Крылья над бездной

Глухая ночь. Отряд ушел далеко на юг от разгромленной таверны, углубившись в неизведанную часть зябкого пограничного леса. Здесь деревья стояли плотнее, защищая от сырого ветра. Оливер Брю отыскал идеальное укрытие — брошенный деревянный фургон бродячих торговцев, наполовину вросший в землю и заросший диким мхом. Внутри было сухо.

Буря устроилась прямо на крыше фургона, поджав когти и бдительно вглядываясь в темноту. Внутри фургона, в старой чугунной печке-буржуйке, весело потрескивали щепки. Капучино, разложив карту на коленях, задумчиво чертила на ней новые маршруты.

Эмилис: (сидит на деревянном ящике, сняв свою шаль. Все её четыре руки наконец-то расслаблены: верхние две обхватили колени, а нижние аккуратно перебирают её вещи в походной сумке) Значит, Свободные Земли. Вы действительно думаете, что там нас никто не найдет?

Бальтазар: (сидит напротив неё, полируя тканью стальное лезвие своего тяжелого меча) Мой отец силен, но его власть заканчивается на границе птичьих королевств. В Свободных Землях нет лордов. Там каждый сам за себя.

Оливер: (помешивает стеклянной палочкой воду в котелке, от которого уже идет густой аромат сушеной черники и мяты) И что самое главное — там никто не станет косо смотреть на твои четыре руки, дитя мое. Как и на мой белоснежный воротник. Там ценят навыки, а не происхождение. (Он протягивает Эмилис глиняную пиалу с горячим отваром). Пей. Это снимет усталость с мышц. Со всех четырех плечевых поясов, я имею в виду.

Эмилис: (принимает чашку верхней рукой, а нижней левой достает из-за пазухи свой кинжал Блейд, внимательно осматривая лезвие) Спасибо. Знаете... когда разбойники сожгли мой дом, я думала, что люди — самые жестокие существа на свете. Но увидеть, как птицы охотятся на собственных детей ради приказов какого-то генерала... Это жутко.

Капучино: (не поднимая головы от карты, тихо) Жажда власти одинакова у всех, Эмилис. Не важно, есть у тебя перья или нет. Но теперь мы держимся вместе. (Сова поднимает свои большие янтарные глаза и хитровато смотрит на Оливера). Кстати, Брю, твой дымовой фокус в таверне был неплох. Хотя запах жженой мяты до сих пор въелся в мои кофейные зерна.

Оливер: (возмущенно вздымает перья) Это был «Мятный занавес» высшей пробы, совиная кавалерия! Он спас наши шкуры! Скажи спасибо, что я не использовал порошок из корня чемерицы, иначе мы бы до сих пор чихали по дороге!

Бальтазар тихо усмехается, убирая меч в ножны. Эмилис, глядя на этот забавный спор ворона и совы, впервые за долгое время искренне и мягко улыбается. Снаружи, сквозь щели в крыше, раздается глухое, успокаивающее урчание Бури. Команда укладывается спать, зная, что впереди — опасный переход через пограничные скалы.

Раннее утро следующего дня. Туман немного рассеялся, обнажив грандиозное и пугающее зрелище. Отряд вышел к краю Великого Каньона — гигантской расщелины, разделяющей птичьи королевства и Свободные Земли. Далеко внизу, в сизой дымке, шумела горная река. Единственным путем на ту сторону был мост Трех Ветров — древнее каменное сооружение, перекинутое через пропасть. Но прямо у въезда на мост высилась укрепленная каменная застава, над которой развевались черные флаги с гербом отца Бальтазара.

Капучино: (прячется за огромным валуном, разглядывая заставу через подзорную трубу) Плохо дело, Шейн. Твой отец перекрыл главный тракт. Там не просто ищейки, там целый взвод тяжелой пехоты орлов. Нам не прорваться.

Бальтазар: (кусает губы, глядя на родные гербы) Они знают, что мы умеем летать. Видишь баллисты на башнях? Стоит нам расправить крылья над каньоном — и нас расстреляют в воздухе, как мишени.

Оливер Брю: (нервно теребит свой белый воротник) Стрелы баллист — это крайне вредно для здоровья, подтверждаю. Мой дым не покроет весь каньон, ветер сразу унесет его в пропасть. Мы в тупике?

Эмилис: (спокойно выступает вперед, её нижние руки скрещены на груди, а верхняя левая указывает куда-то вниз, на отвесную скалу под их ногами) Не совсем. Птицы смотрят только вверх или вперед. Вы никогда не смотрите туда, куда нельзя долететь на крыльях.

Бальтазар: (удивленно) О чем ты, Эмилис?

Эмилис: (доставит свой кинжал Блейд и рукоятью указывает на едва заметную расщелину в скале, скрытую сухим кустарником) Когда разбойники гнали нас к границе, мы прятались здесь. Чуть ниже, под самым основанием каньона, начинаются заброшенные шахты Старых Кротов. Это древняя подземная сеть. Она проходит прямо под заставой и выводит на ту сторону каньона.

Капучино: (её совиные глаза удивленно округляются) Подземные шахты? Но совы и вороны не любят замкнутые пространства. Там же темно и... зябко.

Эмилис: (хитро улыбается всеми четырьмя руками поправляя дорожную сумку) Зато там нет баллист и орлов вашего отца. Одна проблема: эти шахты давно заброшены. И там обитают те, кто не любит ни свет, ни чужаков.

Спуск в расщелину занял около часа. Огромной гарпии Буре пришлось сложить крылья и буквально протискиваться между острыми камнями, глухо и недовольно клекоча. Наконец, они оказались перед массивным, полусгнившим дубовым входом в подземелье. Из глубины тянуло сыростью, затхлостью и странным, металлическим запахом.

Оливер: (зажигает на конце своей стеклянной палочки небольшой, тусклый фосфорный огонек, который освещает покрытые плесенью стены) Ну и ну. Чувствую себя археологом. Главное — не дышите слишком глубоко, тут может быть скопление болотного газа.

Бальтазар: (вынужден идти чуть согнувшись из-за своего двухметрового роста, его серые крылья плотно прижаты к спине под плащом) Эмилис, ты уверена, что этот путь еще цел? Потолок выглядит ненадежно.

Эмилис: (идет уверенно впереди всех, её верхние руки держат факел, а нижние свободны, готовые в любой момент выхватить кинжал) Своды выдержат. Но тише. Мы входим во владения Слепых Рудокопов. Это древняя раса подземных существ. Они не видят свет, но их слух улавливает даже шорох падающего пера.

В этот момент Буря позади них случайно задевает крылом старую ржавую вагонетку. Металлический скрежет эхом разносится по длинным, бесконечным туннелям шахты. В ту же секунду из глубины темноты, откуда-то с потолка и стен, доносится тихий, множественный шорох и щелкающие звуки — будто сотни невидимых существ начали общаться друг с другом, окружая отряд беглецов.

Капучино: (замирает на месте, её совиные перья встают дыбом от страха, она шепчет) Оливер... туши свет. Быстро. Они уже здесь.