Ошибка

Свернулась в позу эмбриона, потому что так было проще переносить боль в животе. Помимо месячных, меня решила навестить и боль в верхней части желудка. Тело сотрясала дрожь от того, что я сейчас испытывала. Меня и тошнило, и хотелось в туалет.

Солнце светило в комнату. Наверное, гастрит... Пыталась найти позу, в которой станет хоть немного легче. Желудок резко сжало, будто кулаком, и меня вырвало прямо на пол.

Илай вошел в комнату и увидел меня плачущей — от боли, от бессилия. Оказался рядом, даже не взглянув на лужу на полу.

— Месячные? — прошептал, поглаживая по голове одной рукой; вторая легла на бок. Он смотрел с тревогой и заботой.

— И желудок... гастрит, наверное, — промямлила.

— Пять минут, и буду, — поцеловал в лоб, встал и быстро вышел.

Каждая тянулась, как минута. Боль то отступала, то накатывала снова — тупая, выматывающая, от которой хотелось выть.

Илай вернулся и вправду быстро. В руках у него были таблетки, бутылка воды, грелка и чистая тряпка.

— Вот, — присел рядом, помог приподняться и поднес к губам таблетки. — Это от спазмов. Тоби сказал, должно помочь. А это от тошноты.

Послушно проглотила, запивая водой. Илай вытер мне лицо влажной тряпкой, затем аккуратно убрал пол, не сказав ни слова упрека. Потом приложил грелку к моему животу.

— Ляг ко мне, — прошептала, хватая за руку.

Парень лег сзади, прижавшись всем телом, обнял так, что ладонь легла поверх грелки, и зарылся носом в волосы.

— Тихо, тихо, — шептал он, покачивая нас, как ребенка.

Закрыла глаза, пытаясь провалиться в сон, но нет. Мой эндометриоз и желудок решили не давать мне отдыха.

— Илай... — заскулила, чувствуя, как начинаю рыдать. — Сильно болит...

Мне повезло иметь такого парня, как Илай, который так беспокоится и, самое главное, которому не противен весь этот процесс. Он всегда знал, как проходят мои месячные, и в такие дни вообще не отлипал от меня. То принесет что-то, то массаж сделает, то накормит. Однажды даже мыл меня, когда я вся протекла.

— Сейчас, котенок, — прошептал, садясь на кровати.

— Только не уходи, — приподняла голову, чувствуя, как подступает тошнота. — Меня тошнит...

— Ты еще и протекла, — Илай взял салфетки и вытер пятно на своих штанах.

Я вспыхнула.

— Илай, боже, прости... — готова была провалиться сквозь землю. — Я не хотела...

— Это всего лишь кровь, Хелен. Я за последние недели столько ее повидал, что удивительно, как еще не начал рисовать ею картины.

Смотрела, как он стянул с себя испачканные штаны, подошел к портфелю и надел чистые. Потом достал из моего портфеля шорты, трусы, а из шкафа взял прокладки.

— Живот как? — повернул голову.

Мое лицо горело. Лишь пробормотала:

— Нормально, но верх желудка до сих пор сводит.

— Я донесу тебя до душевой.

***

Вошла в аудиторию, где держали Мэтта. Здесь было темно из-за досок, которыми заколотили окна. Тоби и несколько парней что-то писали в тетрадях и тихо переговаривались. Я решила не мазаться кровью — не потому что дура, а потому что в этом не было нужды. Мэтт был в наморднике, а его руки обтягивали кожаные перчатки. Так что даже если он нападет — я останусь человеком.

Мэтт стоял в дальнем углу, чуть покачиваясь. Услышав мои шаги, он повернул голову — медленно, как сова. Темно-алые глаза блеснули в полумраке.

— Не подходи слишком близко, — предупредил Тоби, не отрываясь от записей. — Он нервный.

— В каком смысле «нервный»?

— Раздражается из-за всего. Вот и пытаемся с ребятами выстроить цепочку раздражителей, — бормотал Тоби, записывая что-то в тетрадь.

— Уже примерно четвертый день, — заметил один из парней.

Я поправила волосы, убрав их с лица. Мэтт дернул носом и издал рык. Направился в мою сторону — именно пошел, а не побежал. Сердце забилось чаще. Помнила, как он стучал по стеклу и как пытался достать меня из машины.

Я стала отходить от него — все-таки было страшно.

— Ты его нервируешь, — заметил третий парень, указывая на то, как Мэтт начал двигаться резко и дергано, как раньше.

— Я что, виновата?! Я лишь хотела посмотреть!

— Нужно было мазаться кровью, — вздохнул Тоби.

— Мне лень потом мыться. Мне вообще-то интересно, что вы тут открываете и все такое! — остановилась и повернулась к Мэтту, который к тому времени запутался в партах.

Мэтт замер, уставившись на меня. Его пальцы в кожаных перчатках сжались в кулаки. Рыкнул и рванул в мою сторону. Я завизжала от испуга и зажмурилась. Это было как удар о невидимую стену — Мэтт словно натолкнулся на барьер и рухнул на пол, мотая головой.

— Господи, — вздохнул Тоби и встал. — Зачем так визжать, а? — подошел к Мэтту и опустился рядом на корточки.

— Я испугалась, ладно? — выдохнула, прижимая руку к колотящемуся сердцу. — Он же несся на меня!

— Он несся, потому что ты его спровоцировала, — Тоби взглянул на меня поверх очков, но без злости — скорее с усталым терпением. — Ты без маскировки, в темной комнате, делаешь резкие движения. А он и так на грани.

Мэтт лежал на полу, тяжело дыша, и мелко подрагивал. Его красные глаза были широко распахнуты, но он не пытался подняться. Только смотрел в потолок, будто перезагружаясь.

— Что я заметил, так это то, что когда вошла Хелена без маскировки, любой другой зомби сразу бы бросился.

— Этот из-за темноты, скорее всего, успокоился, — Тоби встал, хрустнув спиной.

— Да, но... Мэтт раздражен уже четвертый день. Он дергался на каждого. Ему не нравится, что на него смотрят.

— Не нравится, что смотрят? — выгнула бровь, поднимая голову. Это вообще как...

Тоби бросил на парня взгляд: мол, зачем ты все вываливаешь? Затем повернулся ко мне.

— Мы заметили, что его раздражает прямой взгляд. Поэтому сидим с опущенными головами.

— Он как-то развлекается? — прошептала.

— Чувствует, — пожал плечами Тоби.

— Чувствует... — нахмурилась, пытаясь уложить в голове все, что только что услышала. — А вы не разобрались, почему он вообще начал убивать своих же?

Тоби поправил очки и вздохнул.

— У нас есть теория, но она пока сырая. Когда Мэтт увидел тебя в машине — запертую, — он зафиксировался на тебе как на цели. Но другие зараженные тоже тебя заметили. И для него ты стала не просто целью, а... приоритетной целью. Понимаешь? Фиксация. Он убил их, потому что они встали между ним и объектом его охоты.

Поежилась. Мысль о том, что я стала «объектом охоты» для существа, которое не устает, не боится и умеет учиться, была отвратительной.

— Он преследует меня, — прошептала, глядя на лежащего Мэтта. Тот медленно повернул голову в мою сторону.

— Да, — тихо подтвердил Тоби. — Поэтому тебе лучше пока сюда не заходить. Особенно без маскировки.

Мэтт не сводил глаз. Даже в полумраке было видно, как раздуваются его ноздри, как сжимаются и разжимаются пальцы в перчатках. Он больше не выглядел потерянным. Он выглядел... терпеливым. Словно ждал, когда я снова сделаю ошибку.

— Мда...

— Хелена! — раздался голос Илая за дверью. — Я не буду заходить, я без маскировки. Пошли есть.

Хотела пойти, но оцепенела, когда Мэтт сорвался с места. Все отскочили, увидев, как зомби буквально впал в ярость и метнулся к двери, начиная бить ее с такой силой, что затряслись стены.

— Что за херня происходит, а? Успокойте своего зомби. Он действует мне на нервы! — рявкнул Илай за дверью. — Девушку мою отдайте!

Блять, я не могла подойти к двери, потому что прямо перед ней бесновался Мэтт. Железная дверь пока выдерживала удары, но от этого грохота и ярости становилось по-настоящему жутко.

— Тоби, сделай что-нибудь! — крикнула, вжимаясь спиной в дальнюю стену.

— Я пытаюсь! — Тоби схватил со стола тряпку, пропитанную кровью зараженных, и швырнул ее в противоположный от двери угол. Мэтт на мгновение замер, принюхался, но снова ударил по двери, еще сильнее.

— Он реагирует на голос Илая, — догадался один из парней. — Он его бесит!

— Хелена, ты цела?!

— Да! — отозвалась, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Просто отойди в конец коридора, тогда он успокоится!

— С какого хрена я должен уходить?! Он тебя там не сожрет?

— Илай, пожалуйста, отойди!

Несколько секунд снаружи было тихо. Затем послышались удаляющиеся шаги. Мэтт перестал бить дверь, тяжело дыша, и медленно попятился в угол, будто отброшенный невидимой волной.

Один из парней щелкнул языком, и Мэтт, немного помедлив, пошел к нему. Я встала и направилась к двери. Увидев, как Мэтт дергается в мою сторону, рванула и вылетела из аудитории, захлопнув дверь. Та тут же задрожала от ударов. Из-за нее доносились рычание и стоны.

— Закройте дверь!

— Минуту! Он снова взбесился! — отозвался Тоби.

С силой навалилась на дверь снаружи, упираясь ногами в пол. Изнутри слышались глухие удары, скрежет, а потом все стихло.

— Все? — выдохнула, не осмеливаясь отпустить ручку.

— Вроде успокоился, — донесся приглушенный голос Тоби. — Можешь отойти.

Медленно отступила от двери, не сводя с нее глаз. Из-за угла уже шагал Илай — злой, взъерошенный, с палкой наперевес.

— Если эта тварь еще раз так на тебя кинется, я лично вскрою ему череп, — прорычал, хватая за руку.

— Илай, все нормально. Я сама виновата — зашла без маскировки.

— Мне насрать. Он на тебя бросается, а ты находишь себе оправдания.

Быстрым шагом уводил меня по коридору. Я не спорила — силы кончились.

***

Парни собирались на вылазку, и, что удивительно, Роза решила поехать с ними. Я видела, как это напрягает Демьяна. Илай чмокнул меня в макушку.

— Что тебе взять?

— Персики в банке, — подняла голову.

— М-м... хорошо. Все?

— Да, — поджала губы.

— Я понял. Возьму еще что-нибудь, — улыбнулся.

Цокнула, но ничего не сказала. Между прочим, именно этого я и ждала — чтобы он так ответил. Роза тем временем обмазывалась кровью.

— Я в шоке... просто в шоке, — говорила Бьянка, обмазываясь следом. — Роза, ты правда поедешь с нами?

— Мне же нужно чему-то учиться в новом мире, — спокойно произнесла подруга, слегка поморщившись от запаха. — Если я буду все время сидеть взаперти, то одна потом ничего не смогу сделать.

— В твоих словах есть толк, — мрачно прошипел Демьян.

Сара — спасенная нами женщина с детьми — положила на стол листок со списком. Она была опытнее нас по возрасту и уже помогала грамотно организовывать вылазки — особенно по продуктам.

— Вот, — постучала пальцем по бумаге. — Тут все необходимое. Набирайте именно это. Если останется место — берите остальное, что захотите. Любая добыча пригодится... и особенно презервативы.

— Что? — Роза поперхнулась, уставившись на Сару.

— А что такого? — Сара невозмутимо пожала плечами. — Вы молодые, гормоны бурлят, а беременность в таких условиях — это не только чудо, но и огромный риск. Так что да, презервативы — это не роскошь, а стратегический запас.

— Она дело говорит, — усмехнулся Зак, закидывая рюкзак на плечо. — Я лично возьму пару упаковок. Ну, на случай конца света. Или его продолжения.

— Ты бы для начала девочку себе нашел, — фыркнула Бьянка.

— А я оптимист. Иду сразу за презервативами — значит, верю в будущее.

— Мамочка, а что такое презервативы? — спросил сын Сары, выглядывая из-за стола.

— Взрослая штука, — не моргнув глазом ответила. — Потом узнаешь. Лет через пятнадцать. И вот это все, — снова постучала по списку. — И помните: в продуктовом в первую очередь берите то, что не портится. Крупы, консервы, детское питание, сахар, соль. Мясо — только если есть морозилка с генератором. Ясно?

— Так точно, мам, — улыбнулся Зак и получил от Сары легкий подзатыльник.

Все засмеялись, и напряжение немного спало. Роза закатила глаза и подошла к хмурому Демьяну.

— Я буду аккуратна, — тихо сказала, касаясь его руки.

— Даже не отходи от меня, — ответил, переплетая их пальцы. — Ни на шаг.

— Ни на шаг.

Машины уже ждали у ворот. Стояла на ступенях главного входа и смотрела, как группа выезжает за территорию. Илай махнул мне на прощание, а Роза, забившаяся рядом с Демьяном, коротко улыбнулась сквозь окно.

Внутри все сжалось. Я ненавидела оставаться. Ненавидела это чувство бессилия, когда те, кого любишь, уезжают в неизвестность. Но и в этот раз понимала — так было нужно.

— Справятся, — раздался рядом голос Сары.

Я промолчала. Проводила взглядом последнюю машину и вернулась в здание. День предстоял долгий. И нужно было чем-то занять себя, чтобы не сойти с ума от ожидания.

Поднялась на крышу и закурила. Взгляд упал на винтовку, лежавшую рядом с пледом и термосом. Реми недавно объяснил мне, как с ней обращаться. Но сейчас я хотела просто посмотреть в оптику — изучить город.

Села на плед, взяла винтовку и поднесла к глазу.

Город выглядел таким же мертвым. Медленно водила винтовкой, разглядывая улицы. Первым делом осмотрела заправки — туда нужно будет доехать: генератор вроде работал на дизеле. Потом — свой район; туда тоже стоило наведаться. Навела оптику на вышки — блики резанули по глазам, проморгалась. Затем перевела взгляд на жилые дома и... отняла глаз от линзы, потом снова припала к ней.

В окне одного из домов, кварталах в трех-четырех отсюда, виднелась надпись: «Помогите!», а внутри двигались тени. Возможно, выжившие. А возможно, уже зомби. Нужно будет проверить.

Затянулась сигаретой и снова припала к оптике, изучая город. Вот бы узнать, откуда были те люди, что гнались за нами, где их база. Вот бы найти еще выживших.

Мысли цеплялись одна за другую. Где-то там, среди мертвых кварталов, могли оставаться люди. Возможно, они прячутся по подвалам, чердакам, офисам, считая каждый час. И если мы не найдем их первыми — их найдут те, кто охотился за нами на дороге.

Повела винтовкой дальше, на более пустынную местность, где дома стояли реже. И вдруг... Присмотрелась. Группа из пяти человек — молодые — бежала от толпы зомби. Застыла. Отбросила винтовку, вскочила и побежала вниз.

Слетела вниз и наткнулась на Кэша.

— Эй, ты чего такая бешеная?! — отшатнулся от меня.

— Там пять человек бегут! Быстро, поехали! Их надо спасти! — затормошила его.

— Хелена... погоди...

— Нет! Не отговаривай!

— Да стой ты! — Кэш схватил за плечи и слегка встряхнул. — Кто бежит? Где? Ты с крыши их видела?

— Да! В трех-четырех кварталах отсюда! Молодые ребята, человек пять, и за ними целая орда! Мы можем успеть!

Он на мгновение задумался, затем выругался.

— Черт. Ладно. Возьми оружие, а я заведу машину. И надень что-нибудь с кровью! Выезжаем через две минуты, не больше.

Кивнула и побежала в физику. Схватила свою палку, накинула уже пропитанную куртку, проверила рацию, обмазалась кровью. Сердце колотилось в горле, но действовала на автомате. Уже через пару минут мы с Кэшем выруливали за ворота, оставляя базу на попечение дежурных.

— Дорогу помнишь?

— Прямо два квартала, потом налево. Они бежали вдоль каких-то магазинов.

Машина неслась по пустым улицам. Я вглядывалась вперед, вцепившись в ручку двери.