За кулисами

Легкие мотивы классической мелодии вынудили открыть глаза. Звук клавиш был везде, даже в самой голове. Кассандра ощутила слабость во всем теле и одновременно боль, которая неприятно пульсировала. Она огляделась, находясь полностью во мраке. Непонимание отразилось во взгляде, и Кассандра пару раз моргнула, поднимаясь. Колени предательски задрожали, с трудом удерживая. Кассандра тихо выдохнула, помассировав плечо, и попыталась избавиться от навязчивой мелодии пианино. Но источник звука словно и правда находился внутри головы, в самом сознании. Она сделала шаг, упираясь в невидимый барьер. Удивление отразилось на лице, и Кассандра развела руками, обнаруживая, что находится внутри куба.

Вдалеке она улавливает очертания девушки, которая растерянно осматривалась по сторонам. Кассандра упирается ладонями в барьер, замечая в чужих пальцах перо. Изящное, пушистое и с острым наконечником. Оно издавало еле видимое, золотое свечение. «Кэтрин?» — Кассандра сжала пальцы в кулак, достаточно девушке было повернуться полностью лицом. Их взгляды встретились, выражая целый спектр эмоций и непонимания. Дыхание Риккоты замедлилось, а в голубых глазах проскользнул зарождающийся интерес. Она заложила прядь волос за ухо, протянув руку к Кассандре, а вторую с пером спрятал за спину.

— История еще не закончена.

— О чем ты говоришь? — Кассандра непонимающе моргнула, борясь с нарастающим сомнением в груди. Происходящее походило на больной сон после неудачной встречи, от которого хотелось как проснуться, так и продолжать наблюдать.

— Мир — это история, которую не каждый способен написать. Сюжет, где мы можем быть, кем пожелаем. Создавать, разрушать... — Риккота сжала пальцы в кулак, прикладывая к сердцу, и прикрыла глаза. — Я создала тебя. Так почему ты бросила меня, Кассандра?

— Что?! — опешила от услышанного она, невольно отпрянув от барьера. — Я сошла с ума?

«Или попалась Мануэлю, который мучает через сны?» — мысленно закончила Кассандра, прикладывая пальцы к голове.

В ладони Риккоты появилась книга, а над страницами замерла рука с пером. Она смотрела на пустые страницы. Им еще суждено быть исписанными в новом романе, который зародился в голове среди десятки других идей. Кассандра вопросительно приподняла бровь, а в груди все неприятно сжалось. Фраза Риккоты была до боли идентичная ее фразам, когда первые десятилетия Кассандра верила, что Создатель бросила их по эгоистичным соображениям. «Я пытаюсь судить саму себя? — она нахмурилась. — Или... попытка взглянуть на ситуацию под другим углом?».

— Где та Тень, которая одним взглядом внушала уважение? Где та Кассандра, рядом с которой ощущалась безопасность? — Риккота одним движением руки заставила книгу исчезнуть, но не перо.

— Хватит! — рявкнула Кассандра. — Ты не мой Создатель. Лишь плод воображения, чей-то злой умысел.

— Занимательная получается история, — тихо прошептала она, не сдержав улыбки. — Читатель видит готовый сюжет, но какую тайну хранит писатель? Что же скрывается за этими синими... — Риккота забавно фыркнула, покачав головой, и завела руки за спину. — За кулисами?

Кассандра непонимающе отступила, упираясь спиной в барьер. Происходящее сдавливало со всех сторон, перекрывая кислород. Рядом с Риккотой появились названные кулисы, и она провела по ним пальцами. «Кулисы... такие же, как у Мануэля, — Кассандра прильнула ладонями к барьеру. — Одинокое пианино и истинный облик музы, без прикрас, без притворств. Что ты пытаешься мне сказать?».

— Финал истории даже мне неведом, — Риккота повернулась спиной, дернув штору. — И когда же опуститься занавес?

— Кэтрин! — Кассандра ударила ладонями, желая пробиться. — Не смей уходить!

— Найди меня настоящую, если посмеешь, — она обернулась, загадочно улыбнувшись. — Или твое место займет более достойная Главная Тень.

Неприятный звон раздался в ушах, взывая к сильной головной боли. Кассандра отступила, сжимая голову ладонями, и громко закричала. Боль пульсировала так сильно, словно разрывала все внутри, лишая возможности ясно мыслить. Мелодия пианино вскружила голову, вынуждая погрузиться в повторный мрак.

Она резко открывает глаза, но яркий свет за окном неприятно слепит. Кассандра в панике садится, а слабость во всем теле доводит до приступа тошноты, вынуждая приложить ладони к губам. Голова идет легким кругом, а сознание пытается уловить суть происходящего.

— Кэсси! — громкий голос Аделины неприятно застучал в висках.

Кассандра на мгновение зажмурилась, осматриваясь по сторонам: привычные стены комнаты успокоили сердце, но само нахождение Аделины повторно поселило тревогу. Она приняла попытку подняться, прикасаясь пальцами к месту удара, и, схватив резинку с тумбы, заплела хвост.

— Тебе бы стоило отлежаться, — строго проговорила Аделина.

— У меня нет на это времени, — холодно отозвалась Кассандра.

— Что с тобой происходит в последнее время? Что происходит между нами?

Повисла гнетущая пауза. Сердце пропустило удар, взывая к напряжению. Кассандра поджала губы, сложив руки на груди. Взгляд не выражал привычной нежности или любви. Был отстраненным, холодным и словно безжизненным. Точно таким же, когда она была действительно Главной тенью без чувств и слабостей. Вдоль позвоночника Аделины прошлась неприятная дрожь, вынуждая сжать пальцы. Как давно между ними появилась эта пропасть? С какого дня все пошло наперекосяк, без возможности теперь исправить? Кассандра более не выглядела мягкой и влюбленной, как ранее. В глазах стояла решительность, желание закончить начатое, чего бы это не стоило. Слишком многое стало известно, но слишком мало времени, чтобы объясниться.

— Главная Тень не имеет право быть «живой», — голос Кассандры был холоден, как лед. — Не имеет возможность стать «человечной». Иначе исход один — она перестает ставить Создателя превыше себя, забывает о нем, позволяет себе сомневаться.

— Ты не права, — покачала головой Аделина.

— Я до последнего верила в твои благие намерения, Адель. Но не зараженные главная опухоль «Мира Мечтаний», а ты.

От услышанного Аделина опешила, стиснув зубы. Она невольно нахмурилась, но не произнесла ни слова. Было любопытно, что еще скажет Кассандра, которая построила окончательные выводы после всего, что успела пережить, услышать и узреть.

— Может, изначально ты и держала цель помочь, но не сейчас, — Кассандра сложила руки на груди. — Ты постоянно мешаешь, умалчиваешь, недоговариваешь, делаешь все, чтобы Создатель не возвратилась. Ты пытаешься свергнуть Мануэля, но не для помощи Риккоте, а, чтобы полноценно править миром.

— Этим миром не может править никто, кроме Создателя, — напомнила Аделина. — Мне нет смысла становиться королевой.

— Но ты уже ею стала!

Напряжение возрастало с каждой секундой, ускоряя сердцебиение. Аделина заметно отступила, но Кассандра не двинулась с места. Своеобразный жест отдаленности стал лишним подтверждением разрушенного доверия между ними.

— Я долго думала, почему ты до сих пор ничего не сделала с Мануэлем, когда столько было шансов, — Кассандра приподняла голову, прикрывая глаза. — Пыталась понять, что между нами...

— И об этом говоришь именно ты? — съязвила впервые Аделина. — Я заподозрила неладное еще в замке при встрече с Кэрри. Этот взгляд, эта дрожь по телу... ты никогда не смотрела на меня также, как на нее. На свою излюбленную Кэтрин.

— Я не люблю ее.

— Каждый в мире знает, как сильна твоя любовь к леди Риккоте. Каждый, Кэсси, кроме тебя!

Удар сердца визуально мог бы походить на разбившийся хрусталь. Высокомерие Кассандры в миг испарилось, сменяясь легким страхом и непониманием. Она глупо моргнула, делая шаг назад.

— Ты отвергла Аделаиду только потому, что твое сердце было занято. Но ты так и не смогла признаться леди Риккоте в своих чувствах, пока не стало слишком поздно, — недовольно проговорила Аделина. — Ты долго оплакивала ее смерть и, когда смирилась, решила, что я стану отличной заменой твоему разбитому сердцу.

— Не так все было, — нахмурилась Кассандра.

— Ты можешь обмануть себя, но не меня. Когда появилась информация о том, что леди Риккота жива, ты мгновенно оживилась. Когда мы увидели Кэрри, практически полную копию леди Риккоты, ты потеряла дар речи. Я не хотела верить, но... — она на мгновение замолчала, крепко зажмурившись. — Кэсси, ты все еще влюблена в Создателя. И наши отношения ничего не стоят в твоих глазах. Ты не любишь меня.

— А ты? Ты любишь меня?

Мелкая дрожь прошлась по телу. Аделина опасливо подняла взгляд, но никаких слов или звуков не слетело с прелестных уст.

— Я... действительно люблю Риккоту, — на одном дыхании призналась Кассандра, прикасаясь пальцами к обручальному кольцу. — Но и ты не жертва, какой хочешь казаться. Мы обе обманули друг друга в надежде построить счастье, которое разрушили сами.

— Я не лгала тебе о своих чувствах, — тихо пролепетала Аделина.

— Я знаю, что ты все еще влюблена в Мануэля, — она сжала пальцами кольцо, опуская взгляд. — Иначе бы давно помогла укротить его и вернуть Риккоту. Наши отношения... были изначально ошибкой, у которой теперь печальные последствия.

— Кэсси, прошу тебя...

— Прости, Адель, но у этой истории не будет счастливого финала.

По коже прошлись неприятные мурашки, а сердце замедлило ритм. С губ обеих слетел тяжелый выдох, после которого не последовало вздоха. Казалось, время замерло для них двоих, не желая случиться непоправимому. Откровения и сокрытие привели к этой точке невозврата, вынудили признать то, что скрывалось глубоко в душе. Аделина тяжело задышала, поджимая губы, а Кассандра стянула с пальца обручальное кольцо, с тоской посмотрев.

— Мы обе любим тех, кто не любит нас, — Кэсси подняла взгляд на Аделину. — Но это не повод нам делать вид, что мы безумно влюблены в друг друга. Если ты хочешь и дальше защищать Мануэля, препятствуя возвращению Создателя, то я буду вынуждена поднять на тебя свою стрелу.

— Ты не понимаешь, во что пытаешься ввязаться, — прошептала тихо Аделина. — Из пустоты никто еще не возвращался. Если бы не я, ты бы сгинула там.

Неприятная пульсация в области затылка напомнила о неприятном ударе. Кассандра свела брови к переносице, пытаясь осмыслить услышанное.

— Так это ты ударила меня?!

Аделина прикусила кончик языка, приподнимая плечи, и опустила голову.

— Я почти коснулась Риккоту, а ты мне помешала... — ошеломленно произносит Кассандра.

— Ты бы только травмировала ее, Кэсси, — недовольно фыркнула Аделина. — Сама подумай: ее только что избила Рина, пыталась убить, а ты считаешься плодом воображения, больным сном. Чего ты желала добиться своим касанием?

Мрачная тень скользнула по лицу. Кассандра сжала в ладони кольцо, сокращая дистанцию, и прижала пальцы к груди Аделины. В голубых глазах бушевала настоящая буря, смешанное с возмущением. Она убирает ладонь, вынуждая Аделину прижать собственную, чтобы не дать обручальному кольцу упасть.

— Я подаю на развод, — тихо прошипела Кассандра. — Ты перешла все грани, Аделина. И я сделаю все, чтобы вернуть Создателя, даже если для этого придется убить тебя.

Она не стала дожидаться ответа, быстро покидая комнату. Как только дверь закрылась, груз тяжелым камнем осел на душе, потянув вниз. Кассандра приложила усилия, чтобы удержаться на ногах, и глубоко вдохнула. Принимать тяжелые решения еще сложней, нежели нести за них последствия. Кассандра уперлась спиной в стену, медленно опускаясь на пол, и закрыла лицо ладонями. В одном Риккота была права: «История еще не закончена», хоть и подходит к своему логичному финалу. Но сердцем Кассандра чувствовала, что это конец только арки, а не происходящего. Возращение забытого Создателя принесет свои хлопоты, как и нерешённая проблема с зараженными.

Стены коридора неприятно давили, вынуждая в спешке покинуть замок. Кассандра поставила руки на бока, вдыхая свежий воздух, который насквозь был пропитан существующей бедой и травмой. Она последовала по тропинке, а мыслями была далеко от происходящего. Умение переходить границу не давало никакой гарантии, что и в этот раз удастся отыскать Риккоту. А ситуация с Эмануэлем становилась все более критичной. «Должен ведь быть способ. У всех есть слабое место, так какое оно у Мануэля?» — размышляла Кассандра, прикладывая пальцы к губам. Конечно, можно было расспросить Аделину, но это самый последний вариант на случай, если все остальные не сыграют нужную роль».

Запах свежей крови ударил в нос. Кассандра поморщилась, прикусив кончик языка. Он был слишком ярким, насыщенным и переворачивал все внутри. Она подавила приступ подступающей тошноты, по привычке потянувшись к стрелам и луку. Осознание пришло не сразу, но вызвало предательскую дрожь по телу. В ушах отразился звук треска древесины — именно это осталось от орудия, которое послужило защитой для Создателя. Кассандра вздернула бровью и последовала в лес. Но, чем ближе становился источник, тем отчётливее были разговоры:

— Чем ты только думала, когда кинулась на него? — причитала Клэр, прижимая кусок ткани к плечу Сафие. — Мне говорили, что жрицы мудрые.

— Зато я выиграла вам время, — прохрипела Сафие, крепко зажмурившись. — Я была уверена, что мне руку оторвет.

Кассандра удивленно моргнула, остановившись. Она ожидала увидеть зараженных, но никак не команду сопротивления. Состояние Сафие было печальным и нуждалось в срочной, медицинской помощи, а не в лоскутках сорванной ткани, которая пропиталась полностью кровью. Лея зажгла в ладони огонек, присаживая напротив, и заглянула в зеленые глаза Сафие.

— Будет очень больно.

— Знаю-знаю, — хрипло отозвалась она. — Но, если не остановим кровотечение, я здесь и подохну.

— Кэсси! — воскликнула радостно Клэр, перекрывая полностью обзор на двух жриц. — Какое счастье, что ты жива!

— Где Аделина? — Аделаида отпрянула от дерева, сокращая дистанцию.

От одного только имени у Кассандры все сжалось в груди. Перед глазами промелькнули минувшие события, вынуждая крепко зажмуриться, только бы не впадать в воспоминания.

— Она не с нами. И никогда не была.

— Что ты такое говоришь? — Клэр озадаченно склонила голову. — Сестрица Адель всегда искала способ победить Мануэля.

— Я виделась с Создателем.

Удивление отразилось в глазах сестер, взывая к хаосу мыслей. Болезненный крик Сафие вынудил каждую дрогнуть, на мгновение обернувшись, но также быстро и вернуть все свое внимание к Кассандре.

— Ты смогла пересечь границу? — скептически отнеслась Аделаида к услышанному.

— И Аделина вернула меня обратно, не позволяя даже попытаться поговорить, — мрачно кивнула Кассандра. — Она никогда не была с нами.

— Я не верю, — покачала головой Клэр. — Может, у нас были разногласия по началу, но без Аделины этот мир давно бы погряз в самолюбии Мануэля.

Повторный крик сбил весь настрой на диалог. Лея прижигала рану Сафие, останавливая постепенно кровь. Кассандра мысленно восхитилась безумной выдержке жрицы, которая продолжала оставаться в сознании и терпеть боль. Она невольно повела плечами, сбрасывая с себя фантомное ощущение разорванной кожи. Лея отбросила в сторону окровавленную ткань, осматривая плечо Сафие, зрелище которого было не для слабонервных.

— Какой у нас план? — Клэр посмотрела на каждого.

— У нас его нет, — ответила Лея, даже не обернувшись. — Этот мир обречен.

— Если так обречен, зачем ты спасла ее? — разозлилась Кассандра. — Оставила бы умирать. Какая разница?!

— Кэсси права, — тяжело сглотнула Сафие. — Мы все еще боремся за жизнь, а значит не до конца сдались.

— Но что мы можем? — аккуратно уточняет Клэр.

Ответа не последовало. Внутри каждого еще горел огонь сопротивления, желание жить и сражаться за этот шанс просто существовать в мире, который мог никогда и не появиться. Каждый из них жаждал увидеть Создателя вновь, а не умереть с ее образом в мыслях. Кассандра неприлично выругалась вслух, пнув в воздух. Если Эмануэль пытался довести их до критической точки отчаянии, то ему это почти удалось. Как победить существо, которое по силе превосходит всех не просто на голову, а на целые ступени иерархии?

Взмах крыльев навел панику на душе. Команда подняла одновременно головы, готовясь к новому нападению, но на землю плавно приземлилась Аделина. С уст каждой слетел облегченный выдох, кроме Кассандры, которая недоверчиво потянулась за луком, вновь забывая, что там его нет.

— Я знаю, как нам остановить Мануэля.

— Знаешь или делаешь вид? — Кассандра нахмурилась.

— Кэсси, какая муха тебя укусила? — шикнула Клэр, ударяя ее локтем в бок.

— Мануэль превосходит всех нас, — напомнила Аделина, спрятав крылья. — Но у созданных в этом мире существ всегда есть слабое место, иначе бы Создатель не смогла бы с ними справиться.

— И что мы можем? — с надеждой спрашивает Аделаида.

— Помните появление Ребекки? Я не могу использовать способность без наличия рядом Создателя. Мои силы... ограничены в ее отсутствие. Мне всегда нужно быть рядом, чтобы полноценно раскрыться, — нехотя призналась она, отводя взгляд. — Но Кассандра и Аделаида были все равно стерты.

— Мир не был переписан, — кивнула Клэр. — Я сразу почуяла, что твоя способность на это не повлияла. Здесь было другое. Мы искали страницы.

— У Мануэля есть собственный фолиант, в котором заключена его сила и слабость. Своеобразная книга, которая пишет историю, и способная в неправильных руках уничтожить целый мир.

— Это не та ли книга, которую я пыталась найти? — Кассандра пристально посмотрела на Сафие, словно желая прожечь в ее теле дыру.

— Даже я не имею к ней доступ, — безразлично отозвалась Сафие. — Если бы ты узнала с самого начала, что книга доступна буквально единицам, то потеряла мотивацию искать Создателя и развиваться хоть как-то.

Кассандра недовольно заворчала, закатывая глаза. Ее всегда злило подобное отношение к собственной персоне, словно она была неумелым ребенком, нуждающимся в чужой и нелепой помощи.

— Леди Риккота пишет романы, создает целые вселенные и огромное количество персонажей. Мир писателя не менее сложен, ведь он способен писать себя как самостоятельно, так и с помощью ее подачи, — кивнула медленно Аделина. — И перо, которое она оберегает, одно на весь мир. Его уничтожение приведет к финалу всех нас.

«То самое перо из моего странного сна... — медленно осознала Кассандра, вспоминая изумительное перышко с острым наконечником. — А было ли это действительно сон?».

— Перо было утеряно после ухода Создателя из мира, — Аделаида сложила руки на груди.

Аделина плавно повела кистью руки, а между пальцев возникло то самое, легендарное перо писателя. Его свечение было золотым, обволакивая руку музы прозрачной вуалью из смеси маленьких звездочек, точек и блеска. Кассандра удивленно моргнула, теряя дар речи. Теперь сон после удара походил больше на возможную, установленную связь с Риккотой. «Перо в ее руке было слабым. Я не придала этому значения, ведь редко наблюдала за созданием романов, — в глазах отразилась задумчивость. — Все это время оно было у Аделины? Или она украла его у Мануэля, который...». Осознание прошлось приятной дрожью по телу, вынуждая сдержать рвущиеся наружу догадки. Кассандра прикрыла губы ладонью, завершая собственную мысль: «Она держалась за кулисы, когда уходила. Кулисы Мануэля не просто скрывали пианино... Там было перо Создателя. Она лишилась возможности влиять на мир, поэтому не знает исход созданного творения».

— Глазам не верю... — прошептала Клэр, завороженно глядя на перо. — Откуда оно у тебя?

— Позаимствовала у бывшего, — улыбнулась Аделина, но, как только встретилась со взглядом Кассандры, радость сошла с лица. — Фолиант Мануэля способен переписать не только мир, но и тех, кто в нем живет. А с помощью пера Создателя, это могу сделать и я.

— У нас появился шанс, — заговорила все это время молчавшая Кассандра. — Даже не верится, что мы можем победить Мануэля.

— Но есть один нюанс, — Аделина потрясла рукой, убирая перо. — Мне нужно, чтобы Мануэль был рядом, когда я буду менять его судьбу. И, желательно, чтобы никто из вас не умер прежде, чем мы закончим.

— Мы можем заманить его к замку, — предложила Сафие, переглянувшись с Леей. — Аделаида будет вести его по воздуху.

— Значит, нам достанется самая нелегкая часть, — Клэр обреченно подняла голову.

— Приведите его к комнате леди Риккоты и дальше я все сделаю.

Роль каждой была понятна, но страх от этого никуда не пропал. На первый взгляд все казалось не таким сложным, но только те, кто лично столкнулся с силой Эмануэля, прекрасно понимал, что самой сложной частью будет именно выжить. Если хоть одна умрет по пути, весь план рухнет, как карточный домик, ведь Эмануэль станет слишком непредсказуем в собственных действиях. Аделаида раскрыла крылья, разминая плечи, и посмотрела на Клэр, которая заключила ее в крепкие, сестринские объятия.

— Обещай, что вернешься живой.

— Больше я тебя не оставлю, сестренка.

Аделина повела уголками губ, пытаясь унять подступающую тоску. Сколько бы не пыталась, но стать Аделаиде или Клэр близкой сестрой так и не удалось. Сердце Кассандры неприятно защемило от увиденного, но никаких слов поддержки произнесено не было. Аделаида взмыла в воздух, исчезая с поля зрения. Клэр на мгновение замешкалась, доставая из-за пояса кинжал, и протянула Кассандре. Та лишь в ответ благодарно кивнула, спрятав орудие, которое придало немного уверенности в предстоящей битве, Все трое поспешили в сторону замка, чтобы занять позиции.

Ожидание оказалось томительным. Биение сердца ощущалось не только в груди, но и в висках. Кассандра пыталась унять дрожь, хрипло вдохнув. Клэр сплела свои пальцы с ее, пытаясь оказать поддержку. Они одновременно устремили взгляд вперед, как в небе вспыхнула вспышка. Аделаида больно рухнула на землю, прокатившись вперед. Белые крылья собрали всю грязь и пыль, скрывая кровь. Глаза были закрыты, а голова повернута в сторону леса. Кассандра крепко сжала ладонь Клэр, не позволяя ей выбежать к сестре. В поле зрения попали Лея и Сафие, позади которых появился Эмануэль.

Величественные крылья Ведущей музы вызвали предательскую дрожь испуга. Его поза была расслабленная и от этого вызывала тошнотворную панику. Сафие и Лея обессиленно упали на колени, вытирая кровь с лица, и подняли головы. Эмануэль не смог скрыть довольной улыбки, разводя руками в стороны. Кассандра нервно сглотнула, отпуская пальцы Клэр, и затаила дыхание.

— Минуточку... — неожиданно проговорил Эмануэль, устремляя взгляд куда-то за жриц. Глаза на крыльях, которые хаотично метались в разные стороны, также пристально сфокусировались в единой точке.

Кассандру не покинуло чувство, что он смотрит прямо на нее. Видит сквозь окна и стены, ощущает присутствие собственной кожей на расстоянии. Она испуганно стала отступать, парализованная чувством отсутствия безопасности. Эмануэль не просто видел. Он знал, что Кассандра находится именно здесь, в этой точке замка.

— Как интересно, — губы расплылись в довольной улыбке.

Эмануэль потерял интерес к жрицам и лежавшей Аделаиде, резко рванув вперед. Вспышка света вынудила Кассандру зажмуриться, а пальцы Эмануэля крепко вцепились в ее горло, сжимая. Паника раненой птицей забилась под ребрами, усиливая сердцебиение. Эмануэль со всей силы ударил Кассандру спиной в стену, оставляя небольшую вмятину, и крепче сжал пальцы.

— Не думай, что твоя смерть будет быстрой, — тихо прошелестел он в самые губы. — Ты станешь интересной, подопытной мышкой.

— Не надейся, — прошипела хрипло Кассандра, вцепившись в руку Эмануэля.

— Отпусти ее! — взвизгнула Клэр, запуская огонек магии.

Эмануэль был вынужден разжать пальцы, чтобы закрыться крыльями. Кассандра упала на пол, судорожно вдохнув, и закашлялась. Клэр недовольно смотрела на Эмануэля, начиная бесконтрольно запускать в него магию. Стены замка не позволяли всецело развернуться с крыльями, вынуждая их спрятать. Приземлить Эмануэля было одной из главных частей плана. В воздухе он был куда более опасен, чем на земле.

— Малышка Клэр, ты слабее проекта «Адель», — он поднял ладонь, растворяя потоки магии. — Но продолжаешь так отчаянно бороться. Напрасно.

— Только трусы сдаются! — прошипела Клэр.

Эмануэль не смог сдержать улыбки удовольствия от происходящего. Он в одно мгновение оказался за спиной Клэр, крепко хватая за волосы, и ударил лицом в стену. Сердце Кассандры на мгновение замерло, а зрачки сузились. С уст сорвался болезненный выдох. Клэр хрипло вскрикнула, получив удар в живот. Эмануэль небрежно отбросил ее, прокатив по полу коридора. Кассандра достала кинжал, запуская в его сторону. Наконечник пролетел совсем рядом с лицом Эмануэля, который увернулся, как от назойливой мухи. Желание стереть эту самодовольную улыбку сжимало все в груди. Клэр уперлась руками в пол, а капли крови упали на пальцы. Она подняла голову, принимая попытку подняться, и зажгла в руке магию. Эмануэль скучающе повел уголками губ, оказавшись рядом с ними.

— Тяжело без оружия, а, Кэсси? — он схватил ее пальцами за щеки, грубо швырнув в пол. — Лишиться лука... теперь ты бесполезная Главная Тень.

— На тебя силы хватит, — прохрипела Кассандра, принимая помощь Клэр, чтобы подняться.

— Это так... скучно.

Улыбка сошла с лица Эмануэля. Клэр не успела опомниться, как он схватил Кассандру за горло, отбрасывая в сторону. Она выбила спиной дверь, прокатившись по полу. Боль пульсировала по всему телу, приводя к бессилию. Кассандра тяжело дышала, пытаясь найти в себе еще хоть капельку возможности противостоять, но конечности отказывались слушаться. Она посмотрела на дрожащие пальцы рук, которые при всем желании не смогли бы удержать даже безобидное орудие, и поджала губы. Чудовищная сила Эмануэля не только пугала, но и не давала возможность выиграть время при всем желании. Следом в комнату влетела Клэр, разломав дверь. Эмануэль переступил порог, так и замерев.

— Аделина... не ожидал тебя встретить.

— Довольно, Мануэль, — голос Аделины предательски дрогнул.

Она развернулась на стуле, поднимаясь, и обошла стол. Некогда в этой комнате Риккота создавала уникальные истории, а теперь это превратилось не просто в боле боя, а в конечную точку для одной из сторон.

— Как глупо тащить за собой остальных, — он осуждающе покачал головой. — Ты не в силах победить, так был ли смысл?

— Леди Риккота не позволила бы существовать тем, кого нельзя повергнуть, — Аделина прокашлялась, возвращая голосу былую уверенность, а в руке появилось перо вместе с фолиантом.

— Напишешь посмертную речь перед тем, как я разберу тебя по частям? — небрежно усмехнулся Эмануэль, хватая Клэр за волосы, и приподнял. — Даже сестер не пощадила.

— Самая большая ошибка всесильных — считать себя непобедимыми. Но я не за красивые глазки являюсь Главной Музой и по совместительству твоей бывшей.

— Ты не в состоянии убить меня, Адель, — он закатил глаза. — Ты все еще любишь меня.

— Жаль, что ты меня нет.

Кассандра пару раз моргнула, дернув пальцами. Тело не переставало ныть от боли, но поддавалось постепенно контролю. Она не стала проявлять признаки жизни, пытаясь набраться сил.

— Не любил? — Эмануэль грубо приподнял голову Клэр, которая вцепилась пальцами. — Я всегда любил проект «Адель». Как можно не любить то, куда вложил частичку себя?

— Ты — эгоистичный, самовлюбленный нарцисс, Мануэль, — в голосе проскочила плохо скрытая обида. — И я заставлю тебя ощутить всю боль, которую ты принес этому миру... и проекту «Адель».

— И что ты сделаешь?

— Я запечатаю твою натуру под замком, — Аделина хрипло вздохнула, крепче сжимая между пальцев перо. — Я буду лепить тебя по кусочкам, пока однажды кто-нибудь не разрушит этот образ. Твой фолиант в моих руках. Твоя жизнь в моих руках.

Эмануэль нервно поджал губы, крепче сжимая волосы Клэр, которая обессиленно опустила руки. Кассандра уперлась дрожащими пальцами в пол, приподнимаясь. Сила ведущей музы удивляла, была за гранью понимания. Главная Тень способна задержать, но не остановить. Кассандра посмотрела на Клэр, по лицу которой стекла спешно кровь. «Мы никогда не будем ему ровней, — она перевела взгляд на Аделину, которая медлила. — Ну же, Адель, доведи начатое до конца, или мы все здесь отправимся на опыты!».

— Готова пожертвовать сразу двумя жизнями, — он кривит губы, отбрасывая небрежно Клэр в сторону. — Стоило догадаться, что фолиант, который у меня, лишь подделка.

— Ты жестокий, Эмануэль. Ты сродни настоящих ангелов, истинный монстр. Так не может больше продолжаться, — голос Аделины дрогнул, и она продолжила спешно писать пером, приговаривая: — Ты будешь любить меня лишь потому, что я так захотела. Так написано мною. Так сказано мною. И отныне ты не сможешь принадлежать себе, Эмануэль.

В серых глазах, казалось, блеснула угасающая искра. Эмануэль непонимающе посмотрел на собственные ладони рук, чувствуя, как контроль над телом уходит вместе с написанным. В висках неприятно и громко начало стучать, а тело — глючить. Два образа смешивались между собой, пытаясь вытеснить друг друга. Эмануэль прижал ладони к голове, желая унять нарастающую боль с каждым ударом в висках. Крылья за спиной распахнулись, столкнувшись со стенами и потолком комнаты. Он растерянно посмотрел на Аделину, тихо прошипев:

— Ты предала меня, проект «Адель».

— Этому миру будет лучше без одной версии тебя, — Аделина уперлась в стол, но расслабиться не смогла.

Клэр и Кассандра с интересом наблюдали за резкими изменениями. Эмануэль крепче сжал собственную голову, а крылья резко исчезли за спиной. Мужские нотки полноценно вытеснялись, сменяясь женскими, а с уст слетел душераздирающий крик боли. По телу Кассандры прошлась неприятная дрожь, смешанная с непривычным сочувствием к такому, как Эмануэль. Она присела, борясь с собственной совестью. Действительно ли правильно было то, что они сделали?

Крик Эмануэля резко затих, а весь мужской облик испарился, словно никогда и не существовал. Волосы стали длинными и рассыпались по плечам, телосложение изменило форму, становясь более женственным. Эмануэль обессиленно упал на колени, теряя сознание, и рухнул на пол.

— Мы... победили... — совсем тихо произносит Клэр, не веря в увиденное.

Кассандра не сводила глаз с Эмануэля, ощущая впервые облегчение, и расслабилась. Рядом опустилась Аделина, которая закрыла глаза. Они действительно победили. Одолели музу правилами этого мира, запечатали ту часть, которая несла в себе хаос и раздор.