Забеременеть в игре ужасов.

...Он был полон уверенности, ведь артефакт, способный блокировать урон от призраков, находился у него. А талисман в руках Ван Синпина перебивал и маскировал человеческий запах, давая несколько драгоценных секунд на то, чтобы сбежать. На втором этаже полно комнат — они могли просто заскочить в любую попавшуюся.

Троица спланировала это заранее, и все произошло в мгновение ока.

Хоу-цзы прятался в ближайшей комнате и светил фонарем, Цзинь Хай выдернул деревянный кол из груди Джона, а Ван Синпин тем временем швырнул какую-то дрянь прямо на дверь номера Чэнь Цайсина.

Раздался сухой звук «щелк».

Когда Чэнь Цайсин опомнился и попытался запереть дверь, замок уже вышел из строя, и створка не закрывалась. Но самым ужасным было то, что Цзинь Хай действительно вытащил деревянный кол из груди Джона.

ХРУСТ, ХРУСТ, ХРУСТ...

С первого этажа поднимались восковые фигуры.

Цайсин готов был лично четвертовать и изрубить на куски этих троих.

Бочка перегораживала дверной проход, отрезая путь к отступлению. Сжимая в руке второй деревянный кол, Чэнь Цайсин вместе с спутниками отступил в глубь комнаты. На этот раз право на ошибку отсутствовало: если всадить хотя бы один кол в грудь Джона, тот снова на время застынет, давая им передышку, чтобы отыскать выдернутый Цзинь Хаем первый кол.

— Сяосяо, свети! — крикнул Цайсин.

Ван Сяосяо от внезапного поворота событий совсем онемела, ее руки оледенели, а пальцы судорожно дрожали, пока она пыталась достать телефон. Но, увидев, как из бочки выбирается Джон, она сдавленно заверещала от ужаса:

— Чэнь Цайсин, он... он идет сюда!

В спальне было слишком темно, а тут еще и Джон постоянно дергался, превратившись в сплошное черное пятно — Цайсин панически боялся промахнуться и пробить не то место.

За дверью поднялся еще больший шум.

Восковые статуи добрались до второго этажа.

Троица подонков укрылась в соседнем номере. Хоу-цзы с азартом и дрожью в руках зажал фонарь, а Ван Синпин уже подсчитывал куш. Ван-гэ обещал: стоит им одолеть босса, и они закончат игру минимум с рангом «B», а это, на минуточку, целых 250 тысяч юаней наличными!

— Ждем, пока эти двое сдохнут, а потом заходим.

— Ван-гэ, ну ты просто гений, блин!

— Никчемный мусор еще смел на меня пасть открывать! Поделом ему, — Цзинь Хай с отвращением сплюнул на пол.

Восковые фигуры уже бродили по коридору. Глаза троих профи застлала кровавая пелена наживы, и даже трусливый Хоу-цзы перестал бояться чудовищ за дверью. Дверь-то заперта — восковые статуи внутрь не прорвутся.

БУМ! БУМ! БУМ!

— Старина Ван... Хочешь стать восковой фигурой?

— Вы трое... совсем про меня забыли?

— Пошел нахуй, Чжао Цзюнь! Я тебя не боюсь, сука, попробуй только войти! — заорал Цзинь Хай, но не успел он договорить, как дверь с оглушительным треском вылетела петлями наружу.

За порогом стоял мертвый Чжао Цзюнь. Неестественно заломив шею, он окинул мужчин мутным взглядом и оскалился в белоснежной улыбке:

— Три восковые фигуры... Красивые, прекрасные фигурки...

— А-а-а-а-а-а! — Завизжал Хоу-цзы.

Из соседнего номера донеслись дикие, нечеловеческие крики.

...В это время в углу комнаты Чэнь Цайсина маленький Юань Цзювань сжимал в ладошке телефон, озаряя спальню ярким белым светом.

Джон замер всего в полушаге от Цайсина — настолько близко, что тот чувствовал едкую тухлую вонь, исходящую от чудовища. Прямо сейчас из груди Джона торчал кол: несколькими секундами ранее ситуация была настолько критической, что Цайсин поставил все на карту и всадил деревяшку с такой дикой силой, что та полностью вошла в плоть, и его даже не было видно снаружи.

И тем не менее, пробитый колом Джон все равно продолжал едва заметно шевелиться.

За ночь погибло слишком много людей, и его сила неумолимо возрастала.

Слыша душераздирающие вопли из соседней комнаты, Чэнь Цайсин мгновенно принял решение:

— Дай телефон мне. Я сбегаю в соседний номер за вторым колом. Сяосяо, уводи Сяо Цзю в другую комнату!

— Гэгэ, я с тобой! — Юань Цзювань не позволил Ван Сяосяо даже притронуться к себе и, крепко зажав телефон, семенящими шажками устремился за Цайсином.

Восковые фигуры в коридоре застыли неподвижными истуканами, судя по всему, из-за того, что Джон был временно парализован. Нельзя было терять время.

Дверь соседнего номера была выбита настежь. При свете фонарика Цайсин увидал растерзанный труп Хоу-цзы, лежащий в луже собственной крови. Чуть дальше лежал Ван Синпин — судя по всему, в последний момент он пытался подставить Хоу-цзы под удар в качестве живого щита, но это его не спасло.

И только Цзинь Хай был еще жив: он замер на полу, покрытый толстым слоем липкой, блестящей массы — его с головы до ног залило кипящим воском.

Прямо у ног Цзинь Хая Чэнь Цайсин заметил второй кол и стремительно схватил его. В эту секунду он увидел, как рука мертвого Чжао Цзюня дернулась... Плохо дело! Джон вот-вот освободится!

Сжимая кол, Чэнь Цайсин влетел в свою спальню. Голова Джона со скрежетом повернулась на сто восемьдесят градусов, уставившись прямо на него.

— Сде-е-е...

— Я из тебя папу твоего сделаю! — рявкнул Чэнь Цайсин и с размаху вогнал второй деревянный кол точно в правую часть груди Джона.

ПЛЁП!

В комнате вспыхнул яркий электрический свет.

Будто из мрака преисподней они в одно мгновение вернулись в мир живых.

Ван Сяосяо дала волю чувствам и зарыдала в голос, хотя сама не могла понять, от чего плачет — от пережитого ужаса или от счастья. Закончив дело, Чэнь Цайсин ощутил дикий, накрывающий с головой откат усталости, но уснуть так и не смог. Прижав к себе Юань Цзюваня и поглаживая его мягкие волосы, он вместе с девушкой дождался рассвета в соседней, чистой спальне.

Никто из них ни словом не обмолвился о Цзинь Хае. Хотя тот и был еще жив, но, замурованный в восковой слой, вряд ли мог продержаться до конца игры.

— Рассвело... Чэнь Цайсин, смотри, солнце взошло! — Ван Сяосяо протерла опухшие глаза, не веря собственным глазам.

Мрачное, затянутое густым туманом небо преобразилось до неузнаваемости. Яркие оранжевые лучи солнца пробились сквозь легкую дымку и залили деревянный пол спальни теплым светом. Чэнь Цайсин сам не заметил, как задремал, а проснувшись и увидав солнечный свет, почувствовал, как с души спал тяжелый камень.

— Запчасти для нашей машины должны привезти сегодня, — вспомнил Цайсин легенду, данную им игровой системой.

Ван Сяосяо смеялась и плакала одновременно:

— Спасибо... Огромное тебе спасибо, Чэнь Цайсин! Если бы не ты, я бы ни за что не дожила до этого дня. Спасибо!

В коридоре все еще стояли восковые фигуры в застывших, неестественных позах, точно жуткие изваяния.

Выйдя наружу, они столкнулись с Чжао Жу. Девушка была бледнее полотна, с огромными темными кругами под глазами. Она находилась в состоянии глубокого шока и проскользнула мимо них, даже не поздоровавшись — ее психика окончательно надломилась.

В гостиной на первом этаже завтрак на столе отсутствовал. Мистер Хаус неподвижно стоял посреди комнаты. Окинув их мутным взглядом, он произнес:

— Доброе утро, дети мои. Спешу сообщить вам радостную весть: запчасти для вашей машины доставили раньше срока. Я уже помог вам отремонтировать автомобиль, так что сегодня в полдень вы сможете продолжить свое выпускное путешествие. Поздравляю вас.

— Спасибо, — услышав официальное подтверждение прохождения испытания от самого NPC, Чэнь Цайсин окончательно расслабился и с легкой улыбкой добавил:

— А где же наш завтрак, многоуважаемый и добрейший мистер Хаус?

Ван Сяосяо отчетливо увидела, как у мистера Хауса дернулся уголок рта.

Кажется, в этот момент он страстно хотел высказать им все, что думает. Впрочем, вскоре их действительно накормили.

Последний завтрак был приготовлен без особого старания, но аппетит у всех был зверский. Чжао Жу, уплетая овсяную кашу, будто только сейчас осознала, что кошмар окончен и она возвращается домой. Девушка разрыдалась в три ручья, размазывая слезы и сопли по лицу и вслух зовя маму с папой.

До полудня, когда отремонтированный автобус должен был отправиться, оставалось еще немного времени. Чэнь Цайсин прогулялся во задний двор. На ветвях дерева всё так же висели трупы. Достав из кармана серебряную цепочку с кулоном — ту самую, которую Юань Цзювань нашел в шкатулке на третьем этаже, — Цайсин вспомнил вчерашний день. Когда он срезал второй кол, трупы ринулись на него, но в последний момент замерли.

Очевидно, именно этот кулон спас ему жизнь. Чэнь Цайсин аккуратно повесил его на одну из нижних веток дерева.

Солнце припекало все сильнее. Но перед отъездом оставалось сделать еще кое-что.

Джоанна жаждала мести, но для ее осуществления использовалась кровь и плоть игроков. В этом плане она мало чем отличалась от самого Джона. У Чэнь Цайсина не было ни капли сочувствия к монстрам из этого игрового мира. Поднявшись на второй этаж, он обнаружил, что Цзинь Хай скончался — его окровавленное, залитое воском тело застыло в ужасной судороге. Судя по всему, перед смертью он пережил адские муки.

Цайсин окинул взглядом застывшие на этаже восковые фигуры.

Джон был мертв, но эти статуи навсегда остались заперты в своих восковых панцирях, и их души не могли обрести покой.

Что ж, раз уж игра окончена — стоит отправить их в последний путь.

Чэнь Цайсин поднес спичку и поджег второй этаж.

Запах горящего воска под треск пламени быстро заполнил коридор, а вскоре к нему примешалась вонь паленой плоти. Огонь со второго этажа стремительно перекинулся на первый.

Бушующее пламя поглотило оставшиеся клочья тумана. Солнце жгло вовсю, источая сухой зной.

Чэнь Цайсину стало настолько жарко, что он расстегнул молнию пуховика, но, заметив намечающийся «пивной животик», с досадой застегнул ее обратно.

Лучше уж попотеть!

Отремонтированный микроавтобус с не пойми откуда взявшимся водителем за рулем медленно вывез оставшихся в живых старшеклассников за пределы проклятого городка.

Через стекло автобуса было видно, как мистер Хаус стоит у деревянной калитки. Он провожал удаляющуюся машину долгим взглядом, не двигаясь с места, словно навсегда остался ждать кого-то у ворот.

— Гэгэ... — тихо и печально прозвенел детский голосок Юань Цзюваня.

Комментарии переводчика ~

Я вас поздравляю, дорогие читатели! Мы с вами закончили первую арку: «Музей восковых фигур». Это был довольно интересный сюжетный отрезок. На следующие несколько глав мы с вами переносимся в реальный мир, а потом нас ждет не менее захватывающее путешествие во второй инстанс, где наш ггэшка будет притворяться беременной девушкой. (*^^*)