За кулисами

Дыхание замедлилось, как и происходящее вокруг. Кассандра тихо выдыхает, не сводя испуганного взгляда с Эмануэля. В голове находился хаос из мыслей, но ни единого решения, как победить проблему такого масштаба. Это не зараженные, не бунтующие Тени или эгоцентричные личности. Это — муза «Мира Мечтаний», созданная руками Создателя. Эмануэль в этом мире олицетворял серафима — высших существ из Библии реального мира, когда проект «Адель» находился на уровне херувимов. Кассандра посмотрела на Клэр, за спиной которой было всего два белых крыла, и непонимающе склонила голову на бок. «Неужели музы этого мира удостоились быть только ангелами?» — она мелко дрогнула, отгоняя лишние мысли прочь.

— Кем ты себя возомнил? — недовольно спрашивает Аделаида. — Только Создателю решать, кому жить, а кому умереть.

— И где же наш Создатель? — Эмануэль величественно развел руками. — Вы сами не пожелали вернуть ее, а значит право выбора остается у меня.

— Ты ведь знаешь, что недостаточно убить нас, — Аделина раскрыла за спиной две пары крыльев. — Когда леди Риккота вернется, память постепенно восстановится. И что тогда ты будешь делать?

— А кто сказал, что я собираюсь оставлять память о вас? — он повел пальцами в воздухе, вырисовывая тонкой линией магии страницу. — Мир пишется в книгу, вырвав страницы которой можно изменить судьбу, — и резко сжал пальцы в кулак, рассеивая магию.

— Но с таким подходом можно удалить кого угодно и когда угодно, — опешила от услышанного Кассандра. — Создатель бы не стала так рисковать, вписывая судьбы в ненадежный фолиант.

— Особенность фолианта в том, что его страницы могут видеть лишь единицы. Они скрыты от чужих глаз, — Клэр поджала губы. — Для недостойных это лишь книжка для чтения, но для Риккоты и подобных Мануэлю — настоящее оружие, способное переписать и стереть мир.

«Перепись мира? — Кассандру посетило озарение, и она перевела взгляд на Аделину, которая стояла к ней спиной. — Это ведь... твоя способность». Ужас охватил новой волной, проходясь холодком вдоль позвоночника. Она вспомнила, как легким движением руки Аделине удалось полностью стереть ее и Аделаиду со страниц «Мира Мечтаний», словно их никогда и не было. «Фолиант был только у Мануэля, тогда откуда он у... — фраза осталась незаконченной, но дыхание перехватило. Кассандра подавила подступающий кашель, нервно взъерошив волосы. — Сколько же лжи ты посеяла, Аделина...».

Клэр взмыла в воздух, занося ногу для удара, но Эмануэль ловко перехватил ее, ударяя в живот. Хриплый вдох сорвался с уст. Клэр лишь на мгновение согнулась, втянув воздух сквозь сжатые зубы, и вновь приняла попытку нанести удар. Эмануэль не смог скрыть самодовольной улыбки, а в ладони зажегся огонек магии. Он нанес удар в грудную клетку, от чего Клэр болезненно впечаталась в землю, поднимая пыль. Аделина и Аделаида испуганно переглянулись между собой, не понимая, как поступить и что делать дальше. Эмануэль был вне зоны их силы, чтобы безбашенно лезть в драку. Кассандра натянула тетиву, медленно выдыхая, и отпустила. Наконечник пролетел совсем близко с лицом Эмануэля, но улыбку это не помогло стереть. Он резко метнулся ей за спину, создавая поток сильного воздуха. Кассандра глубоко вдохнула, делая шаг, но Эмануэль грубо схватил ее за волосы, дернув на себя. Боль прошлась по всей голове, вынуждая потерять равновесие и выронить лук. Кассандра неприятно упала на землю.

— Ты никогда, никого не слушаешь, Кэсси. Сколько раз тебе говорили заплетать их? — Эмануэль крепче сжал ее волосы, натянув. — Считаешь себя самой правильной и умной, но постоянно терпишь поражение. О тебе все заботятся, но ты не заботишься ни о ком, кроме себя.

— Если бы меня заботила только я, никто бы не зашел так далеко, — прошипела Кассандра, сморщив нос от боли в голове.

— Напомнить твою изначальную цель? — шепот раздался над самым ухом. — Ты помогала другим в надежде, что помогут тебе. И в отношениях, сомневаюсь, что по собственной воле.

Кассандра крепко зажмурилась, но попытка вырваться из крепкой хватки не увенчалась успехом. Она неоднократно сталкивалась с нелепыми шутками, когда пытались схватить за волосы и уложить на землю, но столкнуться с этим в реалиях опасности оказалось куда страшнее. Кассандра стиснула зубы, приходя постепенно к осознанию, какой легкой мишенью была все это время. Она посмотрела на Аделаиду, чьи волосы были заплетены в длинную косу, а также на Аделину, которая всегда носила высокий хвост. Почти все в этом мире имели прически или короткие волосы, и не раз предостерегали Кассандру. Но она никогда не слушала, никому не верила.

Аделаида взмыла в воздух, желая оказаться за спиной Эмануэля. Сердце пропустило удар, а воспоминания о пережитых пытках на мгновение отвлекли. Меньше всего ей хотелось вновь стать пленницей монстра этого мира. Шестиугольная звезда на шее издала легкое свечение, вызывая жжение. Аделаида стиснула зубы, резко останавливаясь, и приложила ладонь. Метка неприятно кровила, неспешно нагреваясь и создавая вокруг себя розоватое пятно. Она посмотрела на Аделину, в глазах которой находился настоящий ужас. Эмануэль поднял свободную руку, крепко сжимая пальцы, а полупрозрачные цепи проявились в воздухе на шеи двух сестер Адель.

— Вам не победить меня, — холодный, но властный голос разрезал тишину. — Вы принадлежите мне.

Отчаяние раненной птицей забилось словно в самих легких. Рина пару раз моргнула, приходя в себя, и села на землю. Ее глаза на мгновение вспыхнули ярким светом, а нити веревок вонзились в почву, уходя в самую глубь. Некогда павшие в этом мире тени стали вылазить на поверхность, походившие больше на живых марионеток. На их теле были видны соединительные шарниры. Эмануэль, нехотя, отпустил волосы Кассандры, взмыв в воздух.

— Уходите, — строго проговорила Рина, махнув в сторону рукой. Марионетки искривленно сделали пару шагов вперед. — Мануэль... ненавидит кукол.

— И чем это тебе поможет? — фыркнул Эмануэль, но действовать не спешил.

— Ты боишься тех, кого не можешь контролировать, — жестко отчеканила она, поднимая голову. — А куклы... такие непредсказуемые. В чьих руках нити, тот и кукловод. И ты знаешь, что я создана им быть.

Никто не стал спорить или пытаться проявить доблесть оставшейся смелости. Эмануэль был не тем противником, против которого стоило идти на верную смерть. Побег — это не трусость, а тактичное отступление, чтобы придумать стратегию для победы. Аделаида молча кивнула, резко метнувшись в сторону леса, куда также ринулась и Клэр. Кассандра мучалась противоречием в душе, но Аделина решила все за нее: раскрыла крылья и в полете перехватила, исчезая в лесу. Последнее, что удалось увидеть, — это расплывающуюся улыбку на лице Эмануэля, который не переставал выглядеть спокойным и собранным для того, кто недавно утратил контроль.

Деревья быстро сменяли друг друга, не давая времени на передышку. В голове Кассандры находился самый настоящий хаос, без возможности собрать все по своим местам. Аделина поднялась выше, влетая в недавно разбитое окно в замке, и небрежно приземлилась. Вышло это настолько неаккуратно, что Кассандра упала на пол, прокатившись чуть вперед.

— Кэсси, прости! — испуганно пискнула Аделина, подбегая.

Кассандра поднялась, устремляя взгляд в сторону окна. Дурное предчувствие сжало сердце, не позволяя отвлечься на голос Аделины. Она пристально смотрела вперед, долго или мало, как в поле зрения появился Эмануэль. Дыхание в миг перехватило, сдавливая легкие. Аделина крепко вцепилась в руку Кассандры, прикусив кончик языка. Эмануэль смотрел на них не дольше секунды, устремляясь дальше. С губ обеих сорвался тяжелый, хриплый выдох, а во взгляде проявилась тревога и непонимание.

— Что же вы наделали... — женский голос прозвучал где-то позади.

Кассандра резко развернулась, доставая лук и стрелу, но также быстро и спрятала. В паре метров стояла Лея, которая неспешно опустила руки, а зеленая магия рассеялась.

— Адель, ты зашла слишком далеко, — Лея заложила прядь волос за ухо. — Зачем было будить монстра? Чем ты думала?

— Я ничего не делала.

— В этом и проблема.

— Почему Мануэль не стал нас трогать? — вмешалась Кассандра, не желая тратить время на выяснение чужих взаимоотношений.

— Способность жрицы, — пояснила Аделина, спрятав крылья. — Лея может на некоторое время скрыть себя и остальных от чужих глаз.

— Где Кэрри? — строго спрашивает Лея. — Где Риккота? Где хоть кто-нибудь?

— Никого нет, — она делает шаг назад, обнимая себя одной рукой. — Ничего нет...

— Кем ты себя возомнила, Аделина?! — повысила голос жрица, топнув ногой.

Кассандра непонимающе переглядывалась, не желая вмешиваться. Диалог разворачивался в интересную сторону, где, возможно, могли лежать долгожданные ответы. Она уловила краем глаза стол, на котором лежал ненужный хлам, и выцепила резинку. Голова отозвалась фантомной болью и чувством, как чьи-то пальцы вновь хватают за волосы, желая удержать контроль. Кассандра быстро отогнала противное наваждение, прытко заплетая высокий хвост.

— Почему ты молчишь? — Лея начинала злиться.

— Хватит, Лея, — грубо ответила Аделина.

— Я говорила, что без меня ты утратишь холодный рассудок, — она подошла вплотную, хватая Главную Музу за руки, и крепко сжала пальцы. — Говорила, что власть затуманит разум. Ты должна была спасать, а не губить. Также, как Мануэль вдохновлять, а не разрушать.

— О чем ты говоришь? — медленно спрашивает Кассандра, склоняя голову.

— Я была когда-то жрицей Аделины, пока она не отвергла меня, — Лея разжала пальцы. — Ноша, которая была на нее взвалена, тяготила. Я пыталась помочь. Но Адель у нас слишком гордая, предпочитала своими силами справляться. А теперь в «Мире Мечтаний» разбушевалась Ведущая муза, которой никто не ровня.

— Но ведь должен быть шанс, — крупица надежды отразилась в голосе. — Хотя бы один...

— Кэсси, не все так просто, — совсем тихо прошелестела Аделина.

— С тобой я позже разберусь, — непривычный холод со стороны Кассандры вызвал мурашки по коже. — Лея, что мы можем?

— Ничего. Против Мануэля все методы бессильны. Он выше по иерархии любого из нас.

Последний луч надежды погас, оставляя непроглядную тьму. Кассандра медленно выдохнула, прислушиваясь к собственному сердцебиению. Казалось, словно мир остановился вместе с этим вдохом, желая запечатлеть на память всех, кому суждено исчезнуть. Аделина виновато поджала губы, опуская голову. Кассандра задумчиво коснулась собственных губ, вдаваясь в размышления. В мире, созданным писателем, невозможно иметь непобедимого злодея. Баланс сил можно как нарушить, так и собрать иными путями и методами. «Граница! — озарение пришло внезапно, и Кассандра посмотрела в сторону двери. — Сильнее Мануэля только сам Создатель. Если я верну ее в мир, то у него не останется выбора, как остановиться».

— Я узнаю это выражение лица, — Аделина подозрительно прищурилась. — Кэсси, что ты задумала?

— Мы должны вернуть Создателя, — уверенно ответила Кассандра. — Она единственная, кто сможет остановить разбушевавшуюся музу. Воевать с Мануэлем напрямую не имеет смысла.

— Леди Риккота не может вернуться. Еще слишком рано.

— Ты только и делаешь, что препятствуешь, — она скептически повела уголками губ. — Словно не хочешь возвращения Риккоты.

— И что же ты скажешь ей? — недовольство слетело с языка, делая голос Аделины выше. — Она не просто забыла мир. Создатель забыла саму себя. Назовешь ее Риккотой? Хах! — ирония неприятно сжала сердце. — Создатель не помнит этого имени, не помнит себя, не знает. Единственное имя, которое еще как-то удерживает ее связь с «Миром Мечтаний» — Кэтрин.

— Тогда я назову ее Кэтрин и верну в мир, заставлю вспомнить! — прошипела в ответ Кассандра. — Убегать можно вечно, но это не изменит ничего! Я хочу и буду действовать, даже если ты станешь мне препятствием.

— И кто тебе поверит? — Аделина саркастично усмехнулась. — Ты хоть знаешь, что такое амнезия? «Кэрол» не просто испугается твоего появления, но и сочтет за сумасшедшую! Даже, если ей кто-то перескажет все события, это не вернет память. Пока Леди Риккота не уверует лично, ничего не вернет утерянные воспоминания.

— Я не узнаю тебя, Адель, — негодование сменилось растерянностью.

Но в ответ последовало молчание. Аделина распустила собственные волосы и закрыла лицо ладонями. Напряжение проявилось в плечах и спине, а нервный выдох сорвался с губ. Лея покачала головой, но ни единой эмоции не проявила.

— В книге не бывает непобедимых, — хрипло проговорила Аделина, взъерошив волосы. — И на Мануэля есть управа. Мне лишь нужно найти это слабое место.

Последняя надежда нещадно испарилась. Кассандра недовольно закатила глаза, следуя к выходу из замка. Никто не стал ее останавливать или препятствовать. Прохладный ветер приласкал кожу, оставаясь на лице. Кассандра подняла голову, выискивая фигуру Эмануэля, но горизонт был чист. Тогда она затерялась в лесу, где врагу будет сложнее найти ее.

Кроны деревьев покачивались в стороны, создавая шум. Кассандра рысью шла по лесу, пытаясь вернуть себе ясность ума. Но в голове до сих пор стоял хаос. Смерть Кэры осталась отпечатком не только на душе, но и в разуме. Облик Эмануэля никак не желал покидать сознание, а поведение Аделины наталкивало на неприятные выводы. Кассандра стиснула зубы, срываясь на бег. Опять, в который раз. Так она верила и убеждала себя, что способна сбежать от преследующих проблем, попытаться вырваться из событий, которые сдавливали со всех сторон. Но это лишь иллюзия спасения. Сколько не убегай, в конечном итоге обнаружишь, что все это время стоял на месте и охватившие проблемы никуда не делись, лишь ожидали, когда откроешь глаза. Кассандра резко остановилась, доставая лук и стрелу. Между деревьев попытался неумело спрятаться зараженный. Она яростно закричала, выпуская стрелу, а затем еще и еще. Зараженный упал на колени, продолжая смотреть.

— Сколько можно?! — рявкнула Кассандра, но не отыскала кинжал, подаренный Акирой. — Твою мать!

Предательство Анир напомнило о себе самым неприятным воспоминанием. И там же скрывался ответ о потерянном оружии. Кассандра некрасиво выругалась себе под нос, подходя ближе, и свернула зараженному шею. Хруст костей вызвал лишь мелкую дрожь. Она грубо отбросила от себя тело, поджимая губы, как уши уловили шорох. Кассандра развернулась, натянув тетиву, но разжать пальцы так и не осмелилась. Глаза удивленно распахнулись, а дыхание замедлилось. Кассандра медленно опустила оружие, тихо прошептав:

— Айсена?

Айсена стояла в паре метров. Бледная кожа покрылась черными пятнами, а на глазах проявились красные вены. Но она не спешила нападать, лишь внимательно смотрела. Кассандре даже показалось, что в этих голубых глазах отражалась боль и сожаление.

— Айсена... — вновь повторила она, а по телу прошлась дрожь. Кассандра не была с этой тенью близка, но сражалась бок о бок. Этого было достаточно, чтобы медлить в данный момент.

— Кэсси, ты жива, — хрипло проговорила Айсена, прикладывая не мало усилий, чтобы улыбнуться. — Я так рада.

— Я думала ты умерла, — Кассандра растерянно моргнула. — Анир бросила нас. Я могла бы показать тебя Акире или...

— Не стоит, — она покачала головой, опуская взгляд в землю. — Я слишком долго пробыла с вирусом в теле. И у нас так и нет антидота, чтобы спасти хоть кого-то.

Неприятный ком встал в горле. Губы Кассандры задрожали, выдавая слабость. Она посмотрела на укушенное плечо Айсены, которое полностью почернело, а рана никак не затянулась. Следы зубов напомнили о той страшной битве, в которой случилось все: предательство, самопожертвование, спасение.

— Но ведь... должен быть шанс. Ты заслуживаешь жить, — Кассандра прикрыла пальцами собственные губы, выронив лук и стрелу.

— Совсем скоро я утрачу остатки разума и полноценно стану «Первородной», смогу заражать других, — Айсены достала из-за ремня кинжал, протянув. — Прошу тебя, Кэсси.

— Нет. Нет, я не могу, — отрицательно закивала она, прикусив щеку изнутри.

— Пожалуйста, Кэсси, — Айсена подошла ближе. — Я хочу умереть человеком.

Это стало последней каплей. Кассандра тихо шмыгнула носом, не имея больше сил сдерживать рвущиеся эмоции наружу. Главной Тени чуждо испытывать «людские» чувства, но Кассандра была той самой переменной, которая не вписывалась в общепринятые правила. Айсена коснулась ее щеки холодными пальцами, вытирая слезы.

— Я знаю, какого это убивать друзей, — совсем тихо прошептала Айсена. — Но я не хочу становиться одной из этих тварей. Я всегда верила, что умру в бою, но этот мир... так непредсказуем. Наш Создатель уникален, но тебе будет очень тяжело, Кэсси.

— Что ты такое говоришь? — Кассандра тяжело вздохнула, пытаясь вернуть себе контроль над эмоциями.

— Всю жизнь ты будешь задаваться вопросом: «Где же настоящая Риккота?». Она будет везде и нигде. Она будет всем и ничем. Ты увидишь ее многогранность, но не сможешь принять, — она хрипло закашлялась, прикладывая ладонь, на которой осталась черная кровь. — Никто не сможет. Риккота построит удивительный мир, но навсегда останется одна.

— Я не понимаю...

— Придет время и ты поймешь, — Айсена вложила в руки Кассандры кинжал. — Будь всегда рядом, Кэсси. Пустота в ее душе ничем не закроется, эмоции утратят силу и разгорятся новым пламенем... Она будет терять и собирать себя каждый раз, пока не придет время опустить занавес. И тогда ты найдешь ответ на свой вопрос. Где же... настоящая Риккота? Кто она?

Айсена вяло отступила назад, а черные пятна покрыли шею, мешая полноценно дышать. Она посмотрела на Кассандру еще осознанным взглядом, который покрывался пеленой. Последнее желание было умереть человеком.

В реальном мире так говорят те, кто еще не утратил хороших качеств, жаждет остаться кем-то настоящим, а не монстром. Но в «Мире Мечтаний» создания никогда не назовут себя «человек». Эта уникальная функция досталась лишь Создателю, который всех их и создал. Кассандра крепко стиснула зубы, положив ладонь на щеку Айсены, уголки губ которой растянулись в мягкой улыбке. Рука предательски дрожала, но она не желала закрывать глаза. Хотела до последнего смотреть в голубые глаза Айсены, где еще сохранилась частичка сознания. Кинжал вошел легко, но душевно тяжело. Айсена мелко дрогнула, а на второй удар закрыла глаза. Кассандра подхватила ее, укладывая на землю, и тихо разрыдалась.

Она умерла человеком. Именно так, как и хотела.

Боль не оставляла сердце, но слез уже не было. Кассандра вынула кинжал, спрятав за пояс, и сложила руки Айсены, поднимаясь. Она также подобрала лук и стрелу, покидая место происшествия. В ушах стоял шум, а в голове впервые пустота. Кассандра шла, не разбирая дороги, пока не уловила шаги. Это мгновенно отрезвило, вынуждая осмотреться. «Рина?» — удивлению не было предела. Кассандра хотела было окликнуть, но что-то вынудило остановиться, прикусив язык. Поведение Рины было странным. Ее шаг быстрый, уверенный, а лицо — серьезное. Кассандра спряталась за дерево, выглядывая. Рина остановилась совсем недалеко, протянув руку, которая исчезла. Удивление отразилось во взгляде, сбивая дыхание. Рина уверена сделала шаг, исчезая из поля зрения. Кассандра выбежала из-за дерева, остановившись возле границы. Для чужого взгляда лес казался бескрайним, но именно здесь для некоторых он имел конец.

— Смогу ли я? — сомнение заскребло на душе. — И какой ответ я ожидаю?

Кассандра иронично усмехнулась, собрав в себе остатки смелости, и протянула руку. Аделина уверяла, что для перехода границы еще не время, и страх дал о себе знать. Но желание было превыше. Рука прошла сквозь барьер, вызывая удивление на лице Кассандры. Она шумно вдохнула, делая шаг, и крепко зажмурилась.

Шум леса остался позади, погружая в мертвую тишину. Кассандра сначала открыла один глаз, затем — второй, и встретилась с бескрайней тьмой. Она обернулась, замечая по другую сторону лес. «Получилось... Получилось!» — мысленно обрадовалась Кассандра, а сердце от волнение ускорило ритм. Сбивчивое дыхание сорвалось с уст. Кассандра поспешила дальше в надежде нагнать ушедшую Рину. От перехода границы она была не просто вдохновленной, а словно окрыленной. У той, кто никогда не имел крылья, казалось, они выросли за спиной и вели вперед, на долгожданную встречу.

— ...вернись! — громкий голос разнесся по мраку.

Кассандра вздрогнула, моментально устанавливая источник, и поспешила туда. Постепенно в поле зрения появилась Рина, которая недовольно сжимала и разжимала пальцы, глядя вперед. Кассандра перешла на шаг, а сердце пропустило болезненный удар, вынуждая остановиться. Она тяжело задышала через рот, теряя дар речи, и коснулась собственной шеи. Фантомное чувство удушья сразило настолько сильно, что кислорода перестало хватать. В голове билась только одна фраза: «Это она! Это она!».

Не так Кассандра представляла первую встречу, но иначе и быть не могло. Напротив Рины стояла Риккота, в голубых глазах которой читалась растерянность и страх. Ее короткие волосы цветы блонда пробудили в душе Кассандры все забытые чувства, ускорили сердечный ритм. Столько лет искать и, наконец, увидеть Создателя воочию. Не в памяти, не на картинах, даже не на чужих личностях. А собственной персоной. Узреть того, кого оплакивал, похоронил, а затем оживил в собственных надеждах. Кассандра крепче сжала собственное горло, пытаясь унять нарастающий приступ паники. Все казалось сном, никак не могло походить на реальность. Риккота, известная, как Кэтрин, была так близко, что хотелось сорваться на бег и крепко обнять.

— Как ты смеешь зваться Создателем? Как смеешь носить титул «Творец»? Как смеешь пренебрегать тем, что создала? — продолжала шипеть Рина.

— Кто ты? Почему преследуешь меня? — Риккота испуганно отступила. — Хватит приходить в мои сны. Оставь меня в покое!

— Сны?! — рявкнула она, мелко задрожав. — Я заставлю тебя вспомнить, Риккота. Заставлю ощутить ту боль, которая разъедает мое сердце. Из-за тебя Кэра погибла! Только ты виновата в этом!

Кассандра недовольно поджала губы, срываясь на бег, но невидимый барьер стал препятствием. Удар был несильный, но мгновенно остудил и отбросил назад. Кассандра растерянно моргнула, поднимаясь, и приложила руки. Барьер пошел рябью под ее пальцами, но не исчез.

— Кэтрин! — крикнула Кассандра.

Но реакции не последовало.

— Ты... не слышишь меня? — ужаснулась она, ударяя ладонями по барьеру. — Кэтрин! Кэтрин, впусти меня!

— Я была той, кто пытался спасти твой мир, — продолжила Рина.

— Ты психопатка! — взвизгнула Риккота, хватая со стола блокнот, и швырнула в ее сторону.

Рина в ответ нервно дернула бровью, мгновенно сокращая дистанцию, и со всей силы ударила Создателя по лицу. Риккота не удержалась, упав в сторону стола. Но этого было недостаточно. Рина схватила ее за одежду, грубо швыряя на пол, и села сверху.

— Все с тобой возятся, как с ребенком, но с меня хватит, — в отчаянии процедила она, вновь ударяя Риккоту по лицу. — Аделина уже давно отодвинула твое возвращение, желая занять титул королевы. И свадьба с Кэсси позволила ей захватить не только место, но и весь мир.

«Что?!» — ахнула Кассандра, вновь ударяя по барьеру. Рина нанесла еще один удар по лицу, а на костяшках остались капли крови. Риккота закрылась руками, хрипло вдыхая. Боль пульсировала по челюсти, проявившиеся раны неприятно саднило. Рина грубо схватила ее за грудки, приподнимая, и ударила об пол. От увиденного злость Кассандры закипала с новой силой, вынуждая яростно бить по барьеру.

— Ты просто плод моей фантазии, — прошептала Риккота, вытирая подступившую кровь. — Просто... фантазия.

Подобное высказывание привело Рину в ярость. Она схватила руки Риккоты нитями, вновь ударяя по лицу. Сердце Кассандры сжималось от отчаяния и собственного бессилия. Она ударила барьер коленом, громко закричав от подступающей безысходности.

— Мой мир существует только на бумаге, — хрипло рассмеялась Риккота, шмыгнув окровавленным носом. — Аделина, Кэсси... Я создала их! Создала сюжет, мир. Моя книга перевернет привычное понятие о том, что скрывается по другую сторону писательства.

— Неудивительно, что Мануэль так силен. Ты подпитываешь его на расстоянии, пока Аделина вместо помощи лишь подкидывает идеи о том, что уже произошло, — с губ Рины сорвался смех, походивший на нарастающую истерику. — Гениальный писатель по имени «Кэрол», которая создает книгу о собственном, брошенном мире! Даже звучит смешно!

Риккота не ответила, осторожно осматривая пути к отступлению на случай, если не удастся самостоятельно покинуть странный сон. Ожившие персонажи несли в себе куда больше опасности, чем созданные мозгом монстры, которых никогда и не существовало. Рина неспешно поднялась, осматривая окровавленные костяшки. Но Риккота не двинулась с места, лишь обессилено присела, упираясь руками в пол.

— Давай я помогу тебе вспомнить, — угрожающе проговорила Рина. — Моя Кэра... погибла от рук твоего эгоистичного вдохновения.

Она развела руками, а рядом собирались разного размера плотные пузыри, которые постепенно приняли очертание женской фигуры. На ней был плащ с огромным капюшоном, закрывающий половину лица, а одежда черная, как сама ночь. Риккота испуганно моргнула, прижимая к себе руки, но сдвинуться с места не смогла. Тело настолько оцепенело от происходящего, что не желало слушаться. Кассандра в отчаянии стучала кулаками по барьеру, желая разрушить, и не переставала выкрикивать имя «Кэтрин». Рина опустила руки, серьезно посмотрев на Риккоту. В ладони неизвестной девушки проявилась рукоять, на конце которой образовалась металлическая, острая дуга. Это была изумительная коса. По ее рукояти прошлась тонкая ветвь, превращаясь у самого основания лезвия в очертание глаза, служившим больше украшением. Девушка смахнула с головы капюшон, а по плечам рассыпались длинные, блондинистые волосы. Но ее глаза... были уникальными. Вертикальный зрачок, как у настоящей кошки, а цвет имел градиент двух оттенков: приглушенный алый, который плавно переходил в фиолетовый. Внутри радужки также можно было заметить легкую дымку. Риккота завороженно моргнула, стиснув зубы. Происходящее продолжало пугать, но внешность незнакомки настолько зацепила, что откинула подальше нарастающий страх.

— Я — Рина, третий Создатель «Мира Мечтаний», известная под титулом «Жнец», — громко начала Рина, сплетая пальцы за спиной. — Я создана не только заменять тебя, не иметь возможность развиваться и застрять в семнадцатилетнем возрасте оболочки «Кэрол», но и чтобы судить.

— Судить? — переспросила Риккота, озадаченно приподнимая бровь.

— Ты не способна двигаться самостоятельно, не можешь решать, не желаешь развиваться, — она нахмурилась. — Я создана по твоему желанию быть постоянно осужденной. Я — твой внутренний критик. И сегодня выношу тебе приговор, Риккота, Кэтрин, Лаврентия, Кэрри и как ты еще себя обычно называешь.

Кассандра прижалась руками к барьеру, испуганно наблюдая за происходящим, но сердцем кричала: «Кэтрин, беги!».

— Лимия, убей.

Лимия в ответ улыбнулась, покрутив косу между пальцев. Кассандра с новой силой забила по барьеру, желая защитить собственного Создателя, который не желал быть защищенным. Риккота поползла назад, нервно сглатывая. Она все еще продолжала верить, что находилась во сне, и происходящее вокруг не больше дурного кошмара, от которого нет возможности проснуться. Коса Лимии неприятно прошлась по полу, оставляя царапину. Удары сердца отдавались не только в груди, но и в самой глотке. И именно в этот момент она ощутила острое желание быть спасенной хоть кем-то. Перестать ощущать это бескрайнее одиночество, которое на время перекрывается мимолетными встречами и общением, но в итоге не остается ничего, кроме... одиночества. Кассандра навалилась на барьер обеими руками, и он разлетелся на осколки, исчезая. Лимия замахнулась косой, безэмоционально одаривая взглядом Риккоту, а на лице засветились странные символы. Кассандра бросилась мгновенно вперед, падая на колени, и в качестве защиты выставила собственный лук.

Тишину разрезал резкий взмах и треск древесины. Риккота удивленно распахнула глаза, глядя на спину Кассандры, в руках которой остались щепки от собственного оружия. Лимия завела косу за спину, обернувшись в сторону Рины, которая не спешила отдавать новый приказ. Кассандра, как истинная переменная, вновь внесла изменения там, где, казалось, их не должно было произойти. Как и то, что спустя столько одиноких лет, Риккота впервые призвала собственную тень для защиты, отказываясь от самостоятельного спасения. Этот случай интриговал в разы больше победы над Эмануэлем.

— Кэтрин! — опомнилась Кассандра, обернувшись.

Долгожданное расстояние сошло практически на «нет». Их разделяла лишь одна вытянутая рука. Кассандра смотрела на Риккоту, чье лицо было частично окровавлено после избиения, а сердце трепетало в груди, готовое вот-вот остановиться от переизбытка эмоций. Она не верила. Не могла поверить. Столько лет поисков, чтобы достигнуть конца.

— Кэтрин, я...

— Кто ты? — удивленно спрашивает Риккота. — Почему зовешь меня Кэтрин?

Это был удар ниже пояса. Кассандра мелко дрогнула, отпрянув. Не это она ожидала услышать первым. Далеко не это. И не так представляла их первую встречу. Кассандра впервые оказалась нужна собственному Создателю, который так и не смог вспомнить ее. Главная Тень так и осталась забыта, ничего в душе Риккоты не дрогнуло, а в глазах стоял лишь немой вопрос.

— Я — твоя тень, — ошеломленно прошептала Кассандра. — Я та, кто всегда рядом.

— Я не знаю тебя, — Риккота опустила взгляд. — И я устала. Мне надоел этот сон. Я хочу проснуться.

— Я столько искала тебя, Кэтрин, — отчаяние отразилось в голосе. — Вспомни, пожалуйста. Твой мир на грани гибели, как ты можешь не помнить?

— Мой мир... здесь, — она указала пальцем на голову, вновь посмотрев. — Он существует только в моей голове.

— Мы не персонажи твоей глупой книжки! — разозлилась Кассандра.

— Мне стоит больше отдыхать. Уже снятся персонажи собственной истории, — Риккота иронично усмехнулась.

Кассандра отрицательно закивала головой. Это не может быть правдой. Она не персонаж. Она — живая, настоящая, осязаемая. К Кассандре можно прикоснуться, можно нанести увечья, можно прочувствовать тепло и услышать бьющееся в груди сердце. Кассандру можно любить или ненавидеть, она способна плакать, злиться, скорбеть и даже убивать. Она не персонаж чьей-то книги. Кассандра живее любого, кого могла придумать Риккота для очередного романа. Ведь она существует не только на страницах книги.

Но в любой тьме всегда есть луч надежды. Кассандра вдруг затаила дыхание, приходя постепенно к простому осознанию: ее место всегда было рядом с Создателем. И, чтобы убедить в правдивость собственных слов, Кассандра должна найти способ проникнуть в реальный мир и оставить послание, которое вынудит усомниться и поверить. Она потянулась к Риккоте, желая коснуться лица, как ощутила затылком резкую боль. Следом еще один удар лишил не только сил, но и погрузил в вечный мрак.