Между прошлым и нами

﴿إِنَّ اللَّهَ بَالِغُ أَمْرِهِ﴾
«Воистину, Аллах непременно доведёт до исполнения Своё предписание.»
Сура «Ат-Таляк», 65:3
----------------------------------------------

Прошел почти час.
Время будто остановилось.
Каждая секунда тянулась мучительно долго, словно сама жизнь решила испытать всех, кто сейчас сидел под холодным светом больничных ламп.
Тишина давила.
Иногда ее нарушал лишь писк медицинских аппаратов за дверью палаты, где сейчас лежала Адия.
Юсуф не двигался.
Он сидел, опустив голову, сцепив ладони так крепко, что костяшки пальцев давно побелели.
Он не чувствовал ни усталости.
Ни боли.
Ни собственного тела.
Он лишь ждал.
...
Внезапно двери больницы распахнулись.
- ГДЕ ОНА?!
Громкий мужской голос эхом разлетелся по всему коридору.
Запыхавшийся Ибрагим ворвался внутрь почти бегом.
Он тяжело дышал.
Глаза были красными.
Волосы растрепались.
Он хватал каждого проходящего врача за плечо.
- Где моя дочь?!
- Где Адия?!
- Где моя девочка?!
Юсуф медленно поднялся.
Он никогда не видел этого мужчину таким.
Всегда спокойный.
Всегда сдержанный.
А сейчас...
Перед ним стоял не отец.
Перед ним стоял человек, который боялся потерять весь свой мир.
Юсуф подошел ближе.
- Дядя...
Ибрагим резко повернулся.
- Где она?!
Юсуф молча указал на дверь палаты.
- Там...
Ибрагим сорвался с места.
Подбежав к стеклу палаты, он увидел свою дочь.
Она лежала неподвижно.
Бледная.
Подключенная к аппаратам.
С кислородной маской.
Капельницы.
Провода.
Монитор.
...
У него подкосились ноги.
Он медленно опустился на колени прямо посреди коридора.
Из груди вырвался болезненный крик.
- Адия...
По его щекам потекли слезы.
Он закрыл лицо ладонями.
- Kızım...
(Доченька...)
- Allah'ım... kızımı bana geri ver...
(О Аллах... верни мне мою дочь...)
Юсуф отвел взгляд.
Он не мог смотреть.
Слишком больно.
Через несколько минут в больницу почти одновременно прибежали Хасан, Малика и Али.
Первой влетела Малика.
Она даже не остановилась на ресепшене.
- ГДЕ ОНА?!
- ГДЕ МОЯ АДИЯ?!
- ПУСТИТЕ МЕНЯ К НЕЙ!!
Она уже почти добежала до двери палаты, когда медсестра преградила ей путь.
- Девушка, вам сейчас нельзя-
- ЧТО ЗНАЧИТ НЕЛЬЗЯ?!
- ЭТО МОЯ АДИЯ ОНА...ОНА МОЯ СЕСТРА!!!
- УЙДИТЕ!
Она попыталась пройти силой.
Но сильные руки мягко остановили ее.
Хасан.
Он аккуратно взял ее за локти.
- Мали...
- Нет!
Она начала вырываться.
- Хасан, ты слышишь?!
Она сказала, что мне нельзя!
Мне?!
- Это моя Адия!
- Она мне сестра понимаешь?!
- Как мне нельзя?!
Она разрыдалась.
По-настоящему.
Без остановки.
Уткнулась лбом в его грудь.
- Я обещала ей...
- Я обещала быть рядом...
- А теперь...
Я даже увидеть ее не могу...
Хасан крепче прижал девушку к себе.
Он гладил ее по голове.
Хотя сам едва держался.
- Sakin ol...
(Успокойся...)
- Она сильная.
- Слышишь?
- Очень сильная.
- Она справится.
- Ин ша Аллах...
Малика только сильнее заплакала.
Али...
Он не произнес ни слова.
Совсем.
Он подошел к стеклу палаты.
Положил ладонь на холодное стекло.
И долго смотрел внутрь.
На девочку, которая всегда улыбалась ему первой.
На ту самую "колючую звездочку", которая сейчас лежала совершенно неподвижно.
Слезы медленно катились по его щекам.
Он даже не пытался их вытереть.
Тихо прошептал:
- Küçük dikenli yıldız...
(Маленькая колючая звездочка...)
Он улыбнулся сквозь боль.
- Помнишь...
Ты говорила...
Что никогда не сдашься?
Он закрыл глаза.
- Lütfen... gözlerini aç...
(Пожалуйста... открой глаза...)
- Allah'ım...
(О Аллах...)
- Onu bizden alma...
(Не забирай ее у нас...)
- Lütfen...
(Пожалуйста...)
По его щекам продолжали стекать слезы.
Юсуф смотрел на него.
И понял одну вещь.
Али всегда любил Адию.
По-другому.
Не так, как он.
Как сестру.
Как самого родного человека.
И сейчас...
Он терял эту часть своей души.
Постепенно в больницу начали приезжать остальные.
Родители Али.
Родители Хасана.
Родные.
Знакомые.
Но...
Не приехали лишь родители отца Адии.
Юсуф заметил это почти сразу.
Он давно понимал.
Очень давно.
Но сейчас окончательно убедился.
Они даже не приехали узнать...
Жива ли собственная внучка.
...
Юсуф лишь опустил взгляд.
И сердце сжалось еще сильнее.

Коридор постепенно пустел.
Было уже далеко за полночь.
Шум больницы становился всё тише.
Медсёстры говорили вполголоса.
Редко проезжали каталки.
За окнами давно стемнело, а по стеклу медленно стекали капли ночного дождя.
...
Родители Адии уехали домой лишь на несколько часов.
Им нужно было переодеться, взять документы, лекарства, вещи для больницы.
Тётя Зейнеп уходила со слезами.
Перед тем как выйти, она долго смотрела через стекло на дочь.
Прижимала ладонь к губам.
Будто хотела запомнить каждую черту её лица.
Ибрагим молчал.
Он вообще больше не говорил.
Просто кивнул Юсуфу и вышел.
Ему было тяжело.
Слишком тяжело.
...
Малика уже не могла держаться.
Она плакала несколько часов подряд.
Теперь силы окончательно оставили её.
Она уснула прямо на плече Хасана.
Точнее...
Даже не на плече.
Она свернулась клубочком у него на коленях, крепко сжав его ладонь.
Даже во сне её ресницы были мокрыми.
Иногда она тихо всхлипывала.
Хасан не двигался.
Он боялся разбудить её.
Одной рукой он осторожно гладил её волосы.
Другой держал чётки.
Его губы почти без остановки шептали:
- Hasbiyallahu ve ni'mel vekîl...
(Достаточно мне Аллаха, и как прекрасен Он как Покровитель.)
...
Али...
Он всё так же стоял возле окна палаты.
Будто прирос к полу.
Никто не мог заставить его сесть.
Даже родители.
Они приехали почти час назад.
Пытались поговорить.
Но он будто перестал слышать людей.
Он продолжал смотреть только на Адию.
Иногда закрывал глаза.
Иногда снова открывал.
Будто надеялся...
Что сейчас...
Вот прямо сейчас...
Она откроет глаза.
...
Отец подошёл к нему.
- Али...
Пойдём домой.
Он не ответил.
- Сын...
Тебе нужно хоть немного поспать.
Тишина.
- Завтра утром снова приедем.
Хорошо?
Лишь спустя несколько секунд Али медленно повернулся.
Глаза были красными.
Опухшими.
Но лицо...
Совершенно спокойным.
Даже слишком.
Так спокойно бывает только тогда, когда внутри человека уже всё разрушилось.
Он тихо спросил:
- Она проснётся?
Отец тяжело выдохнул.
- Ин ша Аллах.
Али лишь кивнул.
Больше ничего.
Он подошёл к стеклу в последний раз.
Коснулся его ладонью.
И почти неслышно прошептал:
- До завтра...
Küçük dikenli yıldız...
(Маленькая колючая звёздочка...)
- Жди меня.
Я снова приду.
Он развернулся.
И ушёл.
Не оглянувшись.
Потому что если бы оглянулся...
Он бы уже не смог уйти.
...
Теперь в длинном больничном коридоре остался только Юсуф.
Он сидел всё на том же стуле.
Не меняя позы.
Будто сам превратился в статую.
...
Через некоторое время вернулась его мама.
В руках у неё был большой пакет.
- Сынок...
Она поставила пакет рядом.
- Здесь плед.
Вода.
Немного еды.
Юсуф даже не посмотрел.
- Спасибо, мама.
- И...
Она осторожно достала ещё одну вещь.
Священный Коран.
Юсуф поднял взгляд.
Его глаза впервые за всю ночь немного оживились.
Он бережно взял Коран двумя руками.
Прижал к груди.
Закрыл глаза.
- Спасибо...
- Это именно то, что мне сейчас нужно.
Мама погладила сына по голове.
Как в детстве.
- Аллах слышит каждое твоё дуа.
Не переставай просить.
Юсуф молча кивнул.
...
Через полчаса к нему подошла медсестра.
Она уже несколько раз проходила мимо.
И всё это время наблюдала за ним.
Юноша ни разу не встал.
Ни разу не ушёл.
Даже не прикоснулся к еде.
Она тихо произнесла:
- Молодой человек...
Юсуф поднял голову.
- Вы собираетесь здесь ночевать?
- Да.
- Хорошо...
Она немного помолчала.
Потом улыбнулась совсем слабо.
- Врач разрешил вам зайти к ней.
...
Юсуф замер.
- Правда?..
- Да.
Прошло уже достаточно времени.
Она сейчас одна.
Можете побыть рядом.
Но постарайтесь не волновать её.
Юсуф поднялся так быстро, что едва не уронил Коран.
Он крепче прижал его к груди.
- Спасибо...
Большое спасибо...
Медсестра открыла дверь палаты.
Юсуф сделал глубокий вдох.
И переступил порог.
Дверь за его спиной тихо закрылась.
...
В палате было тихо.
Настолько тихо...
Что отчётливо было слышно размеренное пищание аппарата, отсчитывающего удары сердца Адии.
Юсуф медленно подошёл к её кровати.
Поставил Коран на прикроватную тумбу.
Пододвинул стул.
Сел рядом.
И только теперь...
Когда рядом уже не было никого...
Когда не нужно было быть сильным...
Он окончательно заплакал.
Тихо.
Без крика.
Без истерики.
Просто слёзы сами текли по его лицу.
Он осторожно протянул руку.
И впервые за эту ночь коснулся её ладони.
Холодной.
Очень слабой.
Он накрыл её обеими руками.
Будто боялся отпустить хоть на секунду.
- Dikenim...
(Моя колючка...)
Его голос дрожал.
- Ты ведь слышишь меня...
Правда?..
Я знаю...
Ты слышишь...
Он опустил голову.
Прижавшись лбом к её руке.
- Пожалуйста...
Не уходи...
...
Палата утонула в тишине.
Лишь монотонный писк кардиомонитора напоминал о том, что её сердце продолжает бороться.
Юсуф всё так же сидел рядом.
Не двигаясь.
Будто боялся, что любое его движение нарушит этот хрупкий покой.
Он осторожно гладил большим пальцем её ладонь.
Такую холодную...
Такую безжизненно бледную...
И такую родную.
По его щекам продолжали стекать слёзы.
- Dikenim...
(Моя колючка...)
-Душа моя...частичка моего воздуха...частичка меня..
Он улыбнулся сквозь боль.
- Посмотри...
Я ведь здесь...
Я обещал.
И я не ушёл.
Он тихо рассмеялся.
Совсем тихо.
- Помнишь...
Ты сказала...
Что никому нельзя настолько привыкать к человеку...
А сама...
Посмотри, что ты делаешь со мной...
Теперь без тебя я сам не умею дышать...
Он закрыл глаза.
Пытаясь успокоить дрожь в голосе.
Но она становилась только сильнее.
- Allah şahidim olsun...
(Пусть Аллах будет моим свидетелем...)
- Если понадобится...
Я заберу всю твою боль себе...
Только открой глаза...
Пожалуйста...
Он снова посмотрел на неё.
- Ты всегда называла себя сильной.
Самой сильной.
Где же теперь эта моя сильная девочка?
Где моя упрямая dikenim?
(Моя колючка.)
Где девушка...
Которая никогда не сдаётся?
Он опустил голову.
- Неужели...
Ты решила оставить меня одного?..
По палате вновь повисла тишина.
Юсуф медленно поднял Коран.
Положил его себе на колени.
Открыл первую страницу.
Поцеловал её.
Сделал глубокий вдох.
И начал читать.
Тихо.
Очень красиво.
Настолько красиво...
Будто читал не голосом.
А сердцем.
Он не торопился.
Каждый аят произносил медленно.
Вдумчиво.
Ему хотелось...
Чтобы она слышала каждое слово.
Даже если сейчас её глаза были закрыты.
...
Минуты сменяли друг друга.
Потом часы.
Юсуф продолжал читать.
Иногда переводил взгляд на неё.
Иногда закрывал глаза.
Иногда вновь сжимал её ладонь.
Он не замечал времени.
Не чувствовал усталости.
Не чувствовал голода.
Он лишь читал.
И делал дуа.
Когда последняя страница была прочитана...
Он аккуратно закрыл Коран.
Положил его рядом.
Поднял руки.
Его голос дрожал.
Но каждое слово было искренним.
- Allah'ım...
(О Аллах...)
- Ты Тот...
Кто слышит даже самые тихие молитвы...
Ты знаешь...
Что скрыто в сердце каждого человека...
Ты знаешь...
Как сильно я боюсь потерять её...
Он глубоко вдохнул.
- Ya Rabbi...
(Господь мой...)
- Если испытание предназначено мне...
Испытывай меня...
Но не её...
Не забирай её здоровье...
Не забирай её улыбку...
Не забирай её жизнь...
Он заплакал ещё сильнее.
Слёзы падали прямо на его ладони.
- Она ведь ещё ребёнок...
Она ещё столько всего не увидела...
Она мечтала
Поступить...
Стать счастливой...
Неужели...
Всё закончится вот так?..
Юсуф прижал ладони к лицу.
И тихо повторял:
- Allah'ım...
- Allah'ım...
- Allah'ım...
Потом снова поднял голову.
Посмотрел на неё.
- Слышишь меня...
Dikenim?
(Моя колючка.)
Я знаю...
Ты слышишь...
Просто...
Вернись...
Вернись ко мне...
Вернись к своей маме...
Вернись к друзьям...
Вернись...
И...
Если Аллах позволит...
Я сделаю всё...
Чтобы ты больше никогда не плакала...
Я обещаю...
Клянусь...
Он осторожно поднёс её ладонь к своему лбу.
Закрыл глаза.
И долго сидел так.
Не двигаясь.
Лишь его губы едва слышно произносили:
- Hasbunallahu wa ni'mal wakeel...
(Достаточно нам Аллаха, и как прекрасен Он как Покровитель.)
...
За окном постепенно начинало светать.
Первые лучи рассвета коснулись стекла.
Ночь уходила.
А вместе с ней...
Юсуф всё сильнее верил, что вместе с новым рассветом Аллах подарит и новую надежду.
Он снова открыл Коран.
И продолжил читать...
Только для неё.
За окном медленно рождалось утро.
Небо из чёрного постепенно становилось тёмно-синим.
Потом серым.
Потом первые лучи солнца осторожно коснулись окон больницы.
Но Юсуф этого не замечал.
Для него время остановилось ещё ночью.
Он всё так же сидел рядом с Адией.
Одной рукой держал её ладонь.
Другой медленно перелистывал страницы Корана.
Иногда его голос становился совсем тихим.
Иногда дрожал настолько сильно, что приходилось останавливаться.
Он закрывал глаза.
Делал глубокий вдох.
И продолжал читать.
Не ради себя.
Ради неё.
...
Прошёл ещё почти час.
Пять часов утра.
Юсуф аккуратно отпустил её ладонь.
Поднялся.
Тихо вышел из палаты.
Прошёл в комнату для омовения.
Холодная вода коснулась его лица.
Он почувствовал, как сердце немного успокаивается.
Сделав омовение, он вернулся обратно.
Расстелил маленький коврик прямо в углу палаты.
Повернулся в сторону киблы.
Поднял руки.
- Аллаху Акбар...
Палата вновь наполнилась тишиной.
Но теперь...
Она была совсем другой.
Это была тишина молитвы.
Тишина надежды.
Юсуф молился долго.
Очень долго.
Каждый земной поклон был наполнен слезами.
Каждый аят он произносил так, будто разговаривал с самим Господом.
Когда намаз закончился...
Он не поднялся сразу.
Так и остался сидеть на коленях.
Поднял руки.
Закрыл глаза.
И вновь начал делать дуа.
- Allah'ım...
(О Аллах...)
- Я знаю...
Ты испытываешь только тех...
Кого любишь...
Но...
Пожалуйста...
Не испытывай её так сильно...
Она уже достаточно пережила...
Её детство...
Её боль...
Её болезни...
Теперь ещё и дедушка...
Пожалуйста...
Сделай так...
Чтобы она снова улыбнулась...
Я очень скучаю по её улыбке...
...
Юсуф не заметил...
Как по его щекам вновь потекли слёзы.
Он опустил руки.
Подошёл обратно к кровати.
Сел рядом.
Снова осторожно взял её ладонь.
Она всё ещё была холодной.
Но...
Ему казалось...
Что уже не такой холодной, как ночью.
Он улыбнулся.
Совсем чуть-чуть.
- Это ведь хороший знак...
Правда, dikenim?
(Моя колючка.)
Ты ведь уже начинаешь бороться...
Я знаю...
Ты не сдашься...
...
Он долго смотрел на её лицо.
Сейчас оно казалось удивительно спокойным.
Будто она просто крепко спит.
Юсуф невольно вспомнил их первую встречу.
Вспомнил, как она впервые посмотрела на него своими серо-голубыми глазами.
Как постоянно спорила.
Как делала вид, что ей всё равно.
Как смеялась с Маликой.
Как называла Али "братом".
Как краснела, когда он случайно называл её dikenim.
И вдруг...
Он тихо усмехнулся.
- Помнишь...
Ты говорила...
Что никогда не поверишь в любовь...
Что она приносит только боль...
Он осторожно переплёл свои пальцы с её пальцами.
- А знаешь...
Я ведь тоже не сразу поверил...
Что можно любить человека настолько...
Чтобы каждую секунду бояться потерять его...
...
Он опустил голову.
И прошептал:
- Seni seviyorum...
(Я люблю тебя...)
- Даже если ты сейчас не слышишь...
Я всё равно буду говорить это...
Каждый день...
Пока Аллах не позволит тебе открыть глаза...
...
В палате снова стало тихо.
Настолько...
Что Юсуф вдруг услышал слабое движение.
Совсем незаметное.
Он нахмурился.
Поднял голову.
Показалось?..
Нет...
Он снова почувствовал...
Как её пальцы...
Совсем слегка...
Дрогнули в его ладони...
Юсуф замер.
Перестал дышать.
- ...Diken?
(Колючка?..)
Он смотрел только на её руку.
И вдруг...
Её палец снова едва заметно шевельнулся...

Юсуф перестал дышать.
Нет...
Ему показалось.
Наверное.
Он слишком устал.
Слишком долго не спал.
Слишком сильно хотел увидеть хоть какой-то знак.
Он крепче сжал её ладонь.
- Diken?..
(Колючка?..)
Его голос едва слышно дрожал.
Он не сводил глаз с её руки.
Секунда.
Вторая.
Третья...
И вдруг...
Её указательный палец снова едва заметно дрогнул.
На этот раз сильнее.
Юсуф широко распахнул глаза.
- Нет...
Нет...
Он резко наклонился ближе.
- Diken!
(Колючка!)
- Ты слышишь меня?!
Ответа не было.
Лишь снова...
Очень медленно...
Её пальцы слегка пошевелились.
Будто пытались найти его ладонь.
Юсуф больше не мог сдерживать слёзы.
Они сами потекли по щекам.
Он крепко прижал её руку к своим губам.
- Allah'ım...
(О Аллах...)
- Спасибо...
Спасибо...
Спасибо...
Он плакал и смеялся одновременно.
Такого счастья он никогда ещё не чувствовал.
- Я знал...
Я же говорил...
Ты сильная...
Ты не сдашься...
...
- Ну же...
Открой глаза...
Пожалуйста...
Посмотри на меня...
Хоть один раз...
...
И вдруг...
Ресницы Адии едва заметно дрогнули.
Совсем чуть-чуть.
Юсуф застыл.
Сердце колотилось так громко, что ему казалось - сейчас его услышит вся больница.
- Diken?..
(Колючка?..)
Её веки снова дрогнули.
Очень медленно...
Она пыталась открыть глаза.
Но сил не хватало.
Они снова закрывались.
- Нет...
Нет...
Не сдавайся...
Давай...
Ещё немного...
Ты сможешь...
Я рядом...
Слышишь?
Я рядом...
...
Адия будто услышала.
Она сделала ещё одну попытку.
Веки медленно приподнялись.
Белый свет больничной лампы ударил в глаза.
Она тут же зажмурилась.
Тяжело вдохнула.
Её грудь медленно поднялась.
Юсуф заплакал ещё сильнее.
- Elhamdülillah...
(Хвала Аллаху...)
- Elhamdülillah...
Он не переставал повторять эти слова.
Будто боялся, что если остановится...
Это окажется сном.
...
Спустя несколько секунд Адия снова попыталась открыть глаза.
На этот раз получилось.
Всё было размыто.
Белый потолок.
Белые стены.
Какие-то лампы.
Она ничего не понимала.
В ушах стоял звон.
Перед глазами всё плыло.
Она попыталась повернуть голову.
И увидела...
Его.
Юсуфа.
Сидящего совсем рядом.
С красными опухшими глазами.
Со следами бессонной ночи.
С мокрыми от слёз щеками.
Он держал её ладонь обеими руками так бережно, словно боялся причинить боль.
Адия долго смотрела на него.
Будто вспоминала...
Кто он.
Где она.
Что произошло.
И лишь спустя несколько секунд тихо прошептала:
- ...Ю...
Юсуф тут же наклонился ближе.
- Да...
Да, dikenim...
(Да, моя колючка...)
Я здесь...
Я никуда не уходил...
...
Её губы едва дрогнули.
- Ю...суф...
Это имя прозвучало настолько тихо...
Что, наверное, никто другой его бы не услышал.
Но для Юсуфа...
Эти несколько букв стали самым прекрасным звуком в его жизни.
Он снова заплакал.
Улыбаясь сквозь слёзы.
- Я здесь...
Слышишь?
Я рядом...
Всегда рядом...
Адия смотрела на него несколько секунд.
Потом едва слышно спросила:
- Где...
Я?..
- В больнице.
Ты в безопасности.
Всё хорошо.
Он осторожно погладил её ладонь.
- Ты справилась...
Sen başardın...
(Ты справилась...)
...
Адия медленно закрыла глаза.
Юсуф испугался.
- Нет...
Нет...
Не закрывай...
Пожалуйста...
Она слабо покачала головой.
- Я...
Не ухожу...
Просто...
Устала...
Юсуф облегчённо выдохнул.
Улыбнулся.
И, наклонившись совсем близко, тихо прошептал:
- Спи...
Моя колючка...
Теперь...
Я никуда тебя не отпущу.

Адия
Темнота.
Не пугающая.
Тёплая.
Спокойная.
Будто весь шум мира исчез.
Ни боли.
Ни слёз.
Ни больничных аппаратов.
Лишь бесконечная тишина...
Я медленно открыла глаза.
Вокруг ничего.
Только белый свет, уходящий куда-то вдаль.
Я сделала несколько осторожных шагов.
Босыми ногами.
Под ногами не было земли.
Лишь мягкий свет, словно облака.
- Адия...
Тихий голос заставил меня замереть.
Такой родной...
Такой любимый...
Я резко обернулась.
Передо мной стояли они.
Бабушка.
И дедушка.
Такие же, какими я их помнила.
Дедушка всё в той же светлой рубашке, с доброй улыбкой.
Бабушка смотрела на меня так тепло, словно прошло не несколько лет...
А всего один день.
Моё сердце дрогнуло.
- Д... дедушка?..
Голос сорвался.
- Бабушка?..
Я сорвалась с места.
Побежала.
Со слезами.
И крепко обняла сначала дедушку, потом бабушку.
- Я так скучала...
Так скучала...
Мне вас так не хватало...
Я не могла перестать плакать.
Дедушка ласково погладил меня по голове.
Совсем как раньше.
- Звёздочка моя...
- Ну что же ты...
- Разве так встречают дедушку?
Он улыбался.
Но в его глазах тоже стояли слёзы.
- Заберите меня...
- Пожалуйста...
Заберите...
Я больше не могу...
Я не хочу туда...
Не хочу...
Без вас...
Мне страшно...
Бабушка осторожно взяла моё лицо в ладони.
- Адия...
Посмотри на меня.
Я подняла заплаканные глаза.
- Разве ты забыла...
Кому принадлежит наша жизнь?
Я всхлипнула.
- Нет...
- Тогда почему говоришь так?
Дедушка сделал шаг ближе.
- Ты всегда говорила:
"Во всём есть мудрость Аллаха."
- Где же теперь твои слова, звёздочка?
Я опустила голову.
- Мне больно...
- Очень...
- Без вас...
Мне кажется...
Я совсем одна...
Бабушка мягко улыбнулась.
- Нет.
Не одна.
Совсем не одна.
Ты просто сейчас этого не видишь.
Я покачала головой.
- Никто не заменит вас...
Никто...
Дедушка тихо рассмеялся.
- И не должен.
Мы никогда не просили заменить нас.
Но Аллах никогда не оставляет человека одного.
Никогда.
Он положил ладонь мне на сердце.
- Посмотри сюда.
- Сколько людей сейчас делают за тебя дуа.
- Сколько сердец сейчас плачет вместе с тобой.
- Сколько людей просят Аллаха вернуть тебя...
Я нахмурилась.
- Кто?..
Дедушка улыбнулся.
- Один человек...
Особенно.
Очень сильно.
Я непонимающе посмотрела на него.
- Кто?
Бабушка переглянулась с дедушкой.
- Тот...
Кто сейчас сидит рядом с тобой.
Держит твою руку.
Боится даже моргнуть.
Чтобы не пропустить момент, когда ты откроешь глаза.
Я замерла.
- Юсуф?..
Дедушка лишь улыбнулся.
- Хороший парень...
Очень хороший.
Береги его сердце.
Я опустила взгляд.
- Но...
Я не умею любить...
Мне страшно...
После всего...
Я не смогу...
Бабушка нежно провела рукой по моей щеке.
- Любовь приходит тогда, когда её дозволяет Аллах.
Не торопи события.
Но и не убегай от того, что может стать для тебя милостью.
Я почувствовала, как снова начинаю плакать.
- Не уходите...
Пожалуйста...
Не уходите...
Дедушка сделал шаг назад.
Потом ещё один.
- Нам пора.
- Нет!
Я побежала к ним.
Но расстояние между нами вдруг начало увеличиваться.
Я бежала всё быстрее.
Они становились всё дальше.
- Дедушка!
- Бабушка!
- Не оставляйте меня!
Я тянула к ним руки.
Но не могла коснуться.
И вдруг...
Где-то совсем рядом...
Сквозь этот свет...
Я услышала голос.
Тихий.
До боли родной.
- Dikenim...
(Моя колючка...)
Я резко остановилась.
Это...
Юсуф?
Потом...
Послышалось чтение Корана.
Спокойное.
Красивое.
Каждый аят будто касался самого сердца.
Я закрыла глаза.
Слушая.
Дедушка улыбнулся.
- Слышишь?
Я кивнула.
- Это...
Он...
- Да.
Он ждёт тебя.
Бабушка мягко произнесла:
- Иди, Адия.
Тебе ещё не время приходить к нам.
Живи.
Ради Аллаха.
Ради себя.
Ради тех...
Кто любит тебя.
Я снова заплакала.
- Я боюсь...
Дедушка поднял руку.
- Не бойся.
Аллах с тобой.
Всегда.
Свет вокруг стал ослепительно ярким.
Я почувствовала...
Что падаю.
А голос Юсуфа становился всё ближе...
- Diken...
Lütfen... gözlerini aç...
(Пожалуйста... открой глаза...)
И именно этот голос...
Вернул меня обратно