Русская луна над Хогвартсом // Ожп/Теодор Нотт

Первое сентября встретило Лондон суетой и шумом. Мы с мамой приехали на вокзал Кингс-Кросс, растерянно озираясь по сторонам.

В моих руках был заветный билет на Хогвартс-экспресс, на котором крупными буквами было написано: «Платформа 9 ¾». Вот только, сколько бы мы ни ходили между девятой и десятой платформами, никакой другой здесь не было. Вокруг спешили обычные люди с чемоданами, а мы с мамой стояли посреди вокзала, чувствуя себя полными дурами.

Из-за пазухи моей широкой толстовки осторожно высунулся белый носик Бурана - лисёнок тихонько попискивал, утыкаясь мне в подбородок. Я аккуратно заправила его обратно, чтобы не привлекать внимания, и в этот момент прямо перед нами остановилась девочка с огромной копной пушистых каштановых волос, которая везла большую тележку с сундуком.

- Привет! О, мы же виделись в книжном! - радостно воскликнула она.

Серебряный полумесяц на моей груди мгновенно перевел её слова, а камушки-звезды внутри него мягко замерцали. Это была Гермиона Грейнджер.

- Гермиона! Привет. Мы... если честно, мы немного потерялись, - призналась я по-русски, а значок тут же послушно выдал английский перевод. - В билете написано девять и три четверти, но тут только каменная колонна.

Гермиона понимающе улыбнулась, кивнула мне и заговорщически подмигнула моей маме:

- О, не переживайте! Министерство вечно забывает проинструктировать иностранных студентов. На самом деле всё просто. Нужно пойти прямо на этот кирпичный барьер между девятой и десятой платформами. Главное - идти уверенно и не останавливаться, если боитесь - лучше пробежать. Давайте я пойду первой, а вы за мной?

Мы с мамой завороженно кивнули. Гермиона разбежалась со своей тележкой и... просто растворилась, пройдя сквозь твердую каменную стену! Переглянувшись, мы с мамой крепко схватились за ручки моих чемоданов и вместе рванули вперед.

Секунда темноты - и перед нашими глазами ожила огромная багровая махина - Хогвартс-экспресс.

Платформа была забита волшебниками, везде летали совы, а ученики громко смеялись. Мама крепко обняла меня на прощание, сдерживая слёзы, и шепнула, чтобы я ничего не боялась и помнила её уроки. Я затащила свои тяжелые чемоданы в вагон и пошла по узкому коридору в поисках свободного места. Гермиону в этой толпе я уже потеряла, а почти все купе были забиты шумными компаниями волшебников. Я шла всё дальше и дальше, к самому концу поезда, где становилось тише.

«Хоть бы найти пустое купе, не хочу ни с кем говорить до приезда», - подумала я, устало поправляя выбившиеся бежевые пряди.

Я потянула на себя очередную деревянную дверь. Купе не было пустым, но в нём сидел всего один человек. Это был парень примерно моего возраста. У него были невероятно красивые, слегка растрепанные темные кудри, бледная кожа и очень спокойные, внимательные карие глаза. Он сидел у окна, полностью погружённый в свой блокнот. Парень увлечённо делал зарисовки графитным карандашом, сверяясь со старинным атласом по Астрономии, на обложке которого золотом были вытиснены движущиеся карты созвездий. Когда дверь скрипнула, он даже не поднял головы.

Я робко шагнула внутрь, и в этот момент серебряный полумесяц на моей толстовке тепло дрогнул.

Крошечные камушки-звёзды внутри него внезапно сменили своё золотое сияние на глубокий, холодный стальной оттенок, подстраиваясь под энергетику этого парня.

- Извини, у тебя свободно? Можно я присяду? - спросила я по-русски.

Значок на моей груди послушно вспыхнул и выдал мягкий, тихий перевод на английский. Парень нехотя оторвался от рисунка. Его холодный взгляд скользнул по моим чемоданам, задержался на необычных волосах и, наконец, остановился на сияющем полумесяце. В его глазах промелькнул слабый интерес, но лицо осталось непроницаемым.

- Да, свободно. Садись, - ответил он со сдержанной вежливостью, и его голос в моей голове прозвучал чисто и без помех.

Я с трудом затолкнула чемодан на верхнюю полку и опустилась на сиденье напротив него. Из-за пазухи моего худи тут же высунулся пушистый чёрный хвост с белым кончиком - Буран явно устал сидеть в темноте и теперь с любопытством разглядывал незнакомца. Парень отложил карандаш, заложив блокнот длинным изящным пальцем, и перевёл взгляд на лисёнка, а затем внимательно посмотрел на меня.

- Ты новенькая? Я раньше не видел тебя в Хогвартсе. И у тебя очень странный артефакт на одежде, да и питомец... необычный для этих мест, - произнёс он, кивнув сначала на сияющий полумесяц у меня на груди, а затем на Бурана.

Чистокровный слизеринец из древней магической семьи, парень с детства умел чувствовать потоки чужой силы. Он сразу уловил плотный, гудящий министерский фон, исходящий от серебряной луны, а проступившие на металле крошечные английские руны перевода окончательно подтвердили, что это точно не простая магловская брошь.

- Да, я только приехала из России. Буду учиться на пятом курсе. Меня зовут Лилия, но можно просто Лия или Лили, - представилась я, чувствуя, как внутри нарастает волнение, а Буран в этот момент осмелел и тихонько тявкнул.

Парень слегка наклонил голову набок, разглядывая созвездие на серебряной луне, которое теперь медленно переливалось стальным блеском.

- Теодор Нотт, - коротко представился он. - Приятно познакомиться, Лилия. Твой переводчик выглядит куда изящнее тех громоздких штуковин, которые обычно используют министерские дипломаты. Да и лис... весьма смышлёный.

- Его сделал мистер Крауч из Министерства, - ответила я, устраиваясь поудобнее на сиденье и мягко поглаживая Бурана по голове. - Он сказал, что значок подстроился под мою ауру. Я пока сама не до конца понимаю, как это работает, но очень рада, что мне не приходится судорожно вспоминать школьные уроки английского из магловской школы.

Теодор понимающе и едва заметно кивнул. Он скользнул взглядом по моим каштановым волосам, в которых от лёгкого волнения снова начали слабо и тепло искриться бежевые пряди.

- Из России, значит... - задумчиво протянул он, возвращаясь к своему блокноту, но пока не приступая к рисованию. - Там ведь совсем другая магия. Сильная, стихийная. Нам на уроках Истории магии рассказывали про Колдовстворец, но профессора Бинса обычно никто не слушает. Почему ты перевелась в Хогвартс именно сейчас, на пятый курс?

Я на секунду замялась, неопределённо пожав плечами. Серебряный полумесяц на моей груди послушно перевёл Теодору мои слова:

- Директор Дамблдор сказал, что так определила магия. Моя мама училась в России, а про отца я ничего не знаю... В общем, министерская бюрократия решила всё за меня.

«И это чистая правда, я действительно ничего не знаю про своего настоящего отца, как бы мне ни хотелось узнать», - тоскливо подумала я, отвернувшись к окну, за которым вовсю мелькали зелёные британские пейзажи.

Теодор Нотт оказался очень проницательным. Он заметил, как погрустнел мой взгляд, и не стал лезть в душу с дальнейшими расспросами, за что я была ему мысленно благодарна. Вместо этого он спокойно произнёс:

- Что ж, если тебе понадобится помощь с местными правилами или предметами, можешь обращаться. Хогвартс бывает довольно запутанным для новичков. Особенно в этом году.

- Спасибо, Теодор. Я буду иметь в виду, - улыбнулась я, чувствуя, как напряжение окончательно спадает.

«Надо же, а слизеринцы, судя по рассказам мамы, не такие уж и высокомерные. Или мне просто повезло с попутчиком?», - пронеслось в моей голове, пока я рассматривала его спокойный профиль.

Остаток пути прошёл в уютной тишине. Теодор вернулся к своим наброскам планет, а я смотрела в окно, где вечер постепенно сгущал краски, окрашивая небо в глубокий фиолетовый цвет. Мой значок-полумесяц тихонько мерцал в такт поезду, словно убаюкивая.
Когда Хогвартс-экспресс наконец остановился, на улице уже совсем стемнело. Мы вышли на шумную платформу Хогсмида. Едва открылись двери вагона, Теодор вежливо попрощался со мной и тут же вернулся к своей привычной компании - я увидела, как его громко окликнул платиновый блондин со спесивым выражением лица, рядом с которым стояли темнокожий высокий парень, высокомерная темноволосая девушка с короткой стрижкой каре и карими глазами, а также утончённая блондинка с длинными белыми волосами и холодными голубыми глазами.

Проходя мимо этих двух девушек, я невольно заметила, что на их фоне кажусь довольно высокой. Похоже, в Англии девочки в принципе были ниже и миниатюрнее, чем у нас в России.

Теодор что-то спокойно ответил своим знакомым, закинул сумку на плечо, и они вместе направились к каретам. Мне же, как новой и уже взрослой ученице, пришлось добираться до замка отдельно.

Переплыв чёрное как смоль озеро на лодке, я оказалась в Хогвартсе.

Профессор Макгонагалл велела нам ждать в небольшом пустом классе прямо рядом с Большим залом.

- Мисс Лунова, сначала Шляпа должна распределить первокурсников. Это многолетняя традиция. Пожалуйста, посидите здесь, я вернусь за вами, как только они закончат, - строго, но вежливо предупредила она.

Я осталась одна. Из-за ворота моей толстовки робко высунулся Буран, утыкаясь белым носиком мне в щеку. Две недели тренировок с мамой дали мне уверенность, но сидеть здесь и слушать доносящийся из-за стены глухой шум сотен чужих голосов было невыносимо. От волнения мои бежевые пряди по всей голове начали слабо искриться светло-фиолетовыми искорками, а серебряная луна на толстовке вспыхнула багровым и сапфировым цветами, выдавая мой страх.

Тем временем в Большом зале Шляпа поочередно выкрикивала названия факультетов для одиннадцатилетних малышей. Зал то и дело взрывался ало-красными, желтыми и зелеными искрами, приветствуя новичков. За столом Слизерина, в окружении платинового блондина, темнокожего парня, девушки с каре и беловолосой блондинки, сидел Теодор Нотт, безучастно наблюдая за церемонией.

Наконец, последний испуганный первоклассник отправился к столу Когтеврана. Шум понемногу утих, все расслабились и потянулись к кубкам, ожидая пира.

И вот в этот момент двери Большого зала распахнулись снова, и в звенящей тишине профессор Макгонагалл велела мне пройти к директорскому столу. Тысячи глаз устремились на вошедшую девушку.

В зале поднялся оглушительный, шокированный шёпот. От этого сумасшедшего давления и паники мои бежевые пряди по всей голове вспыхнули и начали ярко, заметно искриться таинственными светло-фиолетовыми искрами, озаряя проходы между столами. Все начали переглядываться, удивлённо рассматривая мою магловскую толстовку, светящиеся волосы, пригревшегося на плече чернобурого лисёнка с белым хвостиком и пульсирующий лунный значок.

Гермиона за гриффиндорским столом удивленно округлила глаза, наконец-то узнав мою фамилию. Гарри и Рон вытянули шеи, а Теодор Нотт на Слизерине резко отложил кубок, пристально вглядываясь в мою фигуру и с ухмылкой узнавая знакомые нежные искорки в моих волосах. Он сидел все в том же окружении блондина, темнокожего парня и двух слизеринских девчонок, но теперь смотрел только на меня.

Макгонагалл развернула свой пергамент до самого конца и громко объявила на весь замок:

- И, наконец, в порядке исторического исключения, в нашу школу зачислена студентка на пятый курс. Лилия Лунова!

На немеющих ногах я подошла к табурету и села. Плотная ткань опустилась мне на глаза, погружая во тьму.

- О-о-о, какая интересная гостья... - раздался прямо в моей голове тихий, скрипучий голос Шляпы. - Какая древняя, мощная славянская магия скрыта в тебе, девочка. И сколько тайн... За всю тысячелетнюю историю Хогвартса на мою долю еще ни разу не выпадала честь распределять ведьму из далеких русских земель. Ваша магия слишком дикая и сильная для чопорной Англии. Куда же тебя направить? Я вижу в тебе качества, которые исключают друг друга. Твоё бешеное упрямство, чистая, гордая душа и отчаянная храбрость - это чистокровный Гриффиндор! Но в то же время твоя скрытная натура, колоссальный потенциал, амбиции и лунная, ночная магия - это чистый, благородный Слизерин! За всю историю я ни разу не была в таком тупике...

Прошла минута, затем третья, пятая. Я чувствовала, как Шляпа буквально кипит на моей голове. Золотые камушки-звёзды на моём серебряном полумесяце бешено замигали, поочерёдно вспыхнули то яростным ало-красным, то холодным изумрудно-зелёным цветом, окрашивая мои и без того искрищиеся волосы в сумасшедшие оттенки. Профессора за столом взволнованно переглядывались.

Наконец Шляпа глубоко вздохнула и громко, на весь зал, произнесла:

- Я бессильна! Два великих факультета борются за неё с равной силой! ГРИФФИНДОР И СЛИЗЕРИН!

Зал буквально взорвался оглушительным гулом.

Гриффиндорцы повскакивали с мест, слизеринцы недоуменно переглядывались, а платиновый блондин брезгливо сморщился. С моих глаз сняли Шляпу. Сквозь шум я увидела, как из-за директорского стола медленно поднялся Альбус Дамблдор. Его голубые глаза за полукруглыми очками искрились невероятным интересом. Он поднял руку, призывая зал к тишине, и тепло посмотрел на меня.

- Что ж, мисс Лунова. Похоже, ваше появление в Великобритании уже вошло в историю нашей школы, - раздался его спокойный, громогласный голос. - Поскольку магия Хогвартса не смогла сделать однозначный выбор, я беру на себя ответственность. Ближайшие несколько дней я буду лично наблюдать за вашей учебой, чтобы понять, где вам комфортнее. А пока... Министерство магии и я утверждаем для вас особую, индивидуальную программу. Вы станете первой студенткой, которая будет посещать лекции и Гриффиндор, и Слизерина. Места в гостиных обоих факультетов будут подготовлены для вас. А сейчас - пусть начнётся пир!

Я шла к столам под прицелом сотен шокированных взглядов. Гарри и Гермиона освободили мне место, бурно обсуждая этот невероятный случай. А на другом конце зала, за столом Слизерина, Теодор Нотт, провожал меня задумчивым, пристальным взглядом, на дне которого плясали едва заметные серебристые искры.