Автограф для брата

Июньское солнце мягко заливало замковые башни Хогвартса, отражаясь тысячами искорок в глади Чёрного озера. Природа вокруг расцветала с почти жестокой безучастностью, словно пытаясь залечить видимые раны древнего замка и вернуть ученикам ощущение уюта.

Но после того, что произошло в конце Турнира Трех Волшебников всего несколько недель назад, смеяться так же беззаботно, как прежде, уже не получалось ни у кого. Воздух был пропитан невидимой тревогой. Все - от первокурсников до выпускников - за эти дни стали немного взрослее.

Экзаменационная пора подошла к концу, опутав коридоры замка шлейфом выжатых сил и сплошного нервного истощения. Для пятикурсников эти недели превратились в настоящую полосу препятствий.

Когда тяжелая дубовая дверь кабинета Трансфигурации наконец открылась, Оливер Торн выскочил наружу и, не проходя и пяти шагов, с драматичным стоном театрально рухнул на ближайшую каменную скамью, раскинув руки.
- Всё... Мой мозг официально расплавился и вытек через уши. Я больше никогда в жизни не открою ни одного учебника!

- Не говори глупостей, Торн, - рассмеялась Ханна, опираясь о подоконник и вытряхивая из сумки лишние пергаменты. - Через два месяца откроешь как миленький. У нас ЖАБА на носу.

- Не смей произносить эти четыре страшные буквы! - Оливер прикрыл глаза ладонью. - Дай мне хотя бы сдать СОВ и умереть спокойно.

Дафна стояла чуть стороне, прислонившись к прохладной каменной стене. Наблюдая за их перепалкой, она лишь тихо улыбнулась. Её пальцы до сих пор хранили привычный изгиб от волшебной палочки и пера, а плечи затекли от долгих часов за партой. Но эта усталость была приятной - она заглушала тяжёлые мысли, не позволяя им взявать верх.

Спустя три дня в Большом зале на специальной доске объявлений появились долгожданные пергаменты с официальными результатами Министерства. Вокруг них моментально образовалась плотная, шумная толпа.

- Я не могу на это смотреть... Если там «Слабо» по Зельеварению, отец сошлёт меня к троллям, - простонал Оливер, прячась за спинами пятикурсников.

- Ладно, трус, я посмотрю первая, - хмыкнула Элис и ловко протолкнулась сквозь плечи старшекурсников.

Её взгляд быстро побежал по аккуратным колонкам с именами.
- Оливер...

Торн крепко зажмурился и набрал в грудь воздуха:
- Не тяни. Режь насухую.

- Все СОВ сданы. У тебя ни одной задолженности, Торн! Выше ожидания по Травологии и Защите!

Оливер вытаращил глаза, медленно открыл один глаз, затем второй:
- Правда?! Не врешь?!

- Абсолютно.

- Я жив! Мерлин и Мордред, я живу-у-у! - он победно вскинул руки к потолку.

Ханна, тем временем, скользила пальцем ниже по списку Уизли.
- Дафна... - её голос вдруг осекся, а глаза округлились. Она быстро перечитала строчку несколько раз и резко повернулась. - Даф! Подойди сюда. Быстро!

Дафна вздрогнула от неожиданности и сделала шаг вперед:
- Что там? Все так плохо?

- «Превосходно». По каждому предмету. Абсолютно. По всем двенадцати дисциплинам!

На несколько секунд вокруг них словно отключили звук. Дафна просто замерла, переводя взгляд с сияющего лица Ханны на пергамент.
- Что?.. Быть не может...

- «П». Везде «П»! Даф, ты вообще человек?!

Оливер прищурился и с глубочайшим уважением присвистнул:
- Да ты ведьма, Уизли... В самом страшном и гениальном смысле этого слова.

- Как ни странно, Торн, но да, она действительно ведьма, - раздался задорный голос за их спинами.

К толпе пробились близнецы. Фред первым бегло окинул взглядом верхние строчки рейтинга, остановился на имени сестры и медленно перевел на нее ошеломленный взгляд.

- «Превосходно»... Везде? Даже у Снейпа и Макгонагалл?

Джордж широко, гордо улыбнулся и переглянулся с братом:
- Наша кровь. Наша девочка!

Не дав ей проронить и слова, они одновременно подскочили и сжали Дафну в объятиях с двух сторон так сильно, что у неё перехватило дыхание.

- Мы ни на секунду не сомневались, - шепнул Фред ей в макушку.

- Ты у нас лучшая, мелкая, - добавил Джордж.

Вскоре к их шумной группе присоединились остальные. Джинни радостно сообщила, что успешно переходит на четвёртый курс без единой пересдачи, а Рон радовался своим «Удовлетворительно» и «Выше ожидаемого» едва ли не громче, чем Дафна своим высшим баллам.

- Я был уверен, что завалю Астрономию и Прорицания! - сиял Рон, потрясая свистком. - Думал, всё, конец!

- Всегда думай так перед экзаменами, Ронни, - хохотнул Гарри, похлопав друга по плечу. - Тогда конечный результат кажется не просто оценкой, а настоящим чудом.

Однако к вечеру праздничный задор без следа растворился. Большой зал вновь собрал всех учеников и преподавателей, но на этот раз атмосфера была совершенно иной. В воздухе царила давящая, почти физически ощутимая тишина.

Плавающие свечи под потолком горели приглушенным, слегка голубоватым светом. В самом центре преподавательского стола, обрамленный пышными гирляндами из свежих белых лилий, стоял большой движущийся портрет Седрика Диггори. С холста он тепло и открыто улыбался всем присутствующим - таким, каким его запомнили: сильным, честным и бесконечно добрым.

Альбус Дамблдор поднялся со своего кресла. Его обычно лучистые глаза за очками-полумесяцами выглядели глубокими и темными от затаенной печали. Когда он заговорил, его голос, разносившийся по залу без всяких магических чар, проник в самое сердце каждого:
- Сегодня мы завершаем этот год... Год, который принес нам много испытаний. Мы сплотились, но мы же понесли страшную утрату. Седрик Диггори обладал качествами, которые так ценны в нашем мире: безграничным мужеством, добротой и честностью...

Директор говорил долго. О выборе между тем, что легко, и тем, что правильно. О том, что темные времена требуют от нас единства. И о том, что память о Седрике навсегда останется живым напоминанием о светлой стороне человеческой души.

Многие ученики за столами - не только пуффендуйцы, но и гриффиндорцы, когтевцы и даже отдельные слизеринцы - не скрывали слез.

Дафна опустила голову, сжимая в руках край мантии. В памяти всплывали короткие, случайные фрагменты: вот Седрик помогает первокурснику поднять выпавшие книги в коридоре... вот он искренне желает Гарри удачи перед этапом... вот он просто улыбается и вежливо кивает Дафне, проходя мимо у библиотеки. Он никогда не прошел бы мимо, не поздоровавшись. Они не были близки. Они едва ли успели перекинуться десятком фраз за все эти годы. Но от мысли, что этого теплого света больше нет в мире, сердце сжималось от глухой, отчаянной боли.

- А теперь... встанем же и почтим его память, - тихо произнес Дамблдор.

Весь зал синхронно поднялся. Наступила минута молчания - настолько глубокая и звенящая, что, казалось, было слышно, как догорают фитили свечей.

Едва окончился поминальный ужин, Дафна почувствовала, что ей жизненно необходим свежий воздух. Незаметно для братьев и подруг она выскользнула через боковые двери во внутренний двор и направилась в глубь замковых садов.

Тёплый вечерний ветер приносил запах ночных цветов и сухой земли. Дафна остановилась у пышного куста цветущих темно-бордовых роз, всматриваясь в засыпающий горизонт.

- Я почему-то так и думал, что найду тебя именно здесь, - раздался за спиной низкий, чуть бархатистый акцент.

Она обернулась. Виктор.
В вечерних сумерках его высокая, плотная фигура казалась еще монументальнее, но взгляд темных глаз был полон мягкой затаенной нежности. Он подошел ближе, останавливаясь буквально в шаге.

Несколько секунд они просто молча смотрели друг на друга, а затем Крам легко сделал шаг вперед и осторожно, давая время отстраниться, притянул её к себе.

Дафна без лишних слов уткнулась носом в его плечо, ощущая знакомый запах хвои, дорогого табака и костра. Её руки сами замкнулись у него на спине.

- Тяжело? - тихо спросил он на ухо, гладя её по темным волосам крупной ладонью.

- Очень... - честно шепнула она, зажмурившись. - Всё кажется каким-то неправильным. Солнце светит, экзамены кончились, а внутри... просто дыра.

- Ты знала его?

- Совсем немного. Но... он был действительно хорошим человеком, Виктор. Настоящим.

Крам тяжело вздохнул, его грудь вздыбилась под плотной мантией Дурмстранга.
- Да. К сожалению, в этом мире хорошие люди слишком часто уходят первыми.

Они стояли так очень долго. Разговоры были не нужны. В этой тишине, натянутой между двумя разными мирами, им было достаточно просто чувствовать дыхание друг друга.

На следующее утро перед замком царила суета. Прощальный шум, крики Сов, стук тяжелых сундуков о каменную брусчатку. Ученики обнимались, обменивались адресами, обещали писать каждую неделю.

У опушки Запретного леса уже стояли величественные кареты Шармбатона, запряженные гигантскими крылатыми конями. А у Озерного причала натянулись канаты тёмного корабля Дурмстранга, готового вот-вот уйти под воду.

Дафна стояла у края площадки, и от мысли, что через пару минут Виктор уйдет в плавание и они не увидятся долгие месяцы, в груди разрасталась непривычная, колючая пустота.

Он подошел к ней самым последним. Намеренно переждал, пока спадет первая волна прощаний, отстранив от себя пристальные взгляды любопытных.

- Значит... пора, - тихо произнес он, останавливаясь напротив.

- Пора...

Несколько мгновений они просто смотрели друг другу в глаза, пытаясь запомнить каждую мелочь. Затем Дафна не выдержала, сделала шаг вперед и порывисто обняла его за шею.

Виктор ответил мгновенно. Его сильные руки обвили её талию, и он бережно, с невероятной легкостью приподнял её над землей, словно она ничего не весила.

Дафна тихо ахнула от неожиданности:
- Виктор!

Он лишь низко улыбнулся. Она инстинктивно обняла его за шею, а он надёжно поддержал её. В этот момент весь шум прощающегося Хогвартса - выкрики, ржание коней, плеск воды - мгновенно отдалился. Существовал только этот мгновенный провал во времени и они двое.

- Пиши мне. Обязательно. Каждую неделю, - тихо, но требовательно проговорил он, глядя ей снизу вверх.

- Буду. Обещаю.

Он осторожно опустил её ноги на траву, но рук не убрал. Полез во внутренний карман своей парадной мантии и достал аккуратно сложенный плотный конверт из пергамента.

- Здесь адрес Дурмстранга. И мой личный адрес в Болгарии. Совы найдут.

Дафна с трепетом приняла конверт:
- А теперь... дай мне бумагу. Я напишу свой.

- «Нора», Оттери-Сент-Кэчпоул... - на память начал Виктор.

- Нет, - мягко улыбнулась она, доставая перо. - Напишу сама. Твоей рукой это выглядит как сухое донесение, а должно быть написано моим почерком.

Она быстро и аккуратно вывела строчки на небольшом листочке и протянула ему. Виктор бережно сложил бумажку вчетверо с таким видом, будто держит величайшую реликвию, и спрятал у самого сердца.
- Теперь точно не потеряю.

Дафна уже открыла рот, чтобы сказать что-то теплое на прощание, как Виктор неожиданно подался вперед, чуть наклонился и нежно, но ощутимо коснулся губами её горячей щеки.

Дафна вспыхнула за долю секунды - от шеи до самых кончиков ушей. Её карие глаза широко распахнулись от смущения.
Виктор тихо, басовито бархатно засмеялся.
- Знаешь что?

- Ч-что?.. - с трудом выдавила она.

Он ласково погладил её по щеке большим пальцем:
- Мне всё так же безумно нравится смотреть, как ты смущаешься от моих действий.

- Виктор!.. - Дафна с писком спрятала пылающее лицо в ладонях.

И именно в эту секунду, разрушая всю романтику момента, над двором раскатилось громогласное, преувеличенно строгое:
- КХМ-КХМ!

Фред Уизли стоял в пяти шагах, сложа руки на груди и сощурив глаза, как строгий отец семейства.

- Молодой человек! - строго выкрикнул он.

Джордж сделал чинный шаг вперед, заложив руки за спину:
- А разрешение на подобные вольности и ухаживания за нашей младшей сестрой вы, часом, спросить не забыли?

Ли Джордан, стоявший чуть позади, хохотнул во весь голос, а Оливер Торн подхватил громким шепотом:
- Налицо грубейшее нарушение семейного протокола Уизли! Штраф - три галеона или официальная дуэль!

Даже Джинни не удержалась и прыснула со смеху, прикрыв рот ладошкой.

Виктор на секунду растерялся - его суровое болгарское воспитание на мгновение заставило его напрячься, но, переведя взгляд на Дафну, которая сквозь пальцы уже хохотала вместе со всеми, он расслабился. На его губах расплылась широкая, искренняя улыбка.

- Обещаю, - с легким поклоном ответил Крам, обращаясь к близнецам, - в следующий раз я отправлю вам официальное совиное прошение с печатью.

- Вот это уже деловой разговор! - довольно кивнул Фред.

- Одобряем кандидатуру... пока что! - важно добавил Джордж, погрозив ему пальцем.

Вокруг раздался общий, заразительный смех. Он был настолько чистым и светлым, что на несколько мгновений тяжелая тень последних недель действительно отступила, даря надежду.

Виктор еще раз посмотрел на Дафну. Кивнул ей - глубоко, многообещающе. И, не отводя от нее взгляда до самого последнего шага, поднялся по трапу на борт дурмстрангского корабля.

Дафна стояла на причале, сжимая в кулаке конверт с его адресом, до тех пор, пока величественный темный силуэт судна не погрузился в озерные воды, оставив лишь легкую пенистую волну.

Только когда озеро окончательно успокоилось, Джинни тихо подошла сбоку и ласково взяла сестру за руку.
- Пойдём, Даф. Пора на станцию.

Хогвартс-экспресс уже подавал гудки, готовясь увезти их домой. Впереди было неопределенное, тревожное лето. Но они были вместе. И впереди их ждала совершенно новая, неизведанная глава.