Где твой мужчина

Я начала метаться по незнакомому, залитому солнцем дому в одном лишь белье, судорожно озираясь по сторонам.
— Где моя одежда, Джуд?! — выкрикнула я в пустоту коридора, огибая огромный диван.
Он медленно вышел из спальни. На нем были только свободные домашние брюки, натянутые низко на бедрах.
— Ты куда спешишь? — спокойно и почти лениво спросил он, скрестив руки на груди.
— Домой!
— А то, что было вчера? — Беллингем сощурился, выдерживая паузу.
— Я была пьяна, не соображала, что делаю, — выпалила я, чувствуя, как горит лицо. — Я тебе позвонила, ты приехал и... всё. Я тебя не просила приезжать вообще!
— Ты сейчас серьезно? — его голос моментально утратил утреннюю расслабленность, в нем прорезались опасные, стальные нотки.
— Вполне, Джуд!
Он сделал пару широких, бесшумных шагов, мгновенно сократив расстояние, взял меня за талию и резко прижал к себе. Я уперлась ладонями в его раскаленную грудь, но его хватка была железной. От этой близости по телу прошел электрический импульс — я в буквальном смысле ощутила, как сильно он взвинчен и распален с самого утра.
— Хватит. Я уезжаю, — выдохнула я, пытаясь отвести взгляд.
Джуд наклонился и с откровенным, неспешным голодом поцеловал меня в шею, обжигая чувствительную кожу дыханием:
— Ни за что, Адди.
Воспользовавшись тем, что его хватка на секунду ослабла, я изо всех сил вывернулась из этих объятий. Краем глаза зацепила свое вчерашнее черное платье, брошенное на кресло в углу. Подскочила, сгребла его в охапку и рванула по коридору искать ванную комнату.
Джуд бросился за мной. Его тяжелые шаги отдавались эхом по паркету.
Заметив белую дверь, я влетела внутрь и с силой захлопнула её прямо перед его носом. Щелчок внутреннего задвижного механизма. Успела.
Опираясь руками о раковину, я взглянула на себя в зеркало и ужаснулась. Волосы спутанные, тушь слегка размазалась под глазами, а на шее и ключицах алели ясные, наглые отпечатки его губ и зубов. Боже, это был полный катастрофический ужас.
Из-за двери донесся громовой удар:
— Открывай, Адди! Или я открою сам!
— Забудь, Джуд! — крикнула я, судорожно натягивая платье через голову. — Как я уже говорила, это ВСЁ — одна большая ошибка!
Не успела я застегнуть молнию, как с той стороны раздался металлический скрежет. Джуд поддел замок тонким лезвием кухонного ножа, защелка с щелчком провернулась, и дверь с грохотом распахнулась.
Он шагнул внутрь, заполнив собой всё пространство небольшой ванной комнаты. В его руках всё ещё был нож, который он тут же с глухим стуком бросил на стиральную машину, а взгляд въелся в меня с такой дикой, неконтролируемой силой, что воздух в комнате мгновенно стал вязким.
— Ты еще раз произнесешь слово «ошибка», — прошипел он, наступая на меня и заставляя вжаться спиной в холодный кафель у раковины, — и я докажу тебе обратно прямо на этом полу.
— Не подходи ко мне! — я попыталась упереться руками ему в грудь, но Джуд перехватил оба моих запястья одной рукой и зафиксировал их над моей головой, прижав к стене.
Его свободная ладонь жестко и уверенно легла на мою шею, большим пальцем он приподнял мой подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза.
— Ты думаешь, ты можешь просто позвонить мне среди ночи, наорать, что ты без белья, заставить меня мчаться через всю Каталонию, отдать мне всю себя на моей машине, а утром включить гордую недотрогу? — его голос опустился до едва слышного, вибрирующего хрипа. — Игра окончена, Адди. Ты назвала меня своим мужем. Ты стонала мое имя всю ночь. Ты никуда отсюда не уйдешь.
— Ты не можешь держать меня здесь силой! — выкрикнула я, хотя пульс в местах его касаний зашкаливал, а тело предательски отозвалось на его близость новой волной жара.
— А я и не держу силой, — усмехнулся Беллингем, медленно наклоняясь к моим губам и накрывая их жестким, уверенным поцелуем, не оставлявшим мне ни единого шанса на побег. — Твое тело делает всё за меня.
Я вырвала руку из его захвата и изо всех сил, вкладывая всю накопившуюся злость, влепила Джуду хлесткую пощечину. Звук удара звонким эхом разнесся по ванне.
Беллингем лишь медленно повернул голову обратно. Его щека горела красным, но на лице не дрогнул ни один мускул.
— Забываешь условия, принцесса? — его голос прозвучал леденяще-спокойно. — Со следующего месяца твоя дорогая Сидни вычеркивает из жизни съемную конуру. Она переезжает в элитные апартаменты в центре и вступает в должность, о которой даже мечтать не смела. Я устроил её жизнь одним звонком. И одним же звонком могу стереть всё это в пыль.
Я замерла. На глаза мгновенно навеpнулись горячие, обжигающие слезы бессилия.
— Ты... подонок, — горло сжало судорожным комом. — Я ненавижу тебя, Беллингем.
На тумбочке у раковины стояла тяжелая декоративная статуэтка. Не думая ни секунды, я схватила её и с размаху швырнула ему прямо в грудь. Камень со свистом врезался в его стальной пресс и с глухим стуком отскочил на пол. Джуд лишь молча положил ладонь на место удара, слегка сжав пальцы, но стойко сдержал себя, даже не шелохнувшись.
И тут меня окончательно сорвало с петель. Я выскочила из ванной в гостиную, разворачиваясь в безумном, диком танце ярости. На полу лежали мои вчерашние туфли на металлической шпильке. Я подскочила, сгребла одну из них и с разворота, изо всех сил, всадила тонкий каблук прямо в центр огромной плазмы, висевшей на стене.
Экран отозвался треском, и по дорогому стеклу во все стороны мгновенно расползлась паутина мелких трещин.
— В следующий раз будет твой череп, Беллингем! — выкрикнула я, тяжело дыша и указывая на него шпилькой. — Только тронь её жизнь — я убью тебя. Я убью тебя тем ножом, которым ты открыл дверь в ванную, и глазом не моргну!
Джуд стоял посреди комнаты, скрестив руки на груди. Никакой ярости. Никакого испуга. На его губах расплывалась гордая, почти покровительственная улыбка. Он ведь помнил, какую напуганную, забитую жертву забирал когда-то, а сейчас перед ним стояла настоящая бестия. Настоящий пожар. И этот сущий ад, который я устраивала, безумно его забавлял, растворяя всю его накопившуюся усталость, словно шипучая таблетка аспирина в стакане воды. Это были его усилия. Он сам создал эту женщину.
— Давай, Адди, — с тихой, дерзкой усмешкой произнес он, делая шаг ко мне. — У тебя есть три недели. А потом жизнь твоей подруги начнет крушиться как карточный домик. Я даю тебе это время, а ты решай сама.
Он подошел вплотную и твердо ткнул указательным пальцем мне прямо в грудь, в область чеканящего безумный ритм сердца:
— И... уволься. Паршивая должность. Ты достойна большего. Лучше сделай это сама, или за тебя это сделаю я. Деньги на первое время я переведу тебе на счет.
— Пошел ты, конченный долбоеб!!! — рявкнула я ему прямо в лицо.
— И я тебя люблю, принцесса, — ни один мускул не дрогнул на его надменном лице.
Я с вызовом посмотрела на него, с треском вырвала каблук туфли из разбитого экрана телевизора, опустилась на паркет и медленно, откровенно сексуально надела ее на ногу, выгибая тонкую лодыжку. Затем поднялась, поправила платье и одарила его самым ядовитым взглядом, на который была способна.
— А теперь смотри, как уходит твоя мечта, прямо из твоих рук. ЧЕМПИОН! — с насмешкой бросила я через плечо.
Беллингем лишь качнул головой, провожая меня темным, нечитаемым взглядом.
Я развернулась, гордо чеканя шаг на своих шпильках, выскочила из дома, хлопая дверью, и прямо на ходу достала телефон, чтобы вызвать такси до дома.