Знакомые. //Теодор Нотт ОЖП

На следующее утро Эллисон проснулась с ощущением, что ночь на башне ей приснилась. Она лежала в кровати, глядя в потолок, и прокручивала в голове каждое слово, каждое движение, каждый взгляд. Но когда она спустилась в Большой зал на завтрак, Теодор сидел за слизеринским столом на своём обычном месте между Блэйзом и Малфоем. Выглядел он расслабленным, почти ленивым.

Она почувствовала странное облегчение. И разочарование. Но Эллис быстро подавила второе чувство.

Она села на своё обычное место, подальше от него, начав трапезу. Между ними было расстояние, и она не собиралась его сокращать. Они не смотрели друг на друга. Не разговаривали. Будто той ночи не было.

Эллисон убедила себя, что это хорошо.

Вечером, она сидела в гостиной с книгой, когда он вошёл. Она не подняла головы, но услышала его шаги. Он прошёл мимо неё, сел в кресло напротив и открыл свою книгу.

Они молчали.

Через минут пять Теодор произнёс, не отрываясь от страницы:

— Ты в курсе, что у тебя книга перевёрнута?

Эллисон замерла. Она опустила глаза и увидела, что он прав. Она держала учебник по Трансфигурации вверх ногами.

— Это новый метод чтения, — сказала она, не меняя положения книги. — Развивает воображение.

— Или демонстрирует, что ты не читаешь, а просто делаешь вид, — он перевернул страницу, и в его голосе послышалась лёгкая усмешка.

— Может быть, я просто проверяю, насколько ты внимателен, — парировала она, переворачивая книгу нормально.

— Я всегда внимателен, — ответил он. — Особенно когда рядом сидит человек с перевёрнутой книгой.

Она ничего не сказала, но уголок её губ дрогнул.

***

Позже, на ужине, она сидела за столом с Дафной, когда Теодор прошёл мимо. Он не остановился, но на мгновение замедлил шаг и тихо сказал:

— Смит, ты вчера забыла свою мантию в библиотеке.

— Я не забывала, — ответила она, не поворачивая головы.

— Тогда почему она висит на спинке стула в библиотеке?

Эллисон наконец повернулась к нему. Он стоял с лёгкой улыбкой, ожидая её ответа.

— Может быть, я просто хотела, чтобы кто-то нашёл её, — сказала она.

— И ты специально оставила её на моём любимом месте? — спросил он.

— Откуда мне знать, какое у тебя любимое место?

— Ты знаешь, — ответил он, и его улыбка стала шире.

Она покачала головой и снова отвернулась к тарелке. Но на этот раз она не могла сдержать улыбки и получила от Дафны многозначный взгляд.

***

На следующий день урок Трансфигурации начался как всегда шумно. Студенты рассаживались по местам, перешёптывались, доставали пергаменты и перья. Эллисон села за парту у окна, даже не глядя на то, кто оказался рядом.

Ей было всё равно.

Она смотрела в окно, где серое небо сливалось с мокрым замком, и её мысли были далеко. Она не слушала профессора МакГонагалл, которая что-то объясняла про трансфигурацию человека. Она уже знала эту тему — как раз таки когда Нотт сказал ей что её книга перевёрнута, и тогда она вникла в текст.

— Именно поэтому трансфигурация человека считается одной из самых сложных ветвей магии, — говорила МакГонагалл, расхаживая между рядами.

Эллисон не слышала. Она видела только своё отражение в стекле — бледное, сосредоточенное, с глазами, которые смотрели сквозь время. Она думала о том, как он сказал: «Ты устанешь притворяться, Смит.»

— Неверное движение может привести к необратимым последствиям, — продолжала профессор.

Рядом с Эллисон сидела Пэнси Паркинсон. Так уж получилось — она заняла место раньше, а Эллисон просто села туда, где было свободно. Пэнси что-то записывала в свой пергамент, иногда краем глаза недовольно поглядывая на соседку. Она заметила, что Эллисон не слушает, но ничего не сказала.

Теодор сидел через два ряда от неё. Он смотрел то на МакГонагалл, то на Эллисон, и его взгляд задерживался на ней чуть дольше, чем следовало. Он заметил, как она смотрит в окно, как её пальцы лежат на парте неподвижно, как она почти не дышит. Она была где-то далеко.

Он не знал, что она вспоминает их разговор. Но он чувствовал это.

— Мисс Смит, — голос МакГонагалл беспощадно разорвал мысли девушки.

Эллисон вздрогнула, но не оторвала взгляда от окна. Она всё ещё была в своих мыслях. Рядом с ней Пэнси Паркинсон тихо усмехнулась, привлекая внимание, но Смит словно не заметила.

Профессор остановилась прямо перед её партой. Её голос стал твёрже.

— Мисс Смит, я задала вам вопрос.

Эллисон медленно повернула голову. Она не выглядела смущённой, не покраснела. Она просто тяжело вздохнула — так, как вздыхают, когда отвлекают от чего-то важного. Затем она поднялась с места, одёрнула мантию и посмотрела на профессора спокойным, ледяным взглядом.

— Повторите вопрос, профессор, — сказала она ровно.

МакГонагалл приподняла бровь, но, кажется, не удивилась. Она знала, что Смит всегда отвечает правильно, даже когда не слушает.

— Какой основной принцип трансфигурации человека отличает её от трансфигурации неодушевлённых предметов?

— Основной принцип заключается в том, что при трансфигурации человека мы работаем с живой магией, — ответила Эллисон, и её голос звучал так ровно, будто она читала по книге. — Неодушевлённые предметы можно трансфигурировать без риска для здоровья, но в случае с человеком каждое неверное движение может привести к необратимым изменениям не только физическим, но и ментальным. Важно сохранять полную концентрацию на протяжении всего процесса, иначе магия может исказить личность объекта.

В классе повисла тишина. Видимо, никто не удивился. Слизеринцы умели отвечать даже когда не слушали.

МакГонагалл смотрела на Эллисон с лёгким, смешанным одобрением.

— Именно так, мисс. Десять баллов Слизерину, — сказала она, а затем добавила — И в следующий раз, пожалуйста, слушайте внимательнее. Даже если вы знаете материал, это не повод игнорировать урок.

— Прошу прощения, профессор, — ответила Эллисон, и в её голосе не было ни капли раскаяния. Она села обратно на своё место, чувствуя на себе взгляды. А точнее только взгляд Тео.

Она не смотрела на него. Но она знала, что он смотрит на неё.

Когда она снова подняла глаза на окно, она увидела его отражение в стекле. Он сидел за одной партой с Малфоем, и его взгляд был прикован к ней. На его губах играла лёгкая, почти незаметная улыбка.

Эллисон отвернулась, но внутри неё разлилось странное тепло.

После урока, когда студенты начали собирать вещи, она услышала знакомый голос за спиной.

— Ты всегда так эффектно отвечаешь на вопросы, или только когда тебя застают врасплох?

Эллисон повернулась к нему. Теодор стоял в проходе, и смотрел на неё с лёгкой усмешкой.

— Я всегда отвечаю правильно, — сказала она. — Это не зависит от того, слушаю я или нет.

— Значит, ты просто гений, — саркатично протянул он.

— Или я просто умею читать учебники, — ответила она.

— Да, особенно когда книга вверх ногами, — с усмешкой парировал он, отолкнувшись от стены и ушёл на следующее занятие.

Она проводила его взглядом, чувствуя, как привычное раздражение наполняет разум.

Дафна появилась рядом с Эллисон незаметно. Гринграсс поправила лямку своей сумки и, насмешливо произнесла.

— Ты выглядишь так, словно встретила самого надоедливого дракона.

— Хуже, — ответила Смит переводя взгляд на подругу. — Я поговорила с Ноттом.