Сын Уизли

Августовский Север встретил их звонкой, чистой прохладой и ослепительным солнцем, играющим на синих волнах фьорда. Замок Дурмстранг оживал после летнего молчания: из бойниц вылетали почтовые совы, на тренировочных плацах инструкторы проверяли защитные инвентари, а в подземельях кипела подготовка к приему новых учеников.

Однако для Литии, Билла и Доминика этот учебный год начался совсем по-новому.

Они поселились в том самом уютном деревянном доме у хвойной опушки в трех милях от замка. Билл быстро наладил ежедневный ритм: с утра он отправлялся на службу в Скандинавское отделение Гринготтса через стационарный камин, а во второй половине дня возвращался домой, чтобы принять эстафету заботы о Доминике.

Первые недели совместного быта превратились в процесс взаимной, трепетной подстройки. Лития, привыкшая годами рассчитывать только на себя и держать под контролем каждую мелочь, училась отдавать часть бытовых забот Биллу.
Сначала это давалось с непривычки трудно.

- Билл, ты опять положил свитки с отчетами Попечителей рядом с ингредиентами для зелья от лихорадки! - строго замечала Лития, проходя по гостиной в своей директорской мантии.

Билл, стоявший у плиты и поджаривавший для Ника пышные оладьи с брусничным джемом, лишь добродушно ухмылялся, подхватывал ее за талию и слегка притягивал к себе:
- Госпожа директор, в моих рунических отчетах из Гринготтса магии не меньше, чем в твоих зельях. Расслабься. Оладьи почти готовы, а замок без тебя за эти десять минут точно не рухнет.

Лития вздыхала, но, глядя на его теплую улыбку и счастливого Ника, уминающего за обе щеки завтрак, невольно расслаблялась, прижимаясь затылком к его груди.

Доминик был в абсолютном восторге. Теперь каждое утро его провожал на детские факультативы в замок не просто строгий декан, а любящие мама и папа. Вечерами Билл учил сына первым правилам безопасного обращения с палочкой, показывая простые искровые чары, а Лития читала им вслух древние сказки у растопленного камина.

Впервые за много лет этот дом обрел свой истинный, нерушимый голос.

В самом замке перед Литией стояла важнейшая задача, которую нельзя было откладывать. Первого сентября школа открывала двери для студентов, а факультет Гаммель всё еще оставался без прямого руководителя.

Директорский кабинет Литии на верхней башне был завален пергаментами. Профессор Вексель сидела напротив, попивая крепкий травяной чай.
- Лития, ты не можешь разрываться между всей школой и Гаммелем, - настойчиво говорила пожилая волшебница. - Директор Дурмстранга должен мыслить масштабами всей Европы, особенно сейчас, когда Британию лихорадит от Волан-де-Морта. Гаммелю нужен декан с твердой рукой.

- Я знаю, коллега, - Лития перебирала личные дела преподавателей. - Я искала человека, который не просто сохранит традиции факультета, но и продолжит мою линию: сочетание железной дисциплины и уважения к ученикам. Без самодурства Каркарова.

Ее выбор пал на профессора Хенрика Вальдегара - старшего инструктора по боевой рунологии и защитным барьерам.

Вальдегар был магом средних лет, молчаливым суровым норвежцем с проницательным взглядом и выправкой бывшего аврора. Он отдал Дурмстрангу пятнадцать лет жизни, пользовался колоссальным авторитетом среди старшекурсников и, главное, искренне поддерживал реформы Литии по открытию закрытых секций библиотеки для практической защиты.

Встреча состоялась в Ритуальном Зале Монолита.
- Профессор Вальдегар, - Лития стояла у Сердца Дурмстранга. - Я предлагаю вам возглавить факультет Гаммель. Я передаю вам печать декана, но оставляю за собой право прямого контроля за уровнем подготовки выпускников.

Вальдегар серьезно посмотрел на молодую директорку, а затем преклонил колено, как требовал древний обычай школы:
- Для меня это великая честь, директор Фогель. Я даю клятву удерживать факультет в той чистой, непреклонной силе, которую вы в него вложили. Гаммель не подведет замок.

Когда 1 сентября в Большом Зале Лития официально объявила о назначении Вальдегара, факультет встретил своего нового декана сдержанными, но невероятно уважительными аплодисментами. Лития почувствовала, как с ее плеч спал огромный груз - замок обрел полную, законную структуру.

Осень набирала обороты. Лития, освободив время от деканских рутинных проверок, полностью сосредоточилась на реформировании всей системы безопасности Дурмстранга.

Понимая, что открытая война в Британии неизбежно затронет всю Европу, она открыла новое факультативное направление - Специальный курс экстремальной заградительной магии. На этот курс зачислялись лучшие студенты шестых и седьмых курсов.

Поскольку Виктор Крам уже успешно выпустился и играл за сборную Болгарии (оттуда регулярно приходили газеты с его триумфальными матчами), Лития назначила капитанами тренировочных групп новых лидеров факультетов.

Кроме того, Билл, работая в Скандинавском Гринготтсе, стал важнейшим связующим звеном между Дурмстрангом и Орденом Феникса.

Каждую неделю через защищенные банковские каналы в дом у хвойной опушки приходили секретные депеши. Билл и Лития проводили поздние вечера над картами Европы.

- Пожиратели Смерти начинают щупать границы Албании и Польши, - рассказывал Билл, наводя палочкой свечение на карту. - Люциус Малфой хоть и дискредитирован после Отдела Тайн, но сторонники Волан-де-Морта пытаются скупать теневые артефакты через континентальные аукционы.

- Мы перекрыли им доступ к дурмстранговским архивам, - чеканно ответила Лития. - Ни один темный фолиант не покинет стены замка. Если понадобится, я расширю радиус Купола Хранителя до береговой линии фьорда.

Билл посмотрел на нее с глубокой нежностью и восхищением. Он поднялся с кресла, подошел сзади и обнял её за плечи, уткнувшись носом в шею:
- Ты великолепный директор, Лити. Но не забывай иногда просто дышать.

- Я дышу, Билл, - тихо улыбнулась она, накрывая его ладони своими. - Потому что вы с Ником здесь.

В конце октября в дом Фогель-Уизли пришла огромная, шумно тикающая и слегка дымящаяся коробка прямо с Косого переулка - обещанный эксклюзивный VIP-набор от Фреда и Джорджа!

Магазин «Всевозможные волшебные вредилки» гремел на весь Лондон, и близнецы прислали Литии всё лучшее: от новейших «Удлинителей ушей» и «Защитных шляп» до мощных «Дымовух мгновенного действия», которые Лития сразу решила использовать на тренировках старшекурсников.

К коробке прилагалась записка:
«Самому крутому Директору Северного полушария!
Витрины стоят, полки трещат от товаров, магазин приносит золотые горы! Лити, ты - наш главный спонсор и ангел-хранитель. Посылаем Нику специальный набор безобидных искровых фейерверков, а Биллу - накладные уши, чтобы лучше слышал твои деканские указы!
С любовью и уважением,
Фред и Джордж.»

Вечер того дня выродился в настоящий семейный праздник. Доминик под присмотром отца запускал в саду разноцветные, безопасные искорки, которые вырисовывали в морозном воздухе фигуры сияющих львов и драконов. Лития сидела на крыльце в теплом плече, пила горячий сбитень и смотрела на двух главных мужчин в своей жизни.

Осень на Севере была холодной, а впереди волшебный мир ждали великие потрясения. Но внутри этой семьи, под надзорным светом Купола Дурмстранга и теплыми чарами деревянного дома, горел неопалимый огонь любви, верности и абсолютной защиты.