Восстанови меня

Мы вышли из палаццо, и холодный ночной воздух ударил в лицо. Я глубоко вздохнула, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает, оставляя после себя странную, почти приятную пустоту. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, но я заставила себя держать спину прямой. Мы дошли до машины, и Винсент открыл передо мной дверь. Я села, и, как только он устроился рядом, сразу убрала руку, которую он попытался накрыть своей. Его пальцы остались в воздухе на секунду дольше, чем нужно.

Тишина в машине повисла уставшая, не напряжённая. Мы все были вымотаны. Кай сел вперёд, Джованни и Рита со мной на заднее сиденье.

— Совет теперь точно даст о себе знать. — негромко произнёс Кай, глядя на дорогу.

— Пусть даёт. — отозвалась я. — Мы этого и добивались.

— Произвели фурор. — хмыкнул Джованни. — Надо было видеть их лица, когда ты залезла на стол. Я думал, у старика Галло сердечный приступ случится. Он так побледнел, что я уже мысленно вызывал скорую.

— Нужно было больше бокалов скинуть. — серьёзно ответила я.

Джованни засмеялся в голос. Рита по-прежнему смотрела в окно, но я краем глаза заметила, как она несколько раз бросила взгляд на русоволосого. Он тоже на неё поглядывал - слишком часто. Я едва не закатила глаза. Искры. Ещё одна головная боль, которая была мне сейчас совершенно не нужна. Хотя... глядя на то, как Рита чуть заметно улыбнулась в окно, я подумала, что, может, ей это даже пойдёт на пользу.

В особняке мы собрались в кабинете. Я села в кресло, не спрашивая разрешения, и обвела взглядом стены. Мой портрет висел напротив стола - я уже видела его, когда была здесь в прошлый раз, но каждый раз он вызывал во мне что-то странное. Смесь боли, злости и... тоски, от которой хотелось выть.

Рита вошла следом и, подняв глаза, замерла.

— Ого. — тихо выдохнула она. — Это ты?

Я кивнула. Винсент смотрел на меня спокойно, но я видела, как напряглись его плечи. Он ждал, что я скажу. Я ничего не сказала. Просто отвела взгляд.

— Это было рискованно, но эффективно. — произнесла я. — Совет теперь знает, что мы вместе. Осталось дождаться их реакции.

— Нужно усилить охрану. — добавил Кай.

— Ваша охрана вообще не помогает. — отозвалась я, и в голосе проскользнула усталая усмешка. — Меня похищали дважды. Оба раза - под носом у ваших людей.

— Справедливо. — вздохнул Кай. — Будем работать над этим.

— Предлагаю выпить за то, что мы живы. — вставил Джованни, поднимаясь к бару. — Кто за?

— Все. — ответила Рита почти сразу.

Русоволосый налил виски в пять стаканов и раздал. Мы чокнулись и выпили. Напиток обжёг горло, но приятно. Я откинулась на спинку кресла, чувствуя, как напряжение последних часов наконец начинает отпускать. Джованни тут же наполнил стаканы снова.

— Ещё по одной. — предложил он. — За то, что мы не убили друг друга в машине. И за то, что Вайолет не уронила люстру.

— Это было близко. — пробормотала Рита.

Джованни ухмыльнулся ей, и я заметила, что он вообще не сводит с неё взгляда. Даже когда говорил с кем-то другим, его глаза всё равно возвращались к ней. Рита, в свою очередь, делала вид, что не замечает, но её щёки слегка порозовели - а я никогда не видела, чтобы Рита краснела. Никогда. Это было... мило. И немного пугающе.

— Как ты вообще стала снайпером? — спросил Джованни, наклоняясь к ней чуть ближе, чем было нужно.

— Армия. — коротко ответила она.

— И давно ты в... э-э-э... в вашем деле?

— Достаточно, чтобы понимать, когда мужчина слишком близко.

— Она не любит говорить о себе. — вставила я, пряча улыбку за стаканом. — Так что не мучай её.

— Я не мучаю. — возразил мужчина с наигранной обидой. — Я проявляю интерес. Это разные вещи.

— Проявляй его где-нибудь ещё. — отрезала Рита, но уголки её губ всё-таки дёрнулись.

Мой телефон завибрировал - звонил Дима.

— Отойду. — сказала я, встала и вышла в коридор.

— Ты в курсе, что ты уже мем? — с ходу начал Дима. — В интернете полно видео, как ты залезаешь на стол и скидываешь бокалы. Заголовки: «Русская любовница Де Сантиса объявила войну Совету». Это гениально.

— Любовница? — переспросила я, морщась.

— Ну, они пока не знают, как тебя называть. Придумывают варианты. Есть «Снежная королева», «Изумрудная леди» и «Та самая русская». Последнее - моё любимое. Я уже почти горжусь.

— Пусть развлекаются. — усмехнулась я. — План сработал. Следи за реакцией.

— Уже слежу. Будь осторожна.

— Всегда.

Я вернулась в кабинет. Виски был хорошим, но пить больше не хотелось. Голова и так была тяжёлой. Кай поднялся.

— Предлагаю остаться на ночь. — сказал он. — Уже поздно. Утром уедете со свежей головой.

Я хотела возразить, но блондинка опередила:

— Отличная идея. Я не горю желанием ночевать в самолёте. И круассаны у вас, кажется, приличные.
Я бросила на неё взгляд. Она сделала вид, что не заметила, но в глазах плясали чёртики.

— Ладно. — сдалась я. — Остаёмся. Но утром уезжаем.

— Конечно. — кивнул Кай.

Мы допили виски. Джованни снова наполнил стаканы, и на этот раз я не стала отказываться. Алкоголь расслаблял, и это было опасно приятно. Разговор перешёл в более спокойное русло: обсуждали планы, возможные реакции Совета, шутили о том, кто из гостей на приёме выглядел смешнее всех. Винсент не сводил с меня взгляда, который я пыталась всячески игнорировать. Джованни передразнивал кого-то из стариков, Кай закатывал глаза, Рита тихо смеялась - настоящим, редким смехом. Искры между ней и Джованни разгорались всё сильнее, и я решила, что обсуждение этого вопроса оставлю на потом. Пусть хоть у кого-то будет что-то простое.

Когда мы разошлись, девушка пошла в мою старую комнату - я сама её туда отвела. Это было странное чувство: снова стоять здесь, видеть на тумбочке нож, который я не забрала четыре года назад. Рита молча легла на кровать и почти сразу уснула. А я не смогла. Слишком много мыслей. Слишком много всего, что я пыталась не чувствовать.

Я вышла в сад. Ночь была прохладной, но не холодной. Я стояла на том самом месте, где когда-то тренировалась с Каем. Где спотыкалась, падала, злилась и снова вставала. Где впервые попала в центр мишени. Где была счастлива, сама того не понимая. Сейчас это место казалось одновременно родным и чужим.

— Не спится?

Я обернулась. Кай стоял в нескольких шагах, засунув руки в карманы. Его лицо в полумраке выглядело усталым.

— Как и тебе. — ответила я.

Он подошёл и встал рядом. Мы молча смотрели на тёмные кусты и звёздное небо. Тишина была спокойной, почти уютной.

— Я жалею, что не остановил его. — тихо произнёс брюнет. — В тот день. Я знал, что он лжёт тебе. Знал, что он делает это, чтобы защитить. Но не вмешался. Думал, так будет лучше.

— Ты не мог ничего изменить. — ответила я. — Он всё решил за всех. Как всегда.

— И всё же.

Мы снова замолчали. Потом Кай заговорил опять, голос стал ещё тише:

— Первый год он пил. Каждый вечер. Запирался в кабинете с бутылкой виски. Иногда я слышал, как он разговаривает с твоим портретом. Он не спал, не ел. Я один раз попытался отобрать у него бутылку - он разбил мне нос.

Я слушала, чувствуя, как внутри всё сжимается. Горло перехватило.

— Потом он словно переключился. — продолжил мужчина. — Перестал пить и начал убивать. Вырезал всех, кто мог быть причастен. Конкурентов, союзников Конти, тех, кто смотрел косо. Он стал королём юга, но ему было плевать. Ему вообще было на всё плевать.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросила я, хотя сама знала ответ. И боялась его.

— Потому что ты должна знать: он не жил эти четыре года. Он существовал. Так же, как и ты.

Я не ответила. Просто стояла и смотрела на небо. Звёзды были яркими - не такими, как в Питере. В Неаполе они казались ближе. И от этого почему-то было ещё больнее.

— Иди спать. — сказал наконец Кай. — Завтра будет тяжёлый день.

Он ушёл, а я ещё долго стояла в саду, вдыхая ночной воздух и думая о том, что он рассказал. О четырёх годах боли. Что Винсент так и не смог меня забыть. Что я тоже. И о том, как сильно я этого боялась. Наверное, мне легче было бы жить с мыслью, что ему было плевать. Тогда это не причиняло бы такой боли.

Утром я проснулась от стука в дверь.

— Завтрак через полчаса. — раздался голос Джованни. — И не опаздывай, Рита уже съела все круассаны. Я лично видел, как она расправлялась с третьим.

Я усмехнулась, встала, умылась и спустилась на кухню. Все уже были там. Девушка сидела рядом с Джованни, и они о чём-то тихо переговаривались, но, заметив меня, замолчали. Русоволосый впрочем, тут же вернул взгляд к Рите - как будто не мог удержаться. Кай заваривал кофе. Винсент стоял у окна и смотрел в сад.

— Доброе утро. — сказал он, оборачиваясь. В его голосе было что-то осторожное.

— Доброе. — ответила я.

Завтрак прошёл относительно тихо. Джованни несколько раз пытался шутить - в основном над собой и над тем, как он чуть не подавился круассаном, глядя на Риту. Кай читал сводки. Винсент молчал, но иногда его взгляд останавливался на мне дольше, чем нужно. Рита, казалось, была единственной, кто чувствовал себя спокойно. Или делала вид.

Когда завтрак закончился, я поднялась.

— Нам пора. — сказала я. — Дима уже нервничает. А он, когда нервничает, начинает писать слишком много сообщений.

Винсент кивнул. Он проводил нас до двери, и на мгновение наши взгляды встретились. Я увидела в его глазах что-то, от чего у меня перехватило дыхание. Что-то тёплое, усталое и совершенно беззащитное. Что-то, что я пока не была готова назвать.

— Береги себя. — сказал он тихо.

— Ты тоже.

Мы сели в машину. Рита махнула рукой на прощание, и мы уехали. В зеркале заднего вида я видела, как он стоит на ступенях, провожая нас взглядом. И впервые за долгое время я не хотела уезжать.

Совсем не хотела.