Нокс: Сделка

Шум переполненного зала мягко давит на уши, но я почти не слышу музыки. Мой взгляд упрямо возвращается к фигуре Дэмиена Нокса, который стоит в окружении нескольких мужчин в дорогих костюмах. Он выглядит так, будто полностью контролирует всё происходящее вокруг. Будто весь этот зал, люди и сам этот вечер принадлежат ему одному.
Я стою у края танцевальной площадки, крепко сжимая в руках бокал с холодным напитком. Прохладный воздух балкона всё ещё мысленно ощущается на моей коже, контрастируя с удушливым теплом помещения, пропитанным ароматами селективного табака, дорогих духов и шампанского. Мои пальцы слегка подёргиваются, когда я вспоминаю ощущение его сильной ладони, закрывающей мне рот, и этот низкий, бархатный голос, шептавший мне на ухо предупреждение.
- Ты всё ещё смотришь на него, Виэль, - раздаётся тихий, спокойный голос Эвелин совсем рядом.
Я вздрагиваю от неожиданности и резко поворачиваю голову. Она стоит, слегка прислонившись спиной к мраморной колонне, и держит в руках бокал с шампанским. Кружево её изысканной маски слегка колышется от ровного дыхания. На её лице играет вежливая, светская улыбка, предназначенная для проходящих мимо гостей, но её тёмные глаза смотрят на меня с глубоким, проницательным прищуром.
- Я просто... пытаюсь прийти в себя, - честно отвечаю я, поправляя маску на лице и стараясь унять бешеное сердцебиение. - На балконе он вёл себя странно. Очень странно. Он знал, что у меня нет приглашения. Знал моё имя, хотя я ему его не говорила. Но почему-то не выдал меня своей охране.
Эвелин делает небольшой глоток и плавно качает головой. Её плечи едва заметно напрягаются под шёлком тёмно-синего платья.
- Дэмиен Нокс никогда ничего не делает просто так, девочка, - тихо произносит она, делая шаг ближе ко мне, чтобы наш разговор не услышали стоящие неподалёку гости. - Расскажи мне, что именно произошло там, за стеклянными дверями? Я видела, как он вышел следом за тобой, и мне это очень не понравилось.
Я опускаю взгляд на свои руки, чувствуя, как ладони становятся влажными от волнения.
- Он подошёл со спины, - шепчу я, боясь говорить громче под мерные звуки классического оркестра. - Закрыл мне рот рукой, чтобы я не закричала. А потом... потом он назвал меня по имени. Он сказал, что в его доме нет ничего, что могло бы укрыться от его внимания. Сказал, что знал о моем присутствии еще в тот момент, когда я только вышла из такси у ворот.
- И он просто... отпустил тебя после этого? - Эвелин застывает на месте. Её бокал на секунду замирает в воздухе, а взгляд становится невероятно острым и напряжённым. Она быстро оглядывается по сторонам, проверяя расположение охраны, и наклоняется к моему уху: - Он не вызвал начальника безопасности? Не приказал вышвырнуть тебя на улицу?
- Нет, - качаю я головой, чувствуя, как к горлу подступает ком. - Он просто разговаривал со мной. Сказал, что ему любопытно посмотреть, насколько далеко зайдёт моя дерзость, прежде чем я испугаюсь и сбегу. А ещё... он посоветовал мне уйти до того, как я узнаю слишком много. Сказал, что если я останусь, то мне придётся принять последствия своего любопытства.
Эвелин издаёт короткий, нервный смешок, в котором нет ни капли веселья. Она качает головой, переводя взгляд на кружащиеся в танце пары.
- О, Дэмиен умеет вести свои игры, Виэль. То, что ты принимаешь за милость или спокойствие - на самом деле лишь расчёт хищника. Твоё детдомовское упрямство, твоя гордость и этот непуганый, любопытный взгляд для него - как редкая, забавная игрушка. Он хочет посмотреть, как долго ты сможешь держать лицо, прежде чем сломаешься под его давлением. Ему скучно среди льстецов, которые боятся каждого его вздоха. Ты для него - развлечение на один вечер. Но это развлечение смертельно опасно.

- Вы говорите о нём так, будто он чудовище, - я снова бросаю быстрый взгляд в сторону Дэмиена, который сейчас коротко кидает какому-то солидному мужчине. - Но в его словах на балконе не было злости. Только... предупреждение. Он словно пытался уберечь меня от чего-то.
- Он хуже, чем чудовище, Виэль. Он - кукловод, - Эвелин поворачивается к залу, её голос становится холодным и безэмоциональным. - Он не станет кричать или открыто угрожать. Он просто заберёт у тебя всё, что тебе дорого, если ты перейдёшь ему дорогу или станешь помехой. Посмотри на этих людей в зале. Что ты видишь?
Я послушно обвожу взглядом роскошное помещение, в котором хрусталь люстр отражается в полированном мраморе пола.
- Красивые платья. Дорогие костюмы. Золотые люстры, музыка, улыбки... Всё выглядит безупречно, как в моих книгах.
- Это только фасад, - тихо шепчет она, и в её голосе сквозит глубокая горечь. - Посмотри на того седовласого мужчину у восточной галереи, который вежливо улыбается молодой девушке и держит её за руку. Это Томас Варгас. Официально - крупный инвестор и меценат. Неофициально - человек, который контролирует всю контрабанду оружия и наркотиков по Восточному побережью. А теперь посмотри на ту женщину в изумрудном платье чуть левее... Её муж погиб ровно три дня назад в странной автокатастрофе. И абсолютно все в этом зале знают, что заказчиком убийства был её нынешний спутник, который сейчас так нежно обнимает её за талию и наливает ей шампанское. Они улыбаются друг другу и делают вид, что счастливы, потому что такова цена их выживания в этом мире. Здесь нет места слабости, Виэль.
От её слов по моей коже пробегает настоящий, ледяной холодок. Я смотрю на улыбающиеся лица гостей, и теперь эти маски кажутся мне жуткими, фальшивыми гримасами, скрывающими уродливую, сочащуюся кровью реальность. Мои романтические представления о благородных бандитах из романов стремительно рушатся, сгорая дотла под этим безжалостным светом хрустальных люстр.
- И Дэмиен Нокс управляет всем этим? - тихо спрашиваю я, чувствуя, как во рту пересыхает.
- Он король этого безумия, Виэль. Он стоит на вершине этой пирамиды из костей, предательств и лжи. И если ты решишь остаться здесь, если продолжишь играть в своё глупое любопытство... ты рискуешь стать очередной фигурой на его шахматной доске, которую он сбросит при первом же удобном случае. Уходи. Забирай свои вещи и беги из этого особняка, пока он даёт тебе такую возможность.
Я открываю рот, собираясь ответить ей, возразить или сказать, что я не боюсь, но слова мгновенно застревают в моем горле.

Воздух в зале внезапно меняется. Это происходит почти неуловимо, на уровне первобытных инстинктов, но я успеваю заметить эту перемену. Музыка оркестра всё ещё играет, пары продолжают кружиться в танце, но несколько суровых мужчин в чёрных костюмах у стен вдруг синхронно прижимают ладони к ушам. Их позы мгновенно теряют расслабленность, превращаясь в натянутые, готовые к прыжку пружины. Их взгляды резко устремляются к окнам и входам.
Эвелин тоже замечает это движение. Её бокал замирает у самых губ, а лицо под маской бледнеет.
- Что-то не так, - тихо произносит она, и в её голосе впервые проскальзывают нотки настоящей, неподдельной паники. - Слишком резкое движение охраны на флангах. Это не плановая проверка...
Не успеваю я спросить, что происходит, как огромная хрустальная люстра над центром зала внезапно гаснет, с тихим, зловещим треском погружая всё пространство в абсолютную, удушающую темноту.

В зале на секунду повисает звенящая, мёртвая тишина. Люди замирают в тех же позах, в которых их застал мрак. И в этой тишине раздаётся оглушительный, раскатистый звук выстрела, от которого у меня мгновенно закладывает уши.
Сухой, хлёсткий хлопок автоматического оружия раскалол темноту. А затем начинается настоящий, неуправляемый ад.

Сверху раздаётся дикий, оглушительный звон разбивающегося стекла - кто-то снаружи расстреливает панорамный стеклянный купол крыши. Тяжёлые, острые осколки градом сыплются на головы паникующих гостей, смешиваясь с криками ужаса. Люди орут, женщины визжат, пытаясь вслепую нащупать дорогу к выходу в кромешной тьме. Тяжёлые столы с хрустальной посудой и едой с грохотом опрокидываются, мраморный пол мгновенно заливает алкоголем и кровью.
- Виэль, на пол! Быстро! - кричит Эвелин, резко хватая меня за плечо и увлекая за собой вниз, к холодному мрамору.

Мы практически падаем на пол за массивной каменной колонной, которая укрывает нас от летящих осколков и пуль. В ту же секунду темноту зала начинают разрезать частые, слепящие вспышки выстрелов со всех сторон.

Автоматные очереди грохочут без остановки, превращая роскошный благотворительный вечер в настоящую зону боевых действий. Звуки выстрелов сливаются в один сплошной, сводящий с ума гул.

Я прижимаюсь лицом к холодному мраморному полу, закрывая голову руками и зажмуривая глаза. Сердце колотится в груди так сильно, что мне кажется, оно вот-вот разорвёт рёбра. Мой разум отказывается верить в происходящее. Книги не готовили меня к этому. В В романах перестрелки всегда выглядят красиво, быстро и захватывающе.

В реальности же это оглушительный, первобытный ужас, пахнущий едким пороховым дымом, гарью, паникой и железом.
Совсем рядом, буквально в нескольких метрах от нашей колонны, раздаётся глухой удар - кто-то тяжело падает на пол, и я чувствую, как по мрамору начинает медленно расползаться тёмная, тёплая жидкость, задевая подол моего чёрного платья.

- Держись за меня! - кричит сквозь этот грохот Эвелин, её голос срывается от напряжения. - Нам нужно пробираться к боковому выходу через восточную галерею! Охрана Дэмиена сейчас начнёт зачистку, здесь живого места не останется!

Вспышка очередного выстрела на мгновение озаряет разгромленный зал, и в этом бледном, призрачном свете я вижу, как у центральной лестницы ведут ответный огонь люди Нокса. Они действуют слаженно, профессионально, двигаясь с пугающей чёткостью и методично устраняя нападающих, которые пытаются прорваться через разбитые окна.
И вдруг среди этого хаоса, вспышек порохового пламени и свиста пуль, я замечаю его.

Дэмиен Нокс стоит во весь рост у подножия лестницы. В его правой руке зажат тяжёлый чёрный пистолет, из дула которого то и дело вырывается огонь. Его маска соскользнула, открывая бледное, суровое лицо со смертоносным, абсолютно ледяным выражением глаз. Он не прячется, не пытается укрыться от летящего с потолка стекла. Он движется вперёд с пугающей уверенностью человека, который сам решает, кому жить, а кому умереть в этом доме. Каждый его выстрел находит свою цель с идеальной, хирургической точностью.

Он на мгновение поворачивает голову в сторону нашей колонны. Наши взгляды встречаются сквозь темноту и вспышки выстрелов всего на долю секунды.

В его глазах нет паники - только холодный, контролирующий расчёт. Он замечает меня, делает короткий, резкий жест рукой одному из своих бойцов, указывая в нашу сторону, и снова разворачивается к нападающим, хладнокровно нажимая на спусковой крючок.

- Виэль, двигайся! - Эвелин сильнее тянет меня за руку вдоль стены, заставляя ползти мимо опрокинутых стульев и острых осколков хрусталя.

Я собираю все свои силы в кулак, упрямо переставляя колени по скользкому, залитому жидкостью полу. Шёлк моего дорогого платья рвётся, колени нещадно режет битое стекло, но я не чувствую физической боли - только дикий, всепоглощающий адреналин и безумное желание выжить.
Мы вваливаемся в узкий, тёмный коридор восточной галереи за секунду до того, как в зале раздаётся мощный взрыв, и за нашими спинами рушится ещё одна огромная люстра, окончательно погружая особняк Black Crown в огонь и хаос.

Моя мечта о мире мафии только что обернулась настоящим кошмаром, из которого мне теперь нужно найти выход. И единственное, что я знаю точно - человек, который этот ад контролирует, теперь знает моё имя.