себя за дверью.

Дэмиен поворачивается ко мне, и в его глазах вспыхивает искреннее уважение. Он тихо смеется.

- Договорились, Виэль. Отдыхай. Нас ждет долгая ночь. И очень жаркие дни в Швейцарии.
Я выхожу из кабинета, чувствуя, как страх окончательно уступает место безумной уверенности. Я больше не сирота из детского дома. Я - женщина, которая приняла вызов теневого короля Нью-Йорка. И я намерена дописать эту историю до конца.

Мы продолжаем наш полет. Я возвращаюсь в кресло и теперь смотрю на Ашера иначе. Он может ненавидеть меня сколько угодно, но он - лишь тень Дэмиена. А я... я становлюсь частью самой игры.

Эвелин просыпается и смотрит на меня внимательно.
- Поговорила с ним?

- Да.

- И как?

- Он опасный человек, Эвелин. Но я думаю, я начинаю понимать его правила. - Надеюсь, ты права, Виэль. В этом мире правила меняются быстрее, чем ты успеваешь их выучить.

Я закрываю глаза, пытаясь уснуть под мерный гул лайнера. Впереди Женева. Впереди мир, который я так хотела увидеть. И теперь я в самом его центре. Кровь, деньги и власть - вот три кита, на которых стоит этот мир.

И я собираюсь устоять на каждом из них.
Самолет начинает медленное снижение. В иллюминаторе появляются огни Швейцарии. Белые пики Альп в лунном свете выглядят как застывшие волны. Красиво и смертельно холодно. Прямо как Дэмиен Нокс.

Я поправляю свою чёлку-шторку и готовлюсь выйти из самолета. Игра по-настоящему начинается сейчас. Каждый мой шаг, каждое слово будут под микроскопом. И я не подведу. Не ради него. Ради себя и той свободы, которую он мне пообещал. Шесть миллионов долларов стоят того, чтобы притвориться влюбленной дурой на пару дней.

Главное - не забыть, что это всего лишь роль. Ведь влюбиться в такого человека - это верная смерть. А я слишком долго училась жить, чтобы так глупо закончить.

Дэмиен выходит из своей зоны, застегивая запонки на ходу. Он ловит мой взгляд и слегка подмигивает. Это так не вяжется с его образом, что я на секунду теряюсь.

- Готова, Виэль?

- Всегда готова, мистер Нокс
.
- Тогда на выход. Пора показать им, кого я привез из Нью-Йорка.

Мы выходим из самолета в холодный воздух Женевы. Нас ждут черные лимузины и охрана. И я делаю первый шаг по трапу, высоко подняв голову. Шоу начинается.