...

У них не было даже целого дня.

Только это одно утро.

Рина смеялась. Такео строил замок. Тетя Мэри налила Лулье сок.

Потом крик разорвал небо.

«ПРИЗРАКИ! НА СЕВЕРНОМ ПОЛЕ! ПРИЗРАКИ!»

Чашка разбилась вдребезги. Лулье сорвала свой меч со стены.

«Тетя Мэри! В дом! Рик там!»

Тетя Мэри схватила детей. Прочь.

Лулье побежала. Туда.

Северное поле горело. И они были там.

Призраки.

Ростом с мужчин, плечи широкие как ворота амбара. Кожа черная как смола, матовая и жесткая, натянутая поверх мышц из камня. Лиц у них не было. Только гладкая черная масса, и в ней два отверстия, которые светились фиолетовым. Глаза. Фиолетовые глаза, горевшие голодом. Из пальцев росли черные когти, длинные как кинжалы, изогнутые, зазубренные. Когда они двигались, их суставы хрустели.

Один крестьянин лежал в грязи. Живот был распорот. Один из призраков стоял над ним на коленях, черная морда глубоко в плоти мужчины.

Лулье закричала. Не от страха. Чистая ярость.

Она была у первого призрака раньше, чем он поднял голову.

Ее клинок ударил его в плечо.

ТРЯСЬ.

Черная кожа лопнула как кожаный ремень. Под ней не было крови. Только чернота. Густая, маслянистая чернота. Призрак взревел.

Он развернулся. Черная лапа метнулась к ней. Лулье бросилась назад. Когти прошли мимо ее лица на волосок.

Она жестко упала на спину. Тварь была над ней. Она разинула пасть, разрыв полный игольчато-острых черных зубов.

Лулье всадила меч вверх. Обеими руками.

Клинок прошел через пасть, вышел сзади из затылка. Тварь дернулась.

Лулье ударила ногой. Ногой в грудь. Та отшатнулась. Она вырвала меч.

Тварь упала на колени. Фиолетовые глаза замерцали.

Потом она рассыпалась.

От кончиков рогов до когтей она растворилась. Кожа, мышцы, кости, все превратилось в мелкую черную пыль, которую унес ветер. Осталось только темное пятно.

«ОДИН МИНУС!», закричал кто-то. «УБЕЙТЕ ПРИЗРАКОВ!»

Один мертв. Еще один.

Вторая тварь схватила мельника. Держала его за горло в воздухе.

Лулье рванула. Прыгнула. Всем телом в спину призрака.

Он споткнулся. Выронил мельника.

Тварь повернулась к ней. Фиолетовые глаза впились в нее.

Тут подоспели бойцы.

Дурим впереди. Топор в руке. Десять мужчин и женщин за ним.

«ПРИЗРАКИ!», заорал Дурим. «В СТРОЙ!»

Его топор опустился.

ТРЯСЬ.

Он расколол черное предплечье твари. Ни крови. Только сухой треск. Тварь взревела.

Лулье использовала секунду. Ее клинок нашел щель под ребрами. Она ударила. Глубоко.

Тварь выгнулась, и топор Дурима прилетел сверху. Попал в череп. Расколол его.

Фиолетовое свечение в глазах погасло.

Тварь упала на колени. И рассыпалась.

Превратилась в черную пыль, которую ветер понес через поле.

Тишина.

Только тяжелое дыхание. Треск огня. Едкий запах серы.

Потом ликование. «Дурим! Лулье! Они прикончили призраков!»

Лулье стояла. Ее меч был чистым. Ни капли крови. У призраков никогда не бывает крови. Только пыль на клинке.

Движение.

За Дуримом.

Третий призрак. Меньше. Прятался в тени.

Теперь он прыгнул. Черные когти нацелены прямо в сердце Дурима.

Никто не закричал. Не было времени.

Кроме Лулье.

Она не думала. Ее тело рвануло вперед.

Два шага.

Ее меч уже был наверху.

Клинок встретил призрака прямо в прыжке.

Чистый разрез. От плеча до бедра.

Тварь разрубило на две части. Части упали слева и справа от Дурима в грязь.

На одно сердцебиение они лежали там. Черные. Массивные. Настоящие.

Потом рассыпались. Обе половины растворились, превратились в облака черной пыли, которые исчезли.

Лулье стояла. Тяжело дыша.

Дурим медленно обернулся. Когти должны были пронзить его. Теперь там был только воздух.

Он посмотрел на оседающую пыль. Посмотрел на Лулье. Посмотрел ей в глаза.

Его лицо побелело.

«Фиолетовые», прошептал он. «Лулье... твои глаза фиолетовые».

В этот момент меч выпал у нее из рук. Звон.

Она уставилась на пятно, где рассыпался призрак. Только черная пыль.

И на одно сердцебиение в поднявшейся пыли сформировалось лицо.

Не ее собственное.

Знакомое.

Лицо...

Оно развеялось, прежде чем она успела его ухватить. Но чувство осталось. Ледяным холодом в груди. Она знала это лицо. Она уже видела его раньше. Где?

«Что... что сейчас со мной было?», голос у нее сорвался.

Никто не ответил. Жители деревни смотрели. Бойцы отступили.

Даже Дурим. Из-за ее глаз.

«Все в порядке?», тихо спросил он.

«Да», соврала она. Ложь имела привкус серы. «Все хорошо».

Она отступила назад, спотыкаясь. Прочь от взглядов. Прочь от пыли.

Она побежала.

«Тетя Мэри!» Она распахнула дверь.

Тетя Мэри стояла там. Рина за руку. Такео, Рик позади нее. Все живы.

«С вами все хорошо?», выдохнула Лулье.

«Мы в безопасности», сказала тетя Мэри. «Призраки сюда не дошли. Рик завел нас внутрь».

Рина бросилась к Лулье. «Ты спасла его!», закричала она. «Ты убила призрака, прежде чем он достал Дурима! Ты героиня!»

Лулье крепко держала ее. Не могла улыбнуться.

Потому что в голове у нее была только пыль.

И знакомое лицо, которое она не могла распознать.

Снаружи собирались жители деревни. Они аплодировали. Выкрикивали их имена. Обнимали бойцов.

Все кончилось.

Они победили.

Призраки мертвы. Все трое.

Дурим поднял ее клинок с земли. Он медленно подошел к ней к окну. Посмотрел на нее. Не зло. Осторожно.

«Ты спасла мне жизнь», тихо сказал он, так чтобы слышала только она.

Потом развернулся и пошел к остальным.

Рик встал рядом с ней. Ничего не сказал. Просто положил руку ей на плечо.

Лулье посмотрела на Рину у себя в объятиях.

Потом кивнула. Один раз.

Ее глаза снова были зелеными.

Но она знала:

Бой закончился.

Но что-то только что началось.

Вместе они пошли домой, улицы еще тихие после того, что только что произошло. Пыль призраков лежала как пепел на крышах, но солнце уже снова стояло высоко в небе, будто ничего не случилось. Две девочки, Рик, тетя Мэри и маленький Такео попрощались друг с другом перед домом, долгими объятиями, которые говорили больше слов. Тетя Мэри обняла Лулье особенно крепко, провела рукой по ее волосам и прошептала только: «Спасибо». Такео махал, пока они не скрылись за углом.

Когда они пришли домой, пахло деревом и старым чаем, безопасностью. Но Лулье не находила покоя. Она села с Риком за стол, руки еще слегка дрожали после боя, и рассказала ему все. Про черные когти, про запах серы, про пыль. А потом, тише: «Когда последний призрак рассыпался... там было лицо. В пыли. И оно показалось мне знакомым, Рик. Как-то... только я не знаю откуда».

Рик слушал. Долго. Взгляд был спокойным, но пальцы один раз коротко простучали по столу. Потом он положил свою руку на ее. «Лулье», сказал он, «ты сегодня убила трех призраков и спасла целую деревню. Не думай слишком много о пыли. Иногда голова играет с нами шутки, когда мы слишком много увидели».

Лулье кивнула, хотя знакомое лицо не давало ей покоя. Оно было там, за ее глазами, каждый раз, когда она моргала.

Рина все это время сидела рядом с ними, поджав ноги, глаза большие. Когда Лулье замолчала, она подвинулась ближе. «Я тоже хочу быть сильной», прошептала она. «Такой сильной, как ты. Чтобы в следующий раз я могла помочь. Чтобы мне больше не было страшно».

И так вышло, что с этого дня Лулье стала учить Рину драться. Каждое утро, прежде чем солнце по-настоящему вставало, они стояли на заднем дворе. Сначала только стойка, баланс, как держать деревянный меч. Потом увороты, удары, дыхание. Рина падала. Вставала. Падала снова. И смеялась при этом.

Прошло три месяца.

Три месяца без призраков. Три месяца, за которые поля снова зазеленели и дети смеялись, будто нападение было лишь дурным сном. У них все было хорошо. Почти все. Только ночью, когда Лулье лежала в кровати и натягивала одеяло до подбородка, она иногда все еще видела это: лицо в пыли. Знакомое. И все же недосягаемое.

Однажды пришла весть из королевства.

Ее зачитали посреди рыночной площади. Гонец стоял на ступенях ратуши, поднял печать и читал твердым голосом. Люди замолчали. Даже дети перестали играть.

Бойцы Крауна и бойцы Стоуна, последнего королевства, должны были выступить вместе. Несколько дней они будут сражаться за стенами. Их задача была ясна: выяснить, что изменилось в пустошах. Какие пути еще безопасны. И не шевелится ли там снаружи что-то темное.

Лулье стояла в самом конце толпы. Она слышала каждое слово. И с каждым словом покалывание в ее пальцах становилось сильнее.

Вот оно. Ее шанс.

Еще прежде чем гонец успел свернуть свиток, она шагнула вперед. Люди расступались, когда она проходила. Рик увидел, как она идет. Его лицо тут же стало жестким.

«Я иду с вами», сказала Лулье. Голос был негромким, но его было слышно на всей площади.

«Нет». Рик встал у нее на пути. Встал перед ней, широкий и непреклонный как стена. «Ты останешься здесь».

Лулье посмотрела ему прямо в глаза. Она ничего не сказала. Ей и не нужно было ничего говорить.

Рик тихо выругался. Он знал, что проиграл. Он знал этот взгляд. Тот же взгляд был у нее тогда, когда она встала на пути у призрака, чтобы спасти Дурима. Если Лулье что-то вбила себе в голову, остановить ее уже никто не мог.

И он знал и то, почему она хотела идти. Дело было не в славе. Не в королевстве.

Она искала дневник.

В конце концов он согласился. Но поставил условие.

Рина остается.

«Она пойдет к тете Мэри», сказал Рик. «К Такео. Там она будет в безопасности, пока мы не вернемся».

Лулье только кивнула. Она и сама хотела того же.

Еще тем же вечером они отвели туда Рину. Тетя Мэри уже ждала у двери. Она молча обняла Рину. Прощание было коротким. Говорить было особо нечего.

Рина крепко обняла Лулье. «Береги себя», прошептала она ей на ухо. «И возвращайся. Ты должна вернуться». Потом она отступила на шаг и подняла деревянный меч, который Лулье вырезала для нее три месяца назад. «Я буду тренироваться каждый день. Обещаю».

Лулье улыбнулась и провела рукой по ее волосам. «Знаю».

На рассвете, когда небо еще было серым и роса лежала на полях, Рик повел ее в штаб.

Это было не обычное здание. Старая крепость из темного камня, с высокими стенами и тяжелыми железными воротами. Над входом висело знамя бойцов, порванное, заштопанное, но все еще там. Двор за ним был местом сбора. Просторный, круглый, с утоптанной землей. А в центре в камне торчало обломанное копье. Как памятник. Каждый боец касался его, прежде чем выйти за стену.

Там они уже ждали.

Рик встал рядом с Лулье и положил ей руку на плечо. Голос у него был спокойный, но достаточно громкий, чтобы каждый во дворе его услышал.

«Это Лулье», сказал он. «Моя сестра».

В штабе стало тихо. Двадцать пар глаз уставились на нее.

И это были не обычные люди.

Рик провел ее по двору штаба. Земля была утоптана, вся в царапинах от сапог и кончиков мечей. «Это мои люди», тихо сказал он. Потом остановился и кивнул в сторону группы.

Первым к ней подошел Сол Пердидо. Черные волосы, голубые глаза, улыбка, от которой весь двор становился светлее.

«Ты, должно быть, та самая знаменитая сестра», крикнул он еще издалека. «Слушай, Рик всем рассказывает, что ты уложила трех призраков разом. Я ему ни слова не верю...

Разве что докажешь мне потом». Он подмигнул Лулье и протянул ей руку. Манера у него была громкая, веселая, но не навязчивая. Лед тут же был сломан.

Потом Рик представил ей еще двоих друзей.

Калеб Джентил стоял чуть в стороне. Темно-каштановые волосы, серые глаза, осанка прямая, но закрытая. Он только коротко кивнул ей. Без улыбки. Голос спокойный, почти холодный. «Добро пожаловать». Больше он ничего не сказал.

Рик наклонился к Лулье и прошептал: «Он такой. Но он верный. Тем немногим, кого подпускает близко. Просто не показывает этого». Лулье поверила ему. Во взгляде Калеба было что-то настороженное. Будто он постоянно наблюдал за каждым во дворе.

Вторым был Майло Уорд. С ним было по-другому. Он сразу улыбнулся, открыто и дружелюбно. Светлые волосы, зеленые глаза, и кожа, обожженная солнцем снаружи за стенами. Загар шел ему. Он выглядел как человек, с которым можно проговорить часами.

«Рик много о тебе рассказывал», сказал Майло. «Если ты хоть наполовину такая же упрямая, как он, мы отлично поладим». Он рассмеялся, и Лулье пришлось рассмеяться вместе с ним. С Майло все сразу становилось легче.

Лулье выдохнула с облегчением, увидев, что она не единственная девушка. К счастью, вызвались еще две.

Атанасия и Лефу были сестрами. Это было видно сразу, хотя они были совершенно разными.

У Атанасии Истории были короткие черные волосы и светло-карие глаза. Она стояла наполовину за Лефу, смотрела в пол и только коротко подняла руку в знак приветствия. Голос был едва слышен. «Привет». Она была застенчивой. Настолько застенчивой, что становилось почти больно.

Лефу же была полной противоположностью. Темно-рыжие волосы, тоже светло-карие глаза, и заразительная улыбка. Она шагнула вперед, схватила руку Лулье и крепко пожала. «Наконец-то еще одна девчонка! Я уже думала, придется тащиться одной с этими идиотами». Она показала большим пальцем на Сола, который протестующе поднял руки. Лефу была активной, дикой и с чувством юмора. Именно то, что сейчас было нужно Лулье.

Последним подошел Дурим.

Его Лулье уже знала. Широкий топор за спиной, шрам на брови. Он ничего не сказал. Только кивнул ей. С уважением. Как равной среди равных. Это стоило больше тысячи слов.

Все эти люди были друзьями Рика. Самыми близкими. Но Лулье видела, что во дворе стояло еще много других бойцов. Мужчины и женщины, молодые и старые. Кто-то точил клинки. Другие проверяли луки. Выступление было совсем близко.

И впервые с рыночной площади Лулье не чувствовала себя одинокой.

После того как все познакомились, стало серьезно.

Зазвучали приказы. Затягивались кожаные ремни, проверялись клинки, последние припасы укладывались в седельные сумки. Большой болтовни больше не было. Только звон стали и фырканье лошадей.

Потом они двинулись.

Длинная колонна вышла из штаба. Впереди ехали самые опытные бойцы со знаменами королевств Краун и Стоун. За ними шли повозки с провиантом, оружием и перевязочными материалами. А между ними: Лулье, Рик и его друзья. Все верхом. Все вооружены.

Сол ехал рядом с ней и травил очередную дурацкую шутку. Майло еще раз проверял карты. Калеб молчал и следил за окрестностями. Лефу махала каждому ребенку, стоявшему у обочины. Атанасия держалась близко к сестре. А Дурим с несколькими другими замыкал колонну.

Так они ехали дальше.

Показались железные ворота внешней стены. Они были огромными. Выше трех домов, из темного металла, в царапинах и вмятинах от старых атак. Когда они открылись, они заскрипели как умирающий зверь. За ними лежала пустошь.

Лулье задержала дыхание. Впервые в жизни она выезжала наружу. Ветер здесь пах иначе. Дико. Свободно. И опасно.

Они ехали до условленной точки. Там стоял старый, разрушенный таможенный пост, наполовину заросший колючками. Он находился ровно на границе между территориями королевств.

И там они уже ждали.

Бойцы из другого королевства. Их доспехи выглядели иначе. Их знамена несли чужие знаки. Но взгляды были те же. Настороженные. Уставшие. Решительные.

На мгновение обе группы стояли друг напротив друга. Никто не вытаскивал оружие. Потом вперед вышел предводитель других. Мужчина с седой бородой и глубоким шрамом через грудь. Он поднял руку в знак приветствия.

Рик ответил на жест. «Мы здесь», сказал он только.

Мужчина кивнул. «Тогда едем вместе».

Они поздоровались коротко, рукопожатием и кивком. Никаких больших речей. На это не было времени. Опасность ждать не будет.

Так что конвои объединились. Колонна стала длиннее, облако пыли больше. Вместе они поехали дальше. Глубже в пустошь. Туда, где заканчивались карты и начинались истории.

Два часа они ехали через пустошь.

Солнце стояло высоко, но здесь оно не давало тепла. Только резкий свет, делавший каждую тень жесткой. Ветер нес пыль и запах сухой травы. В остальном было тихо. Слишком тихо.

Потом перед ними появилось оно. Заброшенная деревня.

Дома еще стояли, но крыши провалились. Оконные проемы черно смотрели в пустоту. Нигде не поднимался дым. Ни один голос не звал. Только скрип двери, которую мотало ветром туда-сюда.

«Спешиться», приказал предводитель с седой бородой. «Осмотрим. Быстро и тихо».

Они рассыпались. По двое, по трое. Калеб проверил колодцы. Майло искал следы. Лефу и Атанасия прочесывали сараи.

Лулье шла с Риком через пустой дом. Пол был покрыт пылью. В углу лежал опрокинутый стул. Больше ничего. Только тишина.

«Здесь больше ничего нет», сказал Рик. «Только крысы».

В одном подвале они все-таки кое-что нашли. Несколько мешков с черствым хлебом. Несколько сморщенных яблок. Немного, но лучше чем ничего.

«Собирайте», сказал Дурим. «Уходим».

Все вздохнули с облегчением. На мгновение Лулье подумала, что на этот раз все будет просто.

Потом она это увидела.

Сначала только краем глаза. Движение между двумя домами. Мерцание. Будто сам воздух разрывался.

Потом еще одно. И еще.

Сердце Лулье остановилось. В горле пересохло.

«Народ», закричала она так громко, как могла. «Призраки идут!»

Они вырвались из переулков. Не фигуры из тумана. Они были реальны. Искаженные. Их тела слишком длинные, руки слишком тонкие. Пасти полные черных зубов.

И их глаза...

Они не были пустыми. Они светились. Фиолетовым. Глубоким, ядовитым, как гниющие аметисты. Свет в них пульсировал. Это было самое страшное в них. Будто они смотрели прямо тебе в душу.

Первый бой начался без предупреждения.

Сол вскинул меч и первым бросился вперед. «Ну наконец-то!», заорал он. Его клинок попал призраку прямо в грудь. Призрак завизжал, звук ввинчивался в голову. Но кровь не брызнула.

Он рассыпался. В пыль. Серую, сухую пыль, которая тут же разлетелась по ветру. Будто его никогда и не было.

Везде вдруг поднялся шум. Сталь о кости. Крики. Приказы.

Калеб дрался молча. Ни одного лишнего движения. Каждый его удар был смертельным. Он уворачивался, шаг вперед, и очередной призрак с тихим хлопком рассыпался в пыль.

Майло крикнул: «Цельтесь в голову! Или в грудь!» Он прикрывал Атанасию, которая дрожащими руками держала кинжал, но все равно ударила, когда призрак потянулся к ней. Его фиолетовые глаза оказались близко к ней. Слишком близко.

Лефу смеялась. Прямо посреди боя. Дико, свободно. «Мне нравится цвет глаз!», крикнула она и проткнула копьем горло призрака. Он тут же рассыпался облаком пыли.

Рик дрался как берсерк. Он стоял перед Лулье, прикрывал ей спину, пока она сама вытаскивала нож. Она чувствовала страх, но не давала ему победить. Она думала о Рине. О дневнике. Она ударила. Попала. И призрак перед ней растворился в пыли, осевшей ей на сапоги.

Было тяжело. Было грязно. Земля была не красной от крови, а серой от пыли призраков. Воняло палеными волосами и старой сухой землей.

Но они держались. Плечом к плечу. Краун и Стоун.

Один за другим призраки рассыпались. Пока последний с булькающим звуком не рухнул на землю и не растворился в последнем облаке пыли.

Тишина. Только их собственное тяжелое дыхание. И везде мелкая пыль, висящая в воздухе.

Потом Сол запрыгнул на кучу обвалившихся кирпичей. Он поднял меч в воздух, весь такой шут, каким он и был.

«Эй, вы, призраки!», крикнул он в пустоту. «Ну что, кто тут самый сильный, а?»

Лефу фыркнула. Потом Майло. Даже Калеб скривил рот. На мгновение они все смеялись. Измотанные. С облегчением. Живые.

Но смех быстро умер.

Потому что вот оно снова. Этот звук.

Не визг на этот раз. А шаги. Тяжелые, глухие шаги. Много. Будто целая армия маршировала по пыли. Земля слегка вибрировала.

Рик резко обернулся. Его лицо побледнело.

Из низины за деревней шли они. Десятки. Может, сотня. Целая орда призраков. Больше первых. Их тела массивнее, когти длиннее.

И у всех были эти глаза. Сотни фиолетовых огней вдали. Они пульсировали в такт. Как единый злобный организм.

«О нет», прошептал Сол. Улыбка исчезла.

«По коням!», заорал предводитель с седой бородой. «Немедленно! Давайте!»

Началась паника. Не организованное отступление. Это было бегство.

Они запрыгивали на лошадей, рвали поводья. Лулье схватила гриву своего коня, вскочила в седло. Рядом с ней выругался Рик, когда его конь шарахнулся.

Позади них орда сорвалась с места. Призраки побежали. Быстро. Нечеловечески быстро. Их визг слился в один оглушительный хор.

Лошади неслись галопом, пыль била в лицо. Заброшенные дома проносились мимо.
А призраки не отставали. Волна из искореженных тел и фиолетового света. Они бежали следом. Неостановимые. Голодные.
Бой закончился.
Началась охота.