пауза перед припевом

***сейчас***
теперь, я думаю вы поняли, к чему были вопросы по типу «хотелось ли вам раз исчезнуть, чтобы вам никто не звонил и не писал»?

как только я вышла на улицу, то почти бегом направилась к машине. руки дрожали так сильно, что я далеко не с первого раза смогла попасть пальцем на нужную кнопку на ключе. захлопнув дверь, я несколько секунд просто сидела, вцепившись пальцами в руль. вокруг тишина, лишь телефон вибрировал. Миша звонил. я сбросила. не хочу с ним разговаривать. ещё звонок, снова он. я опять сбросила. потом ещё один. потом сообщения. я мельком увидела в шторке уведомлений  «даш, вернись», «давай поговорим», «пожалуйста». но я смахнула их, не могу смотреть на это лицемерие. следом начали приходить уведомления от Пашу и Ханны. видимо, этот придурок уже успел им рассказать, что мы расстались. замечательно.  и десяти минут не прошло с нашего расставания. или прошло? неважно. я тяжело выдохнула и не читая ни одного сообщения, просто выключила телефон. не хочу никого слышать. никого.

двигатель тихо зарычал, и я резко вырулила со двора. я не знаю, куда я еду. да и, если честно, мне всё равно. дорога расплывается перед глазами. не самое лучше состояние для вождения, но да ладно. сейчас это успокаивает меня.  я машинально переключала передачи, поворачивала, перестраивалась, совершенно не запоминая маршрут. внутри было пусто, даже плакать не хотелось, будто организм устал чувствовать.

стрелка спидометра медленно ползла вверх. восемьдесят. сто. сто двадцать. я сильнее сжала руль. ветер громко бил по машине, а внутри меня становилось только тише. в голове крутилась всего одна мысль: что делать дальше? как вообще живут люди после того, как за пять минут теряют человека, которого считали своим домом? где мне теперь жить? что делать? моя одежда, документы, любимая кружка, зубная щётка, половина жизни – всё осталось в его квартире. и возвращаться туда сейчас я не могла.

я резко свернула на обочину и остановилась. руки всё ещё дрожали, но уже не так сильно, как полчаса назад. я снова включила телефон и мой экран буквально взорвался уведомлениями. двадцать три пропущенных от Миши. семь от Пашу. четыре от Ханны. несколько от Дарины. были еще какие-то сообщение, которые я даже открывать не стала. вместо этого зашла на сайт с арендой квартир в поиске жилья. мне было абсолютно всё равно, где жить, лишь бы не там. через несколько минут я уже договорилась о передаче ключей от небольшой квартиры. я посмотрела адрес и навигатор мне показал сорок минут езды. далековато, но ладно. сейчас это лучший вариант. я снова выключила телефон, отбросила его на соседнее сиденье и завела двигатель. в зеркало заднего вида ещё можно было увидеть огни города. города, в котором ещё час назад у меня были отношения, дом и человек, которого я любила. или думала, что любила. в общем, я ещё не разобралась. поняла лишь одно: сейчас у меня не осталось ничего. я откинула эти мысли и включила навигатор и женский голос спокойно произнёс:

— через триста метров поверните направо.

я невольно усмехнулась, вот так просто «поверните направо». если бы жизнь тоже умела так подсказывать, куда ехать дальше.

спустя ровно сорок минут я зашла в квартиру. пустую. чужую. здесь ещё пахло свежей краской и новой мебелью. где-то в углу стояли нераспакованные коробки, а на кухне тускло горела маленькая лампа. я закрыла за собой дверь и послышался тихий щелчок. этот звук будто поставил точку. я медленно сползла по двери вниз и наконец перестала держаться. слёзы сами покатились по щекам. я закрыла лицо ладонями и впервые за долгое время позволила себе просто разрыдаться. в голове снова и снова звучали слова Миши.

«ты бегаешь за этим обдолбанным алкоголиком.»

«она хотя бы меня слышит.»

«ты сама во всём виновата.»

каждая фраза будто заново резала по живому. я никогда не думала, что человек, который столько лет называл меня своей любимой, однажды сможет смотреть мне в глаза и говорить такие вещи. самое страшное было даже не то, что он изменил. самое страшное то, что он даже не пытался это отрицать. он оправдывался. оправдывался тем, что ему было одиноко, что его кто-то понял, что рядом оказалась не я. я нервно усмехнулась сквозь слёзы. забавно. ведь последние месяцы я изо всех сил пыталась спасти всё сразу. Глеба – от самого себя. наши проекты – от срыва. наши отношения с Мишей – от постоянных скандалов. и в итоге не спасла ничего. я пыталась убедить себя, что мне всё равно, что я злюсь, что я просто устала, но внутри было больно. не потому что он ушёл, а потому что человек, который ещё недавно говорил, что любит меня больше всего на свете, смог так легко меня уничтожить. я подняла голову и посмотрела в потолок.

– какая же я дура... – шёпотом сказала сама себе. – ещё утром у меня был дом, были отношения, был человек, рядом с которым я засыпала каждую ночь. а сейчас у меня только четыре стены и... всё. у меня больше ничего нет.

в голове снова появился глеб. его палата. его уставший взгляд, его хриплый голос «барби... приехала всё-таки». и я сама себя ненавидела за то, что даже сейчас думаю о нём. о человеке, из-за которого всё это началось, но самое ужасное было в другом. Миша обвинял меня в том, что я выбрала Глеба, а я ведь даже не могла уверенно сказать, что он был неправ. потому что где-то глубоко внутри я понимала, что Глеб стал для меня кем-то большим, чем просто артистом. и от этого становилось ещё страшнее. но этот «наркоман», как назвал его Миша, ни разу не сказал мне ничего подобного. ни разу не заставил меня чувствовать себя грязной. ни разу не унизил меня. по крайней мере, пока что. а сейчас я уже вообще никому не верила. ни Мише, ни себе, никому.

я тяжело поднялась с пола и прошла на кухню. хорошо, что по дороге сюда я всё-таки зашла в магазин. пара бутылок крепкого алкоголя и игристое, отличный наборчик, даже никакой закуски. молодец, Орлова. идеальное решение для человека, который только что разрушил свою жизнь. конечно, это не решит проблему, завтра будет хуже. голова будет болеть, а проблемы никуда не исчезнут, но сегодня... сегодня мне просто нужно было перестать чувствовать. я открыла бутылку шампанского прямо на кухне. громкий хлопок разнёсся по пустой квартире. раньше я бы улыбнулась от такого звука, но сейчас он почему-то звучал как начало чего-то нового. я сделала пару больших глотков прямо из бутылки. слишком сладко, слишком холодно и слишком больно.

я поставила бутылку на стол и медленно села на стул. вокруг была тишина. никаких звонков, никаких вопросов и никаких ссор. только я. и почему-то именно это пугало больше всего. потому что нет ничего хуже одиночества.

тгк: d_vgrain