Где твой мужчина

Я не стала ничего отвечать. Лишь смерила его долгим, полным презрения взглядом, развернулась и вышла из кабинета, на этот раз наступая на пятки с нарочитой гордостью.
Утро встретило меня слепящим, нещадным мадридским солнцем, которое пробивалось сквозь плотные жалюзи. Когда я спустилась на первый этаж около девяти утра, в доме стояла идеальная тишина. На кухонном островке лежал мой новый телефон, а рядом — свежесваренный кофе и записка, написанная размашистым, твердым подчерком:
«Уехал на тренировочную базу. Вернусь к четырем. Тебе привезли вещи — все в гардеробной. Никуда не уходи, машина с водителем в твоем распоряжении, если захочешь съездить в клинику показать ногу. Джуд».
Я скомкала записку и швырнула ее в мусорное ведро. Слишком заботливый. Слишком контролирующий. Сидеть в четырёх стенах, как послушная пленница, пока Джуд решает свои дела, я не собиралась. Раз уж Беллингем оставил меня в Мадриде и забрал моё прошлое, я заберу его покой.
Около пяти вечера я поднялась в гардеробную. Среди десятков дизайнерских нарядов я выбрала то, что гарантированно привлечет внимание: дерзкое черное мини-платье на запах с эффектом жидкого шелка, глубоким декольте и полностью открытой спиной. Оно идеально подчеркивало фигуру, не оставляя места для фантазий. К нему — высокие босоножки на тонкой шпильке, яркий макияж с акцентом на губы и кошачьи стрелки.
Я выглядела не как жертва шантажа. Я выглядела как женщина, которая владеет этим городом.
Взяв новый телефон с тумбочки, я спустилась во двор. Водитель у машины нахмурился, едва увидав мой наряд.
— Выходите из машины, — отчеканила я, спустившись к нему.
— Мисс Адди, мистер Беллингем просил, чтобы вы оставались дома...
— Ключи, — перебила я его тоном, не терпящим возражений, и протянула ладонь. — Или я прямо сейчас звоню Джуду и говорю, что ты распускаешь руки. Выбирай.
Водитель побледнел, взвесил риски и молча вложил тяжёлый брелок мне в руку. Сев за руль матового монстра, я выжала газ и рванула прочь из закрытого поселка.
Клуб гудел от басов и неона. Я сразу направилась к барной стойке, заказав себе крепкий коктейль. Мне не нужно было ничего делать — мужчины вокруг реагировали сами. Удобно расположившись на высоком стуле, я позволила себе расслабиться, сбрасывая всё то колючее напряжение, которое копилось во мне эти дни.
Уже через двадцать минут около меня крутился симпатичный, ухоженный испанский брюнет с дорогой цепочкой на шее. Он сыпал комплиментами, а я просто улыбалась, подогревая его азарт.
Когда басы в зале накрыли очередную волну, парень наклонился ближе, положив ладонь на мою талию. В голове от алкоголя и бунта зашумело. Встретившись с ним взглядом, я подалась вперед и впилась в его губы недолгим, но жгучим, провокационным поцелуем. Это не было про чувственность — это был чистый, концентрированный акт неповиновения. На выдохе я отстранилась, легко хлопнула ошарашенного парня по плечу, забрала сумочку и, не произнеся больше ни слова, направилась к выходу. Моя миссия на этот вечер была выполнена.
Около полуночи я заехала на территорию особняка. Оставив внедорожник прямо посреди двора, я на каблуках прошагала к массивной двери.
В доме стояла звенящая, гробовая тишина. Все лампы были выключены, кроме одного тусклого торшера в гостиной.
Джуд сидел в глубоком кожаном кресле напротив входа. На нём была всё та же черная рубашка, рукава закатаны до локтей, а в руке замер бокал с остывшим виски. Его лицо было высечено из камня.
Он знал, где я была. Его люди доложили ему о геолокации машины в первую же минуту. Но он не поехал за мной. Он дал мне время наиграться — и просто ждал. Однако Джуд абсолютно не знал, что именно я там делала.
Стук моих шпилек оборвался. Я остановилась в центре холла, закинув ногу на ногу и провокационно вздернув подбородок.
— Заждался, Беллингем? — с легкой, пьянящей ухмылкой спросила я.
Джуд медленно поставил бокал на стол. Звон хрусталя прорезал тишину как выстрел. Он поднялся из кресла — медленно, выпрямляя свою огромную фигуру, и шаг за шагом пошел ко мне.
От него веяло таким удушающим, взрывоопасным гневом, что воздух между нами мгновенно превратился в стекло. Его карие глаза прожигали моё шелковое платье, открытую спину и, наконец, остановились на моих губах, с которых смазалась помада.
— Ты опоздала на ужин, Адди, — низким, опасным вибрирующим шепотом произнес он, останавливаясь в полушаге и загоняя меня своей тенью в тиски. — И где же ты пропадала в таком виде?
— Догадайся, Джуд, — я усмехнулась, качнувшись на высоких каблуках и скрестив руки на груди. Алкоголь мягко туманил разум, придавая мне ложную, опасную храбрость. — В отличие от этого дома, в городе кипит настоящая жизнь. Люди танцуют, пьют, развлекаются. Тебе стоит как-нибудь попробовать.
Беллингем сделал еще шаг вперед, полностью накрывая меня своей тенью. Его глаза темно-карего цвета сощурились, выискивая в моем взгляде хотя бы каплю страха.
— Ты думаешь, это игра, да? — его голос опустился до низкого, вибрационного шепота, от которого по коже побежали мурашки. — Взяла мою машину, сбежала в клуб, измазала помаду... Ты правда думала, что я буду сидеть здесь и спокойно смотреть на твои выходки?
— А что мне оставалось делать?! — вспыхнула я, взмахнув рукой и окончательно потеряв контроль над языком из-за алкоголя. — Ты приволок меня сюда как трофей! Шагу не даешь ступить! Я просто хотела выдохнуть, понимаешь?! Я не соображала, что делала, после поцелуя с тем парнем...
Слова вылетели изо рта быстрее, чем соображающий мозг успел их заблокировать.
Я мгновенно замерла. Осеклась. И судорожно прикрыла рот обеими ладонями, а глаза округлились от осознания того, что именно я только что выплюнула ему в лицо.
Воздух в холле мгновенно вымерз до абсолютного нуля.
Лицо Джуда изменилось за секунду. Вся ленивая опасная сдержанность испарилась, уступив место какому-то дикому, животному ужасу вперемешку с бешенством. Желваки на его челюсти заходили ходуном.
— Что ты сказала? — прошипел он. Голос звучал настолько тихо и тяжело, будто у него перехватило дыхание.
— Ничего, — быстро выдохнула я сквозь пальцы, делая шаг назад.
— Ты целовалась с каким-то парнем? — произнес он с выдержкой, за которой скрывался готовый взорваться атомный реактор.
Мозг судорожно соображал, а ноги уже сами несли меня прочь. Я развернулась и спешной, сбивающейся походкой на каблуках помчалась вверх по мраморной лестнице, цепляясь пальцами за перила и стремясь спастись в своей спальне.
— Нет! — выкрикнула я через плечо, спотыкаясь на ступеньках.
— Ты сказала это сама! — Джуд шел за мной. Он не бежал, но его тяжелые, чеканные шаги преодолевали по три ступени за раз. Позади меня раздавалось гулкое, опасное эхо его приближения.
— Нет, нет, нет! Тебе показалось, Беллингем! Я оговорилась! — с паникой в голосе запричитала я, практически взлетая на второй этаж.
— Повернулась ко мне, Адди! — прорычал он.
Я влетела в свою спальню, судорожно пытаясь схватиться за ручку двери, чтобы захлопнуть её прямо перед его носом. Но я не успела буквально на полсекунды.
Мощная ладонь Джуда с силой уперлась в дубовое полотно, не дав ему закрыться. В следующий миг дверь со стуком заскочила внутрь комнаты, а сам Беллингем вошел в спальню, загнал меня спиной к стене рядом с гардеробной.
Он тяжело, рваным ритмом дышал, нависая надо мной. Его грудь вздымалась, а в глазах полыхал такой жуткий, неконтролируемый пожар патологической ревности, что у меня перехватило дыхание. Вся его безупречная выдержка рассыпалась в прах.
— Повтори, — выдохнул он мне прямо в губы, упираясь обеими руками в стену по обе стороны от моей головы и полностью лишая меня пространства. — Повтори, что ты мне только что сказала.
— Я... я просто выпила лишнего, — мой голос предательски дрогнул. Расстояние между нашими губами сократилось до пары миллиметров. — Ты сам меня спровоцировал, Джуд...
— Кто он? — перебил он меня с тихим, страшным рыком, и его пальцы жестко сжали мое подбородки, заставляя смотреть ему прямо в глаза. — Кто, блять, смел к тебе прикоснуться?
— Не важно, — прошептала я, чувствуя, как его бешеный пульс передается мне. — Это был просто поцелуй. Ничего не значащий глупый поцелуй.
Джуд сощурился, и его хватка на моем подбородке стала еще ощутимее, хотя он сдерживал силу из последних сил.
— Ты играешь со мной на поражение, Адди, — прошептал он, и его голосом можно было резать металл. — Ты хотела меня разозлить? Поздравляю. У тебя получилось.