Забеременеть в игре ужасов.

— Эй, новички, подойдите-ка сюда. Есть для вас задача, — донесся голос из коридора.

Чэнь Цайсин, доедая сухой хлеб, просто молча кивнул. Возражать не стал: об этом мире он знал слишком мало, и для прохождения стартовой локации опыт ветеранов был необходим, хоть и требовалось держать ухо востро.

— ...Я тут случайно услышала, как этот Цзинь-гэ шепнул: «Раз двое NPC копыта отбросили, значит, информации верить можно». Мне кажется, эти опытные хотят пустить нас на расходный материал. Будь осторожнее, — проговорила девушка с короткой стрижкой.

Примечание 1. Опытные игроки называют погибших новичков «NPC» или «мясом», подчеркивая отношение к неопытным участникам как к безымянной массовке и расходному материалу для проверки ловушек.

Смелости ей было не занимать.

Чэнь Цайсин кивнул в ответ:

— Спасибо за наводку. Я Чэнь Цайсин.

— Ван Сяосяо, — представилась она.

Девушка явно пыталась наладить контакт и присмотреть себе толкового напарника.

Другая пара новичков была бесполезна: мужчина срывал злость на всех подряд и паниковал, а его спутница только и умела, что хвостиком виться за «сильными» и лебезить перед ветеранами. Что касается Чжао Жу — та была слишком труслива. Ван Сяосяо нужен был надежный союзник.

Чэнь Цайсин прекрасно уловил подтекст ее слов и против такого объединения ничего не имел. Однако не успел он ответить, как почувствовал, что Юань Цзювань тихонько подобрался поближе и осторожно сжал его ладонь своими маленькими пальчиками.

— ???

— Гэгэ, я вообще-то тоже очень сильный! Я тебя защищу! — выпятив пухлую грудь, гордо заявил Юань Цзювань.

Чэнь Цайсин посмотрел на школьника, едва достававшего ему до пояса. Мысли ребенка читались на раз: мелкий испугался, что Цайсин скооперируется с Ван Сяосяо и бросит его.

— Ну конечно-конечно, Сяо Цзю у нас самый сильный, — ласково, как совсем маленького, успокоил его Цайсин. — Вся надежда только на тебя, защищай своего гэгэ.

До чего же милый пацан.

В гостиной.

Цзинь-гэ сразу перешел к делу:

— Сегодня для начала обыщем этот музей восковых фигур. Нужно найти любые подозрительные улики...

— Но хозяин же сказал, что надо просто продержаться семь дней, и мы вернемся? — перебила Ван Сяосяо.

Цзинь-гэ смерил ее равнодушным взглядом:

— Если тебе нравится торчать тут неделю — сиди. А у остальных есть желание свалить пораньше.

— Из игры можно выбраться раньше срока?!

— Господи, какое счастье!

Подавленная и напуганная Чжао Жу вместе со второй девушкой-новичком тут же просветлели. Ван Сяосяо тоже замерла от такого сюрприза. Чэнь Цайсин же лишь прищурился, глядя на Цзинь-гэ. Честно говоря, ему слабо верилось, что эти четверо профи превратились в благодетелей, мечтающих спасать новичков.

— А как вообще устроен этот игровой мир? — спросил Чэнь Цайсин, встречаясь взглядом с Цзинем. — Раз уж мы собираемся искать улики, нам не помешает узнать базовые правила.

Брат Цзинь молча перевел взгляд на Хоу-цзы.

Тощий парень состроил досадливую мину и со вздохом пояснил:

— Ох, ну и недоверчивые же вы, новички! Цзинь-гэ о вас заботится, а вы подвох ищете. Ладно, так и быть, объясню. Это игровой мир. А раз это игра, то за победу положена награда. Если мы найдем правильные улики и досрочно разгадаем сюжет, то не просто вернемся в реальность раньше времени, но и получим золотые монеты и особые предметы. Золото, между прочим, свободно конвертируется в реальные деньги: одна монета — десять тысяч юаней! Так что слушайтесь умных людей и тщательно перерывайте тут каждый угол...

Примечание 2. По данным 2026 года, 10000 юаней = 115000 рублей.

Эта игра была предельно простой и топорной, и называлась она без затей — «Мистическая игра».

Примечание 3. Название игры: В оригинале игра зовется 灵异游戏 (Língyì yóuxì) — «Мистическая игра» или «Игра с привидениями/хоррор-игра».

Слова Хоу-цзы звучали заманчиво: выход на свободу, призы, артефакты, да еще и куча денег, переводящаяся на банковский счет в реале. Не успел он закончить, как у вспыльчивого мужика и его плаксивой спутницы загорелись глаза.

И досрочный отъезд домой, и золотые монеты сработали как сочная морковка, повешенная перед носом осла.

Даже Ван Сяосяо, еще минуту назад подозревавшая профи во всех грехах, теперь прониклась доверием и была готова выполнять их указания.

«Какими бы заманчивыми ни были награды, чтобы их получить, надо сначала не сыграть в ящик», — подумал Чэнь Цайсин, но вслух возражать не стал.

Из четырех опытных игроков активничали в основном Цзинь-гэ и Хоу-цзы, а двое других — по фамилии Чжао и Ван — предпочитали держаться в тени и молча наблюдать.

— ...В таких мистических квестах у всего есть первопричина, — продолжал вещать Хоу-цзы. — В основе каждого инстанса лежит история какого-нибудь убийства. Не будь трупа — не было бы и призрака, логично? Обычный детектив. Известно, что владельца музея зовут мистер Хаус. Вот и отталкивайтесь от этого. Обыщите весь дом до последнего гвоздя.

В его тоне проскользнул прозрачный намек.

Чэнь Цайсин уловил его мгновенно и спросил напрямую:

— На третьем этаже тоже искать?

— Желательно бы подняться и проверить, — подмигнул Хоу-цзы.

— Но NPC же вчера четко сказал: на третий этаж заходить нельзя! А те, кто не послушал и вышел ночью из комнаты, уже валяются мертвыми! — Ван Сяосяо уставилась на Хоу-цзы с нескрываемым подозрением.

Хоу-цзы хмыкнул:

— Словам NPC нельзя верить на слово. Они половину врут, половину недоговаривают. Самые жирные улики почти всегда спрятаны там, куда ходить запрещают.

При упоминании погибших атмосфера в гостиной мгновенно остыла. Две кровавые туши в туалете на втором этаже еще стояли у всех перед глазами, те двое тоже нарушили запрет NPC. Восторженный пыл новичков, разогретый обещаниями золотых монет, тут же угас. К людям вернулся разум.

Вспыльчивый мужчина и вовсе взвился:

— Да мне плевать, насколько вы тут опытные! Если вздумаете пустить меня на убой, я вас первыми на куски порву!

Хоу-цзы взглянул на Цзинь-гэ.

— Пацан, — Цзинь-гэ даже не удостоил психованного взглядом, вместо этого он с тяжелой угрозой уставился на Чэнь Цайсина.

— По этой локации я тебе больше ни единой зацепки не дам. А без нашей охраны я буду ждать, когда твой труп вынесут вперёд ногами.

Чэнь Цайсин: «...»

— Ну вот, доигрались, Цзинь-гэ разозлили.

Со вздохом прискорбия подлил масла в огонь Хоу-цзы, изображая на лице глубокую озабоченность.

— До чего же вы, новички, тупые. Без нас вы тут все равно подохнете. Кто верит нам — идите сюда. А остальные могут хоть сейчас идти вешаться. Второго шанса не будет, потом не скулите и не просите о помощи.

Сделав паузу, он внезапно смягчил тон:

— Впрочем, если вы так боитесь идти на третий этаж, никто вас за шкирку не потащит. Зачем ругаться? В этой игре за убийство напарников накладывают дикие штрафы и отбирают лут, нам это не надо.

Мужик-психопат и его спутница первыми подняли руки:

— Мы с вами!

— Я... я тоже с вами, — пискнула Чжао Жу.

Даже вспыльчивый мужик, еще секунду назад брызгавший слюной, угодливо закивал и примкнул к группе ветеранов.

— Сяосяо, ты почему не идешь?

Чжао Жу тихонько потянула Ван Сяосяо за рукав, уговаривая:

— Вместе безопаснее. Цзинь-гэ же сказал, что силой никого выгонять не будут. Мы быстро найдем улики и вернемся домой!

Аргумент «быстро вернуться домой» окончательно сломал барьер Ван Сяосяо. Хотя внутренне она понимала, что проф игроки замышляют дрянь, в мире, кишащем призраками, толпа людей давала иллюзию защиты.

— Извини, — шепнула она Чэнь Цайсину.

Чэнь Цайсин понимающе кивнул. Он ее не осуждал.

Хоу-цзы хмыкнул, переведя взгляд на пацана:

— О, тут же еще школьник остался. Малыш, а ты не хочешь...

— Я останусь с гэгэ! — Юань Цзювань, словно опасаясь, что его слов будет недостаточно, обеими руками вцепился в бедро Чэнь Цайсина, превратившись в живой брелок.

Чэнь Цайсин посмотрел на брелок для ног в лице семилетнего школьника:

«Отлично. Выгляжу солидно, статус прет!»

— Ха-ха-ха! Ну как хотите, дело ваше, — Хоу-цзы зашелся глумливым хохотом, даже не скрывая презрения.

Повернувшись к Цзинь-гэ, он пролебезил:

— Не кипятись, Цзинь-гэ. Эти два цыпленка до завтрашнего утра все равно не доживут.

Он проклял их прямым текстом, даже не пытаясь сдерживаться. Толпа была на его стороне, а этот утонченный парень с ребенком на буксире в мистической игре были ходячими трупами. Такие комбинации из красавчика и дошкольника-балласта здесь звались емким словом: смертники.

Чэнь Цайсин не стал вступать в словесную перепалку. Похлопав «брелок» по макушке, он развернулся к выходу. Юань Цзювань послушно отцепился и крепко взял Цайсина за руку. Но переступая порог гостиной, мальчик мельком обернулся. Его нежное, детское личико в мгновение ока стало абсолютно неживым и холодным, а тяжелый, леденящий взгляд въелся прямо в спину Хоу-цзы.

Хоу-цзы внезапно передернуло от необоснованного, липкого ужаса.

Музей восковых фигур был огромным. Во главе с ветеранами группа из восьми человек принялась прочесывать помещения. Чэнь Цайсин же первым делом подошел к панорамному окну и взглянул на улицу.

Вчерашний труп мужика, висевший на стекле, исчез.

Опытные игроки встали рано и не могли этого не заметить, но никто из них даже словом не обмолвился. Похоже, исчезновение тел для них было привычным делом.

У Чэнь Цайсина возникло стойкое интуитивное предчувствие: нужно узнать, куда деваются трупы.

— Гэгэ? Хочешь выйти и посмотреть? — Юань Цзювань проследил за его взглядом, забавно наклонив голову набок.

Глядя на это наивное, доверчивое детское личико, Чэнь Цайсин на секунду ощутил гордость старшего брата. Правда, мысль о том, что он стал «главарем» над одним первоклашкой, отдавала легким детским садом.

— Цзинь-гэ, эти двое вышли на улицу, — доложил Хоу-цзы, следивший за окном.

— Посмотрим. Если не погибнут на пороге, тогда и мы выйдем, — отрезал Брат Цзинь.

Сидевший рядом игрок по фамилии Чжао сквозь зубы добавил:

— На третий этаж все равно придется идти.

— Завтра подстроим так, чтобы новички поднялись первыми и проверили обстановку, — хладнокровно резюмировал Цзинь.

Перед музеем простирался запущенный, пожелтевший газон, огороженный низким белым заборчиком со следами облупившейся краски. Сразу за заборчиком стояла непроглядная, клубящаяся белая стена тумана.

Инстинкт самосохранения подсказывал Чэнь Цайсину: к туману приближаться нельзя ни в коем случае. Но пока они оставались внутри периметра ограды, опасность им не грозила.

Здание музея стояло особняком. Сухая, пожухлая трава намекала, что в этом мире царит глубокая осень.

От главного входа вглубь участка, огибая здание, уходила узкая мощеная дорожка. Чэнь Цайсин направился по ней на задний двор...