Забеременеть в игре ужасов.

— …я пойду поищу.

— Не надо, пойдём вместе, — решил Чэнь Цайсин, подумав, что эти двое — вполне нормальные ребята.

Го Юй больше не стал отговаривать. Юань Син пришла сюда с огромным животом, да ещё и с младшим братом, но с самого начала держалась весьма уверенно. Очевидно, у неё припрятан козырь в рукаве или она сама не промах.

Втроём они вышли на улицу и направились к лесу с гниющими трупами, о котором говорил Чэнь Цайсин.

Лунный свет словно утонул в густой кроне деревьев — вокруг царила непроглядная тьма. В глубине леса мелькали смутные тени и раздавался тихий, шуршащий шелест. Го Юй широко раскрыл глаза, оглядываясь по сторонам, и удивлённо спросил:

— Какая ещё кость? Ничего же нет? — с этими словами он сделал шаг в сторону чащи.

— Осторожнее… — хотел было предупредить Чэнь Цайсин.

В этот момент из темноты блеснул круглый луч света. Го Юй сразу узнал условный сигнал и тут же выпалил:

— Старик Чэн говорит, что внутри опасно, не лезьте туда!

Чэнь Цайсин и Юань Цзювань молча переглянулись, глядя на Го Юя, который уже успел одной ногой ступить в лес.

И кто из нас только что собирался туда лезть?

Го Юй неловко усмехнулся:

— Да я просто наглядно показываю, как делать не надо. Наглядное пособие «Ошибка новичка».

— Цзецзе, он какой-то заторможенный, — прошептал Юань Цзювань, крепко обняв Чэнь Цайсина за руку.

Чэнь Цайсин погладил мальчика по кудряшкам и наставительно произнёс:

— Сяо Цзю, нужно быть вежливым. Такую правду нельзя говорить человеку прямо в лицо.

— Понял, цзецзе!

Го Юй: «…»

«Эта женщина, Юань Син, похоже, способна чисто на силе воли изменить его ориентацию.»

Троица осталась ждать у опушки. Прошло довольно много времени, а Чэн Лифэн всё не подавал признаков жизни. Юань Цзювань сладко зевул и от усталости уткнулся лицом Чэнь Цайсину в талию. Тот снова погладил кудрявую головку:

— Потерпи ещё немного.

Спустя ещё какое-то время Чэн Лифэн всё так же не возвращался, зато со стороны общежития вдруг раздался оглушительный вопль.

— Я пойду проверю, а вы пока побудьте здесь, — Чэнь Цайсин взял Сяо Цзю за руку и поспешил к корпусу.

В общежитии царила непроглядная тьма — ни в одной комнате не горел свет. Пронзительный крик быстро оборвался, уступив место тишине. Когда Чэнь Цайсин и Юань Цзювань подошли к дверям, из соседних комнат стали осторожно высовываться люди.

— Что произошло? — шёпотом спросил кто-то.

— Не знаю, в соседней комнате только что так закричали…

В полной темноте было ничего не разглядеть. Чэнь Цайсин достал телефон и включил фонарик. Остальные, увидя это, тут же вспомнили, что у них тоже есть смартфоны. Через мгновение коридор озарился ярким светом, будто наступил день.

— Почему всё стихло?

— Без понятия. Но закричали точно из этой комнаты.

Чэнь Цайсин нахмурился и негромко скомандовал:

— Тишина.

Кто-то скривил губы и уже собрался возразить, но Чэнь Цайсин смерил его настолько холодным, спокойным взглядом, что у парня мурашки побежали по коже, и он вынужденно прикусил язык.

Наступила мёртвая тишина.

Слышно было только, как за окном гудит ветер.

А затем от плотно закрытой деревянной двери раздался едва уловимый звук. Будто кто-то очень тихо и осторожно скрёб по дереву ногтями. Будто кто-то очень тихо и осторожно скрёб по дереву ногтями. Если не прислушиваться, его вполне можно было пропустить.

— Кажется… там действительно что-то есть.

Чэнь Цайсин сделал два шага, остановился в метре от двери и поднёс руку, чтобы постучать.

— Есть кто? Что у вас произошло?

За дверью не было слышно ни звука. Никто не отозвался. Но именно эта идеальная тишина и пугала больше всего. В каждой комнате спало по четыре человека. От того крика, что прозвучал минуту назад, очнулся даже Чэнь Цайсин, находившийся возле леса — остальные жильцы просто не могли проспать такой шум.

Тук-тук.

Чэнь Цайсин постучал ещё дважды, и на этот раз дверь со скрипом медленно отворилась сама собой.

В нос тут же ударил густой, тошнотворный запах крови. С пола к выходу протянулась окровавленная рука, пытавшаяся зацепиться за косяк. Чэнь Цайсин среагировал мгновенно: подхватив Сяо Цзю, он отскочил в сторону. Стоящие рядом зеваки тут же зашлись в истерических криках:

«Призрак! Там призрак!»

Какой ещё призрак? Это живой человек.

На полу корчился окровавленный мужчина. Лица из-за месива крови было не разобрать. Он изо всех сил тянул руку к людям, умоляя едва слышным шепотом:

— Спасите…

Чэнь Цайсин призвал всех к порядку:

— Он живой, — а про себя добавил: «Хотя, возможно, ненадолго».

Посветив фонариком внутрь комнаты, они увидели настоящий ад — всё вокруг было залито кровью.

Сердце Чэнь Цайсина ухнуло вниз. В первую же ночь — и сразу минус четыре человека.

Сложность у этой игры просто запредельная.

— Что случилось? — присел он на корточки к угасающему игроку.

Тот открыл рот, но изо рта хлынула кровь. Захлёбываясь, он с трудом выхаркал:

— П-призрак… там призрак… — и с этим словом испустил последний вдох.

— Призрак! Это реально призрак!

— Мамочки, как страшно, я хочу домой! — кто-то уже бился в слезах.

Чэнь Цайсин поднялся, сжал ручку Сяо Цзю и мягко произнёс:

— Ты же говорил, что хочешь спать? Пойдём в кровать.

— Эй! Ты что, просто так уйдёшь?! Вот так взял и пошёл?! — закричал кто-то им вслед.

— А иначе что? Предлагаешь мне заняться выносом тел?

Девушка поперхнулась словами, а Чэнь Цайсин вместе с Сяо Цзю уже вернулись в свою комнату. Мальчик послушно залез на кровать, а Чэнь Цайсин присел на край, погрузившись в мысли.

— Цзецзе, ты чего?

— Виню себя за то, что ляпнула про завещание перед входом, — сама же себе флаг смерти и поставила.

Юань Цзювань тут же подобрался ближе, прижался пухлой щекой к его руке и, испуганно хлопая большими глазами, заговорил:

— Цзецзе, всё будет хорошо! Всё обязательно будет хорошо! Не бойся, Сяо Цзю защитит тебя!

— Ладно, вся надежда на тебя, Сяо Цзю, — Чэнь Цайсин с улыбкой погладил младшего по кудрям.

На душе немного отлегло. Раз уж попал сюда, то деваться некуда. Как мать-одиночка, Син-син, ты справишься! Будь сильной!

Вскоре дверь тихонько толкнули, и в комнату вошли Го Юй и Чэн Лифэн.

— Ещё не спите? Хотя да, в первую же ночь четверо трупов, у кого тут сон пойдёт, — Го Юй сам задал вопрос и сам же на него ответил, принявшись тараторить: — Просто жуть. Вы бы видели ту комнату — сплошное кровавое месиво! Они даже языки себе от страха откусили!

— Я уже видел, — перебил его Чэнь Цайсин. — Давай что-нибудь по делу.

— А ты, я смотрю, зацепки ищешь? Нам вроде как не доводилось формировать отряд, да и вообще мы толком не знакомы. Не рановато ли выведывать?

Чэнь Цайсин опустил голову и с грустной интонацией произнёс:

— Тоже верно… — Он приложил ладонь к животу и тихо добавил: — Я всего лишь мать-одиночка, отца у ребёнка больше нет, и в этом месте мы с братом можем полагаться только друг на друга. Вполне естественно, что вы не принимаете нас всерьёз. Но я не из тех, кто станет давить на жалость ради информации.

Го Юй: «???»

«Сестрица, а чем ты сейчас, по-твоему, занимаешься?!»

— Старик Го, — Чэн Лифэн остановил собравшегося возмутиться Го Юя и бросил взгляд на стоящую у кровати Юань Син. Худенький силуэт девушки делал её огромный живот ещё заметнее, а в темноте лица почти не было видно от бледности — судя по всему, её сильно перепугала картина увиденной смерти. Чэн Лифэн не удержался и пояснил: — Когда ты ушла, я заметил, что гниющие трупы затихли. Они перестали двигаться, словно подчиняясь чьему-то приказу. А когда раздался тот крик, неподвижные трупы в лесу начали уходить прямо под землю. Я немного подождал и увидел, как мимо прошмыгнула какая-то тёмная тень и скрылась в чаще.

Гибель четырёх игроков была напрямую связана с этой тенью из леса.

Гниющие трупы выходят по ночам — это предупреждение о том, что тень отправляется на охоту.

— А каково условие смерти? Случайное убийство? — задумчиво пробормотал Чэнь Цайсин.

Чэн Лифэн лишь покачал головой — он и сам не знал. Впрочем, Чэнь Цайсин и не ждал ответа, он просто озвучил мысль вслух. Похлопав Сяо Цзю по плечу, он залез под одеяло.

Все четверо снова улеглись по кроватям. В комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь далёким шелестом листвы на ветру.

Комната погибших находилась довольно далеко от них, но даже оттуда Чэнь Цайсин улавливал слабый металлический запах. У него был слишком чувствительный нюх — точнее, любые неприятные запахи мгновенно вызывали у него приступ тошноты.

На следующее утро.

Юань Цзювань аккуратно сложил одеяло, и Чэнь Цайсин попытался убрать его в свой игровой рюкзак. Однако инвентарь состоял всего из двух ячеек: в одной лежала еда, в другой — предмет. Одеяло просто не влезал.

Только сейчас Чэнь Цайсин понял, что инвентарь сортирует вещи строго по категории и типу.

— Сяо Цзю, забери его себе.

Заметив вытаращенный взгляд Го Юя, наблюдающего за их манипуляциями с вещью, Чэнь Цайсин пояснил:

— Мы одеялом уже пользовались, отдавать его вам как-то неловко. Я куплю вам новое и верну.

— Да ну, к чему такие сложности? А то получается, будто я, взрослый мужик, мелочусь из-за какого-то покрывала.

Чэнь Цайсин поправил волосы и с милой улыбкой произнёс:

— Бережливость и экономность — отличные черты. Ты у нас настоящая хозяюшка, я всё понимаю, милая подружка.

Го Юй: «…»

Какая ещё подружка?! На кой чёрт он вообще открыл рот?!

Снаружи их уже ждал Александр. На нём была всё та же маска, а голос звучал ледяным тоном:

— Уважаемые врачи, вас ждёт множество пациентов, требующих лечения. Сегодня вы непростительно опоздали. На первый раз я сделаю вам скидку, учитывая, что вы только прибыли, но начиная с завтрашнего дня сбор строго в шесть утра…