За кулисами

Разделение Эмануэля привело к затишью. После потери сознания он так и не пришел в себя. Аделина взяла на себя ответственность за сделанное, унося Эмануэля обратно в обитель за кулисы. Команда сопротивления обратились за помощью к Лаврентии, залечивая раны и переводя дух. Но Кассандра не переставала думать о Риккоте по другую сторону границы. Она так близко, что достаточно протянуть руку и коснуться. Только бы выпала еще одна возможность...

— Кэсси, ты слушаешь? — Клэр обиженно надула губки, захлопнув книгу.

— А? Да... — задумчиво отозвалась Кассандра, отнимая голову от бумаг.

— И что я сказала?

В ответ последовала неловкая улыбка. Клэр небрежно плюхнулась на стул, бросая папку на стол.

— Я спрашивала, когда ты планируешь пересечь границу?

— Для начала мне нужно увидеть Аделину, чтобы понимать дальнейшие ее шаги. Я не хочу вновь получить по голове.

— С тех пор, как мы победили Эмануэля, ни ее, ни Рины не видно, — подала голос Аделаида, выглядывая из-за книжных полок. — А что мы хотим вообще здесь найти?

— В этой комнате Создатель творила историю, — Кассандра подперла голову рукой, ностальгирующее осматриваясь. — Может, Аделина хранит здесь что-нибудь интересное?

— Сомневаюсь, что бумаги о разводе.

Неприятное напоминание о горьком расставании пронзило дрожью вдоль позвоночника. Кассандра моментально помрачнела, устремляя все свое внимание обратно на бумаги. Развод обеим дался не легко, но куда сложнее было продолжать находиться в бесконечном напряжении. Кассандра не могла полноценно доверять Аделине, желая найти и на нее управу, чтобы безопасно пересечь границу и отыскать Риккоту. Слишком много тайн всплыло наружу, чтобы иметь возможность идти совместно по пути.

— Кэсси, позволь не скромный вопрос, — Аделаида протянула бумаги, присаживаясь напротив Клэр. — Что между вами произошло?

— Выяснились неприятные обстоятельства, — сухо ответила Кассандра, забирая документы. — Я слишком долго оправдывала поведение Главной Музы, но события с Мануэлем поставили финальные точки. Я точно уверена, что Аделина пытается забрать мир к своим рукам.

— Ты — очень важная фигура в мире, — медленно кивнула Клэр. — Твои речи вдохновляют остальных, ты стала буквально лицом предстоящей революции против власти сестрицы Адель. Но... если ты ошибаешься?

Ответа не последовало. Сердцем Кассандра чувствовала, что находится на правильном пути. Столько было шансов вернуть Создателя и ни один Аделина не захотела использовать. Только и делала, что оттягивала возвращение, словно и вовсе не желала отдавать власть, к которой привыкла за столько лет. А тот удар в пустоте расставил роли по своим местам. «Я не раз слышала, что Аделина вышла за меня только для получения статуса королевы. Но как Главная Тень способна влиять на иерархию мира?» — недоумевала Кассандра, перелистывая бумаги.

— Вот оно! — невольно выкрикнула она, ударяя ладонью по столу.

Клэр и Аделаида одновременно вздрогнули, выходя из скучающего состояния.

— Риккота делала лазейку на случай своего длительного отсутствия. Какая же она умная... — Кассандра нервно сжала собственные волосы. Ощущение, словно она и правда придуманный персонаж написанной истории стояло комом в горле. — Для получения власти над «Миром Мечтаний», Главная Муза и Главная Тень должны обручиться. Таким образом обе получат статус королевы и полномочия до возвращения Создателя.

— Я так не хочу думать плохо об сестрице Адель... — Клэр отвела взгляд, поджимая губы.

— Аделина не просто избавилась от Мануэля, — еле слышно прошептала Кассандра, заостряя внимание на тексте в середине. — Она получила полноценную власть над... — и замолчала, удивленно моргнув.

— Что там, Кэсси? — Аделаида мгновенно зашевелилась, желая узнать продолжение.

— Это больше не «Мир Мечтаний». Теперь это «Земли Аделины».

Все трое между собой переглянулись, перечитывая бумагу. Все возможные сомнения были заглушены неоспоримыми фактами. Клэр обреченно закрыла лицо руками, упираясь локтями в ноги. Не только Риккота умела играть роль, но и сама Аделина многому научилась за то время, которое провела с ней. Из жертвы в королеву за сотни лет — огромный, тяжелый, но эффективный путь. Столько страданий ради собственных, тщеславных целей.

Кассандра откинулась на спинку стула, поднимая голову к потолку. Они разрешили одну проблему, которая породила другую. Более масштабную и серьезную. Теперь Эмануэль не казался таким непобедимым и опасным. В игру полноценно вступила Аделина, которая заполучила слишком много полномочий. И только возвращение Создателя способно спасти украденный мир руками Главной Музы.

— Но какие полномочия остались у тебя? — осторожно спрашивает Клэр.

— Теперь Кэсси носит титул павшей королевы, — Аделаида подперла голову рукой, прикрыв глаза. — У нее больше не осталось полномочий влиять на мир, как раньше.

Кассандра в ответ нервно дернула бровью.

— Не могу поверить, что сестрица Адель и правда предала нас, — прошептала Клэр. — И что теперь делать?

— Ответ и так очевиден, — Аделаида поднялась. — Кассандра должна любой ценой возвратить Риккоту, а мы будем вести революцию от ее имени против Аделины.

— Но она ваша сестра, — скептически напоминает Кассандра.

— И, как хорошие старшие сестры, мы должны помочь младшей вернуться на путь истинный.

Они собрали раскиданные бумаги, наводя порядок в комнате, и поспешили ее покинуть. В голове каждой стоял хаос из мыслей, а на сердце камнем лежала тяжесть. Аделина провела с каждой слишком много времени, чтобы иметь смелость поднять оружие. Кассандра видела ее слезы и отчаяние, истинную форму отвергнутой музы. Клэр наблюдала за развитием и помогала не впадать в хандру, постоянно напрягая своим откровенным видом. Аделаида чувствовала себя обязанной перед той, кто помог сбежать от Эмануэля и позволил зажить жизнью после всех пыток и мучений. Каждая прожила с Аделиной достаточно времени, чтобы сердце болезненно билось в груди, отзываясь под ребрами.

Кассандра сняла с руки резинку, заплетая высокий хвост, и уверенно расправила плечи. Какая бы крепкая связь не образовалась между ними, сердцем она была всецело предана Риккоте. Кассандра слишком любила, долго скорбела и искала все пути для встречи не для того, чтобы передумать. Прежде, чем покинуть замок, Аделаида положила ладонь на плечо Кассандры, несильно сжимая.

— Кэсси, по другую сторону границы мы не сможем помочь или поддержать. Ты будешь совсем одна со столкнувшейся проблемой — амнезией Создателя, который верит, что мир лишь часть его фантазии.

— Я знаю, Аделаида, — Кассандра накрыла ее ладонь собственной.

— Я не могу предугадать поведение Создателя, но, как ее бывшая Главная муза, могу лишь дать совет, — Аделаида серьезно посмотрела. — Ты должна стать вновь «собой», Кэсси. Той самой Главной Тенью до того, как стала человечнее каждого из нас. Холодной, недоступной, сильной, бескомпромиссной.

— И есть вероятность, что она начнет путать тебя с Кэрой, если удастся достучаться, — вмешалась Клэр. — В любом случае... это только твой путь. Одинокий, пустой и тяжелый. Мы не сможем быть рядом.

Кассандра хрипло выдохнула, поджимая губы. Казалось, что она отправляется не на поиски Создателя, а в последний путь, откуда не возвращаются живыми. И даже так легче не становилось. Кассандра видела Риккоту лишь раз, но отчетливо запомнила эту стадию амнезии. «Мне лишь нужно найти способ пробиться в реальный мир... Этого будет достаточно», — решила сама для себя Кассандра, переступая порог.

На удивление троицы, их встретил не шум леса или ласкающий ветер, а мрачные тучи мира. Дурной знак, к которому уже успели привыкнуть за время борьбы за собственную жизнь. Кассандра заметно нахмурилась, втянув воздух сквозь зубы.

— Кстати, Кэсси, — Аделина схватила ее за руку, — Главная Тень без оружия не больше бесполезной личности, — и протянул колчан со стрелами и луком.

Искреннее удивление отразилось в голубых глазах, сменяясь благодарностью.

— Ты поступила очень смело, когда пожертвовала своим оружие, чтобы защитить Риккоту, — закивала Клэр, заводя руки за спину. — И мы попросили теней из «Мира Темноты» сделать для тебя новое.

Кассандра с трудом сдержала эмоции, пытаясь унять подступившую дрожь в пальцах. Этот изумительный жест со стороны двух сестер растрогал до глубины души. Она благодарно кивнула, приложив ладонь к сердцу, и закинула за спину колчан с луком. С привычным типом оружия появилась и уверенность. Кассандра обняла напоследок Клэр и Аделаиду, следуя по тропинке.

Лес подозрительно молчал. Даже птицы не пели. Кассандра слышала собственное дыхание настолько отчетливо и громко, что стало не по себе. Знакомое место навело тоску — именно здесь умерла Айсена, без возможного права на жизнь. Кассандра заставила себя проглотить подступающий ком обиды, возвращая невозмутимое выражение лица. До ушей донося взмах крыльев, вынуждая обернуться. Аделина плавно поставила Рину на землю, оставаясь в воздухе. Подобный дуэт вызвал на душе сомнение, защемив сердце.

— Отыскать тебя та еще проблема, — Рина недовольно сложила руки на груди.

— Я бы с радостью с вами прогулялась, но планировала потренироваться с новым луком, — голос Кассандры излучал безразличие, а веки глаз были слегка прикрыты.

— Врешь ты хуже, чем ведешь революцию, — ироничная усмешка слетела с уст. — Я не позволю тебе пересечь границу.

— Ты не мой Создатель, чтобы я слушалась.

Аделина недовольно покачала головой, но с места не сдвинулась.

— Риккоте пора вернуться домой, — продолжила Кассандра, сжимая пальцы. — Я соболезную по поводу Кэры...

— Не надо лгать! — рявкнула Рина, мелко задрожав. — Кэра умерла из-за Риккоты! Она убила мою Тень своим бездействием! Я не позволю тебе вернуть ее обратно в мир.

— Кэсси, мы еще можем все исправить, — мягко проговорила Аделина. — Подумай о нашей дочери.

— Я знаю, что такое жить скорбью. Жизнь уходит, заставляет стоять на месте, пока остальные двигаются вперед. Я прекрасно понимаю твои чувства, Рина, ведь более десяти лет верила в смерть Риккоты, училась жить без нее, — Кассандра опустила взгляд. — Но она не просто Создатель, которого можно бросить. Риккота создала нас, желая найти поддержку и спрятаться в собственной вселенной, где пишутся истории. И, как ее Главная Тень, я обязана исполнить свой долг.

— В таком случае мы будем вынуждены остановить тебя, Кассандра.

Услышать уже привычную фразу было чем-то обыденным. Кассандра закатила глаза на открытую угрозу, готовясь к нападению, но никто не сдвинулся с места. Вместо этого, Рина соприкоснулась подушечками пальцев, плавно раскинув руки в стороны, а Аделина широко раскрыла крылья. Ее белые волосы сменились на черный, гетерохромные глаза стали полностью белыми. Кассандра ощутила подступающую беду и как время ускорило собственный ритм, выстраивая пропасть между миром и Риккотой.

— Я укрою мир куполом иллюзий. Воспоминания будут заперты или смешаны, никто не будет знать где ложь, а где правда. Я сделаю так, что каждый будет сам за себя, верить в свою правду, и скептически относится к амнезии Риккоты, — строго начала Рина. — Отныне каждый здесь живущий станет ненадежным рассказчиком, а все попытки донести до Риккоты суть будут нарочно отвергнуты.

— Ты чего это удумала? — опешила Кассандра, стиснув зубы.

— При попытке вернуться в мир, память Создателя будет блокироваться. Все рассказы — забываться, все истории — стираться, — она щелкнула пальцами. — Только при собственном, искреннем желании ей суждено будет вспомнить о «Мире Мечтаний». Пройти путь, собрать историю заново. В противном случае Риккота обратится в бегство, без возможности вернуться.

Дыхание перехватило, а сердце опасливо замедлило ритм. Кассандра не могла поверить, что Рина обладала такой разрушающей силой иллюзий. «Стоит отдать Мануэлю должное — он прекрасно исполнил свою часть обещания», — недовольно фыркнула она себе под нос и подняла голову, замечая в небе образовавшийся, полупрозрачный круг, который стал увеличиваться в размерах, желая укрыть весь «Мир Мечтаний». Она поджала губы, срываясь на бег. Деревья угрожающе скрипели, поднимая порыв ветра, а линии купола спешно опускались, желая отрезать от границы. Тело, которое еще не до конца восстановилось, дало предательскую слабину. Боль отразилась в ногах и в боку, снизила скорость. Но Кассандра даже не думала сдаваться. Бежала, как могла и позволяла выносливость, как в последний раз — отчаянно, преданно, с огромной надеждой успеть. Она обернулась, в ужасе округляя глаза, когда заметила Аделину и Рину. Они не желали сражаться, но словно неспешно наблюдали за жалкими попытками убежать. Кассандра неприятно споткнулась, сбивая весь ритм и настрой. Она уловила границу купола, которая опускалась вниз, желая отсечь переход между миром и пустотой. «Нет, нет, нет...» — в отчаянии запротестовала Кассандра, не имея возможность избежать падения.

И именно в этот момент из-за границы появилась ладонь, которая крепко схватила Кассандру за руку, резким рывком утаскивая за собой. Купол захлопнул «Мир Мечтаний» в созданной иллюзии, отсекая от пустот. Кассандра тяжело дышала, лежа на полу, и смотрела в мрачную пустоту. Сердце бешено колотилось в груди, а сознание не могло поверить, что граница была пересечена в последний момент. Она поворачивает голову, присаживаясь, и вглядывается в ту, кто протянул спасительную руку.

— Лимия?!

— Делай, что должна.

Кассандра опускает взгляд, замечая малышку Микаэлу, которая прижималась к черному плащу Лимии. Это вызвало не только удивление, но и диссонанс. «Почему здесь дочь Рины? Почему Лимия вообще тут?» — недоумевала она. Но Лимия молча подняла Микаэлу на руки, растворяясь в темноте. Кассандра осталась наедине с собственными мыслями, где вертелось множество вопросов. Она потянулась к резинке, распуская волосы, и поднялась. Целью стояли поиски Создателя, но самое сложное еще только предстояло пройти. «Вернуть в мир не составит труда, но хватит ли мне терпения дождаться, когда она пожелает вспомнить? — Кассандра нервно потерла веки глаз и последовав вперед.. — Создать жнеца для самосуда... Как же это абсурдно звучит!»

Мрак казался бесконечным и вечным. Кассандра не знала, как долго она идет, сколько времени прошло и выпадет ли возможность отыскать Риккоту прежде, чем отчаяние поглотит с головой, вынуждая молить о спасении.

«Где же ты?».

Года пройдут, но боль в сердце не утихнет никогда. Кассандра не перестанет искать и пытаться, ведь верит, что Создателя ещё можно вернуть домой. Сколько бы обмана не пришлось услышать, сколько бы боли не пришлось испытать, но крохотная надежда в сердце единственное, что позволяет двигаться дальше.

«Где же ты, Кэтрин? Ответь на мой зов. Я столько жду встречи с тобой, так удостой меня своим вниманием... Пожалуйста...» — продолжала мысленно взывать Кассандра, оглядываясь по бесконечному мраку. Надежда угасала с каждой новой попыткой достучаться до того, с кем встреча была томительной, но ожидаемой. Кассандру интриговало, какой выросла Риккота за столько лет, кем стала.

«Кэтрин... где же ты?..»

Но ответа так и не последовало. Она раздраженно достала стрелу, натянув тетиву, и выпустила вперед. Это странное, необдуманное действие позволило снять скопившееся напряжение от бесконечных поисков. Кассандра делает еще несколько шагов, ударяясь в невидимый барьер. Сердце гулко пропустило удар, а сама она прикоснулась ладонями, вглядываясь во мрак. Тишину разрезали тихие, но спешные шаги, и в поле зрения появляется Риккота. Она обнимает собственное тело, взгляд потухший и безжизненный, а походка неуверенная. Кассандра раздраженно ударяет по барьеру, но пробиться не удается. «В тот раз мне удалось пройти, потому что Создатель сама позвала меня. Но что мне делать сейчас?» — недовольно нахмурилась Кассандра.

Риккота опустилась на землю, упираясь руками, и дала волю чувствам: слезы стекали по щекам, а взгляд обреченно смотрел на собственные пальцы. Тело содрогалось от каждого, нового всхлипа, пока не наступила резкая тишина. Настолько неожиданная, будто кто-то выключил эмоции в этом славном, женском теле, заставляя насильно успокоиться. Кассандра озадаченно отпрянула от барьера, никогда ранее не замечая подобного за Создателем.

— Какая же ты слабая, — сорвалось невольно с уст Кассандры. — Так и не научилась быть сильной.

— Не правда, — последовал совсем тихий ответ, а голос дрогнул. — Этот мир... убивает меня.

«Она услышала?» — опешила Кассандра, пару раз моргнув.

— Я вновь совершила ошибку, — Риккота спешно провела ладонями по щекам, вытирая слезы. — Я хотела стать лучше, но в итоге...

— И это повод хныкать? — холодно спрашивает Кассандра, ударяя ладонью по барьеру.

Тот пошел рябью, проявляя ненадолго ее внешность. Риккота удивленно округлила глаза, успокаиваясь. Она смотрела, казалось, на собственное отражение, которое выглядело слишком размыто и незнакомо.

— Я лишь хочу, чтобы был тот, кто смог бы любить и защищать меня.

Ладонь Кассандры прошла сквозь барьер, а мрак мгновенно растворился вместе с Риккотой. Она приоткрыла глаза, чувствуя жуткую слабость по всему телу и недосып. Пальцы вяло прошлись по столу, успевая уловить клавиши от ноутбука и небрежно брошенную ручку. Кассандра протерла глаза, осматриваясь: удивительный, но такой сказочный снегопад плавно падал за окном. На стене висел календарь с обведенной датой, а рядом находилась небольшая полка с книгами, подписанная, как «Первые, изданные экземпляры». Непонимание отразилось на лице, и Кассандра подбежала к зеркалу, которое висело около двери.

— Кэрол?! — она смотрела на оболочку, которая скрывала в себе удивительный мир писателя. Тот самый секрет за кулисами. — Я и правда смогла пробиться в реальный мир... Сколько же лет прошло?

Детские черты лица Кэрол давно исчезли с возрастом. Кассандра смотрела на повзрослевшего Создателя, взгляд которой утратил жизненный интерес, а тело так и не набрало массу, оставаясь все таким же худым. Из-за недостатка воды и недосыпа, под глазами еле заметно выделялись синяки. Кассандра провела пальцами по волосам, затаив дыхание. Она уже и позабыла, как внешность здесь отличалась от той, которую Риккота создала в своем собственном мире. Человеческие черты были более грубыми и выделяли каждый недостаток в то время, как в «Мире Мечтаний» многое было сглажено и спрятано. Даже цвет голубых глаз был приглушен, а блондинистые волосы не таким притягательным.

— Кэтрин... — еле слышно проговорила Кассандра, вглядываясь в отражение. — Что же ты с собой делаешь? Зачем изводишь собственное тело? Зачем... убиваешь себя?

Отсутствие Главной Тени сильно отразилось на Создателе. Раньше Кассандра перехватила и прятала, временно заменяя. Спасала почти от каждой боли и злобы реального мира, защищала от нападок и вселяла уважение. За столько лет изучила поведение, характер и увлечения, чтобы близкие и просто знакомые люди не смогли уличить в подмене. «Но смогу ли я теперь полноценно заменить Риккоту в отсутствие? — сомнение кошкой заскребло на душе. — Я ведь теперь совсем ее не знаю. Нуждается ли Создатель во мне, как раньше? Нужен ли ей созданный мир?». Ужас окотил ледяной водой, вынуждая Кассандру ударить себя по щекам. Состояние Риккоты отчетливо ощущалось и давило, вынуждая поддаваться слабостям. Кассандра стиснула зубы, блокируя попытку сместить себя, не позволив чужим чувствам нарушить хладный рассудок.

Она спешно вернулась к столу, желая найти какие-либо документы. В рюкзаке оказался паспорт с уже взрослой фотографией, полученный год назад. Кассандра медленно села за стол, пытаясь осмыслить происходящее, которое не укладывалось никак в сознании.

— Кэтрин уже не подросток, даже не ребенок, — шептала себе под нос она, осматривая рабочий кабинет. — Я пропустила столько лет жизни... Как она справлялась все эти годы?

Ответ лежал на столе в виде начатой пачки антидепрессантов и диагноза «начальная стадия депрессии». Кассандра поджала губы, замечая открытое письмо на рабочем ноутбуке, где был получен положительный ответ на печать новой партии книги, которая стала настоящим бестселлером. «Это же... история о нас», — Кассандра отпрянула от стола, пытаясь собраться с мыслями. Все происходило так быстро, что необходима была пауза, передышка, небольшой привал, чтобы все переосмыслить. На телефон приходит сообщение: «Ты уже ответила по поводу печати? Кэрол, твоя книга — настоящий алмаз в современной литературе!». Кассандра открывает диалог, на мгновение замирая, но пальцы помнят, как печатать, даже если мозг уже и позабыл.

«Ты ее читала?»

«Что за странный вопрос? Я видела, как ты создавала эту историю! Кассандра получилась очень ярким персонажем.»

Она бросает телефон на стол, повторно отпрянув от стола. «Персонаж?!» — возмущение нарастало в груди, превращаясь в ком в горле. Кассандра ударила ладонью по столу, не желая мириться с такой несправедливостью, и закрыла глаза. Нужно было оставить весточку, но после увиденного желание пробиться через барьер и донести правду сжигало изнутри. Кассандра открывает глаза, обнаруживая себя вновь во мраке. Она раздраженно ударяет по барьеру, который пошел рябью. Защита Риккоты дала первую трещину, укрепляя надежду на скорейшую встречу.

Кассандра могла видеть, но не имела возможности коснуться. Риккота общалась с ней исключительно перед сном, проводя часовые дискуссии и пытаясь рассказать о собственной, бренной жизни. Как мечтает создать свой мир, чтобы навсегда спрятаться, увидеть там персонажей из созданных историй, и своими руками слепить личность, которая бы смогла полноценно заменить. Года прошли, а некоторые желания так и остались неизменны. Кассандра часто раздражалась на частые слезы самой «Кэрол», на слабость, на любое проявление апатии или невозможности дать отпор. Она и поверить не могла, что за столько лет Риккота не просто не выросла в уверенную и смелую личность, но и метается между собой и созданной маской. «Даже вдали от мира умудряешься оставаться многоликой», — негодовала Кассандра, заплетая волосы обратно в хвост.

Но самым неприятным было то, что Риккота принимала ее за погибшую личность Кэру. Это до такой степени оскорбляло Кассандру, что приобретенные чувства и эмоции в «Мире Мечтаний» постепенно вытеснялись, возвращая обратно образ той неприступной Главной Тени, которую многие и полюбили. С каждой новой встречей Кассандра становилась более грубой и прямолинейной, без жалости в голосе, без сочувствия во взгляде. Била больно, неприятно, но действенно. В реальный мир выходила редко, но максимально использовала выпавшую возможность. И даже так Риккота не воспринимала всерьез изменения, считая, что с памятью начались проблемы.

— Да ты издеваешься! — рявкнула Кассандра, ударяя по барьеру, который на мгновение исчез, выбрасывая обратно в реальный мир.

Очередное сообщение от Юлианны вызвало напряжение в каждой клеточке тела. И Кассандра взяла на себя смелость ответить. По-своему, не в стиле Риккоты, не скрывая собственное существование. Безобидное начало диалога переросло в настоящий конфликт, а через пару минут на пороге уже стояла злая Юлианна.

— Кэрол, я не узнаю тебя, — она растеряно взмахнула руками. — Что на тебя сегодня нашло?

— Твое ли это дело? — прозвучало с уст Кэрол. Веки были слегка опущены, полностью меняя взгляд, а уголки губ не выражали ничего, кроме безразличия. Голос низкий, не громкий, но режущий ножом по сердцу. — Такая, как ты, не смеет учить меня. Жалкая, слабая личность.

— И это ты мне говоришь? — подруга поперхнулась воздухом. — Вот какой ты меня считаешь?

— Я говорю, как есть.

Юлиана не стала продолжать разговор, поджимая губы, и покинула кабинет, громко хлопнув дверью. Кассандра прикоснулась ладонью к груди, ощущая сильную, внутреннюю борьбу. Создатель пытается прорваться. Отчаянно, но с сильным желанием. И Главная Тень не в силах противостоять чужому контролю, вынуждая отступить. Кассандра вновь оказывается во мраке, который разделялся невидимым барьером. Но теперь напротив, буквально в паре шагов, стояла Риккота. Настолько близко, что Кассандра с трудом удержалась от желания протянуть руку и схватить. Риккота нервно сжала собственные волосы, вновь глянув во мрак. Отражение было искажено, а в голове словно произошло озарение.

— Кэра! — слетело с уст, и отражение приобрело четкую окраску.

— Спустя столько лет... — Кассандра не выражала ничего, кроме осуждения в глазах. В отличии от Кэрол, эта девушка имела прямые и длинные волосы цвета блонда, заплетенные в высокий хвост, и такие же голубые глаза, веки которых были слегка припущены, как и уголки губ. — Спустя столько лет ты все такая же, Кэрол...

Сердце безумно билось в груди в диком танце, желая вырваться наружу. Она полюбила Создателя еще ребенком. Эти бесконечные, черновые идеи, и законченные, уникальные творения. Следила, защищала, помогала. Кассандра была той, кто готов был протянуть руку помощи, укрыть в собственных объятиях, отдать жизнь. Она поджала губы, борясь с диким желанием не только притянуть в крепкие объятия, но и одарить легким поцелуем. Как давно эти чувства поселились в холодном сердце Кассандры? С того момента, как Риккота создала ей собственную комнату. И пусть детские черты давно исчезли, сменяясь более взрослыми, это вынудило Кассандру влюбиться повторно в ту, ради кого она существовала.

«Я, наконец-то, нашла тебя. Пора вернуться домой, Риккота».