Автограф для брата

За окном гостиной Гриффиндора бесшумно моросил мелкий, затяжной осенний дождь. Капли стеклянным бисером скатывались по высоким стрельчатым стёклам, за которыми простиралась непроглядная, сырая ночная тьма Запретного леса

В самой гостиной было глубоко за полночь. Угли в камине уже остывали, отбрасывая на бордовые стены и тёмные дубовые панели мягкий, багровый отсвет

Большинство учеников давно разошлись по своим спальням, и в комнате царила та особенная, гипнотическая тишина, когда каждый шуршащий звук кажется волшебством.

Дафна сидела прямо на тёплом ковре возле камина, поджав под себя ноги. На её коленях покоился массивный том по Древним рунам, но она уже добрых минут десять перечитывала одну и ту же строчку про исландские глифы, абсолютно не воспринимая смысл. Её мысли кружились совсем вокруг другого.

Тишину нарушил лёгкий шорох. Кто-то тихонько, без лишнего шума опустился на край соседнего мягкого кресла и свесился вниз:
- Я знала, что найду тебя именно здесь, Даф.

Дафна подняла голову, моргнув от неожиданности:
- Джинни? Ты чего не спишь?

Младшая сестра уже переоделась в уютную байковую пижаму с милыми нарисованными летающими метлами, завернулась с головой в огромный шерстяной плед и держала в руках два пузатых керамических фарфоровых кружки, над которыми поднимался густой, сладкий пар.

- Держи, - Джинни протянула ей одну из кружек. - С корицей и маршмеллоу. Стянула у эльфов на кухне еще до отбоя.

- Спасибо, Джин, - Дафна с удовольствием приняла кружку, обхватив её пальцами, чтобы согреть замерзшие ладони.

Несколько минут они просто сидели в полном молчании. Огонь в камине тихо потрескивал, роняя золотистые искры на чугунную решётку. Дождь ритмично барабанил по окнам. Это был тот самый, настоящий Хогвартс - без турнирной суеты, без грозных драконьих теней и без страха за чью-то жизнь. Тёплый, согревающий и по-настоящему домашний.

Наконец Джинни сделала маленький глоток из своей кружки и тихо, глядя на пляшущие языки пламени, спросила:
- Ты испугалась вчера, да?

Дафна сразу поняла, о чём именно говорит сестра. Ей не нужно было уточнять.
- Очень, - честно призналась Дафна, опуская взгляд на тающие в шоколаде белые кубики маршмеллоу. - Внутри прямо всё оледенело.

- За Гарри?

Дафна мягко, тепло улыбнулась:
- За Гарри. Сердце чуть из груди не выпрыгнуло, когда он пошел в пике прямо под хвосторогу.

Они помолчали пару секунд.
- И за Седрика, - добавила Дафна. - Когда увидел его окровавленное плечо...

Ещё одна маленькая пауза.
- И за Виктора.

Джинни тихонько хмыкнула и хитро, с презабавным щуром посмотрела на неё сквозь края пледа:
- За Виктора?

Дафна закатила глаза, почувствовав, как к щекам приливает неожиданное тепло:
- Так, Уизли-младшая, даже не начинай.

- Да я даже и не думала! - состряпала самое невинное лицо на свете Джинни. Но её улыбка стала еще шире, расплываясь от уха до уха. - Просто... ты впервые сейчас назвала его по имени. Не «Крам», не «ловчик из Болгарии», а именно Виктор.

Дафна на секунду задумчиво замерла, опустив кружку на ковёр. И ведь действительно. Она даже не заметила, как это произошло. В её сознании всемирно известный спортсмен окончательно перестал быть далекой картинкой из газеты «Ежедневный пророк».

- Наверное... - тихо пробормотала она

- Он хороший? - вопрос Джинни прозвучал неожиданно серьёзно и по-взрослому, без тени предыдущего подшучивания.

Дафна посмотрела в глубину каминного огня, подбирая слова.
- Знаешь... Все вокруг считают его очень угрюмым, надменным и заносчивым. А мне кажется... он просто ужасно устаёт. От постоянных взглядов, от криков, от того, что в нем видят только метлу и ловца.

Джинни внимательно слушала сестру, не перебивая и чуть наклонив голову набок.
- Когда абсолютно все смотрят на тебя как на недосягаемую знаменитость, - продолжала Дафна, - наверное, очень сложно оставаться обычным человеком. Твоё собственное «я» просто затирается.

- И поэтому ты разговариваешь с ним как с обычным парнем? - догадалась Джинни.

Дафна тихо, но твёрдо кивнула:
- Именно. Без придыхания и без фанатских восторгов.

- И ему это нравится, - констатировала младшая сестра.

- Джинни...

- Что?

- Ты иногда слишком наблюдательная для тринадцатилетней девчонки, - качнула головой Дафна.

- Это наше семейное, - гордо вскинула подбородок Джинни. - И вообще, я просто забочусь о своей старшей сестре.

Обе тихо, сдержанно рассмеялись, чтобы не разбудить спящих в спальнях девочек.

Через несколько минут ночной разговор сам собой свернул на самые тёплые и веселые воспоминания.
Они начали вспоминать прошедшее лето в Норе. Как Фред случайно перепутал ингредиенты и взорвал старый мамин чайник прямо на столе.

Как Джордж потом три дня подряд с абсолютно серьёзным лицом убеждал миссис Уизли, что это была не шалость, а «инновационная магическая система мгновенного кипячения с помощью микро-детонации». Как Рон весь вечер ходил с мукой на носу и в волосах после неудачной попытки испечь свой первый самостоятельный пирог, чтобы впечатлить Гермиону.

Дафна смеялась так искренне и заразительно, что у неё под конец начали болеть щёки.

- О, Мерлин! А помнишь, - Дафна чуть не выронила свою кружку, - как ты спряталась в старом платяном шкафу на чердаке, потому что случайно разбила любимую мамину вазу с засушенными гортензиями?

Джинни мгновенно закрыла лицо обеими руками, а её уши вспыхнули ярко-розовым цветом:
- Ой, только не напоминай! Умоляю!

- Ты просидела там в темноте среди старых мантий почти два часа! - хохотала Дафна. - Мы искали тебя по всему саду!

- Я была уверена, что мама меня просто испепелит на месте или превратит в гнома! - защищалась Джинни сквозь пальцы.

- А она просто подошла к шкафу, постучала в дверцу и спокойно так сказала: «Джинни, выходи уже, я уже поставила на стол новую вазу, эту все равно пора было выкинуть».

Обе снова расхохотались, уткнувшись носами в плед, чувствуя, как эта родственная теплота полностью растворяет осеннюю хандру за окном.

На следующее утро атмосфера в Большом зале во время завтрака была непривычно оживленной. Ученики обменивались впечатлениями от вчерашних занятий, передавали друг другу кувшины с соком и деликатно обходили тему драконов - первый шок наконец спал.

Именно в тот момент, когда Дафна намазывала джемом тост, двери в изголовье Большого зала распахнулись. Профессор Дамблдор поднялся со своего резного золоченого кресла и легким взмахом палочки призвал всех к тишине.

- Прошу минуту вашего внимания, друзья мои! - его раскатистый, тёплый голос заполнил всё пространство под завороженным потолком.

Разговоры за столами всех четырёх факультетов постепенно стихли. Студенты повернулись к учительскому столу.

- До Рождества остаётся совсем немного времени, - продолжим директор, и в его синих глазах за полумесяцами очков заплясали знакомые лукавые искорки. - И, как повелевает многовековая традиция Турнира Трёх Волшебников... в ночь зимнего солнцестояния в Хогвартсе состоится... Святочный бал!

Большой зал на секунду замер, а затем буквално взорвался сотнями разноголосых криков, возгласов и оглушительным гулом!

- Бал?! Настоящий Святочный бал?!

- С танцами?! Вы слышали, с танцами!

- Мерлин мой, надо срочно писать домой и просить праздничную мантию!

- А где брать платье?! Вы представляете, сколько нужно времени на подгонку?!

Дафна переглянулась с Джинни, сидевшей напротив. Глаза младшей сестры уже горели самым настоящим, неподдельным азартом.

- Так! - Джинни опёрлась локтями о стол и подалась вперёд. - Всё решено. Мы будем выбирать тебе самое невероятное платье!

- С чего это вдруг мне? - удивилась Дафна, подняв бровь.

- Потому что ты старше! И ты учишься на пятом курсе, а значит, официально можешь идти на бал без всяких ограничений!

- Это вообще не аргумент, Уизли, - ухмыльнулась Дафна.

- Самый настоящий аргумент! - парировала Джинни.

Дафна тихо засмеялась, глядя на горящие глаза сестры:
- Хорошо-хорошо, сдаюсь. А ты сама?

Джинни на секунду опустила плечи, и её пыл слегка угас. В глазах мелькнула тень лёгкой грусти:
- А что я? Третьекурсников не пускают. До моего первого официального бала ещё целых триста шестьдесят пять дней. Если только кто-то из старших не пригласит... Но кому я нужна.

Дафна почувствовала, как сжалось сердце. Она мягко протянула руку через стол и накрыла своей ладонью тонкие пальцы сестры.
- Зато ты будешь первой, кто увидит моё платье. И твоё слово будет решающим. Договорились?

Глаза Джинни снова засияли тем самым задорным светом, который Дафна так любила:
- Правда? Ты правда доверишь мне выбор?!

- Абсолютная правда.

- Тогда оно должно быть самым красивым, самым элегантным во всём Хогвартсе! Чтоб у всех чемпионов челюсти отвисли!

Фред и Джордж, проходящие в этот момент мимо их места с тарелкой жареных колбасок, услышали последние слова сестры.
- Так-так-так, - Фред остановился и назидательно поднял палец вверх. - Главный совет от старших братьев: что бы вы ни делали, только не пишите об этом маме.

- Это ещё почему? - искренне удивилась Дафна.

- Потому что если мама узнает, что тебе нужно нарядное платье на бал, - вступил в разговор Джордж, трагично покачав головой, - она тут же полезет на чердак Норы, достанет прабабушкин сундук и пришлёт тебе наряд.

- И какого же он будет цвета? - усмехнулась Джинни.

- Сочного консервированного горошка, - без колебаний ответил Фред.

- И с гигантскими гипюровыми оборками на рукавах и воротнике, - добавил Джордж, демонстративно содрогнувшись всем телом. - Как у зажиточных помещиков семнадцатого века.

- Или и то, и другое одновременно, - подытожил Фред.

Дафна прыснула со смеху, зажимая рот ладонью:
- Боже, какие же вы невозможные! Сплошные кошмары нагоняете!

- Мы?! - Фред прижал руку к груди с самым оскорбленным видом. - Невозможные?

- Никогда в жизни! - поддержал брата Джордж.

Близнецы синхронно, с идеальной точностью переглянулись и гордо выпрямили спины:
- Мы - воплощение выдержки, стиля и элегантности.

Ли Джордан, проходивший мимо них с большой чашкой чая, не выдержал и откровенно расхохотался на весь проход:
- Да-да, конечно! Особенно вчера, когда вы пытались продать первокурсникам зачарованные навозные бомбы под видом парфюмерии!

- Это было вовсе не мошенничество, Ли, - невозмутимо отмахнулся Фред, даже не моргнув глазом. - Это был авангардный подход к парфюмерному искусству!

Дафна покачала головой, чувствуя, как от этого доброго, родного шума всё её сердце наполняется невиданным телом и светом. В такие моменты она с абсолютной отчётливостью понимала, как сильно любит свою семью. Сумасшедшую, шумную, вечно попадающую в переделки, порой абсолютно невыносимую... но самую родную и лучшую на всём белом свете.

Она ещё не догадывалась, что эта новость о Святочном бале уже через несколько часов перевернёт с ног на голову спокойную жизнь не только четырех чемпионов Турнира... но и одного невероятно молчаливого, сурового болгарского ловца. Того самого, который уже несколько дней подряд всё чаще и дольше ловил взглядом золотисто-рыжеволосую девушку среди шумящего моря гриффиндорцев.