От ненависти до любви,всего один шаг, Шастун!

В то же самое время Арсений сидел у себя в комнате и смотрел на экран телефона, где светилось уведомление: «Вы заблокированы этим пользователем». Он усмехнулся. Усмехнулся громко, почти злорадно. Блокировка? Серьёзно? Шастун думает, что это его остановит?

Он откинулся на спинку стула, закинул ноги на стол и прикрыл глаза. В голове снова возник образ Антона - его русые кудри, зелёные глаза, тонкие очки, которые так и хотелось снять и разбить, чтобы увидеть его испуганное лицо. Арсений провёл языком по пересохшим губам, и в его груди разлился тот самый жар, который он не мог унять уже полгода.

Он встал с кресла, подошёл к зеркалу и посмотрел на себя. Высокий, подтянутый, красивое лицо с острыми, аристократичными чертами, голубые глаза, которые могли быть холодными как лёд и горячими как лава одновременно. Он знал свою силу. Знал, что многие хотели быть с ним. Им нравились его деньги, его внешность, его статус. Но Шастун... Шастун был другим. Он не смотрел на него как на богатого и популярного. Он не бегал за ним. Он вообще на него не смотрел. И это бесило больше всего.

- Ты думаешь, что сможешь от меня спрятаться? - прошептал он своему отражению. - Мы в одной школе, Антон. В одном классе. Ты дышишь тем же воздухом, ходишь по тем же коридорам. Ты от меня не спрячешься. И я не отстану.

Арсений сжал кулаки. Он вспомнил, как Шастун стоял у доски, читал стихи, и его голос дрожал. Как он покраснел, когда Арсений сказал ту фразу про ночь. Как его пальцы сжимали книгу до побеления. Этот мальчик чувствовал! Чувствовал то же самое, хоть и боялся признаться себе в этом.

- Ты будешь моим, - сказал он в пустоту. - Хочешь играть в игры? Хорошо. Я умею играть. Только мои игры всегда заканчиваются так, как хочу я.

Он лёг на кровать, закрыл глаза и позволил своим мыслям унести его в мир грёз. В этом мире Антон был рядом. Он лежал на его груди, его зелёные глаза были влажными и затуманенными, а на губах застыла полуулыбка. Арсений проводил рукой по его волосам, спускался ниже, к шее, к плечам, и Шастун выдыхал его имя - тихо, срывающимся шёпотом.

- Арсений... - шептал он во сне. - Я ненавижу тебя...

А Арсений усмехался и отвечал:

- Ненавидь, малыш. Ненавидь меня сильнее. Потому что твоя ненависть для меня слаще любой любви.