пауза перед припевом

я ехала домой в такси и думала о словах Клавы. мы болтали ещё пару часов и всё это время обсуждали Глеба. нет, не в том смысле, речь шла о нас. точнее о наших странных отношениях. об этом можно много говорить, но надо знать меру. зайдя домой, я вновь увидела пустоту, я уже привыкла, что Миша пропадает где-то ночами, точнее я знаю где, просто мы всё никак не поговорим.

следующие дни были лучше тем, что я была занята делами и вообще не думала ни о чём. была на съёмках, потом на записи трека, снова съёмки и так по кругу. а сегодня я должна была поехать к Глебу, чтобы проведать его, но в последний момент передумала, точнее планы поменялись. надо было на сбор в офис, какие-то там проблемы появились по бумажкам. я если честно вообще не разбираюсь в этих делах, но пришлось поприсутствовать. в итоге, юристы что-то напутали и мы около трёх часов пытались разобрать что не так. а вот сейчас я еду домой. мы договорились с Мишей поговорить. у меня внутри какое-то предчувствие, я даже не могу описать какое. с одной стороны тревожусь, а с другой мне вообще пофиг. заворачивая во двор, я кинула взгляд на окна, в которых горел приглушенный свет, значит Миша уже дома. быстро вышла из машины и поднялась на этаж. минут пять настраивалась на то, чтобы открыть входную дверь в квартиру. три, два, один – погнала. медленно вставила ключ и он не хотел поворачиваться против часовой стрелки. блин. походу застрял. долго не думая, я дёрнула ручку и дверь оказалась открытой. переступив порог, я сняла куртку и повесила на крючок, подняла взгляд и немного испугалась. передо мной стоял Миша. и когда он успел выйти, я его совсем не слышала.

– привет. – как-то тихо сказал он.

– привет. – попыталась улыбнуться я.

– поговорим?

– да, давай. – ответила я.

я быстро скинула обувь и прошла на кухню за Мишей. он облокотился о столешницу, а я села за стол напротив. насупила полная тишина. слышен был лишь звук холодильника, который подавал признаки работы. ненавижу такие моменты.

– что-то у нас в последние пару месяцев никак не сходится. — первым нарушил тишину Миша.

– не сходится? ты так это называешь? – я невесело усмехнулась.

– а как ещё?

– например... ложью.

– опять... – он тяжело выдохнул и опустил взгляд.

– нет, Миш, не опять. сегодня без без перевода темы. один раз и честно. что делала Назима у тебя в кабинете почти в три часа ночи, когда я приехала к тебе?

он замер буквально на секунду, но мне хватило этой реакции, чтобы всё понять.

– мы работали. – коротко ответил он.

– до трёх ночи?

– да.

– и поэтому она вышла от тебя с размазанной помадой и счастливой улыбкой?

– Даша, ты сейчас серьёзно?

– более чем.

– у тебя паранойя. – Миша раздражённо провёл рукой по волосам.

– неужели? – я коротко рассмеялась.

– да, прикинь. ты блять уже сама не понимаешь, что происходит.

– раз уж так, тогда смотри мне в глаза и скажи, что между вами ничего не было. – смотрела на него я, а он молчал. – ну?

– ты мне не доверяешь. – какой ты догадливый, Мишань, подумала я.

– потому что ты врёшь.

– а ты? какое ты вообще имеешь право говорить про ложь? – он резко оттолкнулся от столешницы.

я нахмурилась, и кажись поняла о чём сейчас пойдёт речь.

– ты ездила к Глебу.

– да.

– ты соврала мне.

– да.

– продолжала ездить к нему за моей спиной.

– да. – у тебя три «да», Миш, поздравляю, пронеслось в моих мыслях. да, даже в таких ситуациях я шучу. без юмора умерла бы уже.

– после этого обвиняешь меня?

– я хотя бы не изменяла тебе. – признаться честно, я и тут хотела ответить «да», но сдержалась.

– а ты уверена? – Миша нервно усмехнулся.

от его слов у меня внутри всё похолодело. хотелось разорвать его на куски.

– что ты сейчас сказал?

– я сказал, что со стороны это выглядело именно так.

– между мной и Глебом никогда ничего не было.

– да конечно. рассказывай эти сказки своим подружкам. – он усмехнулся ещё сильнее. – просто задерживались ночами на студии, просто постоянные звонки, просто поездки в рехаб, просто бросаешь всё и несёшься к нему по первому звонку.

– потому что ему нужна была помощь! – уже перешла на крик я.

– нет, Даша. – он сделал шаг ко мне. – потому что ты выбрала его.

– чего?

– каждый раз, когда ему становилось плохо, ты была рядом, а когда плохо было мне... – он горько усмехнулся. – ты даже не замечала.

– Миш... – попыталась оправдываться я, но он меня перебил.

– нет! теперь ты меня послушаешь! – его голос сорвался на крик. я вообще впервые видела его таким. – я засыпал один! просыпался один! ждал тебя до ночи, пока ты спасала этого... – он сжал кулаки. – ...алкаша.

– не смей. – он начал выводить меня своими словами. какое он имеет право так отзываться о Глебе не зная его лично.

– почему? Разве это неправда?

– я сказала, не смей!

– он конченный алкоголик! наркоман! человек, который тащит всех вокруг себя на дно! а ты носишься с ним... – он злобно рассмеялся. – как идиотка, которая решила, что сможет его спасти.

– ты блять ничего не знаешь. – я чувствовала, как дрожат руки.

– зато я прекрасно видел, как ты на него смотришь.

я застыла. я правда не знала, что на это ответить. что значит «я видел, как ты на него смотришь»? я...я не понимаю.

– думаешь, я идиот? думаешь, не замечал? ты давно уже не просто его продюсер, ты его личный спасатель. только знаешь, чем это закончится? – он подошёл почти вплотную и я чувствовала его злобное дыхание. – он всё равно выберет бутылку вискаря и прозрачный пакетик с мефом.

каждое слово било сильнее предыдущего. как он вообще может делать такие выводы? он же с ним даже не общался и не знает всей истории.

– а ты останешься одна, – продолжил он добивать меня своим мерзкими словами. – потому что нормальный мужик не станет терпеть женщину, которая живёт другим мужиком, так ещё и наркоманом.

– замолчи. – я стиснула зубы.

– нет! ты услышишь всё! услышишь всё, что я хотел тебе сказать ещё давно! – он смотрел прямо мне в глаза. – и знаешь, почему всё получилось с Назимой?

я замерла от услышанных слов. получается, он даже не отрицал. вообще.

– потому что она меня понимает.

у меня перехватило дыхание. эти слова по ощущениям были, как нож в сердце. и будто бы мне сделали ещё десять ударов.

– она слышит меня, она приходит ко мне, а не бежит среди ночи к очередному обдолбанному алкоголику. она ведёт себя как женщина, а не как... – он запнулся всего на долю секунды, но всё равно договорил. – ...как жалкая дура, которая влюбилась в собственного подопечного.

я была в шоке от услышанного и не сдержалась. звонкая пощёчина разрезала тишину кухни. Миша даже не успел договорить. он медленно повернул голову обратно, прижимая ладонь к покрасневшей щеке.

– жалкая дура?.. – тихо переспросила я. – нет, Миш. – я покачала головой. – жалкий здесь только ты.

он молчал и слушал меня.

– потому что вместо того, чтобы честно признаться в своей измене, ты решил сделать виноватой меня. – я сделала шаг назад. – знаешь... самое страшное даже не то, что ты мне изменил. – мой голос начал дрожать всё сильнее, но я держалась. – самое страшное, что ты сейчас пытался убедить меня, будто это я тебя к этому подтолкнула. – он открыл рот, но я не дала ему сказать ни слова. – если тебе так хорошо с женщиной, которая тебя "понимает и слышит"... – я горько усмехнулась. – тогда иди к ней. – и знаешь что? – я схватила ключи от машины со стола и посмотрела ему прямо в глаза. – спасибо, что сегодня наконец показал своё настоящее лицо. теперь мне хотя бы не придётся мучиться вопросом, кого я любила все эти годы. – я развернулась и быстрым шагом вышла в прихожую.

– Даша! – крикнул Миша.

– не ищи меня. – я не обернулась и даже не собиралась.

быстро накинула куртку и захлопнула дверь так сильно, что стены задрожали. и только оказавшись в пустом лифте, я наконец поняла что сейчас произошло. похоже, сегодня умерло не только наше будущее. сегодня умерла та часть меня, которая до последнего верила, что любовь способна пережить любую ложь.