Автограф для брата

По замку разнёсся гул.
Уроки закончились раньше обычного, и впервые за долгое время никто из учеников не возмущался. Наоборот - коридоры заполнились радостным шумом, звоном выпадающих из сумок перьев и оживленным топотом сотен ног. Школьники спешили вслед за преподавателями к окраине Запретного леса, где за последние дни вырастали высокие деревянные трибуны, пахнувшие свежим сосновым спилом и чарующей, пугающей тайной.

- Как думаешь, что там будет? - спросила Джинни, придерживая развевающийся на холодном ветру гриффиндорский шарф.

- Понятия не имею, - пожал плечами Рон, на ходу попытаясь влезть в слишком теплую мантию. - Но надеюсь, что-нибудь реально зрелищное. Не дуэль же на веерах, в самом деле.

- Если это опять проверка знаний, я прямо с трибуны улечу домой, - трагично заявил Фред.

- Согласен, - кивнул Джордж, перепрыгивая через ступенчатый пролет. - Ради контрольной по древним рунам столько дерева явно не перевели бы.

Ли Джордан рядом прыснул со смеху:
- Представьте: "Первое испытание - пятичасовое сочинение по истории магии под надзором призрака профессор Бинса".

- Вот это было бы настоящее испытание на выживание, - поддержал Оливер Торн, поправляя ремень сумки на плече. - Половина школы легла бы прямо в первом абзаце.

Дафна тихо улыбнулась друзьям, но ничего не ответила. Её пальцы, сжимавшие край теплого шарфа, были холоднее обычного.
Она уже знала. В отличие от остальных, она знала всё до последней чешуйки.

Каждая легкая, шутливая фраза друзей отзывалась внутри тяжелым, свинцовым чувством. "Если бы вы только знали, что там за загородкой..."- проносилось у неё в голове. Тайное знание не принесло гордости, оно легло на плечи удушливым грузом.

Высокие деревянные трибуны уже почти заполнились до отказа. Ученики рассаживались по факультетам, создавая пестрое море из красно-золотых, зелено-серебряных, сине-бронзовых и желто-черных шарфов. Над ареной кружили почтовые совы и колдографы с массивными вспыхивающими камерами, а за высоким деревянным забором время от времени слышались странные, глухие удары.
БУМ.

Земля под настилом трибун едва заметно дрогнула. По деревянным балкам пробежала мелкая вибрация.
Некоторые ученики на трибунах удивлённо переглянулись, замолкнув на полуслове.

- Что это было? - нахмурилась Ханна Аббот, вжимаясь в скамью.

- Может, они там арену для великанов строили? - предположил Симус.

- Или привезли горных троллей, - добавил Дин, вытягивая шею.

Дафна невольно отвела взгляд к верхушкам деревьев Запретного леса. Она не могла участвовать в этих гаданиях. Не могла даже заставить себя сделать вид, что ей весело и интересно угадывать. Ответ уже давно лежал тяжелым камнем у неё под сердцем.

Рядом с ней на скамью опустился Рон. Он выглядел непривычно собранным и серьёзным.

- Гарри справится, - тихо проговорил он в пространство перед собой, будто убеждал не Дафну, а самого себя.

Дафна повернулась к брату. Рон всё ещё не смотрел на неё - его напряженный взгляд был прикован к пологу белой палатки чемпионов на краю арены.

- Конечно справится, Ронни, - мягко ответила она, накрыв его ладонь своей.

Но её голос прозвучал совсем не так уверенно, как ей самой хотелось бы.

По другую сторону тяжелого деревянного забора, внутри палатки, царила совсем иная атмосфера.
Там стояла звенящая, давящая тишина. Никаких шуток. Никакого гула трибун. Только редкий скрип деревянного настила под сапогами да приглушённый, вибрирующий рёв, периодически доносившийся с арены.

Четверо чемпионов сидели вдоль стенок, ожидая своего часа. Каждый был глубоко погружен в собственные мысли.

Флёр Делакур с бледным лицом медленно водила изящным пальцем по гладкому краю своей волшебной палочки, тихо шепча какие-то заклинания на французском. Седрик Диггори нервно, дробно постукивал носком кожаного ботинка по дощатому полу, сжимая и разжимая кулаки. Гарри Поттер сидел в самом углу, до посинения пальцев вцепившись в полированное древко своей «Молнии».

Виктор Крам стоял чуть в стороне, прислонившись спиной к центральному шесту палатки.
Он закрыл глаза.
Глубокий вдох через нос.
Медленный, ровный выдох.
В его голове сейчас не было ни гудящих трибун, ни пристального взгляда Каркарова, ни судейских оценок. Всё шелушащееся и лишнее отлетело.

Остались только две вещи: огромная крылатая тварь и блестящее золотое яйцо.
- Виктор, - раздался негромкий голос.

Крам открыл глаза. Перед ним стоял Игорь Каркаров, судорожно поправлявший свой пышный меховой воротник.
- Ты первый, - произнес директор Дурмстранга. - Помни всё, чему тебя учили. Не опозорь школу.

Виктор лишь коротко, сдержанно кивнул. Лишние слова сейчас не имели никакого смысла.
- Дамы и господа! - раскатистый голос Людо Бэгмена, усиленный заклятием *Сонорус*, эхом прокатился над замершим стадионом.

Шум на трибунах мгновенно затих. Тысячи глаз уставились на арену.
- Добро пожаловать на первое испытание Турнира Трёх Волшебников!

Дафна почувствовала, как её сердце пропустило удар, а затем забилось часто и больно. Рядом Джинни нетерпеливо подалась forward, вцепившись в рукав брата. Фред перестал улыбаться, а Джордж неожиданно стал предельно серьезным.

- Сегодня нашим чемпионам предстоит проявить не только магическую силу и высокое мастерство, но и невероятную храбрость!

Огромные ворота арены начали медленно расходиться в стороны. Тяжёлые железные петли протяжно и жалобно заскрипели.
И в следующую же секунду над скалами раздался рёв.

Это был не просто рык хищника. Это был чистый, первобытный, металлический гул, от которого у половины присутствующих заложило уши. Воздух над ареной буквально задрожал и натянулся.

По трибунам прокатилась волна потрясённых, ужаснувшихся возгласов:
- Дракон!

- Мерлин мой, это же дракон!..

- Настоящий?!

Дафна закрыла глаза всего на одну короткую секунду.
"Началось..."

Когда она снова посмотрела на арену, огромная Китайская огненная комета уже расправляла свои багрово-золотые крылья. Её чешуя переливалась на осеннем солнце сусальным золотом и темной медью.

Из плоских ноздрей тугими струями клубился едкий серый дым. Жёлтые, со щелевидными зрачками глаза внимательно и свирепо следили за малейшим движением вокруг.

Под её мощными, усаженными когтями лапами покоилась кладка крупных, серых яиц. И прямо в центре этой кладки ярким, нездешним светом блестело то самое золотое яйцо.

- Первым на арену вызывается чемпион Дурмстранга... - Людо Бэгмен выдержал мастерскую театральную паузу. - Виктор Крам!

Гриффиндорские аплодисменты смешались с восторженными, дикими криками дурмстранговцев.
Из темного проема воротища спокойно, подтянутой походкой вышел высокий юноша в тёмной, облегающей форме своей школы.

Дафна невольно задержала дыхание, подавшись чуть вперед.
Сейчас на нем не было привычной мантии, под которой он казался массивным. Не было метлы. Не было ревущего стотысячного стадиона Чемпионата Мира.

Он выглядел... удивительно обычным. Уставшим. Невероятно сосредоточенным, с глубокими тенями под глазами. И в эту секунду Дафна вдруг окончательно перестала видеть в нем недосягаемую мировую знаменитость. Перед ней был восемнадцатилетний парень, которому прямо сейчас предстоит сойтись в смертельном поединке с гигантским ящером.
Виктор остановился в десятке метров от дракона.

Ящер медленно опустил плечи и приподнял голову. Воздух между человеком и чудовищем плотно загустел. Ни тот, ни другой не шевелились. Лишь озорной осенний ветер трепал полы тёмной куртки Крама.
И вдруг...
Китайский огненный шар резко выбросила длинную шею вперед. Из ее пасти с оглушительным ревом вырвался сплошной поток ослепительного, ало-желтого пламени!

- Осторожно! - вскрикнула Джинни, зажимая рот.

Виктор успел совершить стремительный, спортсменский рывок в сторону буквально в последнее мгновение. Поток пламени ударил в скалистую почву - камни с треском разлетелись, оплавляясь на ходу. Волнующая волна сухого, обжигающего жара докатилась даже до верхних рядов трибун.

Дафна невольно вцепилась обеими руками в прохладный деревянный поручень:
- Боже мой...

Но Виктор уже поднялся с земли, ни секунды не теряя на страх. Одним коротким, выверенным движением он вскинул волшебную палочку прямо перед собой.

- Конъюнктивитус! - рябью пронесся его низкий голос.

Яркая, едкая вспышка заклятия ударила точно в правый глаз дракона.
Ящер взревел так дико и оглушительно, что сотни первокурсников на трибунах в ужасе закрыли уши руками. Чудовище забилось, яростно мотая огромной рогатой головой, пытаясь избавиться от адской боли в поврежденном глазе.

В ослепленном бешенстве дракон тяжело опустил массивную лапу прямо на собственную кладку.
ХРУСТ!

По арене пронесся сухой, страшный звук. Несколько настоящих драконьих яиц разлетелись на куски, обдав камни белковой массой.

Дафна болезненно вздрогнула, сжав зубы:
- Нет... Только не яйца...

Виктор, однако, не упустил свой единственный шанс. Пользуясь замешательством и болью твари, он стремительной молнией рванулся вперед, прямо под брюхо беснующейся огненному шару.

Одно движение. Второе. Его пальцы сжались на гладком, холодном металле золотого яйца.
- Он взял его! Взял! - закричал Рон, вскакивая со скамьи и махая руками.

Трибуны вокруг взорвались оглушительными аплодисментами и восторженным ором.
Но раненый дракон почувствовал чужое присутствие совсем рядом. Он резко, практически вспугнуто обернулся всей тушей. Огромный хвост, покрытый тяжелыми костяными шипами, с сокрушительным свистом рассёк воздух над самой землей!

Виктор успел инстинктивно пригнуться. Острые шипы пронеслись всего в нескольких дюймах над его стриженым затылком, сбрив воздух. Еще мгновение... сантиметр ниже - и всё было бы кончено.

Но Виктор уже откатился по гравию в сторону, крепко, изо всех сил прижимая отвоёванное золотое яйцо к своей груди.

Раздался оглушительный свисток арбитров. Испытание было завершено. На арену уже выбегали дрессировщики во главе с Чарли, бросая в дракона усыпляющие заклятия.

Дафна только теперь осознала, что всё это время сидела, практически не дыша. Она медленно, дрожаще выдохнула накопившийся в легких воздух. По её спине пробежал холодный озноб.

- Он... он жив, - тихо прошептала она.

Рон рядом сиял так, словно этот драконий трофей только что завоевал он сам:
- Я же говорил! Я же с самого начала говорил, что он его сделает!

Дафна мягко улыбнулась брату, слегка коснувшись его плеча. Но её взгляд всё еще оставался прикованным к арене.

Там, среди дымящихся камней, тяжело дыша и вытирая сажу с лица, поднялся на ноги Виктор Крам. И прежде чем уйти в тень ворот, он на одно короткое, неуловимое мгновение повернул голову к гриффиндорским трибунам...

И почему-то его темный, усталый взгляд отчетливо задержался именно там, где среди бушующего моря учеников сидела ярко-рыжая девушка. Девушка, которая аплодировала ему не как великому спортсмену и не как триумфатору... А как человеку, который только что вернулся живым из самого ада.

Аплодисменты над стадионом не стихали еще долго после того, как тяжёлые деревянные ворота заперли раненую, разъяренную Китайскую драконицу.

Виктор Крам уже скрылся в тени судейской палатки, а гриффиндорские и когтевранские трибуны все еще ходили ходуном от топанья сотен ног.
- Видели?! - Рон Уизли едва не выпрыгивал из своих ботинок, размахивая руками так, что едва не сшиб шапку с какого-то пятикурсника. - Вы это видели?! Как он её Конъюнктивитусом?! Прямо в яблочко!

- Сложно было не заметить, Ронни, - с улыбкой качнул головой Фред. - Особенно когда тебя обдает жаром, как из маминой печи.

- И когда драконий хвост едва не делает из чемпиона аккуратную нарезку, - добавил Джордж, переводя дух.

Даже обычно сдержанная, строгая Гермиона выглядела искренне впечатленной. Она быстро заносила какие-то заметки в свой пергамент, но пальцы ее слегка дрожали:
- Это было невероятно рискованно... Использовать заклятие слепоты против самки на кладке! Но... Мерлин мой, с точки зрения хронометража - снайперская точность.

Дафна молча кивнула подруге, не произнося ни слова.
Она все еще смотрела на смыкающиеся створки арены. Перед глазами застыло то последнее, страшное мгновение: огромный шипастый хвост ящера, пронесшийся буквально в каких-то сантиметрах от стриженого затылка Виктора. Она только сейчас поймала себя на мысли, что ее пальцы, до белизны сжимавшие деревянный поручник, всё еще мелко и судорожно дрожат.

«Он жив. Он справился», - пронеслось в голове эхом, принеся короткую, но глубокую вспышку облегчения.

- Следующей на арену вызывается чемпионка Академии Шармбатон - Флёр Делакур! - вновь усилил свой голос заклятием Людо Бэгмен.

По трибунам пронеслась волна сдержанных, но вежливых аплодисментов.

Из темного проема ворот вышла высокая, ослепительно-светловолосая девушка. Она держалась с безупречным изяществом, плыла с гордо поднятой головой, но даже оттуда, с верхних рядов, Дафна видела, как тяжело ходит ее грудь и как до посинения суставов ее тонкие пальцы сжимают волшебную палочку.

Ее соперницей оказалась Зеленая валлийская самка. Огромная, грузная, с тяжелыми изумрудными крыльями и глазами цвета утреннего мха.

Флёр не стала сокращать дистанцию. Она остановилась у самого края скального выступа, глубоко вдохнула и наставила палочку прямо на морду ящера.

- Дормиенс...- понесся над ареной ее звенящий, чистый голос, в котором сплелась магия вейл.
Серебристая, мерцающая дымка поплыла по воздуху прямо к ноздрям чудовища. Тяжелые, нависшие веки дракона начали наливаться свинцом. Зеленая валлийская самка издала долгий, глубокий вздох и тихо, медленно опустила огромную рогатую голову прямо на сухие камни.

На трибунах воцарилась гипнотическая тишина.
- Получилось... - едва слышно прошептала Джинни, подавшись вперед. - Она ее усыпила

Но магия - вещь капризная, когда дело касается древних тварей. В тот самый миг, когда Флёр на цыпочках, едва дыша, почти добралась до золотого яйца, усыпленная валлийская самка во сне мощно засомневалась и резко дернула носом.
Из ее пасти вырвался короткий, непроизвольный язык алого пламени!

Флёр успела инстинктивно отскочить в сторону, однако подол ее нежной шелковой мантии мгновенно вспыхнул сухим трескучим огнем. Несколько преподавателей на VIP-трибуне одновременно вскочили со своих мест.

Девушка, однако, проявила невероятное самообладание: не проронив ни звука и не поддавшись панике, она быстро потушила огонь водяным заклинанием из палочки, рванулась вперед и сжала золотое яйцо в руках.

Трибуны вновь взорвались оглушительным хохотом и овациями.
- Молодец, - тихо, искренне сказала Дафна, хлопая французской чемпионке. - Не растерялась

Следующим на арене появился Седрик Диггори.
Его появление встретили сокрушительным, оглушительным ревом хаффлпаффские трибуны. Ученики в желто-черных шарфах вскочили как один:
- Давай, Седрик!

- Пуффендуй с тобой!

Дафна хлопала вместе со всеми, чувствуя, как сжимается сердце. Она хорошо знала Седрика еще с финала Чемпионата мира. Настоящий капитан, честный, спокойный, добрый парень, который всегда был готов подставить плечо.

Ему достался Шведский короткорылый дракон - сине-серый, гигантский, невероятно подвижный и настороженный ящер.

Седрик пошел по пути хитрости. Взмахом палочки он трансфигурировал огромный валун у ног в лающую, юркую собаку. Пёс с громким тявканьем помчался в противоположную сторону.

Дракон мгновенно повел головой, уставившись на новую цель.
Этого короткого замешательства Седрику почти хватило. Он стремительной тенью бросился к кладке. Почти успел... Пальцы уже коснулись металлической боковины яйца!

Но шведский короткорылый ящер в последний момент разгадал обман. Дракон резко развернулся и со всей дури ударил хвостом по земле.
Острые костяные шипы полоснули Седрика по левому плечу. Даже с верхних рядов трибун было видно, как тёмная ткань его мантии мгновенно промокла и окрасилась густой алой кровью.

- Нет! - ахнула Гермиона, зажимая рот.

Дафна резко поднялась со скамьи. Сердце болезненно сжалось от вида этой крови.

Но Седрик не остановился. Стиснув зубы от адской боли, преодолевая шок, он схватил золотое яйцо, прижал раненую руку к груди и, хромая, покинул арену под несмолкаемый гул публики

Аплодисменты были такими громкими, что деревянные настилы стадиона, казалось, вот-вот просядут.

А потом наступила тишина.
Та самая особенная, давящая, тяжелая тишина, когда тысячи людей одновременно перестают дышать и переговариваться.

- Последний чемпион... - голос Людо Бэгмена потерял прежний азарт и стал звенящим от напряжения. - Гарри Поттер!

Дафна почувствовала, как внутри у неё всё перевернулось и сжалось в ледяной комок. Рядом Джинни мгновенно побледнела, ставившись белее собственного шарфа.
А Рон... Рон вскочил на ноги еще до того, как Гарри сделал хотя бы шаг из темного зева ворот.

- ДАВАЙ, ГАРРИ! - заорал Рон во весь голос, прорывая тишину. - ТЫ СМОЖЕШЬ!

Гарри вышел на арену.
Он выглядел таким маленьким, таким хрупким на фоне возвышающихся серых скал... И особенно - рядом с Венгерской хвосторогой.

Она была настоящим чудовищем. Угольно-черная чешуя, наводящая мысли о склепе. Кроваво-алые, суженные глаза. И длинные, полосой идущие по всему хвосту костяные шипы, похожие на каленые кинжалы.

Дафна невольно задержала дыхание.
«Мерлин мой... Ему же всего четырнадцать. Он ведь совсем ребенок...»

Она даже не заметила, как Джинни судорожно, до боли в пальцах, вцепилась в её руку.
Гарри поднял палочку. Раздалось короткое заклинание:
- Акцио, «Молния»

Прошло несколько секунд смертельного ожидания, и вдруг сквозь облака, рассекая туман, со стороны замка примчалась его верная метла.

- Лети, Гарри... Пожалуйста, лети, - почти беззвучно шепнули губы Дафны

Метла опустилась прямо к ногам хозяина. Гарри мгновенно оседлал её и в следующую же секунду свечой взмыл в осеннее небо!
Хвосторога взревела. Ее металлический рёв эхом ударил по окрестным холмам. Она сорвалась с места, расправив огромные крылья и подняв над ареной целые тучи пыли и мелкого гравия.

Гарри на невероятной скорости виртуозно крутил финты, едва успевая уходить от тугих, длинных струй пламени.

Трибуны то и дело ахали и вскрикивали в один голос:
- Осторожно!

- Выше, Гарри!

- Сзади!

Дафна сама не поняла, когда успела подняться на ноги. Она больше не ощущала ни осеннего ледяного ветра, ни пронизывающего холода. Она просто смотрела вверх. Смотрела и мысленно молилась всем богам, чтобы этот мальчик не сорвался вниз.
Венгерская хвосторога в бешенстве взмахнула хвостом. Острые шипы просвистели в воздухе буквально в миллиметре от Гарри - один из них с треском рассёк край его развевающейся мантии.

- Гарри! - отчаянно вскрикнула Джинни.

Дафна даже не заметила, как крепко обняла младшую сестру за плечи, прижимая её к себе. Обе стояли, застыв, не сводя глаз с разворачивающейся в небе драмы.

Время будто остановилось.
И вдруг...
Гарри резко, камнем пошел в пике прямо к земле. Хвосторога, поддавшись инстинкту хищника, рванулась следом за ним, на мгновение полностью открыв кладку и потеряв равновесие.
Именно этого он и ждал!
На невероятной скорости, почти касаясь коленами камней, Гарри молнией пронесся над землей, одним точным движением схватил золотое яйцо и взмыл ввысь прежде, чем тяжелая тварь успела развернуться!

СВИСТОК!

Испытание было закончено.
Несколько секунд над стадионом стояла абсолютная, нереальная тишина. А потом... весь стадион, от первого до последнего ряда, взорвался оглушительными, сумасшедшими овациями

Дафна медленно, тяжело опустилась обратно на деревянную скамью. Ноги вдруг стали абсолютно ватными. Только сейчас она почувствовала, как по её холодным щекам текут горячие слезы.

Не от страха. От дикого, спасительного облегчения.
Рядом с ней шумно, с всхлипом выдохнул Рон:
- Он сделал это... Даф, ты видела?! Он сделал это!

- Сделал, Ронни... - тихо ответила Дафна, вытирая щеку рукавом. - Он просто невероятный молодец.

Пока судьи выставляли свои оценки, ученики вокруг оживленно и наперебой обсуждали увиденное зрелище.
- Крам был просто как каменная стена! Настоящий боец!

- Да ладно тебе, ты видел, как Поттер летал прямо между зубов этой черной твари?!

- А Седрик? Вы видели его плечо? Вот это мужество!

- Да уж, а француженка чуть не сгорела заживо...

Дафна практически не участвовала в этих спорах. Она молча смотрела на пустеющую арену, где смотрители во главе с Чарли осторожно, с помощью усыпляющих чар уводили закованных драконов.

Такие величественные. Такие древние и смертоносные.
И Дафне невольно вспомнились слова Чарли, сказанные им у Запретного леса: «Они прекрасны, Даф. Просто люди слишком часто забывают уважать их силу».

Теперь, вытерев слезы, она наконец до конца поняла, что именно брат имел в виду.

Когда ученики шумящим потоком начали расходиться к замку, Дафна ненадолго задержалась у самого выхода с трибун, застегивая шарф.
Позади нее на деревянных ступенях послышались тяжелые, неторопливые шаги.

Она обернулась.
Из-за деревянного ограждения вышел Виктор. Его темные волосы были растрепаны сильнее обычного, на рукаве куртки темнело пятно копоти, а на бледном лице читалась глубокая, смертельная усталость.

На секунду их взгляды встретились в осенних сумерках.
- Поздравляю, - тихо, спокойно сказала Дафна. Без восторга фанатки. Без громких, лишних слов. Просто искренне, от всего сердца.

Виктор остановился. Его суровое лицо на миг смягчилось, а уголки губ едва заметно дрогнули:
- Спасибо.

Несколько секунд они просто стояли и смотрели друг на друга в тишине угасающего дня.
Потом Дафна мягко улыбнулась ему:
- Я очень рада, что все закончилось именно так.

Виктор сразу всё понял. Она говорила вовсе не о судейских баллах и не о золотом яйце. Она говорила о том, что он выстоял и остался жив.

Директор Дурмстранга окликнул его откуда-то снизу по-болгарски. Виктор чуть повернул голову, а затем снова посмотрел на Дафну.
И впервые за все эти дни он улыбнулся ей по-настоящему. Совсем немного, но удивительно тепло и открыто.
- До встречи, Дафна.

Она удивленно моргнула, слегка приоткрыв губы:
- До встречи... Виктор.

Он повернулся и пошел вниз по деревянной лестнице.
А Дафна еще несколько мгновений стояла у края трибун, смотря ему вслед. И только сейчас, почувствовав, как осенний ветер колышет ее рыжие волосы, она осознала: он впервые назвал ее по имени.

И почему-то от этого простого, почти незаметного слова на душе у неё стало удивительно светло и тепло.