Автограф для брата

Первое сентября встретило Хогвартс привычным шумом, стуком золотых тарелок и грохотом колес «Хогвартс-экспресса». Большой зал вновь наполнился сотнями звонких голосов, плавающими в воздухе свечами под зачарованным потолком и аппетитным ароматом праздничного ужина.

Казалось бы, всё осталось прежним.
И всё же... что-то безвозвратно изменилось. Замок больше не казался безоблачной и неприступной крепостью. После трагических событий на Турнире Трех Волшебников над коридорами висела невидимая тень тревоги, а даже самый громкий смех за столами звучал тише и сдержаннее, чем обычно.

Первые учебные дни пролетели как в тумане. Расписание шестого курса ЖАБА оказалось куда тяжелее и требовательнее, чем Дафна ожидала. Преподаватели словно сговорились, с первого же дня завалив их горами свитков и сложнейшими заклинаниями.

Зельеварение с нетерпимым Снейпом, требующим идеальной точности в нарезке ингредиентов, сложная высшая Трансфигурация, филигранные Чары, Астрономия по полуночам... Домашних заданий становилось всё больше с каждым днем. Но главным предметом споров и шепотков в коридорах неожиданно стала новая преподавательница Защиты от Тёмных искусств - старший замминистра Долорес Амбридж.

Её приторно-сладкая, натянутая улыбка, отвратительный розоватый кардиган и манера говорить с учениками, как с трехлетними несмышленышами, вызывали отторжение у всей школы.
- Я искренне не понимаю, как человек может произнести целую тридцатиминутную речь и при этом не сказать ровным счетом ничего полезного! - недовольно пробормотал Оливер, бросая тяжелый учебник на стол в гостиной Гриффиндора.

Элис тихо усмехнулась, не отрываясь от пергамента:
- Зато розового цвета и рюшек в её кабинете теперь хватит, чтобы перекрасить весь замок вместе с Астрономической башней.

Дафна, аккуратно заправлявшая нитку в иголку, лишь озабоченно вздохнула:
- Боюсь, девочкам её стиль точно не пригодится... Но меня пугает другое: она здесь не просто учить. Она здесь от Министерства. И это только начало.

Вечерами, когда гора свитков с эссе была наконец разобрана, Дафна неизменно поднималась в свою спальню на башне. На её ночной тумбочке рядом с подсвечником уже почти всегда лежало свежее письмо.

Этот крупный, уверенный и аккуратный почерк она узнала бы теперь из тысяч других. От Виктора.
Дафна улыбалась еще до того, как успевала вскрыть тяжелый пергаментный конверт. Вдыхая едва уловимый аромат горьковатого болгарского шоколада и холодного ветра, она разворачивала письмо:
«Сегодня у нас снова была тяжелая трехчасовая тренировка на поле. Тренер ужасно злился и орал, что я слишком часто отвлекаюсь и пропускаю блуджеры. Наверное, он прав. Потому что во время каждого перерыва я всё чаще ловлю себя на мысли о девушке с ярко-рыжими волосами, которая однажды заставила меня полюбить долгие прогулки у воды и научила улыбаться без повода...»

Дафна тихо, смущенно покраснела до самых кончиков ушей, прижав пергамент к груди.
Джинни, сидевшая на соседней кровати и расчесывавшая волосы, заметив реакцию сестры, с лукавым прищуром улыбнулась:
- Опять твой болгарский ловец?

- Джинни... - попыталaсь строгим тоном осадить её Дафна.

- Ну что «Джинни»? Ты сейчас сидишь и улыбаешься точь-и-точь как мама, когда папа возвращается из Министерства и приносит ей букет полевых цветов!

Дафна лишь фыркнула и поспешно спрятала пергамент в толстый том по Трансфигурации.

Через несколько дней произошло событие, которое полностью перевернуло повседневную рутину Дафны.

После сложного урока Чар к ней у подножия Главной лестницы осторожно подошла невысокая, светленькая девушка с факультета Пуффендуй. Она сжимала в руках лямку сумки и заметно нервничала.

- Привет... Извини, пожалуйста. Ты ведь Дафна Уизли?

- Привет! Да, это я, - мягко ответила Дафна, останавливаясь.

- Можно... поговорить с тобой на минутку? Без лишних ушей?

Они отошли в тихий нишевый пролет под гобеленом. Пуффендуйка замялась, слегка краснея:
- Меня зовут Хелена... Понимаешь, я видела тебя на Святочном балу в прошлом году...

Дафна смущённо и удивленно улыбнулась:
- Правда?

- Да! Твоё изумрудное платье... Оно было абсолютно самым красивым и необычным из всех в зале. Все только о нем и говорили! - Девушка переводя дыхание, чуть подалась вперед. - Мне через месяц исполняется шестнадцать лет, родители устраивают небольшой прием во время каникул... И я хотела спросить... Скажи, ты не могла бы сшить платье и для меня? Пожалуйста? Я, конечно, заплачу!

Дафна несколько секунд молча, пораженно смотрела на нее. Она? Ей предлагают настоящий, самый первый профессиональный заказ? Не для себя, не для сестры, а для посторонней девушки, которая поверила в её талант?

- Конечно! - выдохнула Дафна, и её глаза вспыхнули ярким восторгом. - С превеликим удовольствием!

Лицо пуффендуйки мгновенно просияло счастливой улыбкой:
- Правда?! Ты согласна?!

- Абсолютно правда. Давай обдумаем эскиз!

На ближайших выходных девушки вместе отправились в Хогсмид. В небольшом магазинчике «Шапка-невидимка» и местной мануфактуре они долго и придирчиво выбирали материалы. Они прикладывали к лицу Ханны тончайшие кружева, сравнивали пастельные оттенки, трогали фактуру.

В итоге остановились на потрясающем сочетании: нежный молочно-кремовый атлас для основы, невесомый струящийся шифон и серебристая фурнитура.

Вернувшись в замок, Дафна прямо в пустующем классе несколько раз тщательно сняла мерки заклинанием и обычным мягким сантиметром: ширина плеч, обхват груди, талия, бёдра, длина юбки с учетом высоты каблука. Она записывала всё в свой заветный блокнот до последнего миллиметра.

Настоящая магия начиналась лишь тогда, когда весь Гриффиндор засыпал.

Огромная гостиная факультета погружалась в глубокую, благоговейную тишину. Лишь в камине негромко и уютно потрескивали поленья, отбрасывая мягкие золотистые блики. Дафна раскладывала гладкие полотна ткани на большом дубовом столе, аккуратно строила бумажные выкройки и вырезала каждую деталь портновскими ножницами.

Иногда она прибегала к простым бытовым чарам - чтобы ровно зафиксировать булавки или удержать тяжелые драпировки в воздухе, но большую часть работы, каждый важный шов и отделку, она упорно делала вручную. В этом традиционном ремесле для неё кроем скрывалась особая душа.

Несколько раз за эти ночи в гостиную спускались Гермиона и Рон. Как новый дуэт старост Гриффиндора, они были обязаны совершать ночные обходы и следить за порядком.

- Ты опять сидишь здесь? - тихо, почти шёпотом спросила Гермиона, сходя с лестницы с волшебной палочкой в руках.

Дафна подняла головоломку от шитья и виновато моргнула:
- Простите... Я никого не разбудила? Я стараюсь не шуметь...

Гермиона тепло улыбнулась, подойдя ближе и рассматривая аккуратные стежки:
- Нет, что ты. Всё в порядке. Работай спокойно, только... пожалуйста, не сиди до самого рассвета, а то заснешь на Зельеварении.

Рон, стоявший за спиной Гермионы, заспанно почесал затылок и взглянул на стоявший на манекене полуготовый корсет:
- Знаешь, Даф... Я в этом вообще ничего не понимаю, но выглядит правда невероятно круто. Ты настоящая колдунья.

Дафна благодарно и счастливо улыбнулась брату:
- Спасибо, Ронни.

- Только не переутомляйся, ладно? А то мама нас с потрохами съест, если узнает, что ты тут ночами не спишь.

- Обещаю!

Так прошли десять долгих, наполненных вдохновением вечеров и кропотливых ночей.
И вот - последний стежок тончайшей иглой. Последний закрепительный кристалл. Последняя филигранная примерка на манекене.

Когда платье наконец было полностью готово и замерло в свете заходящего солнца, Дафна невольно задержала дыхание. Оно получилось именно таким, каким она видела его в своих самых смелых мечтах.

Платье благородного молочного оттенка мягко и шелковисто переливалось при каждом движении. Приталенный жесткий корсет идеально подчёркивал изящную фигуру будущей хозяйки. На спине, начиная от середины талии, располагалась аккуратная, филигранная шнуровка из шелкового шнура, в то время как верхняя часть лопаток оставалась открытой, придавая образу невероятную легкость.

Спереди глубокий вырез в форме сердца мягко подчёркивал линию плеч, а тонкие, почти невидимые шифоновые бретели делали силуэт по-настоящему воздушным. Юбка плавно облегала талию и бёдра, а затем мягко и фасонно расширялась книзу, создавая изысканный силуэт русалки. По всему полотну вручную были расшиты крошечные прозрачные кристаллы Сваровски и невесомые серебряные блёстки - при дневном свете они едва заметно мерцали, словно на ткани только что осела капля свежей утренней росы.

Когда Ханна увидела готовое платье на манекене в заброшенном кабинете... она просто замерла. Девушка судорожно прикрыла рот ладонями, а в её глазах заблестели настоящие слезы восторга.
- Это... Мерлин мой... Это правда сделано для меня?!

Дафна немного смутилась, поправляя край юбки:
- Если тебе правда нравится... Мы можем еще немного подгнать по талии...

Пуффендуйка не дала ей договорить и неожиданно, от всей души крепко обняла Дафну:
- Оно безупречное! Оно лучше, волшебнее и красивее, чем всё, о чем я когда-либо мечтала!

Дафна почувствовала, как внутри всё затаилось от удивительного, ни с чем не сравнимого тепла. Это была не просто вежливая благодарность - это было ни с чем не сравнимое ощущение того, что её собственный труд, её вкус и её руки способны подарить человеку настоящее, искреннее счастье.

- Сколько... сколько я тебе должна за эту красоту? - спросила Ханна, доставая из кармана тяжелый бархатный кошелек.

Дафна слегка замялась, неуверенно перебирая пальцы:
- Три галлеона...

- Всего три?! Да в Косом переулке за такое содрали бы не меньше двадцати!

- Это мой самый первый официальный заказ... - смущенно ответила Дафна. - И... мне ещё очень многому нужно научиться.

Ханна решительно покачала головой:
- Нет. Ты не просто учишься. Ты уже настоящая, невероятная мастерица!

Девушка всё же с глубоким уважением вложила в её ладонь три тяжелых, блестящих золотых монеты.

Дафна еще долго стояла у окна, одна в пустом классе, глядя на три галлеона, приятно холодящие кожу. Это был её самый первый самостоятельный заработок. Не карманные деньги от родителей, не подарок на праздник, не похвала за уборку Норы - а честно заработанные деньги за дело, которое она любила всем своим сердцем.

Позже тем же вечером, сидя на подоконнике в спальне, она вывела на чистом пергаменте ровные строчки для Виктора:
«Сегодня я получила свои самые первые три галлеона. За платье, которое полностью спроектировала и сшила сама. Знаешь... кажется, у меня действительно начинает получаться воплощать мечты в реальность».

Она ещё не догадывалась, что эта маленькая победа в тихом замке станет лишь самым первым и самым важным шагом к её настоящей великой мечте.